Чёрное кружево

      — Привет, Снежинка! — Радостно воскликнул Нагумо, появившись на пороге комнаты и поглаживая урчащего кота по голове — тот выбегал его встречать в любое время.       Сузуно на оклик даже не повернулся — он сидел в наушниках, читая очередной конспект и параллельно листая учебник и статьи в интернете в поиске ответов на вопросы в сороковом по счёту билете. Уже через несколько дней его ждал экзамен по фармакологии. И молодой человек судорожно готовился, обложившись книгами и совершенно забывая обо всём на свете, кроме этого экзамена.       Нагумо аккуратно опустил на пол животное, которое тут же, решив, что выполнило свою задачу, скрылось из виду, вызывая у хозяина улыбку. Проводив кота взглядом, молодой человек подошёл к любовнику и осторожно коснулся его руки, а после поцеловал в щёку. Сузуно вздрогнул, снимая наушники, из них тут же послышалась игра на пианино.       — Привет… Я не слышал, как ты вошёл, прости. Как день прошел?       — Отлично. Сегодня дали премию.       Сузуно повернулся к Нагумо, обнял его за шею и, поцеловав в губы, прошептал:       — Это потрясающе. Ты молодец. Я очень тобой горжусь. Когда я сдам этот экзамен, нам обязательно нужно будет это отметить. Приготовлю твоё любимое.       — Ммм… Я очень этого жду. А специальный подарок будет? — Лукаво спросил Нагумо, обнимая любовника в ответ.       — Если будешь хорошо себя вести. — Усмехнулся Сузуно. И Нагумо сразу понял — конечно, приз будет.       — Я кое-что купил тебе. Посмотри. — Нагумо протянул возлюбленному неприметный картонный пакет, и тот с любопытством медленно открыл его, но, увидев содержимо, замер.       — Харуя, ты больной что ли? — На выдохе спросил Сузуно, всовывая парню в руки его подарок. — Сам это носи, придурок.       Нагумо усмехнулся, а после, наклонившись к любовнику, поцеловал его в губы, в щёку и шею.       — Харуя, ты отвлекаешь меня. Мне надо готовиться… — Возбуждённо вздыхая, протянул Сузуно. Он сжал плечо любовника, но не то чтобы притянуть, не то оттолкнуть.       — Тебе нужно отвлечься. — Нагумо прикусил тонкую белую кожу на шее. — Я уверен, что ты даже сегодня не ел.       — Я… Ел…       — Оу, и что же? — Нагумо отстранился и заглянул молодому человеку в глаза. Сузуно на мгновение задумался, а потом прошептал:       — Кофе и омлет. А ещё рамен.       — Насколько я помню, рамен мы вчера ели. — Хмуро ответил Нагумо. — Тебе нужно переключиться — ты уже нифига не запоминаешь. Надевай, это перезагрузит тебя.       — Не буду я это надевать! Это нелепо!       — Подожди-ка, доктор, ты же сам сказал, когда мы мимо этого магазина проходили: «Если хочешь меня в этом видеть — купи сам». Ну вот.       — Я пошутил.       — А я — нет.       — Это же сюр! И ты вырвал фразу из контекста. Там было… Эм…. Мы шли по магазину и увидели, как девушки-косультантки в магазине в шутку прикладывали кружевное бельё к мужскому манекену. И ты сказал, что хотел бы посмотреть это на живом человеке. А я ответил, что ты всегда можешь посмотреть на это в отражении, если наденешь на себя.       — Да… Что-то такое было, но потом ты сказал, что наденешь, если я куплю! Эта покупка так смутила меня! Так что ты мой должник!       — Ещё чего! — Сузуно несильно толкнул любовника в грудь и встал, проходя мимо. Он тихо фыркнул и что-то пробубнил себе под нос, уходя на кухню, где тут же включил чайник.       Нагумо, оставив подарок на столе, медленно побрёл следом. Он подошёл к Сузуно и прижался грудью к его спине, сжимая в объятиях и ставя подбородок ему на плечо, твёрдое от напряжения.       — Снежинка, убери руки от волос, пожалуйста…       Сузуно тяжело вздохнул, выпуская тонкую прядь из пальцев.       — Ты прав, Огонёк… Я вымотался. И действительно, кажется, уже ничего не запоминаю. Я забыл приготовить ужин. Прости… — Сузуно положил холодную ладонь поверх руки Нагумо и сжал его пальцы.       — Не переживай. Сейчас быстро что-нибудь сообразим. Слушай, а тебе много ещё осталось?       — Пять с половиной билетов. — Со вздохом сказал Сузуно и запрокинул голову, прислоняясь виском к виску Нагумо.       — Скорее бы это закончилось. А то ты скоро станешь пандой! Ты видел, какие у тебя синяки под глазами?       — Да, видел. Гляди ещё. — Сузуно вытянул руку, демонстрируя едва заметное подрагивание пальцев. Нагумо испуганно сжал его ладонь, а после осторожно поцеловал её тыльную сторону.       — Ужас… Давай ужином займусь я, а ты пока прими душ. Я заскочу и потру тебе спинку. — С этими словами молодой человек улыбнулся и поцеловал блондина в шёку. — Снежинка, так нельзя. Нужно же и меру знать. Кому ты как врач поможешь, если ещё до окончания учёбы в могилу себя загонишь?       — Никому. Спасибо, Огонёк. Ладно, я в душ. Ты справишься сам?       — Я умею готовить. — Как-то по-детски обиженно буркнул Нагумо.       — Я знаю. А ещё я знаю, что ты умудряешься запачкать всю посуду в процессе. — Сузуно улыбнулся и, поцеловав любовника в губы, выскользнул из его объятий. Нагумо же успел легонько шлёпнуть молодого человека по ягодице. И когда любовник скрылся за дверью в ванную, Нагумо забухтел, доставая посуду:       — Вот дурак. Перфекционист чёртов. Дурацкая сессия и его желание стать врачом. Был бы просто психологом и проблем бы не знал. Нет, хочу врачом быть. Пойду в медицинский. Тьфу!       Молодой человек часто возмущался, но всегда поддерживал возлюбленного в его выборе, пусть тот и был выше его понимания. Но у блондина так горели глаза, он так мечтал об этом. И Нагумо просто не мог это обесценить. Однако поворчать наедине с собой было святым.       Нагумо действительно через время заглянул в ванную, где, взяв у блондина мочалку, мягко потёр ей спину любовника. Он любовался изгибами и рельефом его тела, наблюдая за тем, как мыльная вода скользит по бледной коже, и лаская её пальцами. Сузуно лишь изредка тихо вздыхал, ощущая горячие прикосновения к коже. А Нагумо лишь кусал губы — хотелось большего, но на плите…       — Боже, ужин! — Молодой человек подскочил, бросая мочалку в ванную и тут же вылетая из ванной. Плита шипела из-за выплёскивающейся на неё воды.       Соли оказалось много, да и перца тоже. Овощи буквально обжигали рецепторы языка. И Нагумо, вытирая лужи одной рукой, доливал второй воды в кастрюлю. А потом он переключился на рис, который он тоже умудрился переварить, отвлёкшись на маленькое бедствие.       Всё выключив и протерев стол, Нагумо вернулся к ванной. Он бесцеремонно распахнул дверь — что он там не видел — но замер на пороге, разинув рот и забыв то, о чём хотел сказать. Взгляд впился в любовника.       Влажная кожа немного поблёскивала в свете ламп. Намокшие волосы падали на лицо, прикрывая голубые глаза. А вместо привычных боксеров или домашних штанов на молодом человеке были чёрные кружевные трусы. С подвязками. И — боже — чулки. А на талии был наполовину застёгнутый корсет.       — Закрой дверь. — Прошипел Сузуно, но даже не повернулся. Его уши пылали.       Нагумо захлопнул дверь, чувствуя, как горит от смущения лицо, как бешено стучит в груди сердце и дрожат колени. Он медленно приоткрыл дверь, снова заглядывая в ванную.       — Ты… — Он проглотил ком в горле. — Ты всё же решил надеть это… для меня?       Сузуно наконец обернулся, накинув идущий в наборе короткий полупрозрачный халат. Вода капала с его ресниц.       — Нет. Для соседского пса. Пойду так с ним во дворе играть.       Нагумо шагнул вперёд.       — Ты… — Он провёл пальцем по резинке чулка, ощущая, как вздрогнул Сузуно. Взгляд тут же упал на пах любовника — трусы однозначно в этой весьма смущающкй ситуации были маловаты. — Это… Так красиво.       Молодой человек затаил дыхание, протягивая руки, чтобы прижать к себе любовника, но Сузуно, усмехнувшись, выставил руку вперёд и упёрся ей в грудь Нагумо.       — Не трогай. Ты же хотел посмотреть — вот и смотри.       