Слабость

Соник поднимался по лестнице высокого здания, обходя охрану. Пятый, шестой… девятый, десятый… семнадцатый… Наконец-то. Двадцать пятый этаж. Тут явно было темнее и более мрачно, чем на других этажах, но, возможно, парню просто мерещилось. Воздух был пропитан кровью и пеплом, Соник невольно вдохнул глубже, как будто это могло помочь. Он шел прямо к самой массивной двери. Деревянная, с красивыми узорами на ней. Он знал, что она делалась на заказ из Черного дерева (черный эбен) и стоит сумасшедших денег. Подойдя, он уже готов был дернуть ручку и войти, но за плечо его резко схватили, не позволив двинуться дальше. –Нельзя. Голос был холодным и грубым, но Соник даже не дернулся. Слишком часто в своей жизни он слышал подобный тон. –Девид, мог хотя бы притвориться, что рад меня видеть.-Соник улыбнулся в своей привычной манере. –Босс занят и велел никого к нему не пускать. Парень хотел что-то возразить или пошутить на тему, что «Босс всегда занят и это уже давно не отговорка», но из-за закрытой дверь прозвучало приглушенное: –Пусть зайдет. Соник ухмыльнулся и зашел в кабинет, но перед этим успел показать охраннику язык.  «Ребенок»-подумал Девид и когда закрылась дверь, снова встал в свою непоколебимую стойку, охраняя её. В кабинете было темно, как в принципе во всем этом здании. Соник мог сказать, что это место угнетало его сильнее, чем ему хотелось бы. Шторы были закрыты, потому единственным источником света была настольная лампа, но и она не могла осветить хоть одну четвертую комнаты. В помещении был стол, один массивный шкаф (Соник знал, что там хранятся далеко не папки и важные бумаги), пару картин, которые не несли в себе никакого смысла и… диван. Парень терпеть его не мог. Красный, бархатный диван. Он не был уверен, натуральный это цвет или же он просто настолько сильно пропитан кровью тех бедолаг, которых пристрелили прямо на нем. Соник не садился на него принципиально и просто продолжил стоять посреди кабинета, ожидая когда к нему соизволят повернуться. Свет от лампы помогал рассмотреть силуэт, который развернувшись на стуле смотрел в окно. В этом не было смысла, ведь шторы не позволяли что-то там увидеть. Видимо мужчина просто тянул время, не желая общаться с пришедшим к нему. Пару минут тишины и мужчина все таки решает удостоить парня своим взглядом. Он оценивающее прошелся по нему глазами и остановился на его руке, которая сжимала какую-то бумажку и круглую монету и лентой. Он прищурился. Медаль. Соник заметил, где задержался взгляд и горько усмехнулся. –Ты обещал.-Все, что он мог сейчас сказать. –Я никогда ничего не обещаю.-Голос был холоден, как в принципе и у всех в этом здании.  Но слышать такой тон от него всегда было больно. Соник никогда этого не показывал, знал что нельзя. Слабость здесь не приветствовали и парень знал это как никто другой. Потому он снова проглотил ком в горле, спрятав обиду куда подальше и заговорил:  –Я ждал тебя, ты знал, что для меня это важно. Почему не пришел? На вопросе голос дрогнул. Нельзя. Нельзя показывать слабость. Соберись. –Ты собираешься разводить тут слякоть? Избавь меня от этого. Предательская слеза всё-таки скатилась по щеке. Сука.  –Я говорил с Лили! Ты весь чертов день провел в этой конуре! К тебе даже никто не приходил! Тогда скажи, какого, мать твою, ты не пришел на мои соревнования?!  Всё. Точка кипения была достигнута и пути назад нет. Соник просто кричал и из глаз продолжали течь слезы. Плевать на гордость, плевать на стойкость, плевать на все, чему его учили. Он хотел, чтобы тот понял как ему больно. –Тебе настолько на меня наср… Договорить ему не дали. В порыве истерики он не заметил, как мужчина подошел к нему. Удар в челюсть. Вот то, что прервало его монолог. Соник лишь отшатнулся, не позволив себе упасть. Ох нет, он не даст себе упасть ему в ноги. Никогда. –Ревешь как девчонка. Смотреть мерзко. Да, мне насрать на тебя и твои соревнования. Я не видел никакого смысла чтобы туда тащиться и смотреть на пятерых идиотов, которые наворачивают круги по стадиону. Ясно? А теперь убирайся с глазах моих, пока я не решил тебя пристрелить прямо здесь на твоем «любимом» диване. Последние слова были намного сильнее пропитаны ядом, чем обычно. Соник ничего не сказал, понимал, что ничего этим не добьется и просто развернулся и вышел за дверь. Он прошел мимо Девида, лишь на секунду взглянув на него, но даже так он заметил в его обычно холодном и непробиваемом взгляде намек на… сочувствие? Возможно. Всё-таки он, вероятно, всё слышал.  