в твоё сердце навылет

            -Ян Чонин!!! Чонин застывает статуей прямо в кабинете Хан Джисона, больше который больше напоминает свалку почтового отделения под новый год. -Инни беги! — шипит Джисон с первого возгласа Хёнджина догадавшись что самый младший опять дел наворотил. -Стой где стоишь! — а это уже басит Феликс. Их солнышко, лучик радости всей их академии и города, лучший купидон столетия, и просто прелесть с ясными глазками сейчас басит совсем не шутя, и он явно так же как и Хван раздражён. -Ну дела, ты видать совсем влип мелкий, раз уж даже Ликса достал — качает головой Джисон резко передумав прикрывать Чонина. Тот стоит кусает губу выглядит вроде и взволнованно а вроде не очень. Его вообще сложно напугать, даже кураторов по зачистке не боится. А тех многие боятся, особенно старшего. А Чонину всё мимо. Творит что пожелает, ох сколько они все натерпелись с ним, пока он рос белые волосы Хёнджина успели три раза цвет поменять причём на самые разные оттенки. А Джисон вообще удивлён как они все не облысели с ним, но с возрастом Чонин становился ещё более неуправляемым и дерзким. «В детстве хоть более покладистый был — хмыкает Феликс. «И милее» — поддакивает Хёнджин. -Сами разбаловали теперь ноете — всегда напоминает Сынмин, их младший куратор. Тот характером кремень, даром что куратор который должен бы выручать, прикрывать, наставлять и всё такое, он скорее последние нервы вытрепит и ещё сверху добавит. Прикрыть выручить, это больше по части Джисона, хотя он вообще-то разработчик программ (разнорабочий), ну да он их мозг, и ещё он что-то вроде почтальона, рассылает купидонам всю информацию и помогает находить им подопечных, поддерживает связь этих подопечных с их купидонами, тоже он. У него есть сменщик Чонхо, но тот более хитроумный чем просто невинно умный. Так они и живут, в беспрерывной работе, ведь любовь, отношения и разбитые сердца, не прекращают своих циклов под небом. Поэтому без работы они уж точно не останутся. -Что ты натворил на этот раз?! Джисон лихо отодвигается на своём супер мягком кресле и проезжает аккурат между прибежавшими Феликсом, Хёнджином и Чонином, застряв живым щитом меж двух огней, в самой гуще назревающей бури. -Аааааааа! — вопит что есть мочи младший, при этом становясь в боевую стойку, как учил Минхо-хён. Тот из боевых защитников, поэтому это по его части, зачем правда купидону учиться этому не ясно никому. -Ты — Хёнджин без всяких манер тычет указательным пальцем в сторону младшего который как бы уворачиваясь прячется ровно за креслом Джисона — Ты, мелкий паршивый наглец! Я из тебя сейчас втырясу всю твою фигню! Иди сюда кому говорю! Вообще-то Чонин кстати любимчик Хёнджина, тот приложил к его воспитанию не мало сил, и много энергии, любви и заботы. И раз уж он сейчас так разгневан, значит Чонин превысил лимит своей безнаказанности. -Ян Чонин! Ты понимаешь что ты натворил?! Ты хоть каплю этой катастрофы то ощущаешь?! Феликс почти кричит, но скорее не злобно или агрессивно, а истерично отчаянно. Джисон сглотнув поворачивает голову к мелкому за его спиной. -Ты видно крупно облажался, Йен-а. -Не то слово Хан, ой не то! — совсем не добро тянет Хёнджин не сводя прищуренного почти хищного взгляда с младшего. -Хватит на меня давить! — восклицает капризно в свою очередь Чонин психуя. -Да ты ж мелкий паршивец — оба старших снова подскакивают в попытках дотянуться до него. Джисон немного откатывает назад, оттесняя этим надувшегося Чонина. -Я не виноват что Сынмо — хён так не вовремя выскочил из портала! Ясно?! -А зачем стрелял в девушку?! — басит Феликс так же истерично как и младший. -Рука дёрнулась! — бурчит уже сдуваясь Чонин. Хёнджин устало и шумно выдыхает покачав головой и лохматит свои обычно всегда идеально уложенные волосы цвета карамельного облачка. -Йен-а, сколько раз мы тебе повторяли, в чужих не стреляем! Только в своих, ни в кого более! -Ты что, выстрелил в чужого подопечного?! — Джисон вопит громче чем все они вместе взятые, а его глаза приобретают размеры блюдца. Вот это реально катастрофа. Все знают три самых нерушимых правила для всех купидонов. 1. Купидон не имеет права стрелять в чужого подопечного стрелой амура. 2. Купидон ни в коем случае не должен показывать своё лицо своему подопечному. 3. Купидон не имеет права влюбляться или вступать в отношения со своим подопечным. Третье пожалуй, одно из самых важных и вообще нерушимых. Чонин нарушил первое, и теперь неизвестно что будет дальше. Никто особо не помнит такие случаи, ну в их практике такого ещё не бывало. -Хён! — восклицает Чонин вздёрнув подбородок, обращается он явно к Феликсу — Ты то ведь тоже стрелял в неё, а она на минуточку, не твоя подопечная! Джисон вообще офигевает, теперь у него рот похож на большую растянутую букву О. -Ему пришлось! — мрачным тоном парирует Хёнджин. -Да, мне пришлось, перебивать твою стрелу, или ты хочешь что бы подопечная Хёнджина влюбилась в нашего Сынмина?! Джисон уже не знает чему ему сейчас удивляться больше всего. -Чё за индийский сериал вы устроили?!

