Школьный роман

      Джессика О’Доннел приехала забирать своего ребёнка из детского сада. Они переехали в этот приморский городок недавно. Калео много болел в мегаполисе. Полноценно работать при такой регулярности больничных всё равно не получалось. Муж почти всё время был в рейсах. Поэтому смена места жительства не вызвала ни каких проблем. Они с Кимо Ноемелекаи, её мужем, приобрели в этой тихой глуши коттедж.       Постепенно размеренная жизнь затянула всю семью. Нашлось время для чтения того, на что времени никогда не хватало. На получение дополнительного заочного образования. На маленькие приятные хобби. Соседи оказались милыми и в меру общительными. Сплошь умные образованные люди пенсионного возраста, переехавшие в это райское место из мегаполисов после завершения карьерной деятельности. Кто-то работал удалённо. А кто-то как её муж — вахтами. Приезжая домой наслаждаться спокойствием и красотой местных пейзажей.       Здесь был чудесный детский сад. Маленькие группы, внимательные воспитатели, заботившиеся о развитии и образовании деток порой больше, чем сами родители. Местную школу тоже очень хвалили. Многие дети после её окончания легко поступали на бюджетное обучение в столичные университеты даже по престижным специальностям. Единственное что расстраивало — это дети из неблагополучных семей. В таких городишках их было не мало. И в обычной жизни не составляло труда держаться от них на расстоянии, но вот детский сад здесь был один. И группа шестилетних детей в нём была единственная.       Калео сдружился с одним из таких мальчишек как-то внезапно. Просто с какого-то момента Джессика поняла, что её сын почти всегда сидит на прогулках наказанным. Они с Хавьером постоянно хулиганили и это заканчивалось тем, что Калео усаживали в беседке, а Хавьера на скамейке и им обоим запрещали до прихода родителей покидать свои места наказания. Детские ссадины и царапины стали появляться чаще. В последний раз Калео оказался с совершенно невозможно ободранным лицом и руками. И объяснил это тем, что ему стало интересно что будет, если скатиться с горки не на попе, а на животе. Лицом вперёд.       Джессика вздыхала, но поделать ничего не могла. Она знала, что это дурное влияние глупого ребёнка из неблагополучной семьи. Ведь её мальчик был слишком умён для таких экспериментов. Она много раз просила Калео не общаться с Хавьером. Воспитатель жаловалась, что когда они сходятся вмести, то становятся совершенно неуправляемыми. Перестают слышать и реагировать на окружающих. Бесятся и балуются, кричат в голос, постоянно что-то вытворяют и чаще всего это заканчивается травмами. Нет, мальчики ни когда не дрались друг с другом. Просто заигрывались и теряли связь с реальностью. Совершали глупости и необдуманные поступки. И их совершенно невозможно было призвать к порядку. Джессика вздыхала и снова и снова просила сына перестать общаться с Хавьером. Но их тянуло друг к другу словно магнитом. Ничего. Скоро детский сад останется за плечами, начнётся серьёзная учёба и уж тогда она сделает всё от неё зависящее что бы они пошли в разные школы.       В этот раз сын тоже дожидался её на лавочке. А воспитатель в очередной раз пожелала перемолвиться парой слов перед тем, как отдать ребёнка. Это была очень крупная женщина с суровым квадратным лицом и обвислыми, словно у бульдога, щеками.       — Ваш сын сегодня целовался на горке с Хавьером. И они щупали друг друга за попы. Вам нужно побеседовать с ним о недопустимости такого поведения.       — Какой ужас! — в шоке прошептала Джессика. — Разумеется, мы обсудим его поведение дома. Спасибо, что предупредили. И дома состоялся первый серьёзный разговор.       — Калео, почему ты целовался с Хавьером?       — Ну он предложил попробовать. А потом ради шутки потрогал за попу. Мама, мы просто баловались. Это была такая игра.       — Он тебе нравится? Ты сам хотел это сделать?       — Нет, мам. Просто он предложил, я сказал «Давай», и мы баловались.       — Это плохие игры. Так нельзя себя вести. Я прошу тебя начать как можно меньше с ним общаться. Он плохо на тебя влияет. Предлагает странные и не правильные игры. Ты же у меня такой хороший умный мальчик. Ну зачем общаться с хулиганами?       — Он сам ко мне подходит. С ним больше ни кто не дружит и мне его жалко.       — Калео, он очень странный мальчик. И это хорошо, что ты такой добрый. Но не нужно забывать и о себе. Ведь тебе не понравились его игры? И за них вас всё время наказывают и ругают. В вашей группе есть кто-то ещё с кем ты дружишь?       — Да, конечно, мам. У меня есть другие друзья.       — Вот и общайся, пожалуйста, с ними. Обещаешь поменьше дружить с Хавьером?       — Да. Я постараюсь.       Стараться получалось с переменным успехом. Хавьер лип к её мальчику как банный лист. Но приближалось лето, выпускной из детского сада, поездки на море, к бабушке, тёте, масса приключений и свежих эмоций. А после них начальная школа и новый круг общения. Джессика была уверена, что её ребёнок и думать забудет про эту нелепую дружбу. В заявлении в школу, где шёл набор двух первых классов Джессика написала «В разные классы с Хавьер Хосе Родригесом». Оба учителя младшей школы имели хорошие отзывы. Личных предпочтений Джессика не отдавала ни кому, поэтому ей было в сущности всё равно, к кому именно попадёт её ребёнок. Главное что подъостывшая за лето дружба начнёт потихоньку увядать. А к началу средней школы они вернуться в мегаполис. Всё-таки хорошая образовательная база это очень важно. А новых друзей её ребёнок найдёт без труда. Калео очень общительный и хорошо воспитанный мальчик. Весёлый, лёгкий и сообразительный. С таким просто найти общий язык.       Учитель старших классов Светлана Николаевна, уроженка России, живущая здесь с мужем испанцем была настоящим фанатом своего дела. Её детки — все сплошь отличники — были её гордостью и смыслом жизни. Она была счастлива в браке, состоялась как мама и была уверенна в том, что несёт в мир свет и силу знаний, качественно выполняя свою работу. Деток к себе в класс она подбирала ещё с детсадовских групп. За чашечкой чая обсуждала со знакомыми воспитателями малышей и их успехи, а затем самых сильных собирала к себе в класс. Перебирая личные дела она увидела запись «В разные классы с Хавьер Хосе Родригесом» на нужной себе фамилии и нашла этого самого Хавьера. На его деле значилась её фамилия. Но, выбирая между жаждущим попасть в её класс незнакомым Хавьером и перспективным Калео Светлана Николаевна вычеркнула Хавьера из своих списков и внесла туда свою будущую жемчужинку — Калео Ноемелекаи.       Ближе к сентябрю Джессике позвонили на Сатфон. Мерседес Гарсия Гомес де Родригес значилось на иконке звонящего абонента.       — Да, я вас слушаю, — с недоумением ответила она на вызов.       — Какое право вы имеете выбирать, у кого будет учиться мой сын?! Если вы не желаете попадать с ним в один класс, то идите к другому преподавателю! — экспрессивная речь собеседницы ввела Джессику в замешательство.       — Простите, я не совсем понимаю о чём вы говорите.       — Я говорю о Хавьере! Из-за вашего желания учиться в разных с ним классах нас поставили к учителю, к которому мы не хотели! Мы ещё в апреле написали заявление к Светлане Николаевне! Если не хотите учиться с нами, идите в другой класс!       — Мне очень жаль, но я правда не понимаю в чём у вас проблема. Нам всё равно у какого учителя мы окажемся. Решайте эти вопросы с администрацией школы.       — Они не хотят ничего менять. Нужно что бы вы сами позвонили и отказались. Вы бессовестно врёте! Если вам всё равно, то почему моего ребёнка переписали к другому учителю?!       Джессика оборвала связь и внесла неприятную женщину в чёрный список. А затем позвонила в школу, для выяснения подробностей. Её соединили напрямую со Светланой Николаевной. И та стала убеждать, что сумеет справиться со всеми детьми. И всё будет хорошо. Дети не станут хулиганить и она присмотрит за дисциплиной. В конце концов это школа, а не сад. И здесь будут совсем другие интересы. У неё очень большой опыт преподавательской деятельности. И крайне интересная и разносторонняя программа развития. Мы будем заниматься по карточкам, в игровой форме, почти не используя материалы стандартной системы образования. Это несёт очень большие перспективы в будущем.       