сложные отношения

ни один из них не могли точно описать свои отношения. грань между дружескими и интимнымм отношениями размылась. труднее всего было, когда они принимали наркоту. вместе или по отдельности, это не имело значения - каждый раз первый звал второго и наоборот. чаще всего они в эти моменты занимались сексом (это было когда нахуяривались оба), но иногда просто говорили. ну знаете, говорят, что когда человек напивается или принимает что-то, то он показывает свою настоящую сторону. некоторые люди буянят, а некоторые наоборот, становятся очень приветливыми. значит ли это то, что они скрывают свою симпатию друг от друга? или это просто эффект от наркотиков такой - желание кого-то рядом? намгю мало что знает о наркоте, просто узнал, что танос принимает определённые таблетки и порошки и, сам того не замечая, начал принимать только их. в клубе, в котором он работал, он почти всегда заботился о том, чтобы таносу приносили дозу. но самое интересное начиналось тогда, когда танос невзначай трогал нам гю. а тот и не был против. 'только смену отработаю,' - говорил он ему, убирая руку репера со своего бедра. они просто друзья, да? как там называются такие отношения... друзья с превелегиями? у нас что-то типа того, - думал намгю, возвращаясь к работе, чувствуя как шею заливает краска. он не пытался это объяснить, потому что аргументов просто не было. но ему нравилось то, что пооисходило межлу ними. ему определённо это нравилось иначе как объяснить то, что он с удовольствием ложился под таноса, когда даже не принимал дозу. только танос нахуярился и намгю был очень даже рад 'помочь'. он никогда не был против дружеский секс, небольшая услуга, друзья с превелегиями, - он называл это как угодно, но только не воспринимал это как романтические отношения может он думал, что для таноса он - очередная побрекушка? да, думал, но в большей степени он не соглашался с этим. нет. субон мудак, но не до такой степени. намгб не был очередной побрекушкой, потому что он спал с ним много раз (не как со своими одноразовыми любовниками; с ними он проводил всего ночь и пути их расходились) и несколько дней в неделю. может аргументы и не самые сильные, но намгю просто отказывался в это верить, потому что могло быть слишком больно. они не говорили об этом вообще. может они и хотели, но духу хватало только на короткий разговор после секса и они засыпали. а после того как просыпались, делали вид, что ничего такого и не произошло. было трудно понять, что происходит, но после таблеток становилось понятно: происходит что-то классное. эйфория накатывала быстро и за короткий промежуток времени стирала весь здравый смысл (если таковой вообще был). а вот что сказать о таносе... он не знал о 'подарках' намгю, точнее не знал, кто их отправитель, но смутно предпологал. хотя, кому же ещё? тогко намгю мог сделать это, да. этот красивый мальчик, который работал в его любимом клубе. он был очаровашкой, - так подумал о нём субон, когда в первый раз посетил клуб 'пентагон' несколько лет назад почле концерта. гримела музыка, пьяные люди представляли собой мутные кучи то у бара, то на танцполе. голова уже немного не соображала после алкоголя, но субон пытался заставить себя не завалисься спать в вип комнате, а расслабиться после концерта. сегодня он забыл текст своей же песни, о боже... прошёл примерно час, но по ощущениям таноса целая вечность. какой-то парнишка в чёрной кепке зашёл в комнату и протянул таносу пачку. пачку таблеток. его любимых таблеток -чего ты мне это суёшь? - спросил в пьяном бреду репер, на что незнакомец усмехнулся. танос тогда не смог разглядеть его лицо: глаза были скрыты кепкой и волосами, к тому же эти яркие прожекторы сверкали как сломаный светофор -вам попросили передать. я доставщик, понимаете? - о, субон понимал. доставщий, курьер - не важно, он был тем, кого отправляют доставить наркотики. только теперь интересно кто это сделал? позде оказалось, что это фанат репера когда этот курьер ушёл, танос принял одну таблеточку (он любил называть это нежно, лаского, потому что, надо признать, они приносили самый сильный кайф) и растянулся на диване, прикрыв глаза. а потом, в ту же ночь, ему попался на глаза какой-то парень - официант, который станет его лучшим другом и лучшим секс-партнёром - и что-то его зацепило. взгляд, движение, слово - не важно. важно то, что зацепило сильно, вцепившись мёртвой хваткой в ту же ночь, часом позже, вцепившись мёрткой хваткой, царапал ему спину тот самый официант. ближе к утру закончилась его смена. его знали намсу, а точнее намгю (может из-за громких звуков танос неправильно услышал его имя). но тем не менее, намсу - намгю - позволил ему трогать себя, шептать ему пошлые слова. бармен осадил намгю, прегрозив, что если тот не прекратит, то он расскажет всё хозяину. и ровно в пять часов закончилось смена этого очаровашки. он не был против, когда они зашли в туалет, где никого не было; не был против, когда его любимый репер снимал с него одежду; не был против, когда пальцы субона растягивали его, используя слюну как смазку; не был против когда член таноса двигался внутри него. и подтверждение тому, что он кончил. очень