Шива обрëк нас любить

      Солнечный свет что пробивался через грязные и оборванные тряпки, закрепленные над балкой, свисали вниз, не сильно помогая из-за своей длины спастись от раннего пробуждения, в прочем как и всегда. Полу разрушенное здание с не лучшим интерьером внутри заставлял парня проснуться с первыми лучами не только из-за света, но и из-за жары, под которой надо было уметь жить. Точнее Аарон давно научился выживать на этой хлипкий конструкции и не только. Поëжившись, парень повернулся на бок, стараясь закрыть ладонью прищуренные глаза, сворачиваясь в ещë более жалобный комок. Попытки выиграть последние пару минут сна были тщетными, когда живот заурчал от потребности в еде. Мужчина простонал от нежелания вставать в очередное такое утро. Самое трудное было заставить себя встать, пусть он и проснулся. Перебираясь на локти пару секунд, парень откисал, прислонившись лбом к предплечьям, пытаясь оставить все воспоминания очередного глупого сна где-то далеко за пределами воспоминаний. В лучшем случае и вовсе забыть. Звук повозок доходил до его слуха из дыры, что должна была быть окном, но здание было слишком старо и разваливалось на глазах. Аарон встал на ноги, стремясь дойти до кувшина с водой, довольно ленивой походкой переваливаясь с ноги на ногу. По закону предательства системы воды в нëм не оказалось. Не мог он забыть сходить за водой... Последние три глотка точно были где-то на дне, перед тем как Аарон собирался ложиться спать. Нежелательный гость снова его посетил этой ночью? Он ненавидел, когда ему мешают. Аарон был в самом низу социальной лестнице, как можно было проломить дно этой системы ещë сильнее? Выживая в роли вора лишь потому, что был сиротой чуть ли не с пилëнок, он не мог жить по-другому. У него не было средств, знакомых, да и он не любил общаться с кем то. Аарон был полностью изолирован надеясь, что его никто, никогда не надëт. Если бы стража или зеваки запомнили что-то кроме мелькающих блондинистых волос над платком, что парень надевал во время "работы" - у воришки были бы проблемы. А пока, лишь мелкие неудобства с новых таких стычек как... Он жил в старых развалинах и единственные взаимодействия с людьми у него были это, когда на него показывали пальцем продавцы ларьков, пытаясь "защититься" от нападения. Да кто на них нападал!? Ему хотелось есть, и это нормально. Не можешь купить, не можешь вырастить - укради. Тильда - мама воришки, в настоящее время уже сироты, давно пыталась сделать собственный бизнес. Но в грëбаной Аграбе никто не хотел принимать, что у женщин есть права. Они не могли работать, не могли иметь право голоса. Мужья часто были достаточно ревнивы для того, что бы запирать "любимых" жëн дома, закалачивая окна досками, оправдываясь, что их могли спутать с незамужними. Аарон не понимал этого, как можно любить и поступать так? Либо они прятали свои жестокие порывы, забирая у них права как у людей, либо не знали, как надо любить по настоящему, повторяя поведение своих отцов. Девочек часто продавали мужчинам (или семьям) в двое или в трое старше них. Браки с десяти лет в этой стране, казались не чем-то абсурдным, а способом погасить долг или получить деньги. Конечно, дамы не боролись за свои права. Зачем это делать, когда к ним с рождения относится как к валюте. О каком самоуважении может идти речь? Аарон рос лишь с мамой из-за того, что отец его был не известен. Очередной такой мужчина напал на Тильду и знатно поиздевался. Лишь спустя пару месяцев женщина поняла, что беременна. Многие в таких ситуациях ломаются, но не его мама, которой он гордился. Позволяя Аарону появиться на свет, она никогда не упрекала его, что он не желанный. Лишь заботилась о нëм, любя всем сердцем. Из-за финансового положения блондинка решила открыть свой бизнес. Еë предупреждали, но не в характере Тильды было отступать на пол пути. Она хотела добиться равноправия и поплатилась за это жизнью. Сначала у неë отобрали бизнес, а когда она стала поднимать восстание за права женщин еë жестоко убили, не оставив даже тело для оплакивания. Это подпортило отношения Аарона к людям. Его даже не терзала совесть за своë поведение. Люди жестокие ублюдки и даже не смиловались над ним, оставив его одного с пяти лет, не интересуюсь выживет ли он вообще. Аарон всегда старался думать об этом как можно меньше, но в такие моменты моменты по утрам его особенно накрывало. Еды у него конечно же не оказалось. "Про запас" - это, когда у тебя есть деньги, что бы что-то купить, а своровать много - убейся, но у тебя не получиться. Трудно было сказать, когда он ел нормально. Идти на рынок сейчас было бы бесполезно, начало дня и многие товары ещë не были расставлены на полки, а воровать ящиками из-за своей комплекции он не мог. Низкий рост сильно усугублял положение, хоть и был уместен для воровства чего-то с прилавка. Нельзя было терять время. Быстрые ноги несли парня по улице к кладезю ресурсов. Аарон старался не сталкиваться ни с кем и часто маневрировал между повозок. Его потаëнное место находилось не так далеко. Несколько шагов за город - и вот ты уже у ямки. Ямка была около метра, так чтобы в неë хорошо поместился такой же украденный когда-то кувшин, что Аарон прихватил с собой. Сверху еë накрывала пластиковая клеëнка, приколоченная тяжёлыми камнями к песку-земле. Конструкция работала так: солнечные лучи нагревают воздух и землю под навесом. Этот воздух насыщался водяными парами. Пластик холоднее воздуха, находящегося под ним, из-за чего происходит конденсация пара, который затем