T.L.H.

Тео застыл, не веря своим ушам. Кровь то приливала к вискам, то отливала, оставляя ледяную пустоту. — Тео, как удачно, что ты тут оказался, — Луна проворковала так естественно, будто они встретились за чашкой чая в Хогсмиде, а не в раздевалке после страстных ласк с Поттером. Она не стыдилась. Не оправдывалась. Это осознание обожгло сильнее, чем сама сцена. — Мы как раз говорили с Гарри, что у нас совпадают тайные желания. И тут ты — такая удача! — её глаза сияли искренним восторгом, словно она демонстрировала пикси с крыльями бабочки в коллекции. Гарри скривился, внезапно покраснев: — Я говорил о ещё одной девушке! Луна повернулась к нему с хищной грацией, внезапно притянув его к себе. Их губы слились в поцелуе. Её маленькая рука — такая нежная — легла на промежность Гарри, заставив его издать глухой, мычащий выдох прямо в её рот. Тео сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Надо было бежать. Но ноги не слушались. — А я хочу, чтобы ты и Тео здесь и сейчас были во мне так глубоко, как никогда, — прошептала она. Тео задрожал. Он готов был сорвать с себя всю одежду, чтобы немедленно исполнить мечту своей неземной Луны. Каждая клетка тела кричала, требуя прижать её к холодной стене, забыть всё, стоять перед ней на коленях. Гарри попытался запротестовать, но её рука сильнее сдавила его член сквозь ткань брюк, а зубы впились в его нижнюю губу. — Давай, Гарри, — сладко прошептала она, голосом сирены, зовущей моряков на гибель. — Тебе понравится. Нам всем понравится. Гарри наконец сдался, его кивок был почти незаметен. Луна широко улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у Тео перехватывало дыхание — и подозвала его пальцем. Он приблизился, дрожа. Расстояние между ними сократилось до толщины волоса. Он чувствовал ее теплое дыхание на своих губах, аромат полевых цветов и чего-то неуловимо лунного, бешеный стук собственного сердца. — Можно? — его голос дрожал, как первый снег на ветру. Луна кивнула, не переставая улыбаться. Тео не хотел закрывать глаза. Хотел запомнить, как ее ресницы отбрасывают тень на щеки, как расширяются зрачки, когда он приближается, как дрожит ее нижняя губа перед поцелуем. Но когда их губы наконец соприкоснулись, из глаз Тео будто рассыпались искры. Ее губы оказались мягче, чем лепестки роз, слаще, чем самый спелый персик, горячее, чем летнее солнце. Когда она приоткрыла рот, приглашая его глубже, Тео почувствовал, как кровь ударила в пах, пальцы сами впились в ее бедра, язык жадно исследовал каждый уголок ее рта. Это было похоже на удар молнии — ослепляющий, огненный, беспощадный. Он горел, но не хотел тушить этот огонь. Тео не хотел, чтобы это заканчивалось. Когда Луна отстранилась, он физически ощутил, как вокруг образовалась пустота — словно весь воздух выкачали из комнаты. Он открыл глаза, не разжимая рук, обнимающих её тонкую талию. — Мне понравилось, — прошептала она, глядя своими небесными глазами прямо в его. Затем неожиданно добавила: — Может, и вы поцелуетесь? — её взгляд скользнул с Тео на Гарри. Реакция была мгновенной: — Точно нет! — вскрикнул Тео, отпуская её талию, будто обжёгшись. — Я даже не притронусь к нему! — фыркнул Гарри, отпрянув назад. Луна лишь рассмеялась, поджав губы: — Хорошо, — протянула Луна и через голову сняла кофту, обнажая небесно-голубой кружевной бюстгальтер, так изящно подчеркивающий ее грудь. Тео едва сдерживал дрожь в коленях — так хотелось упасть перед ней и целовать каждый сантиметр кожи, поднимаясь от щиколоток вверх. Гарри, не церемонясь, тут же скинул футболку, демонстрируя накачанный торс. Его грубоватые пальцы скользнули по кружеву, оттягивая бретель, в то время как губы вновь приникли к шее Луны. Тео видел, как её веки дрогнули от наслаждения, и это зрелище перевесило ревность. Его пальцы сами потянулись к подолу собственной футболки. Пусть его тело не блистало мускулатурой как у Поттера — сейчас это не имело значения. Он подошёл сзади, прижавшись к её спине своим торсом. Губы нашли нежную кожу за ухом, ее аромат так близко, такой пьянящий. Руки обвили её талию, ощущая под пальцами биение её сердца. Его губы тем временем опускались по позвоночнику, оставляя влажный след на каждом позвонке. Они оба поклонялись Луне, как богине, и в этом не было ничего постыдного. Луна повернула голову, поймав губы Тео в поцелуе, в то время как пальцы Гарри продолжали своё дерзкое путешествие по её телу. Гарри медленно скользнул пальцами по поверхности бюстгальтера. Кружево врезалось в нежную кожу Луны, оставляя временные следы, которые тут же исчезали, словно волны на песке. Его большой палец нашел выпуклость соска и начал описывать медленные круги — сначала едва касаясь, затем усиливая давление, пока сосок не стал твердым