Зов Ра и Анубиса: пробуждение Сета

Настоящее время Эва махнула головой в обе стороны, смахивая все воспоминания, которые есть о том роковом дне. Еще раз посмотрев на дочь, Эва подошла к ней и спросила: - Урет, где Тену? Разве он не должен был прийти пораньше? - Эва присела на стул напротив дочери и всматривалась в её резкие и размашистые движения калама по папирусу. Дочь была разгневанной. Ее гнев был похож на внезапно вспыхнувшую песчаную бурю, неуправляемую и разрушительную. - Где ему ещё быть, матушка?! У девиц, как всегда, своих сидит и не высовывается. Оттого и приходится тебе его искать. Избаловала ты его, мама, - Урет подняла глаза на маму и довольно в резком тоне ей ответила, а когда поняла свою ошибку, стушевалась и продолжила: - Прости, мама, я немного занята, мне сейчас не до брата-бездельника. Он где-то пропадает, а я за него всё делаю. Вот придёт он и получит десять ударов палкой, совсем стыд потерял! Девушка, дописав какие-то строки на папирусе, принялась сворачивать его в трубочку, а затем положила в золотую шкатулку, обмотала её шелковой красной лентой и завязала на бантик. В ее движениях чувствовалась некая угловатость и резкость, как будто она готовилась к бою, а не к обычной переписке. Взяв со стола сургуч, расплавила его при помощи свечи и нанесла на бант, придавила своим кольцом, на котором виднелась печать с особым узором в виде гиены. Гиена – не самый популярный символ, но Урет почему-то всегда чувствовала к ней необъяснимую симпатию. Встала из-за стола и подошла к матери. - Я пойду прогуляюсь и вернусь, глядишь, и братца своего блудного найду. Не скучай, - девушка обняла Эву и поцеловала в щеку, а потом бурей вылетела из сада, оставив Эву в недоумении. Казалось, что воздух вокруг нее искрится от напряжения, предвещая нечто недоброе. Эва часто замечала эту странную энергию вокруг дочери. Совпадение или нет, но прошлой ночью ей приснился тот, кто не являлся к ней годами после путешествия в Дуат. Анубис. Приснился под утро, восседающий на своем троне, а подле него верный Акер разлегся и наблюдал за ней. Анубис сначала молчал, но, изучив Эву с головы до пят, улыбнулся и сказал лишь одно предложение: - Скоро всё изменится. Страж махнул своим посохом, и видение рассеялось, а Эва проснулась в холодном поту. Вспомнив сегодняшнее утро, у Эвы закралось гадкое предчувствие недоброго. Приснился Анубис, да еще и про изменения говорит, сын пропадает где попало, а дочь ведёт с кем-то тайную переписку и часто приходит поздно. Сопоставив все эти факты, девушка поняла, что может себя просто накрутить и ничего серьезного не происходит, но сон не давал ей покоя. С этими мыслями Эва поднялась со стула, потушила свечу и решила нанести визит Ливию, который живёт недалеко от её дома. Интуиция, обычно спокойная, сейчас кричала о приближающейся опасности, подобно ветру, предвещающему песчаную бурю. Урет в это же время. Девушка выбежала из дома и сразу направилась к оазису, который находился возле территории красных земель. Девушка чувствовала вину за то, что обманывала мать и не говорила ей о своих планах на грядущие несколько тысячелетий. Да, девушка не так давно узнала о своём происхождении. О том, кто является её с братом отцом, она узнала в десять лет, когда самый заклятый враг отца решил нанести поздний визит к ним домой. Девушка, как сейчас, помнила встречу с Гором. Несмотря на свой юный возраст, она чувствовала внутри себя силу, которая не принадлежала ей, силу, которая заставляла ее стремиться к чему-то большему, к хаосу и власти, к чему-то, что она еще не понимала. Египет. Мемфис, 331 год до нашей эры. Ночь. Дом Урет. На улицах Египта уже вовсю царствовала Нефтида, ясный небосвод позволял разглядеть млечные пути и красивые горячие звёзды, а луна, что висела прямо в зените, была не менее красивой. Маленькая красноволосая девочка с яркими рубиновыми глазами не спала, тайком выбравшись