превращается в воду. Что бы вода не лилась мимо ëмкости, по середине над этой конструкцией лежал ещë один, более лëгкий камень, а под кувшином застелена трава, чтобы глиняное изделие не ехало по земле от влаги. Собирать эту воду надо было рано утром - из-за жгучего солнца в Индии, что могло просто высушить все его старания, если Аарон опоздает. Иногда можно было пропустить один день, когда пить хотелось не так сильно. Аарон просто снял камни с одной стороны и, приподнимая клеëнку, вызволил из заточения один кувшин и поставил за место него другой, проверяя, чтобы он стоял точно также. После чего снова стал накрывать эту конструкцию тем же образом, стараясь убедиться в том, что всё закреплено идеально и что прошлая неудача не настигнет его снова. Самое тяжёлое всегда было - установить камень посередине. Ошибка в расчëте - и останется лишь мокрая трава. Когда-то это уже случалось... Благо, всего один раз. Теперь чувствуя, как рука не дрожит от неуверенности, он установил этот камень. Смотря на свой кувшин, Аарон слегка дрожащими пальцами обхватил его, собираясь выпить глоток, но перед этим не забыл об одной вещи: - Спасибо, Индра, что защищаешь от Вритра..- еле слышно сказал блондин, благодарно склонив голову к небесам.       Освежающая вода придала немного сил и бодрости, помогая зарядиться на пару часов. Проводя пальцами по губам, Аарон позволил себе ещë оставаться расслабленным. Думая о возвращении, он лишь сейчас заметил, что деревянную крышку оставил на том фарфоровом изделии. Вода важна для организма, и, когда еë ограничение количество, ценишь каждую каплю. А во время движения, тем более в беге при необходимости, жидкость может и вовсе располагаться. Раздражающие мелочи по утрам оставляли неприятный осадок на весь день. За это утро их уже было две, а значит нечто чудесного ждать не стоит. Пришлось снова открывать конструкцию, лезть под клеëнку и ковыряться под ней на ощупь в попытках откупорить крышку. Она поддалась спустя пару прикосновений. Когда всë было убрано второй раз, блондин закупорил кувшин деревянной пробкой, что бы вода не вылилась, и теперь стал возвращаться домой, если то место вообще можно было так назвать. Проходя мимо домов взгляд сам невольно падал на детей, что были видны в окнах за столом со своими родителями. Отцы часто пили кофе, которое стоило не мало. Аарон пробовал его когда-то, вроде тогда у Тильды была зарплата... Но такие дома всегда снизу подпирали нищие. Прижимая к себе кувшин покрепче, он старался игнорировать их присутствие, так как не мог им ничем помочь. Помогли бы ему, и он уже был бы самым счастливым, но Брахма явно наказывал его за что-то.       Смотря на очередного человека у подножья здания, Аарона чуть бы не передëрнуло. Недавно стало передаваться бешенство от животных.. Долгая, мучительная смерть. Ты не можешь пить, так как просто боишься воды из-за происходящего с твоим телом и разумом и заживо высыхаешь на открытой земле из-за проявления болезни, жары и солнца... Вид очередного больного говорил, что ему требуется вода, но он не мог пить сам, не купить еë. Аарон зажмурился, чтобы не видеть этого, и стал идти быстрее. Тильда бы помогла беднягам, попыталась бы найти способ лечения или просто поила всей своей водой. Но воришка пусть и еë сын, он не такой как его мать. Аарон не может просто отдать воду, тем более что он создавал для её себя и.. И еë и так не много! За поворотом в очередной грязный переулок его ждала самая трудная работа. Кувшин лëг на какую-то конструкцию из верëвок и дерева под ним, балансируя, в то время как Аарон разминал пальцы и потирал ладони. Резкий выдох и комбинация стандартных движений словно разминка. Разбег, а после выступ над головой в метре от него. Прыжок. Ловкие пальцы зацепились за выступ, и теперь дело было за малым. Подтянувшись на руке, он схватился за выступ второй рукой. Наконец можно было перевести дух. Повисев так сколько надо для восстановления дыхания, Аарон оттолкнулся ногами от выступа и оказался на противоположной стене. Этот тëмный поворот был маленьким просветом между домами, кирпичи которых слегка торчали. Именно на одном из таких кирпичей стоял шустрый воришка. Выступающие камни были расположены на разной высоте, разбросанные по стене словно звëздочки на ночном небе. Для того чтобы по ним забраться, надо знать, какими лучше пользоваться. Некоторые были такими же старыми, как и здание, к которому он шëл, и, не смотря на то, что он был низенький и маленький, даже его вес камень бы не выдержал. Для человека что делает такое каждый день - это обыденность. Чуть выше голову, камень ниже пояса, ещë три на одной высоте и балкончик, что прикрывался тканью. Он справился с этим за считаные секунды, подтягиваясь на руках и крепко цепляясь ногами. Стоя уже на платформе, Аарон стал тянуть за те самые верëвочки так, что кувшин поднимался к выступу. Позволяя себе даже отвлечься, блондин взглянул на солнце над головой. Аграба уже горит, убивая новых жертв своей жарой. Супер. Ну по крайней мере он успел, какая ему разница до остальных? Ему должно быть плевать. Когда палка стукнулась о его ногу, он очнулся и посмотрел под ноги. Кувшин грустно смотрел на него, ожидая своей очереди на внимание от хозяина. Опомнившись, парень забрал его и обернулся, отодвигая ткань в дальней части выступа. Заходя внутрь, он оказался на мостике из деревянных дощечек, что скреплял два здания на крыше. Аарон жил в куполе. Эта пристройка одна из загадок Аграбы, до которой местным не было дело. Разваливающейся на глазах