под тонкой тканью. Тео замер, наблюдая, как пальцы Гарри движутся к застёжке между лопаток. Металлические крючки поддались с тихим щелчком, и кружевные бретельки соскользнули с плеч Луны, как паутина на ветру. Освобожденная грудь вздымалась от глубокого дыхания, ареолы слегка потемнели от прилива крови. Поттер не сразу прикоснулся к обнаженной коже. Сначала он лишь обвел контур груди горячим дыханием, заставляя Луну выгибаться навстречу. Его губы наконец сомкнулись вокруг соска, язык скользнул по чувствительной поверхности, вырисовывая сложные узоры. Тео не мог оторвать взгляда. Его собственные руки сжимали бедра Луны, ощущая, как мелкая дрожь пробегает по её телу. Губы Тео нашли ее плечо, впитывая солоноватый вкус кожи. Каждый стон, каждый вздох Луны отзывался в нем эхом возбуждения. Его пальцы медленно скользили по бархатистой коже бедра. Каждый сантиметр её тела казался ему священной картой, которую он изучал с благоговением. Его ладонь плавно опустилась вниз, подол юбки зашуршал, подчиняясь движению. Пальцы Тео остановились у границы кружевных трусиков, едва касаясь влажной ткани. — Мерлин! — вырвалось у него, когда подушечки пальцев ощутили тёплую влагу сквозь тонкое кружево. Луна выгнулась навстречу его прикосновению, её дыхание участилось. Тео почувствовал, как его собственный член болезненно пульсирует в тесных штанах, упираясь в округлость её ягодиц. Его указательный палец скользнул под резинку трусиков, средний — нащупал горячую складку, уже скользкую от возбуждения, а большой продолжал массировать нежную кожу внутренней стороны бедра. Луна закусила губу, её ногти впились в плечо Гарри, который в этот момент не прекращал ласкать её грудь. Тео чувствовал головокружение от её влажности, предательскую дрожь в собственных руках. Луна всем телом тянулась к его прикосновениям, а Гарри, странным образом, казался ещё более возбуждённым от происходящего рядом. Луна повернулась к Тео лицом. Пальцы скользили по пуговицам его брюк, медленно расстегивая их. Каждое движение её тела заставляло Тео содрогаться от предвкушения. Она опустилась на колени перед ним, снимая брюки и трусы одним плавным движением. Его член напряженно пульсировал, обдаваемый прохладным воздухом. Луна задержала взгляд на нем, медленно облизывая губы - от этого жеста член дернулся, а по спине Тео побежали мурашки. Её изящные руки опустились на плечи, слегка надавливая, усаживая его на скамью, при этом страстно целуя в губы. Когда она разорвала поцелуй, Тео почувствовал себя брошенным. Луна повернулась к нему спиной, демонстрируя свои обнаженные ягодицы. Он готов был целовать, кусать, поклоняться каждому сантиметру её кожи. Гарри быстро обнажился, не дожидаясь команды, и Тео старательно избегал взгляда на член Поттера. А пальцы Луны скользили по его стволу, вызывая стон. Они слилились в поцелуе, пока она спиной опустилась на колени к Тео. Ее промежность скользила по его возбуждению, а рука продолжала ласкать Гарри. Другой рукой она направила пальцы Тео внутрь себя, при этом так сладко выдохнула воздух. От ощущения горячей влажности у Тео закружилась голова, он начал двигать пальцами, одновременно перебирая её сосок второй рукой. — Не забудьте защитные заклинания, — прошептала Луна, задыхаясь, прежде чем наклониться к Гарри и провести языком по всей длине его члена. Тео терял контроль - его пальцы внутри неё, губы на ее шее, член тёрся о ее влажную кожу. Он чувствовал, как может взорваться от переизбытка ощущений, но не хотел, чтобы это прекращалось. Луна двигалась между ними, как опытный дирижер, заставляя их тела звучать в унисон. Гарри застонал, когда она обхватила ртом его член, а пальцы Тео продолжали исследовать ее изнутри. В этом хаосе прикосновений, стонов и запахов не оставалось места для мыслей - только животная страсть и страстное единение трех тел. Луна двигалась между ними с грацией хищницы, каждый жест отточенный и точный. Ее рот обхватывал Гарри, каждый взмах головы заставлял его пальцы сильнее впиваться в ее белоснежные волосы. В это же время ее бедра ритмично двигались на пальцах Тео, влажные внутренние стенки сжимались вокруг них с животной жадностью. Тео чувствовал, как его собственное возбуждение достигает критической точки. Каждый стон, вырывающийся из губ Луны, когда она отрывалась от Гарри, чтобы перевести дыхание, заставлял его член болезненно пульсировать. Он увеличил темп движений пальцев внутри неё, находя ту самую чувствительную точку, которую изучил в своих мечтах. Тео ускорил движения, его пальцы работали с точностью натянутой тетивы. Он видел, как её глаза закатываются под веками, как капли пота стекают между её грудями, как её пальцы впиваются в бедра Гарри. Его собственный член болезненно