***

Как оказалось, когда после того как Хану удалось уговорить всех присесть, и не бить Чонина, (хотя бы пока что) затем выпить по чашечке ароматного лавандового чая (спасибо Ёсану), трое друзей перебивая друг друга рассказали что когда Чонин как обычно тренируясь (балуясь), стрелял в дартс сердечных мишеней оттачивая свои навыки, то встретил Хёнджина который собирался на землю, проведать свою подопечную, он не так давно получил её под своё крылышко, и пока только изучал её данные, и подыскивал самого лучшего человека для неё. Феликс искавший младшего что бы запрячь за невыученный материал, стал тем самым спусковым крючком, Чонин рванул за Хёнджином убегая от Феликса тот решил во что бы то ни стало его поймать, как итог они оказались возле подопечной Хёнджина все трое, где-то посреди Сеула, на территории кампуса университета. Возможно на этом всё и закончилось бы, не появись откуда ни возьмись Ким Сынмин прямо возле ещё открытого портала, Чонин запаниковал, подумав что это Феликс его позвал и Ким явился именно по его душу, выстрелил не стрелой ступора а именно амура, и попал ровно в цель, в сердце подопечной Хёнджина. Пока тот паниковал, а Сынмин пытался прийти в себя ничего не понимая, Феликс паникуя больше чем все они вместе взятые выстрелил второй стрелой, но та не дойдя до девушки, влетела бы в её защитника. Который вероятно только почуял что-то неладное, а то как ещё объяснить его внезапное и точное появление. Но этот защитник имел слишком быстрые рефлексы, поэтому за секунды до того как вторая стрела влетела бы в подопечную Хёнджина он успел поставить щит и перенаправить стрелу в сторону портала. Где всё ещё и находился куратор Ким Сынмин. Как итог: Ничего не понимающий Сынмин со стрелой амура где-то в районе сердца кажется, было неясно точно ли стрела попала в цель. Застывшие от страха и шока три купидона и хмурый как туча прикрывающий собой подопечную Хвана — Ли Минхо. -Вы чё творите, совсем двинулись болваны?! Благо люди их не видели и слышать не слышали. Между ними сновали туда сюда смертные, они же застыли прямо посреди оживлённой улицы, и девушка подопечная Хвана, стоявшая по другую сторону от портала вдруг улыбнулась смотря прямо на… -Минхо-хён… не двигайся— прошептал Феликс бледнея. А в это время Сынмин застывший у портала смотрел в упор на подопечную Хван Хёнджина. -Твою же… — вырвалось у Хёнджина когда до его зрения купидона стали доходить очертания образовывающихся нитей между тремя абсолютно разными сердцами. Джисон не знал свистеть ему от полученной информации, или визжать, или просто вырвать клок волос себе, ну или вот Чонину. Это ж надо так, вот так облажаться. Это не просто буря, это был тайфун, торнадо. Не меньше. Катастрофа в чистом её виде. Тут даже индийский сериал не сравнится. По масштабам.

