Автоботы: Сила внутри

***

Как только Оптимус узнал о том, что Магнус пришел в себя, его лицо озарилось улыбкой облегчения. Он немедленно направился в лазарет, чтобы лично убедиться в его состоянии и поговорить. Бамблби же пошел к Смоукскрину чтобы помочь разнообразить его больничные будни и подбодрить. В лазарете царила атмосфера оживления. Рэтчет, хоть и ворчал, но был явно доволен прогрессом Магнуса. Уилджек, как верный ассистент, помогал ему в осмотре и процедурах. Арси и Клиффджампер, вернувшись с прогулки, оживленно обсуждали последние события. Бамблби, зайдя в палату, увидел Смоукскрина, лежавшего на койке и скучающе смотревшего в потолок. — Эй, Смоук, как ты? — спросил Би, подходя к нему. — Да как… Лежу тут, загипсованный, словно мумия, — ответил Смоукскрин, вздыхая. — Скучно до чертиков. — Ну, это мы сейчас исправим, — сказал Би, подмигивая. — Помогу тебе пересесть на коляску, и пойдем прогуляемся. Подышим свежим воздухом. Смоукскрин оживился, его глаза загорелись от радости. — Правда? — спросил он, с нетерпением глядя на Би. — Было бы здорово! Бамблби, осторожно поддерживая его, помог Смоукскрину пересесть на инвалидную коляску. Затем они вместе вышли из палаты и направились на улицу. Оптимус, оставшись с Магнусом, заговорил о работе. Он расспрашивал его о самочувствии, планах на будущее и делился последними новостями. На улице, вдыхая свежий воздух и наслаждаясь теплым солнцем, Бамблби и Смоукскрин оживленно болтали. Би рассказывал о последней миссии, а Смоукскрин делился своими размышлениями по этому поводу. Во время их разговора к ним подошла Шанель. Ее лицо выражало одновременно радость и беспокойство. — Привет, Шанель, — улыбнулся Смоукскрин, увидев девушку. — Приветик, — добавил Би, приветливо кивнув ей. — Привет, ребята, — улыбаясь, ответила девушка и обняла обоих парней по очереди. — Ты чего тут? Ко мне или к Нокауту? — спросил Смоукскрин, с любопытством глядя на Шанель. — К обоим. Ну, если так можно сказать, — ответила Шанель, показывая на большую сумку с вещами, которую держала в руках. — Принесла Нокауту его вещи. Думаю, ему будет приятно, когда проснется. — Понятно… Только вот он еще не проснулся… — сказал Би, с грустью глядя на девушку. — Да… Рэтчет так и не смог выяснить, что с ним. И нам ничего не говорит, — добавил Смоукскрин, с беспокойством глядя на Шанель. Лицо девушки омрачилось. — Что ж… Надеюсь, мне скажет, — сказала Шанель, натянуто улыбнувшись. — Ладно, я пойду… Не буду вам мешать. — Удачи, Шанель… Расскажешь потом, что и как, лады? — помахал ей Смоукскрин, и он с Бамблби продолжил гулять. Девушка, попрощавшись с парнями, направилась к зданию агентства. Она чувствовала, как нарастает ее тревога. Что-то неладное происходило с Нокаутом, и ей нужно было выяснить, что именно. Войдя в агентство, она тут же встретила Балкхеда, который должен был сопроводить её в лазарет. Они обменялись приветствиями и отправились к Нокауту. Они прошли по длинному коридору и вошли в лазарет. Нокаут лежал на кровати, словно спящий. Его длинные красные волосы были растрепаны и небрежно лежали на подушке. Он выглядел таким беззащитным и уязвимым, что сердце Шанель сжалось от жалости. Рэтчет стоял у кровати и, сосредоточенно хмурясь, осматривал Нокаута. В его руках был какой-то прибор, который он прикладывал к телу парня. Уилджек стоял рядом и, глядя на монитор, записывал результаты в планшет. — Здравствуйте… Как мой брат? — спросила Шанель, стараясь говорить как можно спокойнее. Рэтчет оторвался от своего занятия и, посмотрев на Шанель, виновато ответил: — Добрый день, мисс Форс… Боюсь, мне нечем вас обрадовать… Я не знаю, в чем дело. Все показатели в норме, но при этом он никак не очнется… Мы перепробовали все, что только могли. — Да… Если бы он был дроном, я бы сказал, что у него села батарея… — сказал Уилджек, пожав плечами. Магнус и Прайм, стоявшие в углу палаты, перестали разговаривать и с любопытством наблюдали за девушкой. — Села батарея? — повторила Шанель, словно примеряя эти слова к ситуации. После чего ее лицо озарила улыбка. — А можно я кое-что попробую? Рэтчет немного растерялся от такого вопроса. — Эм… Ну… Полагаю, да? — ответил он, не зная, чего ожидать. Шанель поставила сумку на пол и, подойдя к кровати, взяла Нокаута за руку. Она закрыла глаза, сосредоточилась и тихо произнесла: — Заряд… В тот же момент от ее руки к руке Нокаута пошла тонкая зеленая волна энергии. Волна, словно живая, пробежала по его