пульсировал, требуя внимания, но он не мог оторваться от этого зрелища — от того, как она теряет контроль. В последний момент её тело напряглось, как лук перед выстрелом. Губы разомкнулись в беззвучном крике, когда волны удовольствия накрыли её. Тео почувствовал, как её внутренности судорожно сжались вокруг его пальцев, как её ногти впились в его запястье. Она оторвалась от члена Гарри. Тонкая нить слюны растянулась между её раскрасневшимися губами и его блестящей головкой, прежде чем оборвалась. Гарри не сводил с неё глаз, его член всё ещё был напряжён. Тео понимал — это ещё не конец. Его свободная рука скользнула вниз, нащупывая собственный член, который отчаянно пульсировал в такт её последним судорогам наслаждения. Гарри двумя руками поднял Луну, прижимая к себе, жадно терзая её губы своим ртом. Она обхватила его талию ногами, соединяясь промежностью с его членом. Он продолжал насаживать её на себя, удерживая вес тела руками. Через несколько мощных толчков Луна ослабила объятия ног, опускаясь на пол. Она сползла на колени, встав лицом к члену Тео, а Гарри опустился на колени, пристраиваясь к её заду. Её губы обхватили Тео в тот самый момент, когда Гарри вошёл в неё сзади. Луна застонала, и вибрация от этого звука заставила Тео закинуть голову назад. Гарри двигался медленно, давая ей возможность сосредоточиться на работе ртом. Его руки обхватили её грудь, защипывая соски, пока она сосала Тео. — Так лучше? — прошептал Гарри, ускоряя движения. Луна не смогла ответить — её рот был занят, но судорожное сжатие её пальцев на бёдрах Тео говорило само за себя. Тео видел, как её глаза наполняются слезами от переизбытка ощущений, как её тело дрожит между ними. Бёдра дёргались в такт её сосательным движениям. — Мерлин, Мерлин! — его голос сорвался, когда Луна особенно глубоко взяла его в рот. Гарри ускорился, его бёдра хлопали по её ягодицам, каждый толчок заставлял её сильнее сжимать губы вокруг Тео. Он видел, как её плечи напрягаются. Луна вскрикнула, её ногти впились в руку Тео, когда новый оргазм начал подкрадываться к ней. Тео почувствовал, как её горло сжалось вокруг него, и это стало последней каплей. С резким выдохом он кончил ей в рот, а Гарри, почувствовав, как её внутренности сжимаются в спазме, с хриплым стоном последовал за ним, заполняя её изнутри. Луна, дрожа, проглотила, затем медленно опустилась на пол. Тео не мог позволить ей оставаться на холодном камне. Он подхватил её на руки, притянул к себе, крепко обнимая и покрывая её плечи, шею, губы жадными поцелуями. Луна слабо засмеялась, её пальцы запутались в его волосах. Гарри откинулся на скамью, тяжело дыша, наблюдая за ними через полуприкрытые веки. Капли пота скатывались по его груди. Луна обхватила шею Тео, отвечая на его поцелуй с неожиданной нежностью. Её губы были тёплыми, чуть солоноватыми на вкус. Первым оделся Гарри — натянул штаны, не застёгивая, рубашку накинул на плечи. Луна выскользнула из объятий Тео, встала, нашла своё бельё и грациозно натянула его, дразняще медленно. Тео застыл, забыв про одежду, просто наблюдая, как ткань скользит по её бёдрам, как пряди серебристых волос прилипли к её влажной спине. Застёгивая лифчик, она пристально смотрела в его глаза и улыбнулась, понимая какой эффект производит. Пока Тео натягивал штаны, Луна с Гарри стояли, слившись в поцелуе. Его руки лежали на её талии, её пальцы путались в его волосах. Тео смотрел на них без привычного раздражения. Да, он не мечтал делить Луну ни с кем, но если это делает её счастливой. — Мальчики, — Луна оторвалась от Гарри, обернулась к Тео, — это было прекрасно. Надеюсь, скоро повторим? Её глаза светились, губы — слегка распухшие, шея в красных пятнах. Прекрасна, как богиня, думал Тео. — Конечно, — пробормотал он. Луна рассмеялась, подошла к нему, провела пальцем по его нижней губе: — Ты был великолепен. Вы оба. Затем отступила на шаг, покрутилась перед ними, будто демонстрируя новое платье, а не следы их страсти на своей коже. Её движения были плавными, словно танец, а в уголках губ играла та самая загадочная улыбка, которая сводила Тео с ума. — Приятных снов, — сказала она и, не дожидаясь ответа, скользнула к выходу. Дверь тихо захлопнулась. Гарри и Тео остались одни в опустевшей раздевалке, где воздух всё ещё был густым от запаха секса и пота. Они посмотрели друг на друга — сначала украдкой, потом уже открыто, но ни один не нашёл слов. Они вышли и разошлись в разные стороны — Гарри направо, к винтовой лестнице, ведущей в гриффиндорскую гостиную, Тео — налево, в подземелья Слизерина. Тёмные коридоры Хогвартса поглотили их, оставив позади лишь воспоминания о жарких прикосновениях, прерывистых стонах и той самой улыбке, которая, кажется, навсегда останется в их мыслях.