купол стоял между двух домов, не привлекая сильного внимания. А точнее - жителям реально было фиолетово на это здание. Да, пусть оно и стоит. Но у каждого хватает своих проблем, чтобы под палящим солнцем рассматривать древний купол. Жить в нëм, как считали многие, - невозможно. Аарон смеялся им в лицо: вообще-то там можно выживать. Тут было всё необходимое. Точнее — всё, что было: вода, расчёска, свеча, которую он украл давно, но спички так и не попадались в карманах прохожих. И.. Всë? А, ну ковëр, на котором он спал. Над головой возвышалась деревянная постройка на четырёх массивных палках. Что-то в роде навеса, который он сделал много лет назад. Конструкция шаталась, но служила для того, чтобы, если в одну злосчастную ночью это здание решит разрушиться окончательно, у Аарона были нужные ему секунды на спасение. Так же были доски, закреплëнные друг за другом, что выдерживали ещë и ткань, что прикрывала дыры в стенах и выход на балкончик. На балконе было самое жаркое место, куда заходить босыми ногами сплошное самоубийство. Даже ткань, что прикрывала то место от солнца, всегда была кипящая. Собираясь поставить кувшин, Аарон увидел того же нежелательного гостя. Хватая его за шкурку он встряхнул обезьянку -Хватит! Я дал тебе финик один раз! Уйди, - парень не понимал, как можно быть таким нахальным!? Где вообще делают этих обезьян?       Зверëк резво пытаться поймать руку Аарона за головой на холке, издавая жалобные звуки. Но у мужчины не было времени разбираться. Быстро выкинув зверька за ткань, что отгораживала балкон, бросок вышел достаточно грубым, чтобы до обезьяны наконец дошло, что ей тут не рады. Она делает ему проблемы. Он живёт один, и его всë устраивает. Даже пусть иногда ему одиноко, но лишь иногда. Животное издало хриплый звук от столкновения с землëй. Аарон же, в свою очередь, развернулся и ушёл к кувшину, словно проверяя, не оставил ли этот "гость" чего либо. Нет, просто ждал его возвращения... Метнув к ткани взгляд, он увидел, как тень обезьянки, хромая теперь, стала гладить себя по лапке, сидя на том самом горячем балконе. Сердце Аарона сжалось... Он не мог быть таким жестоким к бедному созданию.. Да, она выпила воду, но это не смертный приговор, кареглазый и так бы пошëл за ней сегодня. Он почти сделал шаг в сторону животного, но быстро себя оборвал, зажмурившись. Бешенство. Кто знает чем больна это обезьяна? Он выживает один, и тянуть кого-то на своëм горбу Аарон не сможет! Ему бы самому поесть... Садясь на коврик, он уставился себе на ноги, думая, что идти сейчас за едой опасно... Но и заняться было больше нечем. Потянувшись наверх, он размял плечи и выделил себе пару минут, раздумывая, как ему жить. Что ему трудно... И вообще ему не нравится. Потирая виски пальцами, он очнулся от второго нашествия обезьяны. Кинув в неë испепеляющий взгляд своих ореховых глаз, он надеялся, что просто убьëт еë, но та лишь послушно легла в тенëк радом с выходом, сильно прихрамывая. Аарон бы хотел сказать, чтоб обезьяна не вызывала жалость, но та буквально нечего не делала. Потерев запястья, он подумал, не навредил ли ей слишком сильно. Не выдержав этого напряжения, Аарон произнëс молитву богу Шива, прося мудрости, и медленно стал подходить к зверьку. Теперь обезьяна не хотела так быстро подпускать его к себе и, попытавшись отползти, лишь врезалась спиной в камень. Аарон проигнорировал это и сел рядом на колени, протянув руку. Прошла минута или две. Животное больше не хотелось попадать в ловушку и выжидало, смотря на него внимательно, чтобы понять, чего он хочет. Игра в гляделки оказалось долгой, но когда животное отдало лапку Аарону, он заботливо положил обезьяну на спину и стал трогать повреждëнную конечность. Мама учила его многому, и пусть у него не было знакомых, чтобы стать лекарем, но по мелочи помогать он мог. Прощупав лапку, он выяснил, что нечего страшного не произошло и постарался проверить животное на другие болезни, заметив, что это самец. Осматриваемый ни разу не был этому рад, тем более со всеми попытками Аарона его пощупать и потянулся лапами, дабы отодвинуть его руки. Блондин не мучил обезьянку долго. Лишь убедился, что не навредил ему слишком сильно, и теперь бесился, что всë же поддался соблазну проверить. Вставая на ноги, он устало вздохнул, а обезьяна встала и неожиданно пошла за ним. Аарон остановился на пол пути к выходу и строго посмотрел. - Нет. Я просто проверил, насколько ты идиот, раз лезешь под руку любому. Не иди за мной!       Но животное остановилось лишь на пару секунд, послушно смотря в лицо теперь уже признанного им хозяина. Аарон раздраженно выдохнул, но снова пытаться отогнать не стал. Раз делать больше нечего, а глупая обезьяна увязалась за ним, то всë же он пойдëт на рынок сейчас, топтать землю, что ещë не затоптал. Аарон спустился на улицу и, натягивая платок сильнее, пошëл на рынок, позволяя уже не хромающей обезьяне следовать за ним. Ему неинтересно, что с ней случится, возможность прокормить себя - важнее. Пробираясь через людные улочки в глубь рынка, он стал хватать из карманов людей какие-либо вещи или деньги, стоя за их спинами и делая вид, что он тоже рассматривает товар. Рабочая схема на века. Или можно было с кем-то столкнуться, попросить прощения, забрать браслет. Это блуждание длилось всего пару минут, а он собрал пару золотых и даже успел прихватить с прилавка персики. Заворачивая за угол, он достал награбленное - посчитал солидную сумму денег. Не важно, у кого он их забрал.. Но факт был в том, что их надо потратить как