Нагумо нервно сглотнул и всё же нехотя отступил, пропуская любовника. Он облизал пересохшие губы, разглядывая подтянутую и спортивную фигуру молодого человека, прикрытую полупрозрачной тканью.       — Слюни подбери. — Усмехнувшись, бросил Сузуно.       Нагумо прошёл следом за любовником на кухню, наблюдая за каждым его движением. Как чуть колыхались рукава и полы короткого халата, как напрягались мышцы ног молодого человека при движении. Он забывал, как дышать, заглядываясь на это зрелище. Особенно на то, как тонкий халат задрался, обнажая ягодицы, едва прикрытые кружевными тонга, когда Сузуно для чего-то наклонился. От этого вида кружило голову, а дыхание перехватывало. А ещё эта кружевная лента на бёдрах. Нагумо сглотнул, нервно облизал губы и коснулся плеча любовника, который тут же сбросил чужую горячую ладонь.       — Я же сказал. Не трогай.       — Не могу! Ты же сам это надел.       — Ну… Я держу слово. Вот и ты держи. Ты не говорил ничего про «трогать», так что держи руки при себе. — Хитро, с неким непривычным уху кокетством улыбнулся Сузуно. Он поцеловал любовника в губы, быстро и очень коротко, не даруя желанную ласку, а лишь сильнее провоцируя. Нагумо хотел приблизиться, но молодой человек снова упёрся рукой ему в грудь, тут же всовывая ему в руки приборы.       — Положи на стол. А я сейчас с едой разберусь.       Сузуно, чувствуя на себе пристальный взгляд любовника, неспешно разложил еду по тарелкам, а после, поставив их на стол, сел на стул.       — Поможешь мне немного после ужина?       — Надеюсь, что раздеться? — Усмехнулся Нагумо, глядя на мягкую улыбку возлюбленного.       — Вообще я говорил про экзамен. Ты прочитаешь вопросы из билетов и проверишь, правильно ли я отвечаю по моим конспектам. Ладно?       Нагумо прищурился, растягивая губы в хитрой улыбке.       — Ладно, но с условием. — Дождавшись удивлённого взгляда от любовника, молодой человек продолжил. — За каждый неправильный ответ по билету, будем снимать с тебя что-то. Идёт? Или ты признаёшь, что ты не очень готов к этому экзамену и сейчас нагоняешь всё, что должен был учить целый семестр?       Голубые глаза Сузуно потемнели, придавая взгляду мрачной томности.       — Идёт. Но за каждый правильно отвеченный билет ты что-то снимаешь с себя. Кто первый останется голым, тот будет снизу, а ещё он ведёт победившего в ресторан. Договорились?       С этими словами блондин протянул Нагумо руку для заключения сделки. При этом ему пришлось немного наклониться, из-за чего полупрозрачный халат чуть отстранился от тела, обнажая часть груди и сосок говорившего. Нагумо сглотнул, засмотревшись. А потом всё же пожал холодную ладонь с длинными пальцами.       — Готовься, Фууске. Ресторан будет за твой счёт. — Усмехнулся молодой человек, отпуская чужую руку. Доход у блондина был пока не очень большим, всё же он пока больше учился, чем работал, но они оба знали, что выкроить двадцать тысяч вон сможет каждый из них. Нагумо имел постоянную работу и был финансово устойчивым, а Сузуно получал деньги от практики психологом в клинике (2 дня в неделю вне сессий в университете), а также получал стипендию. Этого с головой должно было хватить на поход в недорогое, но уютное заведение.       Во время ужина, Нагумо с трудом отводил взгляд от Сузуно. Слишком уж соблазнительно он выглядел. Да и воображение уже рисовало картины с продолжением вечера. Молодой человек практически видел, как раздевал блондина и раскладывал его на кровати, склоняясь над ним.       После ужина Сузуно вымыл посуду под пожирающим взглядом любовника. А потом они переместились в комнату. Нагумо обложился бумагами: распечатанные билеты и ответы блондина, выведенные мелкими и аккуратными буквами. Сузуно же сел в кресло напротив, положив ногу на ногу. Он положил руки на подлокотники, слегка покачивая левой ногой, обтянутой тонким чулком.       Нагумо зачитал первый вопрос, и Сузуно легко отбился. Да и вообще весь первый билет не вызвал у него сложностей.       — У нас на двоих нет сорока вещей. — Насупился Нагумо, снимая с себя свитер.       — Значит, придётся завтра устроить продолжение. — Улыбнувшись, ответил молодой человек, проведя по светлым волосам. — Да и не ной, моё условие легче выполнить, чем твоё.       — Но ты согласился!       — Потому что я уверен в своих знаниях. — С лёгкой улыбкой заявил блондин и в очередной раз качнул ногой.       Спустя некоторое время Нагумо лишился обоих носков и ремня из джинсов, после чего уже со стороны Сузуно произошла осечка, вынудившая его наконец снять первую вещь — халат. Молодой человек небрежно бросил его на край дивана и вновь опустился на стул, напротив любовника. Под жадным взглядом жёлтых глаз он стал терять концентрацию, да и прикосновение кружева к телу начинало постепенно раздражать. Однако на очередной билет молодой человек ответил, лишая партнёра очередного элемента одежды. В расход пошли джинсы, и Сузуно почувствовал, что краснеет, наблюдая за любовником. Он закусил губу и заёрзал, наконец обратив внимание на то, насколько увеличился, оттягивая ткань белья, чужой член.       — Это всё из-за тебя, зубрила. — Буркнул Нагумо, перехватив взгляд возлюбленного. — Мы бы уже давно валялись в постели, если бы не твои ответы!       — Не расстраивайся, Огонёк. Ещё один билет, и ты получишь желаемое. — Ласково протянул Сузуно, проведя рукой по кружевному краю чулка.       — Прекрати меня дразнить!       — А то что?       — Я возьму тебя прямо тут, на этих дурацких конспектах и билетах. — С жаром прошептал Нагумо, уже раздевая взглядом любовника.       — Берёт тот, на ком больше одежды, дорогой мой. — Мягко напомнил Сузуно, скрыв озёра глаз за густыми ресницами.       — Ладно!       Нагумо пошуршал листами и, выудив сороковой билет, зачитал из него последний вопрос.       — Это мухлёж! — Воскликнул Сузуно, краснея.       — Ты не уточнял, что нельзя брать билеты после тридцать девятого. Так что либо отвечай, либо снимай трусы! — Усмехнувшись, отозвался молодой человек, с вызовом глядя на любовника. Но тот ответил, а после хитро улыбнулся и развалился в кресле.       — Это было остроумно. Интересный ход. Но ты не учёл одного: ты не сможешь проверить, правильно я ответил или нет. Может я наврал или сказал правду?       — Чё-ёрт! — Взвыл Нагумо. — Так не честно!       — Кто бы говорил.       — Ладно… — Молодой человек отложил билеты, на которые любовник ещё не расписал ответы, а после объявил:       — Билет тридцати восемь.       Нагумо улыбнулся, заметив, как бледные пальцы сжали подлокотники. И Сузуно посыпался, начинал отвечать, потом менял точку зрения, начинал с начала, зависал. Сначала был снят корсет, потом настала очередь чулков, с которым Нагумо вызвался помочь. Расположившись на коленях у ног любовника, он провёл пальцами по правому бедру молодого человека. Скользнул вверх и вниз, наблюдая за реакцией партнёра, а после наклонился, касаясь губами полоски оголённой кожи между лентой чулка и краем изящных трусов, из которых выглядывала блестящая в немного приглушённом свете головка. Нагумо слегка прикусил бледную кожу на внутренней стороне бедра, а рядом оставил яркую метку.       — Давай оставим на тебе чулки? Это так эротично. Хочу их видеть на тебе в эту ночь.       — Хорошо. Но у нас ещё по одной вещи.       — И ты первый её лишишься! — Улыбнулся Нагумо беря листы, но так и не поднимаясь с колен. Он зачитал вопрос и перевёл взгляд на любовника. Тот выглядел расслабленным, а в глазах мелькнули озорные искорки. Ответ оказался неверным, и Нагумо, хищно улыбнувшись, приблизился к лицу Сузуно.       — Кажется кто-то проиграл! Ты мой!       С этими словами он поцеловал любовника в губы. Он встал и закинул бледные руки себе на плечи, а после, подхватив возлюбленного под ягодицы, перетащил его в постель.       