Мимолётности

Дазай Осаму приехала в Россию к Фёдору Достоевскому. Она плохо ориентируется в городе, хотя бы потому что по большей части всё написанное здесь было на русском, незнакомом ей, языке. Благо, кое-где текст дублировался на английском, а также многие здешние граждане знали английский, потому устроенный Фёдором квест «прибыть в кое-какое место самостоятельно» преодолеть удалось на славу. Итак, хорошо, Дазай добралась до нужного места и стоит, ждёт. Безлюдно. Ну, вернее, иногда люди проходят и идут дальше по своим делам, но таких мало, по большей части здесь в самом деле безлюдно. Иногда машины проезжают. Может, именно потому что здесь не так много людей, Осаму уткнулась в телефон, ожидая прибытия Фёдора и зная, что они не потеряются. Может, это была ошибка Дазай и следовало смотреть по сторонам... — Нарушаем, гражданочка? — звучит тихое над ухом, но Осаму уверена, что слышит ухмылку. Она дёргается, но даже больше от того, что мурашки пробежали табуном по всему телу, нежели в самом деле от испуга и неожиданности. Дазай оборачивается и видит... Фёдора! Но... В форме полицейского? Что происходит? Нет, она совершенно не хочет подчеркнуть в мыслях то, что ей нравится увиденное. Нет, она совсем не хочет признаваться в том, что Фёдору идёт эта форма. Нет, она не возбуждена- — Руки за спину, — меж тем с расслабленной улыбкой продолжает Достоевский, наблюдая за рдеющими щеками Осаму. — Прижмитесь к обочине. Дазай застыла. Это он сейчас серьёзно или шутит? Ей в самом деле сделать это? Чёрт, Осаму понимает, что над ней просто прикалываются, но..! Но! Как же... Хочется послушаться. — Или мне самому вас прижать, м? — Фёдор подходит к Дазай ближе и может слышать сбившееся дыхание. Нет, Дазай не возбуждена, Дазай не возбуждена, Дазай не-... ...она возбуждена. И Фёдор об этом знает.