Девид знал парнишку с детства. Он работал у его отца довольно долго чтобы наблюдать как малец рос. Он знал, как Босс учил его быть сильным, напористым и волевым. Знал, что Сонику нельзя было проявлять хотя бы малейшую слабость, ведь за неё того постоянно наказывали и часто просто избивали. Босс пытался вырастить из парня своего приемника. Того, кто будет также вселять страх во всех вокруг, но… Это был Соник. Просто Соник. Парень, который любил эту жизнь и все вокруг, несмотря на своё тяжелое детство. А какое оно могло быть еще у ребенка главного мафиози их города? Ему не было интересно оружие и деньги, не доставляло удовольствие наблюдать, как кого-то пытают, а после убивают одним выстрелом в голову, не хотелось выезжать на разборки, а после приезжать домой полностью в крови. Он хотел ходить в школу, как все дети, проступить в университет, получить профессию, завести семью и жить спокойной жизнью вдали от криминала и работать на обычной работе. И, конечно, он хотел бегать. Бег-это то, что приносило ему нескончаемое удовольствие. Когда им удавалось немного поговорить (если быть точнее, то Соник просто непрерывно болтал, пока Девид, от нечего делать, его слушал) Соник рассказывал, насколько сильно он это любит, какое чувство свободы он получает, когда просто разгоняется и его волосы развиваются от сильного потока ветра, как его нутро наполняется энергией от такого просто действия как бег. Девид не мог разделить его восторг, но чувствовал, что всё, что описывал парень являлось правдой. Но это всё ненавидел Босс. Ненавидел то, насколько ЕГО сын на него не похож. Видимо потому Сонику так доставалось. Иногда он был избит… слишком сильно, что даже у охранника щемило в груди, но он не мог это показать. Сочувствие тоже слабость. А ее тут не должно быть. Соник вышел из здания и пошел прямо по улице. Обида и боль снова скрутились в его животе и не давали вдохнуть полной грудью. Он не похож на своего отца. Никогда не был и никогда не будет. Видимо поэтому он никогда не ощутит хоть малейшую долю любви к себе. Хотя он не уверен, что тот в принципе может проявлять это чувство. Любовь это тоже слабость. А значит ей здесь не рады.  –Соник, ты должен быть сильным. Проявление чувств-слабость, а… –А слабости нет места в нашей жизни.-Закончил Соник за отцом. –Правильно, Соник, правильно.  Соник последний раз взглянул на тело, которое уже не дышало. Это была няня. Няня которая воспитывала Соника с 3 лет, когда его мать погибла. Именно она учила его писать, читать, познавать этот и мир и… проявлять чувства. Она не считала это слабостью и всегда говорила, что именно в них наша сила. В любви, сострадании и эмпатии. За это она и поплатилась жизнью. Когда отец единожды услышал подобный разговор, он влетел в комнату и одним выстрелом прошиб голову насквозь на глаза у семилетнего сына, который просто читал книгу. Секунда. И мир застыл. Он был в крови самого близкого ему человека, от шока даже слезы не смогли проступить из глаз и он просто смотрел на няню. «Нет, отец явно не знает это чувство. Но мама. А как же мама? Он тоже не любил её?»  От этой мысли Соник дернулся, будто его пробило током.  «А мама? Она его любила? Проявляла ли она эту слабость? Неужели отец бил и её?» Он не хотел об этом думать, он совсем не помнил маму, но был уверен, что похож именно на неё. Дома не осталось никаких её фотографий, потому он даже не знал как она выглядела. А отец никогда не говорил о ней, а на вопросы только раздражался. «Уверен, она была очень красивой» Из мыслей его вытянул звонок. Достав телефон, он увидел на экране улыбающегося парня с двумя хвостами на голове и сам невольно улыбнулся. –Привет, братишка.