Кофе со снегом

— Где Дазай? Вопрос, заданный шепотом, повис в воздухе невысказанной угрозой. Чуя в упор смотрел на одного из подчинённых. Тот нервно пожал плечами. — Пункт четыре точка два, — продолжал бубнить красномордый мужик, водя ногтем по договору. На бумаге оставалась тонкая мерзкая борозда, словно от попыток порезать ее тупым ножом. Красномордый поправил очки, взглянул на Чую с презрением и продолжил, — меня не устраивает, что поставка разбита на несколько. Я не собираюсь кататься в порт и обратно как мальчишка. Чуя закатил глаза. Хотелось придушить красномордого, но мертвые не платят. Конечно, утешительным призом останутся два ляма кэшем, принесенные красномордый как первый взнос, но это капля в море. С этим говнюком нужен был человек с выдержкой получше, чем у Чуи. Ну или ещё более вертуозный игрок на нервах. — Вы можете арендовать склад и дождаться когда товар придет полностью, — оскалился Чуя и тут же продолжил с помощником, — Дазвй нужен здесь. Срочно. Подчинённый отшатнулся и побледнел, зато к Чуе быстро склонился второй. — Дазай-сама сказал что ему нужен кофе на вынос и… — … И слинял, — закончил за него Чуя. — Что за ребенок? Красномордый постучал ногтем по столу. — Я вас не отвлекаю, юноша? И сколько вы намерены содрать с меня за склад? Не думайте, что я пойду на это, но мне… — СЁЁЁЁЁЁЁРБ. Оба и Чуя и красномордый вздрогнули. И огляделись, но быстро источник звука себя не обнаружил. Тогда красномордый откашлялся и продолжил. — Как я успел сказать, я не намерен… — СЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁРБ. На этот раз Чуя не дрогнул. И не удивился, когда Дазай перегнулся к нему через спинку диванчика. В руках у Дазая был прозрачный стаканчик наполненный кофе со льдом. — Чуууя, а он похож на Санта Клауса, правда ведь? — Дазай ткнул в красномордого. Тяжёлый вздох. — Нет, не похож. — Чуя чувствовал, что начинает звереть, но остановить себя не мог. — Ничего общего. И на улице снегопад. Кто пьет кофе со льдом в снегопад? — Ну… — Дазай потряс стаканчиком и он зашумел как погремушка, — Даже не знаю, так много вариантов. Я, например. — Это еще кто? — Наконец очнулся красномордый. — Это? — Чуя усмехнулся, — Ваша проблема на день. Поздравляю. Основной переговорщик. — Дазай Осаму, — улыбнулся Дазай и втянул ещё немного кофе с противным всхлипом. Судя по выражению лица красномордого, имя ему было более чем знакомо. Он открыл рот чтобы что-то сказать, но Дазай перебил его долгим кофейным хлюпом. А когда закончил, выдохнул и захлюпал снова. Как только в представлении наступил перерыв, Чуя быстро заговорил: — Итак, — Он щёлкнул пальцами, — мы можем закончить всё по-быстрому или проверить какими ещё способами он будет всех бесить. Поверьте, эта сволочь очень изобретательна. Дазай опять встряхнул стакан как погремушку. Пятнадцать минут спустя Чуя стоял под открытым небом и позволял снежинкам падать на лицо. Снег был мелким и искристым, как алмазная пыль, но намного легче. Стоило ему осесть, как ветер поднимал его вновь и закручивал в замысловатые движущиеся петлистые узоры. Шевелиться не хотелось, хотелось стать частью пейзажа и позволить снежинкам замести ноги до колена, покрыть шляпу и забиться под одежду. Ни людей ни машин, способных разрушить хрупкую красоту момента не было. Почти. — Хочешь кофе, Чиби? — Дазай позвал его со спины, приложив стаканчик со льдом к его щеке. — У тебя там один лёд, на кой черт он мне сдался? — Чуя не стал оборачиваться, но и уходить не