Душная Лондонская ночь.

——Нам наверное пора закругляться уже. Вам ещё долго? Разрешите вас проводить? — И что за официоз? Не разрешу. — Собираюсь улыбнуться. Конечно я шучу, но Валентайн молчит пару секунд, после надевает шляпу, накидывает плащ. Я даже понять ничего не успел. —Я вас очень прошу, Дориан, не засиживайтесь до поздна. Завтра можно с этим разобраться..ну или хотя бы уходите не слишком поздно. Не портите себе здоровье. До завтра. И выходит за дверь. Что? В конторе я остался один. Пару секунд просто невидящим взглядом смотрел на дверь, не осознавая что только что произошло. Он просто...ушëл? Я перевëл взгляд обратно в конторскую книгу, естественно уже не различая текста в ней. За открытым окном надрывались сверчки, уже сильно стемнело. Мы очень задержались, но пока Валентайн был тут, я не замечал этого. На улице душная, летнаяя ночь. Полная луна отражает свет прямо мне на стол. Как же поэтично. Запах почему-то полевой травы. В центре то Лондона, очень интересно. Наверное, мне просто кажется. Ухает филин и приземляется на подоконник. Почему-то, из-за этого я только больше теряю связь с реальностью. Голова не болит. Там совершенно пусто. Я даже уже не думаю о том, что меня до этого довело. Чувствуется некоторое духовное родство с трупом в могильнике. Нет, призрак не явился. По этому и родство. Парень утопленник уже покрытый пятнами. Лежит сейчас на холодном столе в душной Лондонской ночи и ничего его не волнует. Могильник холодный, но ночь то душная. Как будто высунул ногу из-под жаркого, тëплого одеяла и стало холодно. К чему это вообще? Он почему ушëл? Я же смеялся. Конторская книга на столе выглядит сейчас как отвратительная насмешка. Как же меня от неë тошнит. Как будто плюнули в чай. Да, именно так. И заставили выпить. Филин сверлит взглядом. Сейчас бы сложить книгу и швырнуть в окно. Руки, которыми я подпираю лоб трясутся. Напряжение в этой комнате становится просто невыносимым. Один. Ночью. В похоронном бюро с трупом по соседству. Хотя так как будто лучше, чем одному. Пахнет чëртовой полынью, за окном проклятый филин, а Валентайн убежал то-ли приняв иронию как оскорбление, то-ли действительно позвав лишь из вежливости и желая пройтись в полном одиночестве. Почему он ушëл так? Я чувствую что не готов выйти на улицу и пойти домой. Я сегодня никуда не пойду. Всë-таки швыряю книгу в филина, тот снова ухает и улетает, кладу голову на холодный стол.