-Он старался сделать голос хоть немного веселее. –Хей, Соник, как соревнования? Извини, не смог вырваться с университета, но я держал за тебя кулаки. –Как всегда первое место. Соперники были слабаки. Разговор с другом явно поднял настроение парню и улыбался он уже не так натянуто. –Конечно, как можно обогнать того, кто является олицетворением слова «скорость»?-Друг уже открыто хихикал и его слова были пропитаны сарказмом. –Ты невыносим, Тейлз. –Я знаю. Ведь именно потому мы и дружим, верно? –Безусловно. –Он был? Сонику не нужно было уточнять про кого говорит Тейлз и в груди снова кольнуло. Снова больно. Блять. –Нет. –Ты ведь был у него сейчас, я прав? Я услышал, что ты был расстроен в начале разговора. От него ничего нельзя утаить. Не зря они уже 7 лет дружат. Тейлз был единственным, с кем Сонику разрешал общаться отец. Вероятно потому, что он был сыном хорошего знакомого отца, с которым они общались еще с юности. Соник был рад иметь хоть одного друга, тем более такого крутого и умного.  –Да, мы немного повздорили. –Снова ударил? –Не сильно. –Тогда залетай ко мне. Пиво, снеки и кино. Всё как ты любишь. –Уже бегу, братец. Скинув звонок, Соник уже сорвался с места и бежал к любимому дому. Место, где он мог быть собой, небоясь быть избитым или осужденным. Он проводил дома у Тейлза почти все время и второй был совсем не против. Его отец купил ему этот дом, чтобы сыну было ближе к университету и он учился самостоятельности. Тейлз был только рад этому. Несмотря на то, что Ульям, отец парня, был очень сильно связан с криминальным миром и работал с отцом Соника, он не хотел того же для сына. Он разрешил ему пойти в университет, отучиться и заниматься тем, что ему по душе. Несбыточная мечта Соника. В этом году отец не позволил ему поступить, поставив просто перед фактом и парень не смог ослушаться. Он бы все равно не дал ему спокойно учиться, даже если бы тот смог поступить. Потому смирившись со своей участью будущего мафиози, он просто сидел у Тейлза и слушал его рассказы о лекциях про робототехнику. Так сказать, довольствовался тем, чем мог. Позвонив в звонок, ему тут же открыли дверь и Соник пронеся в комнату друга, где уже всё было готово к киновечеру. –Я смотрю ты хорошо подготовился.-с улыбкой произнес синеволосый. –Ясное дело, тебя же фиг прокормишь, особенно после твоих забегов.- в след за другом зашел Тейлз. –Ой брось, я не так много ем. Конечно, если это не чили-доги. Кстати, они есть? Тейлз лишь закатил глаза, но достал коробку из их любимой доставки и протянул её Сонику. –Держи свою отраву. –У тебя просто нет вкуса, чувак. Соник налетел на несчастную еду, пока Тейлз включал фильм. Вечер прошел прекрасно. Еда, пиво, крутой фильм и веселые шутки между друзьями точно скрасили этот день. Время близилось к ночи, но Сонику совсем не хотелось возвращаться в свой ужасный темный дом к отцу, где он чувствует лишь пустоту и холод. Тейлз всё прочитал по его лицу. –Ты ведь знаешь, что можешь тут оставаться столько, сколько хочешь, правда? –Спасиьо Тейлз, я ценю это. Но я лучше пойду. Соник сам не понимал почему отказался от предложения остаться, но решил, что так правильно. Тейлз и кивнул и они оба встали с дивана. Попрощавшись, Соник крепко обнял друга и ушел по тесной улице, освещенной фонарями.  Он мог добежать до своего дома, но слишком сильно он не хотел туда идти, потому медленно плелся среди знакомых улочек, осматриваясь так, будто не видел все эти магазины и дома миллион раз.  Дойдя до дома, он удивился. Свет нигде не горел. Странно. Если отец уже спит (что уже мало походило на правду), то охрана явно не будет сидеть в темноте. Не успел он даже приоткрыть дверь, как его резко схватили и закрыли рот рукой, крепко удерживая. –Долго мы тебя ждали, нам говорили, что ты достаточно быстр, но я бы советовал тебе не делать глупостей, если не хочешь получить пулю в лоб.