спешил. Стаканчик исчез с прощальным шорохом и руки Дазая обняли Чую. А к щеке, там где мгновение назад был холодный стаканчик, прижимались теплые губы. — Он спас тебя от бессмысленного просиживания за столом переговоров, когда на улице такая красота. Так чем хочешь заняться в освободившийся вечер? — Давай просто полюбуемся на снег. — Сказал Чуя и сам же первым закрыл глаза, поворачивая голову и целуя Дазая. *** Чуя понятия не имел почему зародилась традиция переговоров с Детективным агентством именно в парке. Но новый директор, Доппо Куникида, не собирался её прерывать. Как и Чуя. Хотя бы, можно было наблюдать падением снега, не отрываясь от скучных переговоров. Красоты в этом было мало — огромные, комковатые, липкие хлопья, таяли стоило им коснуться ещё зелёной травы. Казалось, они ещё в полете становились грязными. Чуя позволил нескольким хлопьям упасть на перчатку и сжал ладонь. Вода проступила сквозь пальцы. Будь здесь Дазай, с любой из сторон, он бы мог… что-то. Разделить это воспоминание? Надавить на глупую сентиментальность Чуи? Но Дазая больше не будет, нигде и никогда. А значит и переговоры пройдут на его, Чуи, условиях. — Не заинтересован. Стоил ли дергать меня по пустякам, когда ответ уже известен? — Фыркнул Чуя, — В последнее время Агентство потеряло всякий… — СЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁРБ. Чуя вздрогнул. Оглядел всех присутствующих. Может у него галлюцинации от усталости? Да нет, на лицах остальных проскользнуло раздражение, значит они тоже слышали это. Он попытался продолжить. — … Всякий стыд и… — СЁРБ. Это уже точно не было галлюцинацией. Он заметил какое-то движение за спиной Куникиты, как будто кто-то пытался спрятаться за ним. Чуя шагнул вперёд, раздвинув ребят из Агенства и заглянул Куникиде за спину. Белобрысый мальчишка сжимал в руках свой абсолютно бесстыдный матча айс латте и судорожно пытался слиться с окружающим миром. И мир ему активно помогал, хлопья, падавшие на белую макушку, были точь-в-точь такими же белыми и определить где кончался снег, и начинался мальчишка было почти невозможно. Белый тигр, призванный прятаться в снегу. Зимний хищник. И с таким невинным лицом. — Прошу прощения, что отвлёк вас, Чуя-сан, — мальчишка изобразил полупоклон, — я совсем этого не хотел. Выглядел он вполне правдоподобно пристыженным, только на самом дне глаз мерцали золотые смешинки. Он был совершенно не похож на Дазая, но тот взгляд, что он пытался скрыть за поклоном, был точь-в-точь таким же. — Его ученик, — усмехнулся Чуя, — думаешь, я похож на Санта Клауса? — Простите, — он склонился уже в полном поклоне, — но я не совсем понимаю о чем вы. — Совсем не понимаешь. — Подтвердил Чуя. — Просто древнее воспоминание, которое мне больше не с кем разделить. Взгляд мальчишки вспыхнул пониманием, слишком знакомо. — Да, его бы это позабавило. — Тебе передалось даже слишком много. Воздушно-капельным, наверное. Угостишь? Мальчишка безропотно протянул стаканчик. Чуя обхватил его руку, коснулся губами трубочки и втянул всё без остатка. — Вот. Теперь можем продолжить. Так что конкретно ты хотел? — Я?.. — Мальчишка неуверенно оглянулся на своих товарищей и попытался втянуть голову в плечи. Чуя закатил глаза. — Не смотри на меня удивлённо. Развел на сентиментальные воспоминания, тебе и карты в руки. — Чуя-сан, — мальчишка вдруг выпрямился, — Меня зовут Ацуши и я не он. Не делайте из меня его. Чуя усмехнулся и стряхнул снег с его белых волос. — Ацуши, значит? Я запомню это.