Scrub-a-dub-dub, get out of the tub

      Вэй Усянь убежал принять ванну, любезно подготовленную супругом. Это так расслабляет после удачной ночной охоты с молодыми адептами.       — К тому же, там было очень скучно. Нечего было выследить, словить или сделать, — сказал Вэй Усянь, погружаясь в воду.       В это время Лань Ванцзи направился заваривать утренний чай, мельком замечая небольшое покраснение на нижней рубашке супруга, подтверждая все его опасения. Вэй Усянь ничего не сказал о том, что был ранен. На деле он сказал, что всё в порядке.       Лань Ванцзи прошелся и выглянул из-за ширмы. Осмотрев своего супруга, промокшего до нитки, тот казался таким спокойным и расслабленным.       — Вэй Ин, ты не попадал ни в какие неприятности прошлой ночью, не так ли? — в словах Лань Ванцзи проскользнула сдержанная суровость — намёк на предупреждение.       Слова ошеломили Вэй Усяня, и он чуть не ушел под воду. Повернувшись к мужу, он почувствовал, как его щеки заливает румянец.       — С чего ты так решил? Это была обычная ночная "прогулка", — с улыбкой сказал Вэй Усянь.       Лань Ванцзи инстинктивно взял его ладони в свои:       — Вылазь, ты скоро превратишься в сосульку.       Он ждал у ванной, пока муж осторожно вылезал из деревянной бочки. Тот ступил босыми ногами на пол и направился к своему полотенцу, оставляя за собой мокрый след.       Вэй Усянь задумался и не сразу заметил отсутствие супруга, тот воспользовался ситуацией, делая свой ход. Он подхватил любимого в свои руки с полотенцем совершенно не заботясь о всей грязи, что они наводят после себя. Лань Ванцзи высушил лишь некоторые части тела, такие как спина, живот и волосы. Весь процесс Вэй Усянь сопротивлялся внезапной сушке.       Нефрит подвёл супруга к кровати. Сев, он устроил его на своих массивных бёдрах, предварительно подложив полотенце под влажное тело.       Его задница была всё ещё мокрой, когда Лань Ванцзи вынимал нижнюю рубашку, как доказательство. Вэй Усянь попытался возразить, прежде чем доказательства оказались прямо перед его носом.       Засохшая кровь на внутренней части рубашки.       Лань Ванцзи схватил руку ерзающего тёмного заклинателя. Он заметил наполовину зажившую рану на руке своего любимого. Нежно коснувшись раны ладонью, он передал свою духовную энергию и одновременно напевая успокаивающую мелодию.       Когда рана зажила, Нефрит прочистил горло. Это заставило Вэй Усяня задрожать от предвкушения.       Лань Ванцзы, ожидая возражений от мужа, шлёпнул его по заднице:       — Ты скрыл свою рану от меня, — строго сказал Лань Ванцзи. — Разве мы не обсуждали это с учениками? Какой пример ты им подаешь? Вэй Ин, это уже не первый раз, когда ты что-то от меня скрываешь.       Темный заклинатель недовольно заскулил:       — Ханьгуан-Цзюнь, тебе обязательно читать нотации, как своим ученикам?       Лань Ванцзи лишь утвердительно хмыкнул:       — Mгм, — следом шлёпая его по влажной ягодице. Вэй Усянь мигом пожалел о своем безрассудстве.       — Лань-эр-гэ-гэ! Ты слишком груб! - это хныканье было проигнорировано супругом, что сосредоточился на своей задаче — сделать ягодицы Вэй Усяня ярко-розовыми.       Он внимательно следил за своими действиями, добиваясь нужного жгучего эффекта. Когда ягодицы приобрели нужный оттенок, Лань Ванцзи потянулся за тапочком, который лежал под кроватью. Им же он шлепнул 2 раза Вэй Усяня по самым мясистым частям его задницы.       — Поднимайся, — сказал Лань Ванцзи, помогая любимому встать на ноги. Вэй Усянь посмотрел на него своими большими щенячьими глазами, полными мольбы.       — Лань-эр-гэ-гэ, я усвоил урок, прошу...       — Ты знаешь установленные правила, ты определённо всё ещё не сожалеешь, — произнес Лань Ванцзи, обнимая его талию.       Ханьгуан-Цзюнь раздвинул его ноги, усаживая на своё левое бедро. Он устроился позади супруга, наслаждаясь видом покрасневших "щечек". Вэй Усянь же попытался сдвинуться или, хотя бы, сомкнуть свои ноги, но это было тщетно.       — Это за твое безрассудство и за то, что скрывал от меня свои раны. Вечером мы обсудим твою ложь, а сейчас сосредоточимся на твоем опасном поведении в последнее время. Я не хочу, чтобы ты подвергал опасности себя или других. Всё понятно?             — Так точно, Ханьгуан-Цзюнь, — надуто ответил Вэй Усянь, после хватаясь за голову.       Подняв тапочку повыше, он быстро её опустил на красную ягодицу. После первого удара Вэй Усянь задохнулся. Лань Ванцзи продолжил атаку несчастных ягодиц, переходя от одной к другой и медленно спускаясь к пухленьким бедрам. После первого захода послышалось шмыганье носом.       Второй заход сопровождался плачем и ерзанием:       — Мы почти закончили, — проговорил Лань Ванцзи. — Я горжусь тем, как ты справляешься, — прилетел ещё один шлепок по заднице.       На третьем заходе Вэй Усянь разрыдался:       — Прости! Я больше никогда не буду безрассудным!       — Мгм, Вэй Ин, посмотрим.       Закончив наказывать его уже чувствительные места, Лань Ванцзи продолжил:       — Больше никогда.       Он дал Вэй Усяню выплакаться, нежно поглаживая его по спине, пока тот не успокоился.       Лишь когда тот вовсе смолк, Лань Ванцзи заговорил:       — Вэй Ин, пойдем завтракать или пить утренний чай. Ты, должно быть, голоден.       Вэй Усянь действительно проголодался. Супруг крепко обнял его, целуя в макушку. Крепкие руки подхватили темного заклинателя и понесли за стол, словно принцессу.       Несмотря на то, что он старался аккуратно сидеть, Вэй Усянь говорил с набитым ртом. Но это не мешало Лань Ванцзи любоваться своим любимым супругом.