Страстные поцелуи торопливо покрывали тела. Сузуно нетерпеливо кусал чужие губы, когда те снова оказывались в поле досягаемости. Нагумо низко порыкивал от возбуждения, разминая любовника, который, стоило смазанных прохладным гелем пальцам покинуть его тело, ловко вывернулся, опрокидывая партнёра спиной на кровать, а после сел тому на бёдра. Он сдвинул в очередной раз съехавшую с ягодицы в ложбинку кружевную ткань трусов и щедро смазал свой анус и член любовника. Он втянул воздух через рот и уже через мгновение уверенно сжал напряжённую плоть любовника. Молодой человек направил чужой член, уперев его головку в разработанное кольцо мышц. Нагумо сжал бледные бёдра, когда Сузуно начал медленно опускаться. Он сам задавал угол проникновения и темп, но подстраивался под желания любовника, улавливая их по напряжению пальцев на его ногах. Однако толком ускориться у него не выходило — колени из-за чулков предательски скользили по простыни, мешая забыться и отдаться ощущениям. А Нагумо подгонял и даже начинал двигаться сам.       — Чёрт, дай я сниму эту фигню. — Тяжело дыша, сказал Сузуно, остановившись и уперевшись руками в грудь партнёра. Но Нагумо не дал ему соскочить, он сжал его в объятиях и уложил на спину, меняясь с ним местами. Всё же сегодня он выиграл, так что имел полное право этим пользоваться. Ему нравилось быть в активной роли, хотя периодически он уступал её партнёру — и такие ночи ему самому ужасно нравились. Однако доминирование или намёки на него были в большинстве случаев в руках Сузуно.       — Быстрее… — Только и протянул блондин, когда Нагумо возобновил движения, одной рукой сжимая и оставляя на светлой коже бедра яркие отпечатки, а второй упираясь в постель. Молодой человек чувствовал, как холодные пальцы касаются его плеч, лопаток, шеи, щёк, как надавливали, притягивая к партнёру. И ему это нравилось, он охотно следовал за руками любовника.       Кончили они друг за другом, сначала Нагумо, а следом с его помощью и Сузуно. Он и снял с блондина оставшееся на нём эротическое бельё, бережно, чтобы не порвать тонкую ткань. Отбросив более ненужные вещи, молодой человек развалился в постели.       — Люблю тебя, Снежинка. Спасибо…       — И я люблю тебя, Огонёк. — Прошептал Сузуно ипоцеловал любовника в губы. — Жизнь без тебя была бы очень скучной. Я рад, что ты у меня есть.       Стерев с себя и партнёра семя, блондин собрал билеты и конспекты, положив их на тумбочку со своей стороны, а после забрался в кровать. Он обнял возлюбленного, притягивая его к себе. А Нагумо и не был против, с радостью прижимаясь к любовнику и кладя голову ему на грудь и сонно вырисовывая на бледной коже узоры пальцем. Сузуно же ласково гладил его по голове, перебирая огненного цвета пряди. Когда рука Нагумо замерла, а дыхание его стало тихим, блондин взял из стопки билеты с вопросами, на которые ответил напревильно. Он улыбнулся, мысленно проговоривая ответы, которые совпадали с ответом из конспекта. Молодой человек знал, как Нагумо любил выигрывать, и уступить ему в такой мелочи было даже приятно. Ведь его счастливая и немного детская улыбка, огонь в глазах от победы стоили гораздо больше. Сузуно казалось, что он готов на всё ради этого. Он отложил бумаги и погладил возлюбленного по горячей щеке.

***

      Под вибрацию и трель будильника Нагумо медленно сполз с постели. Протирая заспанные глаза, он направился в ванную, но замер, услышав шум воды из кухни. Неужели вчера забыли закрыть? С этой мыслью молодой человек изменил маршрут и удивлённо застыл на пороге. На кухне хозяйничал Сузуно, щеголяя там в одних боксерах.       — Доброе утро, родной. — С мягкой улыбкой отозвался блондин, обернувшись к любовнику. — Я приготовил тебе завтрак и сложил обед на работу.       — Доброе… Ф-Фууске… Я думал, ты спишь…       — Решил тебя порадовать.       — Спасибо! Я так люблю, как ты готовишь! — Радостно воскликнул Нагумо, налетая на любовника с объятиями и поцелуями. — Но тебе ведь не нужно было так рано вставать…       — Да, ты прав. Но здорово ведь, когда о тебе заботятся.       — Точно!