можно быстрее, чтобы хозяин не понял, что его обворовали. Обезьяна, на удивление Аарона, до сих пор была рядом. Доставая из кармана один из награбленных деликатесов для себя, Аарон попытался уйти чуть глубже в темноту. Потерев персик об свою одежду, он убедился, что его можно съесть, и, больше не желая медлить, стал кусать, проглатывая фрукт большими кусками. Чувство голода не пропадало из-за быстрой трапезы, но растягивать этот момент он не хотел и не мог, слишком долго голодал, слишком мало съел в прошлый раз. Расправившись с первым, он принялся за второй, проделывая ту же манипуляцию с новым фруктом, укусил его, чувствуя, как сладкий сок попадает в ротовую полость. От удовольствия Аарон прикрыл глаза и сел на землю. Теперь он медленно стал чувствовать сытость, что приходила постепенно. Когда он открыл глаза, чтобы посмотреть на фрукт снова, то встретился с голодным взглядом обезьянки. Та смотрела на него с поджатыми лапками к груди, почти не дыша, смотря на единственую еду, что Аарон держал в руках. Смотря на персик, он вспомнил, как трудно было проходить через прилавки, стараясь сфокусироваться на задаче, а не на еде. Но взгляд каждый раз падал на что-то новое, и парень с трудом сдерживался, чтобы просто не вырвать из-под руки продавца ананас, который воришка съел бы даже с ботвой. Сейчас это существо тоже было голодным.. С трудом отрывая от себя персик, он протянул в лапки обезьяны оставшейся, откусаный персик. Животное с благодарностью его приняло и так же жадно стало поедать. Внутри Аарона терзала вина за то, что он всë ещë хотел отобрать у обезьяны эту сладость. Но так же подогревалась злость. Увязался, напросился и ест его еду. Воришка сам выживал с трудом, подкармливать ещë кого-то он не мог. Дождавшись, когда обезьяна расправится с мякотью, Аарон, не собиравшийся оставаться тут до вечера, резво поднялся на ноги и стал возвращаться к рынку, оглядываясь через плечо идëт ли обуза за ним. Обуза... Идеально. Именно обузой была эта обезьяна для Аарона. Когда они с путником увидели очередь за приготовленным машем, то готовы были поклясться, что так долго не простоят. Но вариантов было мало. Очередь тянулась словно горная река, а люди всë продолжали стоять на солнце. У Аарона не было проблем постоять в очереди как ему казалось, но сейчас его раздражала эта медлительность. Каждый выбирал, что он больше хочет. Не было столько выбора, чтобы они так долго стояли. Маш, чечевица, фасоль, сырой арахис. Аарон знал, что возьмëт то, на что хватит денег... Лишь бы побольше. Под одеждой тело было закрыто, но солнце уже парило. Людям, что жили тут с рождения привыкли по большей части к такой погоде, но это всë равно жарко. Собираясь скинуть с лица ткань, Аарон хотел отдышаться, но тут вдалеке проехала новая повозка и подняла пыль. Слишком много болезней можно было подцепить. Они стояли лет... Миллион... Время не шло, оно остановилось, а этим ларьком управляют демоны, что стараются покалечить людей своей медлительностью. А самое обидное, что никто из очереди не собирался уходить из-за этой скорости. Правды ради, эти бусы из людей все же двигались. Но на честное и непредвзятое мнение Аарона, они могли двигаться и побыстрее! Обезьянка тоже не была рада такому раскладу и уже забралась на плечо Аарона, чтобы передохнуть. Дëрнувшись, он громко сказал ей: - Эй, нет, слезь!       Попытки скинуть его с плеча тоже не обвенчались успехом. Прелесть! Давайте он ещë и сдохнет от неизвестной болезни, подцепленной от обезьяны в этой очереди под солнцем. Да за что ему всë это.. Когда он оказался уже ближе к кассе, то увидел цену. Глаза парня раскрылись чуть шире, а зубы стиснулись от лëгкого порыва гнева. Сколько!? Да ему тут денег и на 10 ратти чечевицы не хватит. Цветисто выругавшись в платок, он всë же решил купить еды именно в этом ларьке. Когда подошла его очередь, Аарон выложил все деньги на стол - Чечевицы на все. - Мм... Двадцать рупия и того... Семь ратти, - сообщила девушка таким милым и довольным голосом, словно сама щас не пытается его обокрасть. Говоря ещë более честно, она казалась счастливой, что он и вовсе не может заплатить больше       Аарон посмотрел на неë недовольно, пусть и понимал, что придумал это сам. Через пару минут ему отдали его еду, и тогда блондин не отходил далеко, а лишь встал в сторону начиная есть. Обезьяна тоже зачерпнула немного, за что Аарон хотел было уже ударить животное, но сдержал порыв гнева и полностью успокоился спустя мгновение от увиденного. Перед его глаза разворачивалась такая картина: мужчина резко схватил девушку за руку, не позволяя ей уйти. Аарон нахмурился, но продолжил есть уже без настроения, пусть его и не было изначально. Когда дама попыталась вырваться, мужчина замахнулся и ещë раз громко что-то сказал так, чтобы слышало пол-улицы. Девушка не дрогнула, как делали многие по привычке. Воришка не любил играть в спасателя, но тут ему казалось, что не лучшее дело — бросать хрупкую даму в беде. Увидев, что вся чечевица закончилась, он понял, что это намëк. Аарон не верил в такую чушь с намëками, но за сегодняшний день натерпелся уже многого и смотреть на очередную картину насилия не собирался. Неспеша он отложил бумажную тарелку на землю. Пару быстрых шагов и теперь всë было намного понятней. - Ты украла у моего брата! Бессовестная, плати или.. - его мерзкий взгляд пробежался по даме, и Аарон уже был готов услышать "отдавай натурой", но продавец лишь схватил еë за руку, где виднелся драгоценный браслет. В него было вставлено два изумруда, а сам по себе он блистал на солнце, доказывая, что правда сделан из золота. - Нет! Я лишь дала детям хлеб, - девушка упиралась и не собиралась уступать мужчине.       