-Соник не знал этот голос, но к его удивлению он звучал больше с издевкой, чем угрожающее. Соник не мог видеть, кто именно его держал, но чувствовал, что тот явно не один. Он оказался прав, теперь за его спиной послышался другой голос. Он был уже строже. –Заканчивай Ден, нам его еще вести к Боссу, мы и так задержались. Надеюсь нам не снесут бошки. –Та понял я, понял. Ладно, парниша, пора спать. Соник не успел даже среагировать, как ему довольно сильно прилетело по голове и он потерял сознание. Приходя в себя, Соник слышал голоса. Голова болела, разобрать о чем шла речь он не мог. Но через пару минут он услышал знакомый родной голос и воспоминания стали возвращаться. –Забирай его, но только не убивай меня.-Это был точно голос его отца. Но почему он звучал так… умоляюще? Соник даже не смог поначалу в это поверить. –На хрена мне сдался этот малец? Я могу прямо сейчас убить тебя здесь. Ты не выполнил условия сделки и должен поплатиться жизнью. Этот голос был Сонику не знаком. Он не мог видеть человека, который это произносил, ведь тот находился за дверью в соседней комнате, но мог представить, что мужчина довольно молод.  –Мне без разницы что ты будешь с ним делать. Хочешь возьми его помощником, хочешь убей. Мне плевать.  Мы можем разойтись мирно, ты ведь понимаешь, что за мной стоят много людей, которые потрепают твои нервы и точно заберут несколько жизней твоих людей. Я предлагаю другую жизнь взамен моей. Сердце пропустило удар. Он знал, что отец не питает к нему огромной любви, но так? Он готов за свою оплошность отдать жизнь сына?  Поток мыслей прервал звук открывающей двери. Из нее сначала вышел отец, а следом тот, кому принадлежал второй голос. Соник, оказался прав, мужчине на вид было не больше тридцати. Крепкое тело, которые было скрыто дорогим костюмом с красной рубашкой, темные волосы с красными полосами и такие же красные глаза. «Видимо это его любимый цвет»-хмыкнул парень про себя. Но когда эти злые глаза посмотрели на него, у Соника задрожали ноги. Что-то в них было совсем не дружелюбное. Не смогл выдержать давление, Соник встал, но взгляд опустил вниз.  –Пришел в себя, хорошо. Всё слышал?-голос был также груб и холоден, у Соника пробежали мурашки по спине. Черт, если бы не ситуация, Соник бы сказал, что его голос довольно привлекательный. –Да. –Что думаешь по этому поводу?  Соник от удивление поднял глаза, снова встретившись с другими, которые изучающее его осматривали. Он правда ждет от него ответ? Но какой? И какое ему вообще дело до его мнения? Соник уже знал, что ответит, но сердце просило дать еще один шанс и он повернулся к отцу. –Пап? –Не называй меня так, гаденыш. Последняя надежда была растоптана. Он так и не смог отступить.  -Не называй меня так.-грозно сказал мужчина, держа за ворот футболки парня. Соник на секунду потерял дар речи. –Как? Отец? Удар. –Да именно так. Для тебя я Босс, как и для всех. Не думай, что ты являешься исключением только потому, что я зачал тебя. Удар. Соник упал на колени и захрипел. Второй удар прилетел в район живота и вышел намного сильнее, чем он предполагал. Он смог выдавить лишь: –Понял, Босс.  Так двенадцатилетний парень стал сиротой. И вот. Соник должен был сказать, чтобы тот убил его отца. Это было правильно. Это точно то решение, к которому его готовили. Нет места чувствам. Чувства-это проявление слабости. А слабости тут не место. –Убей меня. Сука. Все таки он был слаб. И его слабость его погубила. –Я так и знал, слабак. Это было всё, что сказал отец. Всё, на что было способно его черствое сердце. Но Соник все равно его любил. Своего отца. –Твое решение.-Сказал мужчина и схватит Соника за рукав стал тащить его прочь из комнату. Тот лишь послушно плелся за ним. Уже у выхода, мафиози обернулся и бросил напоследок: –Слабак тут явно не парнишка. И скрылся с Соником за дверью.