даже быстро, но крепко державшись за таноса, как за последную возможность выбраться из ямы одиночества и холода. и тогда установился какой-то порядок: танос приходил в клуб несколько раз в неделю, принимал дозу (иногда намгю тоже нахуяривался прямо на работе), заигрывал со своим уже другом и когда заканчивалась его смена, они ехали к нему домой. иногда, когда у намгю хватало сил и желания, танос брал его в той маленькой студии, а так-то намсу - намгю - засыпал (после ночной смены он правда очень уставал, несколько часов на ногах в шумном клубе - это нелегко), а субон смотрел как он спит. мило, - всегда думал он. а потом засыпал рядом не важно что было между ними, важно то, что они просто были рядом. иногда не нужно вешать на всё ярлыки, иногда нужно просто поддаться течению и посмотеть к чему это приведёт *** в этот день намгю был готов поравзлечься. в коленно-локтевой он был долго не простоял, но просто раздвинуть ноги казалось не так уж и сложно (тем более для него). тем более возбуждённый член не дал бы ему прочто заснуть, давил бы на мозг, в итоге вызвав раздрожение и досаду благо, танос ничего не спрашивал, а делал он нависал над намсу (первый слог имени намгю и первый слог имени субона), впившись в губы поцелуем. он знал, что на нежности времени у них особо нет, всё таки он не хотел сильно нагружать другого парня своими желаниями. тем более, они оба были возбуждены до предела. танос только растегнул ремень намгю, скользнув в боксеры и обхватив его возбуждённый член, как с губ того сорвался стон. они продолжали целоваться, поэтому звук был заглушён. хотя это возбуждало субона ещё больше: он хотел заставить намгю делать таких звуков больше, пока ими не заполниться вся его маленькая студия, что он и сделал в следующие пару минут субон убедился, что его друг (а точно ли он друг ему?) хорошо растянут и готов без проблем принять его. три пальца, влажные от смазки, свободно скользили вперёд-назад в дырочке намгю, заставляя его извиваться и тихо стонать и бормотать, как же это приятно -ну хватит уже. - намгю откровенно скулил между словами, - возьми меня, - слова эти сорвались неосознано, но он не в коем случае не жалел о них -как скажешь, baby, - вынув пальцы из нам гю и вытерев их от смазки о его же ноги, субон отстранился ненадолго, чтобы взять один из презервативов из коробки, которая всегда хранилась у намгю в тумбочке. стянув боксеры и расположившись между восхитительных (по мнению субона) ног нам гю, он натянул презерватив. намгю непроизвольно раздвинул ноги шире. никто из них не обратил на это внимание смотрев в потолок он хотел сказать, чтобы танос поторопился, потому что сил терпеть уже нет, субон вощёл во всю длину первым толчком. с губ намгю сорвался долгий, полный наслаждения стон и он почувствовал как его ноги задрожали, но в следующую секунду в свои руки их взял танос, чтобы вбиваться в это тело ещё быстрее. теперь перед собой намгю видел не потолок, а лицо своего друга. и они не отводили глаз друг от друга, охваченые то ли восхищением, то ли похотью. руки его обвились вокруг шеи старшего, чувствуя как он сжимает его бёдра. это было не больно, но очень приятно. от каждого толчка с губ срывался громкий стон, руки переместились на спину таноса, ногти царапили кожу там, но репер не возражал. -так хорошо, субон, так приятно... - намгю шептал в бреду, в его крови бушевала страсть и наркотики, смешиваясь в безумный коктель. и в эту самую минуту намгю понял, что его настоящая доза это не таблетки, вовсе нет. его настоящая доза это танос. не важно, они просто смотря друг друга, просто по-дружески разговаривают, целуются или занимаются сексом. его серце в такие моменты стучало как барабан в ушах, он автоматически прикусывал нижнюю губу от волнения. он не понимал что это, совершенно. но пока он чувствует таноса рядом, он чувствует себя хорошо. не только физически, но и морально. субон его наркотик, самый опасный и самый головокружительный. танос шепчет что-то на ухо, чего намгю разобрать не в состоянии. сейчас он способен лишь на то, чтобы продолжать раздвигать ноги и получать удовольствие скоро, очень скоро, намгю с криком кончает себе на живот, выгнув спину и танос подумал что ничего красивее него в жищни не видел. и не только в этот момент, а вообще. он стал воспринимать намгю не просто как друга или дырку, которую можно всегда трахнуть, стоило ему сказать об этом, а как что-то большее, пусть он пока это и не осознал. скоро он поймёт, и намгю поймёт, и всё изменится. танос излился в презерватив, чувствуя как внутренние стеночки намгю так восхитительно туго сжимают его член в себе. репер вышел из дырки намгю, встал с кровати, выкинул прещерватив и снова пришёл, улягшись рядом с намсу - намгю. он укрыл их пледом и крепко обнял того, кого ему посчастливилось встретить в один день после концерта, где он забыл текст собственной песни. субон почувствовал как намгю прижался к нему, обнимая в ответ, и через буквально минуту заснул. танос тоже медленно провалился с сон а этот официант правда заставил его почувствовать какое-то глубокое чувство а этот репер правда заставил его почувствовать себя хррошо, но не только физически