Новые приключения?

Тайный мир сиял внизу, словно сон. Безбрежные пещеры, покрытые светящимися водорослями и хрустальными камнями, таили в себе древнюю магию. Тысячи драконов, свободные и могучие, парили под каменными сводами — и среди них двое: чёрный и белая. Беззубик и его новая спутница, Дневная Фурия. Они кружили в танце, влюблённые, не замечая остального мира, пока в отдалении не раздался шум. Драконы заволновались. Кто-то чужой пришёл. В это время из тени одной из скал тихо вышла она — ещё одна Дневная Фурия. Одинокая, скрытная, чуждая шуму стаи. Её глаза, сияющие лунным светом, остановились на фигуре, едва различимой среди света. Он стоял, напряжённый, рядом с девушкой на драконе. Его звали Иккинг. Он был человеком. Она не знала его — и в то же время он её заинтересовал. Драконы взмыли в воздух, взволнованные. Чужаки бежали. Она видела, как Беззубик поймал Иккинга в последний момент, унося прочь из Тайного мира. Остальные охраняли вход, но ей... ей стало интересно. Он не испугался. Он защищал драконов. Он был один из них — и всё же совсем другой. Так впервые она заметила его. С той ночи, как они скрылись из её мира, её сердце впервые не смогло оставаться спокойным. Тревога — или странное, неизведанное чувство — потянула её в путь. Тайком, через облака, над морями и горами, она шла по следу его запаха. Всё дальше — прочь от стаи, от привычного мира. Всё ближе к нему. И когда в финальной битве над морем она видела, как его голос позвал Беззубика, как он отпустил драконов, не прося ничего… она поняла: он другой. И этот человек почему-то не выходил у неё из мыслей. После того дня она не улетела назад, как остальные. Она осталась. Скрываясь в тенях деревьев, среди скал, она наблюдала. Издалека, молча, но всё ближе и ближе… Так началась её история. Ночь на Олухе была прохладной и тихой. Остров, когда-то гудевший от рева драконов, теперь казался пугающе пустым. Дома спали, улочки темнели без света костров, только ветер доносил до скал слабый запах солёного моря. На одной из дальних вершин, под защитой обломков древнего вала, затаилась белая тень. Она лежала без движения, словно часть пейзажа. Глаза её горели в темноте, следя за одной-единственной фигурой, идущей по берегу. Иккинг. Он спустился к воде, сел на край причала и долго смотрел вдаль, на пустой горизонт. В его глазах было что-то... потерянное. Она чувствовала. Походка, плечи, взгляд — в нём было много одиночества. И она не знала почему, но это вызывало в ней странное желание подойти ближе. Подойти и… остаться рядом. Он сидел до самой ночи, пока холод не прогнал его обратно. А она наблюдала. И в следующие дни — снова. Он много работал: укреплял остров, перетаскивал тяжёлые балки, восстанавливал укрытия. Он делал это с упрямством, даже когда руки тряслись от усталости. Иногда он смотрел в небо — и она знала, кого он там искал. Она летала за ним, не выдавая себя. Иногда с высоты, иногда ближе. Он никогда не замечал — но она всегда была рядом. На каждом шагу. Когда Иккинг вышел ночью в лес с фонарём — она шла за ним, не издавая ни звука. Когда он рисовал карту в своей мастерской — она лежала за окном на крыше и смотрела на свет от лампы. Когда он в одиночестве стоял под дождём — она наблюдала со скалы, капли стекали по её спине. Она не понимала, почему остаётся. Это было больше, чем любопытство. Может, это была судьба. Шли недели. Она начала узнавать его повадки. Его голос. Его любимое место — тот утёс с видом на море. Она заметила, как он бережно поправляет кое-где детали старой седельной конструкции для Беззубика — даже если знал, что он не вернётся. И однажды, в тихую безлунную ночь, он снова вышел на берег. Сел на песок. Молча, уронив голову на руки. И в тот момент ей стало невыносимо оставаться в тени. Она сделала шаг вперёд. Но он резко обернулся — и она отпрянула, исчезнув в темноте. Ещё не время. Но скоро. Очень скоро. Она наблюдала за ним долго. Дни сменяли друг друга, и всё больше её тянуло к нему. Он был другим. Совсем не таким, как те, кого ей доводилось видеть прежде. И каждый раз, когда он стоял на краю утёса, вглядываясь в горизонт, она ощущала, будто он ждал. Её. Он часто выходил сюда — на самый край высокого берега, где ветер обрывал дыхание, а море шумело внизу. Здесь он был особенно близко. Здесь она могла видеть его глаза, полные одиночества и силы. Здесь она дышала с ним одним воздухом, лишь прячась за деревьями в нескольких шагах. На рассвете всё было как всегда — он стоял, облокотившись на скалу, вглядываясь в даль. Ветер трепал его волосы. Он что-то тихо сказал — слова унеслись ветром, но она почувствовала их смысл. Она подошла ближе. Настолько, что чувствовала его запах, слышала биение его сердца. Она смотрела на него из-за кустов, из глубины тени. Сердце билось быстро. Ещё немного. Ещё шаг… И она отступила. Но всё внутри подсказывало — в следующий раз она не отступит. И чуть позже, в тот самый тихий утренний час, она всё-таки решилась выйти из тени...