Продавец мерзко улыбнулся, словно правда желал ей добра, а после грубо схватил браслет на руке, буквально стараясь вырвать его вместе с ней. В бытовые дела семьи нельзя было влезать, но это не тот случай. А людям, как и во все времена, было интересно посмотреть за любим представлением. Аарон быстро оказался щитом между ними и расценил руку мужчины, сильно надавив на одну из костей в середине ладони. Продавец рассержено вздохнул и стал тереть руку. Девушка в шоке уставилась на новую фигуру в этом переполохе.       Продавец же сначала не понял, но, увидев часть лица Аарона, начал осознавать, кого он ему напоминает — он вспомнил ту девушку, что пыталась открыть бизнес много лет назад. Та тоже не отступала и лезла, куда не надо. Молва о еë сыне была разнообразной, он был что-то в роде городской байки. Кто-то говорил что Аарон умер, кто-то утверждал, что видел, как его усыновили, а третьи утверждали, что он тот самый вор. Не так много людей ходят в Индии с блондинистыми волосами. Тем более с таким низким ростом. Аарон был им двоим по груди. Стоя между ними, словно ребёнок разведённых родителей, прося тех поговорить. Но в целом, это сейчас не имело значения - Не лезь. Халил отошёл от ларька, а эта, - он скривился, словно даже смотреть на девушку ему было противно. Погрозив ей пальцем, он снова протянул - А эта. Украла у него хлеб.       Девушка, чья голова была покрыта платком, да так обильно, что виднелась лишь часть лица, показала рукой на хлебный прилавок, где стояли дети пару секунд назад. -Но дети хотели есть! Я, - она хотела продолжить фразу, но Аарон прервал еë.       Даму бы никто не послушал. И пусть она была права от части в своëм добром порыве, всë равно поступила неверно, украв товар на виду. Все встали бы на сторону продавца лишь потому, что она двушка. Аарон не понимал, зачем вписался во всë это, попадая в неприятности, пока не увидел голубые глаза девушки. Она выглядела прекрасно. Аарон не видел еë тело под платком, что скрывал больше половины тела, но это было и не нужно. Он видел еë глаза. Пока продавец тараторил свою никому не нужную речь, Аарон даже не мог вспомнить, что хотел. Ему казалось, что к нему с небес спустилась Лакшми. Ему стало трудно дышать, но, когда она попыталась противостоять тому мужчине, Аарон опомнил. Придерживая девушку за руку, он сорвал с еë запястья браслет. - Поверь, - еле слышно проговорили губы Аарона.       Девушка в недоумении моргнула, рассматривая так же половину его лица, а после очнулась, лишь когда Аарон повернулся к продавцу и с усмешкой сказал: - Всего лишь.       Продавец удивился, что всë это произошло без криков, лишь пару слов и теперь его "оплата" превышала всё убытки разом. Денег с этого браслета хватило бы на пять домов и корову. Аарон вложил браслет ему в руку. Девушка не сразу смогла понять, что произошло, но, когда увидела это, дëрнулась за ним, чтобы забрать. - Стой! Нет!       Брат пострадавшего покрутил браслет в руке, рассматривая на свету блеск, и убрал в карман. Теперь мужчина расплылся в улыбке. Аарон улыбнулся ему и еле заметно кивнул, получая одобрительный кивок в ответ. Он благородно поклонился, придерживая обезьянку, чтобы она не упала, в подтверждение того, что они на одной стороне. Продавец был польщён и, теперь успокоившись, ушëл в свои мысли, представляя жизнь, которая ему светит. Аарон не был уверен, что справиться с этим трюком на чужих глазах, но он должен был рискнуть. Он толкнул ловкими пальцами браслет под карманом мужчины - изумруды показались из под ткани - Быстро вытаскивая вещичку, он спрятал еë в обхват ладони и незаметно убрал себе в карман. - Женщины. Никогда не научаться себя вести - протянул продавец так мерзко, что у Аарона аж заскрипели зубы.       Когда девушка попыталась вырваться вперёд, Аарон перехватил еë ладонь, начиная уводить с площади - Это мамин! - дама не могла успокоиться, начиная брыкаться и смотреть через плечо на то место, где стояла пару минут назад. Теперь платок, что приоткрывал еë лицо из-за дëрганных движений показывал пряди рыжих волос, что стали спадать на лицо. Она была в панике и смятении, не зная как вернуть дорогую для себя вещь. Начиная специально останавливаться, еë ноги упирались в землю, пока босоножки проскальзывали по песку. Еë голос принял истерические нотки, показывая, что она уже не выдерживает этого эмоционального потрясения - Я без него не уйду!       Аарону благо хватало сил удержать еë. Он специально старался держать девушку как можно нежнее, чтобы не навредить, но она так дëргалась, что мужчина боялся, что оставит на неë запястье синяки пальцами и полусферы от ногтей, что сойдут через пару минут, но ему всë равно не хотелось. Когда она стала упираться ногами, а еë голос стал дрожать предупреждая, что она сейчас заплачет, Аарон всë же повернулся, чтобы показать свою добычу слишком рано - Тише, тише... Эй - он попытался привлечь еë внимание, пока она смотрела через плечо назад       Но когда девушка перестала бормотать и всë же посмотрел на свой браслет в его руке, то потеряла дар речи от этих потрясений друг за другом. А Аарон потерял связь с миром на пару секунд. Его лицо сильно покраснело. Девушка возвышалась над ним больше чем на голову, из-за чего парню пришлось закинуть голову назад, чтобы посмотреть ей в лицо. Увидев еë выражение лица, он растерялся. Их отрезвил крик сзади от того же мужчины, что стал кричать о том, что его обворовали, говоря уже что-то страже размахивая руками. Толпа давно разошлась и потеряла самое вкусное этого переполоха, хватая лишь верхушку драмы, — а ведь именно она связывала Аарону руки, не оставляя ему возможностей для манёвра. Теперь же у него их было больше. - Щас придëтся пробежаться, - предупредил он даму и кинул еë драгоценность в карман. Снимая обезьяну с плеча, на котором она так и сидела, не мешая хозяину. Разминая пальцы, он чуть покрутил головой, теперь пытаясь прийти в себя, не понимая, что с ним происходит. - следуй за мной.       