Джессика, сражённая напором опытного педагога, способного подавлять волю целых групп буйных детей, сама не поняла, как уступила. И её драгоценный сын оказался в одной школе и в одном классе с Хавьером. Как она будет объяснять это мужу? Ведь весной они обсуждали возможность обучения Калео в соседнем городке, если вдруг их школа будет набирать только один класс и учиться в разных не будет выбора. А теперь получается что они имели возможность выбрать и другую школу, и другой класс. Но оказались всё равно в одном. Кимо отнёсся с пониманием. Всё-таки сильный учитель — это большая удача. Светлана Николаевна слыла требовательным и строгим учителем. Задающим большое количество заданий. Но детки у неё потом без труда учились в старшей школе. Приученные к дисциплине, докладам, сочинениям, порядку и аккуратности в тетрадях.       Калео и Хоссе продолжали дружить. Они сидели вдвоём на дереве после школы в ожидании Джессики. Сам Хосе добирался до дома пешком самостоятельно. Джессика было жаль одинокого неулыбчивого мальчишку. Он не здоровался, был всегда хмур и грубоват. Его мама слыла неадекватной на всю школу. И когда требовалось вызывать родителей, её вариант даже не рассматривали. Отец же Хавьера был груб, малообразован и замучен жизнью. В день, когда родителей Калео и Хавьера вызвали по щекотливому вопросу, Джессика приехала с мужем вдвоём.       В кабинете к их огромному удивлению были помимо Светланы Николаевны завуч младшей школы и учитель физкультуры. Лица у всех были очень серьёзные.       — Вчера на уроке физкультуры у нас случился неприятный инцидент. Хавьер щупал вашего сына и лез к нему в трусы в раздевалке.       Три пары преподавательских глаз уставились с тревогой на Кимо.       Калео грустно опустил голову. Ему было стыдно что это выносится вот так, на всеобщее обозрение. Было стыдно перед родителями. И он злился на учителей, которые лезли во всё это хотя на его взгляд не имели ни какого морального права поступать так.       Джессика с мужем синхронно вздохнули. Всё-таки оставить детей в одном классе было не правильным решением.       — Да, у нас уже были инциденты подобного плана в детском саду. В том числе и по этой причине мы настаивали на разделении мальчиков. Мы поговорим с сыном.       — Очень хорошо, — с облегчением вздохнула завуч, — что вы с пониманием относитесь к этой ситуации. Родители Хавьера очень своеобразные люди. Был большой скандал, когда мы проводили беседу с его отцом. Думаю, больше он не станет создавать проблем. Вероятно, о случае в детском саду он не был поставлен в известность.       — Да, думаю, воспитатель беседовала с его матерью.       — Ну что ж, теперь и отец его тоже в курсе. Он обещал разъяснить своему сыну что так делать нельзя. Думаю вы тоже сумеете справиться с этой задачей.       В гравикаре Джессика продолжила беседу с сыном.       — Калео, ты тоже лазил в трусы Хавьера?       — Нет мам, честно. Это всё только он. Я говорил, что так делать нельзя.       — Я не понимаю, зачем ты тогда всё ещё дружишь с ним? Тебе нравятся его приставания?       — Нет, — ребёнок грустно опустил голову. — С ним больше ни кто не дружит. Я единственный кто с ним общается. А ещё он никогда меня не обзывает и всегда на моей стороне.       — Калео, он плохо учится, пристаёт к тебе, оказывает дурное влияние. Домогается и щупает тебя в неприличных местах. Прилюдно. Над тобой будут все смеяться. Пожалуйста, прекрати с ним общаться. Дружи с мальчиками, которые учатся хорошо. Из приличных семей. Это очень важно для твоего будущего. Человек — это среднее поведение пяти ближайших людей, которые его окружают.       — Я тебя понял мам, правда. Я больше не буду с ним общаться.       Джессика почувствовала себя виноватой. Она только что разрушила жизнь маленького ребёнка. Хмурое личико неразговорчивого Хосе, которому так не повезло с родителями, стояло перед её глазами. Но если выбирать между благополучием собственного сына и постороннего ребёнка разве она была не права?..       — Совсем не общаться это тоже не правильно. Просто не общайся слишком близко. Вы можете здороваться и быть вежливыми друг с другом. Но проводить вместе время нужно больше с другими детьми. На следующий день в школе Калео отвёл Хосе на перемене в сторонку.       — Если ты хочешь продолжать со мной общаться ты должен перестать баловаться! И начать дружить с четырьмя отличниками. То есть помимо меня нужно ещё четверо. Николя очень хороший мальчик. Отличник из приличной семьи и хорошо воспитан. Мишель подойдёт. Он дружит с не очень хорошими мальчиками, но нам с ними общаться не обязательно. Главное что он сам отличник. И Ксан. Учиться не очень хорошо, но он очень адекватный и из хорошей семьи. Эрик хорош в математике. Его берём пятым. С сегодняшнего дня будешь вести себя прилично и дружить с ними. Понял? А то тебя переведут в другой класс, а меня вообще увезут в другой город. И ни каких ощупываний и поцелуев.       — Это мне уже отец объяснил, — грустно сказал Хосе, потирая зад. С тех пор Калео взял на себя ответственность за своего друга. Он старался быть примером, делая доклады и выступая у доски. Его сообщение про Белку было записано на стереокамеру и Светлана Николаевна с гордостью демонстрировала всем запись, хвастаясь, какой одарённый ученик занимается у неё. Как хорошо поставлена речь, и как свободно он чувствует себя перед публикой.       Но для самого Калео не было этой публики. Был только Хосе, которому он показывал как нужно делать правильно своим собственным примером. Ведь у него не было такой замечательной мамы, как Джессика. Которая часами репетировала с ним жесты и искала самые интересные факты о самых простых вещах.       — Белки живут по всему земному шару, за исключением Австралии и Антарктиды, — гордо произнёс он делая широкий взмах рукой. — И на самом далёком севере и на самом жарком юге.       Во втором классе мальчики вместе пошли на робототехнику. Их школа считалась очень сильной в этом направлении. И на международном соревновании прошлого года ученики с их города заняли первое место. Калео и Хосе занимались программированием вместе. Один писал программы в карманном терминале, а второй собирал модель из конструктора. Первое время они менялись, пробуя себя в разных ролях. Но потом чётко распределили обязанности что бы их пара была максимально эффективна. Калео знал, что единственное, что способно будет остановить его маму от переезда — это отличная учёба и большие перспективы для будущего. Робототехника в этом плане была единственным для них вариантом. Можно было податься в спорт — здесь была отличная школа Олимпийского резерва, вокруг которой и строилась вся инфраструктура городка. Но этого мать с отцом точно бы не оценили. Они грезили воспитать единственного сына успешным, состоятельным и состоявшимся человеком. Инженерное или техническое образование удачно вписывалось в этот образ. И обязательно с космическим уклоном. Будущее — это космос, не уставал напоминать ему Кимо.       Калео часто задирали другие мальчишки. Они смеялись, что его везде возит и забирает мама, что он занимается музыкой и много читает, когда все остальные занимались спортом и бегали везде и всюду самостоятельно. Его дразнили и обзывали. Но ему было всё равно. Серьёзный спорт — это травмы и пустая трата времени, а ещё отток крови к мышцам и сахарное голодание мозга, что очень вредно в период активного умственного развития. Физическое развитие можно получать и без спорта, гармоничными нагрузками в виде активных игр. Только Хосе никогда над ним не смеялся. Правда и заступиться за него он не мог.       Так уж сложилось, что Калео был у них главным заступником от всех задир класса, включая враждебно настроенную группу девчонок-зазнаек. Мама учила его, что нельзя проходить мимо несправедливости и закрывать глаза на творящееся зло. Бездействие — самое страшное преступление. А Хосе был слишком мелким, плохо одевался и был крайне неуверенным в себе. Калео боялся, что если он начнёт конфликтовать с другими детьми, то его совсем заклюют. У него нет таких родителей, которые всё объяснят и расскажут, как и на что нужно реагировать.       Книги! Вот что нужно его другу. Мама всегда говорила, что книга — лучший учитель и советчик. И Калео начал учить Хосе читать. Конечно, не в прямом смысле этого слова. Буквы Хавьер знал и без этого. Но он помогал ему подбирать интересную литературу. Знакомил со своими любимыми рассказами вне школьной программы. Они много и охотно обсуждали прочитанное, сидя на дереве после школы.       Джессика старалась не заострять на этом внимания. Сын общался с довольно большим количеством детей. Она часто видела их компанию. Поэтому то, что Хосе затесался в их круг, было уже не так страшно. А даже полезно для духовного и социального воспитания ребёнка. Пусть сын видит, как растут дети в неблагополучных семьях. И стремится к лучшему и большему для себя в жизни. Почувствует разницу в социальном положении и образовании. В гостях таких детей они ни когда не привечали. Общаться с ними можно было только на улице.       