из постели, тихими шагами вышла в сад и села на плетёный диван с красивыми и дорогими подушками. Усевшись поудобнее, девочка посмотрела на небо и улыбнулась. На улице вечером было не так душно и жарко, как днём. Оттого девочка частенько выбиралась поздней ночью на улицу во двор, но не выходя за территорию дома. Не оттого, что боялась, а чтобы не пугать маму. Страха у юной Урет не было, у неё было преимущество против любой опасности. Девочка, сама не ведая своего происхождения, умела делать разные вещи. К примеру, когда прошлым днём она и её сверстники играли на улице, один мальчишка решил похвастаться своим длинным языком и решил оскорбить маленькую Урет. В ее глазах загорался недобрый огонек, когда кто-то ее обижал, словно в ней просыпался древний гнев, ждущий лишь повода, чтобы вырваться наружу. Прошедший день. Улица возле дома Урет. - Ха-ха-ха, посмотри на себя, да ты страшная, как ящерица в пустыне! Что с твоими волосами и глазами, заблудилась в красной пустыне?! - Мальчик, который был на голову меньше девочки, продолжал смеяться, а другие ребятишки из компании подначивали его продолжать. Урет, глядя на него, сверкнула своими красными, как багровый Нил, глазами и недобро ухмыльнулась. - Я словно красная песчаная буря – прекрасна и смертоносна. Попытка оценить меня – всё равно что сунуть руку в пасть гиены, - девочка посмотрела на него из-под лобья, начиная злиться, и не заметила, как вокруг начинает подниматься сильный ветер. - Ты?! Смертоносная?! Ха-ха-ха! - Мальчик показывал пальцем на девочку и смеялся, схватившись за живот. Урет посмотрела на палец, который тыкался в неё, пришла в гнев и уже хотела что-то сказать, как услышала свист бури. Песок с дорог поднимался всё выше, и видимость становилась слабее. Девочка еще раз посмотрела на мальчика, который уже перестал смеяться, как и его друзья-мальчишки. Все внимание было приковано к буре. Девочка, донельзя обиженная, решила наказать мальчика. Когда он открыл рот и уже собирался что-то сказать, весь песок, что кружил вокруг него, начал залетать прямо в его рот и нос. Пока другие пытались помочь ему, девочка с жестокой улыбкой на губах наблюдала за этим зрелищем. Мальчик не мог вымолвить и слова, песок был не только в желудке и кишках, но и в лёгких. Мальчик не мог дышать, лишь ртом пытался глотнуть воздух, а по итогу получалось заглотнуть еще больше песка. Его глаза наполнились ужасом, он хрипел, хватаясь за горло. Через пару секунд буря утихла, также внезапно, как и началась. Мальчик рухнул на землю и с открытыми глазами испустил последний дух. Урет посмотрела на других мальчишек и сказала с ледяным спокойствием в голосе: - Это плата за непочтительность. Пусть послужит уроком для тех, кто думает, что слова – это просто ветер. - Девочка говорила эти слова с таким холодом и надменностью, что все тут же опустили головы и не сказали ни слова. – То-то же. Забирайте своего… мертвеца и проваливайте отсюда. Забудьте всё, что здесь было, и дорогу сюда. Если хоть кто-то проболтается… - она многозначительно посмотрела на них, - …пустыня услышит. Девочка последний раз сверкнула глазами, развернулась и ушла прочь, к себе домой. Так и случилось первое убийство девочки в ее десять лет. Больше ее никто не обидит, а смотреть на нее будут с опаской. Египет. Мемфис, 331 год до нашей эры. Ночь. Дом Урет. Девочка, настолько сильно погрузившись в воспоминания о прошлом дне, не заметила движения слева от нее. Только когда девочка напрягла свои остренькие ушки и услышала шаги, напряглась. В ней проснулось что-то древнее, первобытное, заставляя насторожиться, словно перед надвигающейся песчаной бурей. «Если это пришли мстить за несносного мальчишку, то пусть убираются, иначе до добра не доведет», – подумала девочка и начала рыскать своими красненькими глазами по всем кустам, что были в зоне ее видимости. Ее взгляд был острым и нетерпимым, как будто она