Девушка думала не долго, когда Аарон сорвался с места, начиная удаляться достаточно быстро, она бежала чуть дальше на расстоянии, но успевала. Понимая это, Аарон увидел, как за еë спиной бегут стражники. Чуть замедлившись, он взял обезьяну с земли. Глупо! Очень глупо надеяться на обезьяну... Но это животное постоянно приходить к нему ночью, значит должно понимать хоть что-то. Сажая обезьяну на плечо девушки, он уверено проговорил. - Веди еë ко мне.       Животное видимо было не настолько глупым. Так как оно показало, куда им свернуть, решив сократить пусть. Аарон же привлëк к себе внимание, специально показав браслет, чтобы позлить охранников. Господи, этот день будет сниться ему в комарах. Зачем только... Снова стараясь набирать скорость, они шли почти ноздря в ноздрю. Отвлекаясь от погони сзади, он увидел стражников впереди. Такой масштабной погоди за ним ещë не было. Стараясь оторваться, он пытался поверить в свой план, что придумывал на ходу. Делая вид, что споткнулся, Аарон кубарем прокатился не по прямой, как ожидали стражи, а завернул за угол, идеально прокатившись по всем камням спиной. Пару стражников не ожидая такого, влетели друг в друга на полной скорости. Но остальные продолжили бежать за ним. Аарон встал на ноги, выпуская воздух из лëгких, словно смог бы из-за этого полететь. Бежать и не останавливаться — вот что сейчас было главным. Эта улочка всегда была пустой. Но это явно был не его день. Как дед мог застрять там с повозкой, что не проходила меж двух слишком близко расположенных домов, Аарон даже не мог представить. Но деревянная конструкция накрепко врезалась в фасады домов без возможности проехать. Пытаясь поймать взглядом то, что может помочь ему спастись, он увидел - такие же выступающие камни, как у его дома. Осталось лишь надеяться, что они его выдержат. Первый камень располагался удобно. Второй рукой дотянувшись до следующего, он подтянулся и уже держался пальцами за крышку, как тут новый камень под ногой сломался, падая в повозку дедушки. Ударившись животом об камни, он понял, что придëтся действовать быстрее, так как уже потерял драгоценные секунды. Подтягиваясь двумя руками, он забрался на крышу и принялся восстанавливать дыхание. У него было не так много времени, когда он увидел, что другую часть улицы тоже стала заслонять стража. Не восстановив дыхание до конца, он принялся бежать дальше по крыше, так как это был единственный вариант. Перепрыгнув одно из зданий, где было слишком маленькое расстояние, он сделал кувырок на другой и теперь оказался у лестницы, по которой поднималась та самая девушка с обезьяной. Порадовавшись, что они уже тут, Аарон оттолкнулся руками от земли и увидел купол. Оставалось немного. Стража грела улицу лишь снизу, а до крыш они могли добраться только по этой лестнице. Начиная осматриваться, Аарон увидел шест - по нему можно было перепрыгнуть на другой дом через центральную улицу. И там снова слишком маленькое расстояние перед финишной прямой. Резво вставая на ноги, он побежал к шесту, стараясь проверить его на прочность. Он понял, что шест должен выдержать. Теперь девушка стояла за ним с трудом дыша. - И какой дальше план? - говорила она с мучительной отдышкой.       Аарон показал на другую часть улицы, бегло осматривая и проверяя второй шест. - Туда.       Глаза девушки округлились, когда она услышала это. До троих дошло клацанье доспехов стражи от лестницы, по которой они поднимались. Аарон схватил шест и, оттолкнувшись ногами от земли, пару секунд парил над улицей, а после оказался ногами на новой крыше, устойчиво зафиксировавшись. Когда он обернулся, то увидел, что девушка даже ещë не подошла к краю - Эй, ты чего!? - Аарон занервничал, отступая на пару шагов. - Эта палка длиннее, я не упаду туда же.       Аарон понимал это тогда, но почему-то только щас придал этому значения, по привычке спая только себя. Снова выругавшись, он осмотрелся. На этой крыше была пристройка. Почти как у него. Быстро заходя в маленькую комнатку, он поднялся по лестнице и теперь встал почти на такой же балконе, как у него. Видя, что стражники уже на крыше, он снова крикнул. - Прыгай! Девушка увидела его, а после, зажмурившись, разбежалась и, правда, схватилась за шест, оказавшись в таком же полëте, не отпуская руки и на пару секунд. Когда полка стукнулась о крышу. Аарон схватил девушку за руки и потянул на себя, осторожно помогая привыкнуть к земле. Дама прижалась к его телу, крепко держась. Адреналин стучал у обоих, и теперь дело оставалось за малым. Стража не успеет сюда ворваться, а значит стоит побыстрее скрыться отсюда, не оставляя им зацепок, куда они направлялись. Стража осталась с другой стороны дороги. Аарон только сейчас заметил лëгкий аромат розы... Нежный и сладкий. Приподнимая голову, он позволил девушке остаться рядом с собой. А когда она сама поняла, что прижимается к неизвестному для себя мужчине, сильно покраснела. Они отстранились друг от друга, а после Аарон попытался спрятать своë смущение, показывая на купол рукой - Мм... Нам туда.       