Спаситель

Я помню, он держал меня в оковах, И в одинокой тишине, Он трогал тело моё грешное, Не заслужившее его тупых прикосновений. Сопротивляться и кричать, наверно было бесполезно, Ведь, даже если это делать, Не остановится. Он лишь продолжит, Действуя на нервы. Он любит бить, пытать и мучить. Не любит нежности, уюта. Когда кричу от боли я, Он наслаждается сполна. А я устал, хочу заботы. Я не желаю больше боли. Устал мой бедный организм Бороться с этим. И я кричу, и я молю: "Осирис! Дай же мне свободы! Ну, почему твои заботы, Касаются меня?" "Ты жизнь разрушил мне! Когда ты в первый раз коснулся тела моего, Я даже ожидать не мог, Как сильно полюблю я собственный комфорт." А он в ответ молчал... Не говорил ни слова. Он лишь смотрел, а кровь моя, Застыла в жилах от тревоги, Что окутала меня при этом взгляде чёрных взоров. Затем заговорил. От слов его я в ещё больший ступор впал. Глаза мои расширились, дыхание участилось, А тело затряслось в конец. "И это говоришь мне ты? Тот падший Бог, что тело мне своё отдал. И делал всё, что захочу И ублажал меня в постели, забыв о том, что тоже был кого-то Богом." "Так, посмотри же на себя! Ты - мой! И только мне решать, Как поступить с тобой" Я помолчал, подумал. Затем, руками резко дёрнув, Да так, что чуть-ли не сломав оковы, Я выкрикнул: "Да будь ты проклят! Я знаю, Гор меня спасёт. Он - тот, кто меня любит, Тот, кто может защитить." Лицо Осириса стремительно бледнело. Глаза его пылали гневом. Он зол - я понял это сразу. Мне конец. "Да ты! Да как ты смеешь сына моего В свои деяния впутывать?! Да ты пойми, никто, как я, Тебя и не любил!" "Никто не может дать того, Что я дал, Сет, ну уж пойми! Никто не заберёт тебя! Ты будешь здесь, со мной." И под конец своих речей, Он вдруг упал, разбивши голову об пол. И появился Гор, что, освободив меня, Пообещал, что будет защищать от всех невзгод.