***

-Тотальный капец, парни — выдал в образовавшейся тишине Хан, он смотрел в никуда немигающим взглядом. Туда же куда-то смотрели и Феликс с Хёнджином. Один Чонин хмуро насупившись уплетал печеньки. А что ему ещё делать теперь?! -И что теперь Сынмо?! — оживился Джисон громко сглотнув. -Его сейчас проверяют Ёсан и Хонджун-хён- отозвался Хёнджин сверля хмурым взглядом чашку ароматного чая перед собой. -Он выглядел странно… — задумчиво и как-то потерянно выдал Феликс. -Нуу, как олень в свете фар, застыл статуей — кивнул Чонин. Феликс шикнул на него а Хёнджин повернувшись молниеносно пульнул мягкой подушкой в виде облачка. Их тут у Джисона было завались, некоторые даже источали приятные цветочные и сладкие ароматы. Чонин не хуже старшего ловко увернулся и подняв руки в жесте сдаюсь поджал губы, но всё же тихо пробурчал: А чё я?! Это же так и было… -Думаете на нём может сработать?! Да ещё и к подопечной? Ну к обычному человеку… Джисон почти незаметно так подлил всем ещё чаю, ну как незаметно, снёс свою кружку зацепил чашку Феликса, и разлил чай мимо чашки Хёнджина. Но все были настолько поглощены ситуацией что не особо то и обратили внимание на учинённый им бардак на аккуратном столике в форме конечно же облачка. -В том то и дело, мы не знаем! Мы вообще не знаем, потому что до этого дня, никто из нас ещё не сталкивался с ТАКИМ вот случаем! — воскликнул Феликс снова начиная паниковать. Пока они думали что делать и как быть вообще, к ним влетел разъярённый Минхо. Ох, вот с ним ни один из них не хотел бы связаться, ну правда, его иногда побаивались больше чем кураторов. А у тех то была власть над всеми ними. Минхо поступал как считал нужным ни у кого не спрашивая на это разрешения. А ещё у него была слишком хорошая память, особенно на лица тех, кто перешёл ему дорогу. Поэтому ему её не переходили. Даже нечаянно. А тут такое дело. Минхо ревностно относился к своей подопечной. -Вы чё сахарной ваты объелись?! Я не пойму, какого хрена вы натворили там у портала?! Вообще Минхо как бы считается одним из самых красивых боевых защитников. В отличие от нежных, утончённых и любвеобильных купидонов с фарфоровой кожей, и румяными щёчками, боевые защитники обычно были привлекательны другой красотой, более мужественной подчас резкой, иногда даже огненной. Но Ли Минхо не смотря на свой дерзкий тяжёлый характер, своей точеной утончённостью мог бы посоревноваться с любым из купидонов. Красота его была подобна цветку. С шипами обязательно. -Хван! — рявкнул Ли, стреляя искрами гнева прямо на купидона напарника — Ты чё, совсем уже навыки все свои растерял, или как?! -Отвали, и без тебя тошно — вяло отозвался Хёнджин ковыряясь в нетронутом воздушном малиновом чизкейке. -С дуба рухнул?! Как ты мог, позволить этому случиться, с ней?! Да, они были напарниками, у них была одна подопечная и у каждого своя работа, и свои обязанности по отношению к ней. Но, было одно может и небольшое но очень важное различие между их обязанностями, если Хёнджин получал её под своё крыло лишь на время, до тех пор пока она не найдёт любовь всей своей жизни, а потом он спокойно завершал свой контракт с ней, и мог искать дальше абсолютно любого подопечного, то для Минхо она была единственной кого он будет защищать всю её жизнь. Такое вот различие. -Отвечай мне Хван! — требовательно гаркнул Минхо уперев руки в бока. На нём была его любимая почти что повседневная, чёрная, кожаная куртка, штаны из плотного материала в цвет куртки и массивные ботинки, которые придавали ему ещё больше суровости. -Эй, полегче, не думай что только ты один о ней беспокоишься, окей?! Она и моя подопечная, даже если до поры до времени, но мне не всё равно, понял?! — так же взвился Хёнджин. -И чем это поможет ситуации?! Тебе не плевать, окей получи приз купидончик, только вот каким хреном это может изменить тот бардак что вы учинили?! А?! -Да перестань ты орать на них — раздался за его спиной невозмутимый голос. Ким Сынмин. Вполне себе обычный, как и всегда, не особо эмоциональный, невозмутимость на его нечитаемом лице можно было шпателем соскребать, на две стены хватит. -Ну… из глаз вроде сердечки не летят — пролепетал притихший от криков Минхо Джисон. -Температура в норме? — тут же всполошился Феликс подскакивая с мягкого диванчика где он сидел между Джисоном и Хёнджином. -А пульс, давление? — присоединился к другу Хван. Они выглядели по настоящему обеспокоенными. На губах Сынмина мелькнуло что-то слегка похожее на улыбку. Мелькнуло и исчезло вместе с закатыванием глаз. -Всё со мной в порядке! Никаких изменений, скачков или побочки. Побочка. Вот чем считал Сынмин возможные потенциальные чувства. Для таких как Ким Сынмин, амурные дела были не больше чем побочный эффект.