Девушка последовала за Аароном, который теперь вытирал ладонями своë лицо от пота. Блондин перепрыгнул одно из зданий, где расстояние было очень маленьким и протянул пострадавшей руку. Девушка не сразу доверилась, но после вложила свою руку в его, перешагивая на новую крышу. Аарон не настаивал на контакте, поэтому отпустил мягкую ладонь с мраморной кожей, чтобы не смущаться еë и не смущаться самому. Вскоре они оказались на деревянном мосту между домами перед куполом. Аарон прошëл в своë лежбище и обернулся, чтобы посмотреть на девушку. Она до сих пор не могла поверить в это маленькое, но невообразимо опасное путешествие из-за доброго поступка. Ей и в мысли не приходило, что так можно было провести день. Теперь снимая платок с лица, она положила его себе на плечи. Дама рассматривала это здание изнутри, еë глаза горели интересом, если кончено не обращать внимание на увеличенные зрачки от адреналина. Аарон тоже снял свой платок, откладывая его в сторону. Обезьяна же легла в самый холодный угол, восстанавливая силы. Блондин давал девушке прийти в себя, понимая, как ей сейчас трудно. И первые годы такой жизни когда-то поражали его своей насыщенностью, но теперь это чувство притупилось. Дама нерешительно приподняла ткань, что прикрывала выдох и увидела, как с балкона виднеются горы и где-то в дали пустыня, пока по правую сторону разливалось море. Под ногами множество людей словно муравьев. Все они были заняты своей жизнью, выглядя интересно. Казалось, здесь можно стоять часами рассуждая, чем они занимаются. Место было много, воздух был чистый. А повозки ездили не так громко из-за высоты, на которой она находились. Девушка наслаждалась этим видом, думая, что в жизни не видела нечего интереснее. Аарон нерешительно потянулся за ней на балкон, его взгляд следил лишь за еë профилем, пока она разглядывала людей с таким интересом, словно это было чудом света. Девушка смотрела на них с теплом и пониманием, словно гордясь. Аарон слишком ей залюбовался и облокотился рукой на перила, что были нагреты из за солнце. Быстро отстранившись, он зашипел, смотря на руку, чем явно привлëк внимание к своей персоне. Девушка застенчиво засмеялась, а после поправила прядь рыжих волос за ухо. Аарон осмотрел на еë платье, что выглядело очень мило на его взгляд. Оно не сильно выделялось, было белым с кружевами разного цвета, хорошо подчёркивая еë грудь, которой он уделял как можно меньше внимания, не смотря на пышные формы. - Спасибо. Спасибо за всё.. Ты..?       Аарон не так часто общался с людьми, чтобы понимать, о чëм она его спрашивае. Но видя еë благодарное выражение лица сейчас, он подумал, что готов на такие приключения каждый день ради неë. Приоткрыв рот, он протянул какой-то слог, а она быстро показала ему свои руки, как бы говоря: "всë в порядке". - О... Прости, как тебя зовут? - Аарон, - чуть потупившись, он положил руку себе на затылок и теперь, не смотря на неë, переключил своё внимание на виды. Он никогда не думал, что они будут такими красивыми и интересными при рассматривании с кем-то рядом. Он давно уже не общался с люди, кроме матери и пары друзей, что у него были в детстве. И теперь он не знал, как взаимодействовать, с трудом придумав, что спросить - А ты? - Меня зовут... Дали. - Дали? - Аарону лишь на секунду показалось, что ей не подходит это имя. - Дали, - быстро кивнув, подтвердила она. - Ммм.. Дали из дворца...       Аарон снова обратил на неë внимание, говоря вторую часть скорее для себя. - Как... Как ты понял? - её лицо озарила быстрая искра озадаченности.       Аарон сначала растерялся, думая, что обидел еë чем-то, а после понял, что это просто обычный вопрос. Чуть расслабившись, он вспомнил, как когда-то болтал с Меттом. Их родители были на одном социальном уровне, когда у Тильды был бизнес. Метт любил глиняные изделия, но у самого никогда не получалось вылепить чего-нибудь дельного, по сравнению с его родителями. - Ну... Твой браслет.. А.. так.. ам.. Этот шëлк, он прибыл из далека. Такую ткань привозят на кораблях и отвозят сразу по дворец. Но... Он и не для слуг.. Значит ты.. Служанка принцессы.       Дали разнервничалась, а после улыбнулась той же улыбкой, но более натянуто - Ого... Откуда такие познания о ткани? - Была подруга, - расплывчато объяснил Аарон, вспоминая так же знакомую Метта. Элиссон обожал ткани. У еë родителей был магазин одежды, и она часто пыталась объяснить парням, чем она отличается. Все они были пяти летними детьми, ну точнее только Аарон. Метту и Элиссон было по шесть. Странно, что он вообще запомнил... Хотя с доходчивыми объяснениями подруги было трудно не запомнить.       Дали застенчиво улыбнулась тихо засмеявшись. Аарон так и не понял, над чем она смеялась, но готов был смотреть на это круглыми сутками. - Аграба такая красивая.. Надо почаще гулять, - она перестала смотреть на него, снова увлекаясь тем видом, что открывался с этого балкона. - Да..? И принцессе было бы на пользу. Люди давно еë не видели, - единственное, что пришло в голову Аарону, чтобы поддержать эту тему. - Ей не позволено, - с грустным выдохом сказала Дели, а тон еë голоса стал чуть грубее - с тех пор, как моя... - она быстро взглотнула, одернув себя - Моя королева умерла. Султан за неë боится и еë держат взаперти.       