искала врага, чтобы обрушить на него свой гнев. Гость, который пришел к девочке, тут же остановился, когда девочка посмотрела в его сторону. Мужчина снял капюшон и подошел ближе, чтобы рассмотреть девочку и убедиться своими глазами, что все сказки Ра и Анубиса – не плод старческого маразма и не галлюцинации старшего брата на фоне его одиночества в Дуате. Мужчина осмотрел внимательным взглядом девочку и сделал неутешительный для себя вывод: «Если эта девочка и вправду дочь дяди, то абсолютно точно можно сказать, что будут большие проблемы в будущем, когда эта девочка наберётся сил от своего папаши, а если Сет узнает, что у него есть наследники, он окончательно сойдет с ума и захочет разнести весь пантеон. Нужно сделать так, чтобы Сет не узнал о своей дочери, если она унаследовала характер той смертной, то можно избежать проблем, но если характер дяди – то быть беде. Хотя если подумать и вспомнить, что эта девочка сделала с бедным мальчиком, то на поблажки можно не рассчитывать. Да, передо мной женская копия дяди». Пока Гор пребывал где-то далеко в своих мыслях, девочка смотрела на него и видела в нем опасность. В его ауре чувствовалась фальшь, словно под маской благородства скрывалось что-то коварное и непредсказуемое, как и в тех, кто стремился подчинить себе пустыню. Урет напрягла свое зрение и разглядела в мужчине высокого красивого голубоглазого юношу, короткие русые волосы и пару шрамов на скуле, белый лоскут на голове служил повязкой на один глаз. Высокий, на шее красовались какие-то подвески, среди которых Урет знала только анкх. Девочка попятилась назад и вытянула руку вперед в предупреждающем жесте, чтобы не подходить. Ее инстинкты кричали об опасности, о нарушении порядка, что всегда вызывало в ней странное, будоражащее чувство. - Что ты такое? - Девочка видела, что перед ней стоит мужчина, но то, что от него исходило, это не было похоже на человека. Теплая аура окутывала двор, девочка чувствовала, будто маленькие светлые щупальца проникали сквозь нее и гуляли по ее внутренностям. Девочка, которая не понимала, что происходит, сосредоточилась на последнем чувстве, прикрыла глаза и представила, что внутри нее чужие руки пытаются выдрать протянутые к ней щупальцы. Эффект не заставил себя долго ждать. Мужчина ахнул, а затем усмехнулся и снова посмотрел на девочку. В его глазах она увидела отблеск власти, которой она подсознательно стремилась противостоять. - Привет, красавица, как тебя зовут? - Гор подошел к ней и присел на корточки, чтобы быть с ней одного роста. - Сначала ты назовись, что ты делаешь на моей территории? - Девочка встала в позу и скрестила руки на груди, совсем как Сет. В этот момент она казалась маленьким, но грозным богом, готовым обрушить свой гнев на любого, кто осмелится нарушить ее границы. - Я Гор и пришел посмотреть на тебя, сам великий бог Ра послал меня к тебе. Я не причиню тебе вреда, пошли со мной? - Гор протянул руку девочке, собираясь отвести ее в Дуат, ожидая, что девочка согласится и пойдет с ним. Гор встал с корточек и посмотрел на девочку. - Ага, уже бегу. С чего бы мне идти с тобой. Никуда не пойду и тебе советую уходить, передай богу Ра, что госпожа Небехет Урет никуда не пойдет, если хочет меня видеть, то пусть найдет моего отца! Иначе никуда не пойду. - Ха. Гор даже опешил от голоса и манеры общения, надо же, он точно разговаривает со своим дядей, только ниже по росту и женской версией себя. Гор хотел только схватить девочку за руку, как внутри разлилось тепло, которое говорило, что лучше отступить и вернуться позже. В голове Гора пронеслась шальная мысль, принадлежащая не ему, а верховному и главенствующему богу Ра: «Ха-ха-ха, я принимаю твое желание, дитя, я приведу тебя к отцу и покажу тебе, кто он таков». В душе Урет проснулось странное предчувствие, одновременно пугающее и завораживающее, словно приближалась буря, которую она давно ждала.