телу, достигла сердца и вернулась обратно. Шанель повторила это несколько раз, словно заряжая батарею. И вдруг, словно по волшебству, Нокаут открыл глаза. — М… Где я? — пробормотал он, оглядываясь по сторонам. — Я… Еще живой? — Конечно живой, придурок! — Шанель, отпустив руку Нокаута, слегка ударила его в плечо, но в этом ударе чувствовалась не злость, а скорее облегчение и любовь. — Я тебя и на том свете достану, если что! — Только проснулся, а уже избиваешь! Тоже мне, сестра блин… — проворчал Нокаут, потирая плечо, но на его губах играла слабая улыбка. Он огляделся по сторонам, словно впервые видел это место. — Где я? Что вообще происходит? Парень заметил Брейкдауна, безжизненно лежавшего на соседней койке. Его лицо омрачилось. — Что с ним?… — спросил Нокаут, глядя на своего возлюбленного с тревогой. В лазарете воцарилось молчание. У Оптимуса и Рэтчета было не мало вопросов, как и у остальных, наблюдавших за происходящим. Оптимус, нарушив тишину, подошел к кровати Нокаута. — Рэтчет, что это только что было? — спросил он, глядя на медика с удивлением. — Я не знаю, Оптимус… — ответил Рэтчет, пожимая плечами. — Это выходит за рамки моих знаний и опыта. Я никогда не видел ничего подобного. — Быть такого не может… — встрял в разговор Уилджек, нахмурив брови. — Я пробил эту девушку еще, когда она в первый раз пришла! Она не состоит в ассоциации пробужденных… В базе данных о ней ничего нет! Шанель, чувствуя на себе взгляды, поспешила объясниться: — Я могу это объяснить… Дело в том, что, когда наш отец привел нас на экзамен в ассоциацию, моя способность никак не отобразилась на манекене… Я могу передавать энергию от одних живых существ к другим… Буквально, как батарейка. Однако меня отказались добавлять как пробужденную, да и способность я почти не использую… Так, изредка… Например, когда Смоукскрин или другие танцоры уставали на сцене… Подзаряжала их, чтобы могли дальше выступать, — поспешила ответить девушка, запинаясь от волнения. Оптимус на секунду задумался, а затем кивнул. — Вот как… В таком случае… Разбуди Брейкдауна, а затем иди с Уилджеком и Балкхедом. Они помогут тебе с документами и занесут в базу ассоциации. Твоя способность может оказаться очень полезной. Шанель, обрадованная тем, что ей поверили, кивнула и послушно выполнила приказ. Она подошла к кровати Брейкдауна, взяла его за руку и передала ему немного своей энергии. Через несколько мгновений Брейкдаун открыл глаза, оглядываясь вокруг с недоумением. Шанель, поблагодарив всех за понимание, ушла вместе с Уилджеком и Балкхедом, чтобы заняться оформлением документов. Когда Брейкдаун пришел в себя, его и Нокаута начали расспрашивать о десептиконах. Брейкдаун рассказал, что вступил в ряды десептиконов, потому что думал, что это просто клевая банда, где можно хорошо повеселиться и заработать денег. Но когда он понял истинное положение дел, когда увидел жестокость и безжалостность лидеров, он захотел уйти. Но ему не дали. Ему пригрозили расправой над Нокаутом, если он попытается сбежать. После этого его память словно стерли. Он ничего не помнил. Нокаут, в свою очередь, рассказал, что его заставили вступить в десептиконов из-за связи с Брейкдауном. Ему пригрозили, что если он откажется, то Брейкдауна убьют. Также парню пришлось оборвать все связи с семьёй, чтобы не подставлять их под удар. Нокаут пытался выяснить что-нибудь о верхушке десептиконов, но особо ничего нового не узнал. Саундвейв не давал ему приблизиться к лидерам или компьютерам с информацией и выяснить что-либо важное. Дальше все как в тумане, небольшой кусочек разговора с Бамблби в том злополучном здании и больше ничего. Вскоре в палату вернулись Смоукскрин и Би, узнавшие о том, что их друг очнулся. Естественно, они обрадовались этой новости и поспешили вернуться в палату. Нокаут, увидев Смоукскрина и Би, улыбнулся, но тут же помрачнел, вспомнив о своем внешнем виде. — Только не говорите, что я выгляжу ужасно, — проныл Нокаут, пытаясь пригладить свои растрепанные волосы. — Я хочу привести себя в порядок! Но ему не дали. Оптимус приказал ему оставаться на месте, так как пока что он находился под стражей. Вроде бы все начало налаживаться, но внезапно дверь лазарета распахнулась, и в помещение вошел следователь Шатунов, сопровождаемый двумя вооруженными людьми. Его лицо было непроницаемым, а взгляд — холодным и жестким. — Мистер Уайт… Я снова к вам. И не только, — произнес Шатунов, обводя взглядом присутствующих...