Аарон подумал, что они очень близки с принцессой, и не придал значения мелочам. Погладив костяшки пальцев руки, которую он убирал за голову, он спокойно проговорил: - Может быть и правильно делает... Люди в Аграбе часто бывают жестоки - его тон стал грустнее. - И.. Ты живёшь здесь один? - Да. - А твои родители?       Дели повернулась, чтобы посмотреть реакцию на этот вопрос, но, встретившись с потускневшим взглядом, прикусила губу, думая, что могла зайти слишком далеко. - Моя мама мертва, а отца мы не знали и не хотели, - Аарон нахмурился, чувствуя лëгкую неприязнь от воспоминаний, он ни с кем об этом не говорил - Порой мне кажется, что судьба специально даëт шанс, что бы потом..       Дали его перебила, с жаром вставляя: - отобрать.       Они оба поняли, о каком именно чувстве идëт речь, и почувствовали этот лëгкий контакт вселенными. Застыв так на пару минут, они просто смотрели друг на друга. Пока не услышали гонг, оповещающий о прибытии корабля. Многопалубные корабли тянулись с моря. Дели быстро вздрогнула и посмотрел в сторону дворца, пусть его и не было видно. - О... Мне пора!       Аарон чуть растерялся, но не стал уверять еë, что она должна остаться. Дели быстрым шагом пошла к выводу, через который они пришли, и Аарон поплелся за ней. Когда она потерялась в пространстве, он вывел еë к той самой лестнице. Когда за верёвку потянули, та самая деревяшка, на которой он поднимал кувшин, оказалась у выступа. - Встань на неë ногами и держись за верëвку.       Дели нерешительно шагнула и встала на эту самую деревяшку, крепко цепляясь за верëвку. Аарон стал медленно еë спускать до земли. Когда она шагнула с дощечки, он снова поднял эту верëвку и встал на неë ногами, спуская себя, оставив обезьяну дома. Почему он всегда не пользовался таки способом для того, чтобы спуститься или поднятося? Он не был уверен, что эта конструкция выдержит Дели, тем более, что он уже ей сегодня пользовался. Она держалась на честном слове, и лучше было бы помолиться за то, чтобы она не сломалась на половине спуска. Дели подождала его, а после быстро побежала, заворачиваясь в платок. Аарон только сейчас заметил, что оставил своей платок в здании, но побежал за ней. Когда они выбежали на главную улицу, там уже толпились люди, чтобы посмотреть на принца, что прибыл сватать. Аарон и не спрашивал, но Дели сказал ему на бегу. -Я должна быть с ней, она волнуется.       Аарон остановился, когда Дели сделала это первая перед воротами в замок при этом чуть ли не врезавшись в неë. - Мой браслет у тебя? - быстро спросила она и повернулась к нему       Аарон вспомнил о этой мелочи и быстро стал шнырять по карманам. Сердце остановилось. Браслета нету. Его нету... Он проверил другой карман, и снова нет. Паника отразилась на его лице. А Дели стала оглядываться по сторонам, перекатываясь с пяток на носки. - Это мамон браслет... - напомнила она.       Аарон в смятении кивнул, давая понять, что помнит, и тихо проговорил. - Да, он прекрасен.       Дели сложила руки на груди и нахмурилась. - Так ты всë же вор, - еë голос стал холодным и осуждающим, пока взгляд приобретал холодные оттенки за место тех сияющих синих.       Аарон хотел было ответить, что она не права, и он правда не делал этого, но она растворилась в толпе, и тут послышалось ржание лошадей над головой. Парня это дезориентировало, и теперь он сам задрал голову, что бы посмотреть. Одна из лошадей встала на дыбы над головами людей. Аарон схватил мальчика, что стоял ближе всего, и потянул на себя за плечо грубым рывком. Копыта лошади приземлились ровно в то же место, где он стоял пару секунд назад. Теперь снова стараясь зацепиться глазами хоть за кого-то, кто похож на Дели в толпе, Он понял что это бессмысленно. Родители мальчика долго его благодарили, а один из стражников презрительно сказал, смотря именно на Аарона: - Нищие с дороги!       Аарона словно ударили по лицу. Это касалось не только его, но это было неприятно. Они не могли прыгнуть выше головы, не они выбрали это жизнь. Уходя оттуда, он снова потянулся к дому проверяя карманы

***

      Ближе к ночи когда Аарон сидел на балконе, что успел остыть. Глупое чувство одиночества, что он не чувствовал долгие годы. Дели... Она была словно красивая богиня. Если бы Аарону позволили ещë хотя бы раз увидеть эту девушку, он бы ухватился за этого шанс зубами веся над пропастью своих чувств. Воришка хотел видеть, как она улыбается той застенчивой улыбкой рядом с ним или хотя бы с кем-то рядом. Он мечтал о еë благополучии и увидеть Дели ещë раз. Обезьяна, что держалась в тени целый вечер после этого приключения, вышла к Аарону только сейчас. Сидя рядом животное послушно смотрело ему в глаза пару минут. Вор не нашëл в его глазах злого умысла и осторожно погладил по голове, наслаждаясь присутствием хоть кого-то за долги годы. Обезьяна, словно улыбаясь, протянула из-за спины браслет Дели. Аарон перехватил вещичку и нахмурился. Целый день обезьянка наблюдала за его поведением и теперь вытворила тоже самое с браслетом думая, что его похвалят. Аарон не мог ругаться за тот пример, что показывал целый день. Поглаживая пальцами золото, он встрепенулся, ему в голову пришла идея, как снова увидеть те нежные, голубые глаза. Прикусив губу, он еле заметно улыбнулся впервые за долгое время. - Это не отменяет того факта, что ты обуза. Обуза... Абу. М?       Обезьяна не понимающе смотрела ему в лицо, а после еле заметно кивнула, соглашаясь на всë, что предлагал ему хозяин. В эту ночь Аарон спал спокойно, вспоминая моменты, когда он жил ещё с матерью, что приятно переплетались с Дели во сне. Абу принёс в жизнь Аарона много изменений — и пока лишь хороших.