К четвёртому классу они были сплочённой компанией мальчишек. С отличными отметками, первыми успехами на соревнованиях по робототехнике и очень дружными между собой. Калео сделал всё, что мог. Отец должен был прилететь на побывку между вахтами и они с матерью собирались присматривать квартиру в Смитстоуне. Мама планировала устроиться там на работу и продолжить карьерный рост. Пятый год в глуши дался ей не просто. Она тосковала по подругам, работе, активной светской жизни. Ей не хватало движения в жизни. Сын подрос и уже не нуждался во всём её внимании.       — Меня забирают в мегаполис. Мама ещё готова была уступить и рассмотреть вариант остаться, но отец настроен категорически. Когда мама упомянула про друзей, то он сказал, что здесь нет достойного окружения. А когда я буду работать на других планетах мне и вовсе ни к чему будут лишние привязанности на Земле. Там другой счёт времени, и поддерживать связь будет почти не возможно.       Хосе смотрел на него взглядом побитой собаки. Он готов был разрыдаться, глядя на то, как самый важный человек в его жизни говорит ему, что они расстаются и теперь он для него лишняя привязанность из неравной социальной прослойки.       — Ты слушаешь меня или нет? Пятым теперь у вас будет Саймон. Оценки не очень, но вы подтянете. Будешь сам его в компанию приглашать. С ребятами поговори если что. Пусть Николя и Мишель пару раз его к себе домой позовут с родителями познакомиться. Меня не будет — за Мишеля придётся вступаться тебе. А то сожрут его эти гиены. Понятно? Что бы ни кому не позволял его обижать. Девчёнки ноги об него вытирают и до слёз доводят стоит отвернуться. И робототехнику не бросай. Поступать будешь по космической специальности. Потом определимся в какой институт. Выберешь ту что попроще и куда меньше народа идёт, что бы наверняка бюджетно поступить. Меня родители на что-нибудь сложное запихнут. Не то, что бы ты не потянешь, но если у нас одна специальность будет, то мы вместе работать не сможем. Двух начальников в одно место не возьмут. Понятно?       Хосе активно закивал и от избытка чувств прижался губами к губам друга. Уже не пугал ни ремень отца, ни угрозы самого Калео, что их разлучат. Теперь они расстаются всё равно. Даже не смотря на то, что он все эти годы делал всё что от него требовалось. Дружил с кем ему было велено, старательно учился, вёл себя прилично и воспитано, не лез целоваться и не прикасался руками. Хотя хотелось порой так сильно, что приходилось прикусывать губу до крови или впиваться ногтями в ладонь. Сейчас они расставались и он мог себе позволить всё. И сжать в объятьях, и ощупать всё доступное под руками, и целовать сколько получится.       — Ну что ты опять! Мы же договаривались — мы просто друзья, — возмутился Калео, отступая.       — Я тебя люблю, — совершенно несчастным голосом выдохнул ему в грудь Хосе.       — Мама говорит ещё рано. И это всё не серьёзно. Поэтому сперва нужно подрасти. Окончить школу и поступить в институт.       — А потом? — с надеждой заглянул ему в глаза Хавьер.       — В институте уже можно. Раньше — это не правильно. Там циклы гармоничного развития личности. Я не всё помню, у меня не получится как у мамы объяснить. Но в общем, то что у тебя — это дефицит родительского внимания. Такая привязанность это из-за того, что я хорошо к тебе отношусь, а они не достаточно хорошо. Но это всё не важно. — Калео тряхнул Хосе за плечи и внимательно посмотрел в глаза. — Пока меня не будет внимательно следи за своим кругом общения. Пять человек, с которыми ты будешь общаться чаще всего должны быть из приличных семей, хорошо учиться, иметь культурную речь и стремиться поступить в институт. Желательно получить работу в космосе. Но таких здесь мало. И читай! Я буду тебе на сатфон скидывать что нужно.       Глаза у Калео вдруг стали влажными и их защипало от слёз.       — Я тоже тебя люблю. Но родители расстроятся, если я не попаду в космос. Поэтому ты должен сделать всё, что бы полететь вместе со мной. Обещаешь?       И не смотря на то, что нельзя, неправильно и ещё рано Хосе снова его поцеловал.