5* card: Afterwork jealousy

– Спасибо, Кэсси, – Калеб, не отрываясь от экрана компьютера, взял увесистую папку из рук помощницы, а потом, словно спохватившись, посмотрел на нее и улыбнулся. Я почувствовала, как что-то жгучее и горячее всколыхнулось у меня в груди. – Я могу еще чем-то вам помочь, полковник? – сладким голосом пропела Кэсси. – Нет, спасибо, можешь идти, – ответил Калеб, возвращаясь к работе. Я сощурилась, пристально смотря на него. Словно почувствовав мой взгляд, Калеб поднял на меня глаза и вопросительно выгнул бровь. – Что? – спросил он. Я пару раз непроизвольно сжала челюсти и ответила, притворно улыбнувшись: – Нет, ничего. Мы уже пятый час разбирали накопившиеся за время его отпуска отчеты о полетах в глубины космоса. Сегодня у меня был выходной, поэтому я вызвалась помочь с бюрократическими заморочками. Мне было интересно посмотреть на него в рабочей обстановке. И я до сих пор привыкала к тому, что озорной мальчишка в спортивной куртке из моего детства и суровый полковник в военной форме и лицом без какого-либо намека на эмоции – это один и тот же человек. Но если раньше эта двойственность меня пугала, то теперь… Да, я начала находить ее привлекательной. Я осознала это, когда Калеб при мне отчитывал нерадивого сержанта. Он не кричал и не оскорблял подчиненного, но говорил с такой сталью и льдом в голосе, что у меня в мгновение ока сжалось все нутро от страха и… темного тягучего желание встать перед ним на колени, склонить голову и умолять. Чертова психопатка. Мой взгляд медленно переместился с очередной бумажки передо мной на пальцы его левой руки, которые тихонько отстукивали какой-то ритм по столу. Калеб был поглощен чтением, а у меня в ушах звучал его доброжелательный голос: «Спасибо, Кэсси». «Спасибо, Кэсси», и извиняющаяся улыбка, мол, прости, что не оторвался от работы, чтобы сказать тебе это в глаза. Я снова сжала челюсти и принялась нервно болтать под столом ногой. Конечно, моя ревность не имела под собой никаких оснований и была просто смешной. Но мне было плевать. Я как зачарованная смотрела на его длинные красивые пальцы, и вдруг представила, как беру в рот сначала один, потом второй… Как смотрю Калебу в глаза и наслаждаюсь удивлением и желанием, которые будут искриться в его взгляде в этот момент. Как он, словно сбросив оцепенение, перехватит инициативу, погрузит свои пальцы еще глубже, а потом задерет мою юбку и переместит их между моих ног. Прямо туда, где сейчас все дрожало от нетерпения. Но я велела себе взять себя в руки и продолжить работу. Иначе мы проведем здесь всю ночь. Спустя еще два часа мы наконец закончили. Калеб нажал на кнопку коммутатора и вызвал Кэсси. Та явилась незамедлительно и все с той же угодливой улыбочкой на лице. – Вот, отнеси это в архив, будь добра, – сказал Калеб, протягивая ей небольшую стопку из папок. – Есть. Я могу что-то еще для вас сделать? – сладким голосом пропела Кэсси. Я не удержалась и закатила глаза. Калеб заметил это и, плохо сдерживая улыбку, приподнял брови. – Нет, на сегодня ты свободна, спасибо, – сказал он. Кэсси взяла в руки папку и направилась к выходу, где вдруг запнулась и принялась неуклюже тянуться к кнопке открытия двери. Папки в ее руках были отнюдь не тяжелыми, но эта сучка собралась разыграть целый спектакль, будто ей не хватает сил удержать бумаги одной рукой, чтобы открыть дверь другой. Только я хотела бросить язвительный комментарий, как Калеб подошел к Кэсси и нажал на кнопку, жестом приглашая ее пройти вперед. – Ой, спасибо, полковник, я такая неуклюжая! – пропела Кэсси. У меня свело челюсть. – Все в порядке, ты сидишь с нами с самого утра, тоже, наверное, устала. Отдыхай, спасибо, – сказал Калеб. Едва за Кэсси закрылась дверь, он повернулся ко мне и с привычной улыбкой спросил: – Едем домой? У меня зачесались руки от желания стереть это довольное выражение с его физиономии. А горло засаднило от скопившихся едких комментариев, которым я так и не позволила вырваться наружу. Я не буду так унижаться. Я не буду… – Едем, – буркнула я, взяла висевшую на спинке стула куртку и почти бегом направилась к выходу мимо Калеба. Я была готова поклясться, что в этот момент он едва слышно усмехнулся, но решила не придавать этому значения. Когда мы сели в машину и выехали с парковки штаба, на улице начался дождь. Свет уличных фонарей и неоновых вывесок играл в россыпи капель на стеклах окон, завораживая. Я невольно загляделась, но вместо того, чтобы успокоиться, наоборот ухнула еще глубже в пучину своей ревности. Я буквально упивалась ею, чувствуя, как она заставляет мое тело дрожать как перед схваткой. «Спасибо, Кэсси…Ты тоже, наверное устала». Ах ты чертов козел! Я не выдержала и резко повернула голову в сторону Калеба. Тот с умиротворенным видом вел машину – как всегда, одну руку положив на руль, а другую уперев в окно – и только тени под глазами выдавали его усталость. Он сразу заметил мой взгляд – я отчетливо увидела, как уголки его рта слегка дернулись, стоило мне повернуться. Но он продолжал смотреть вперед. И это меня окончательно вывело из себя. – А чего ты такой довольный? – спросила я, вкладывая в свой голос всю желчь, на которую только была способна в эту минуту. Калеб наконец не сдержался и усмехнулся. - Ты о чем? – Едешь себе такой счастливый, как будто не провел за работой шесть часов без перерыва. Что тебе так греет душу? Уж не улыбочка ли влюбленной в тебя помощницы? – спросила я, с каждым словом неосознанно повышая громкость своего голоса. Калеб тихо засмеялся. – Тебе смешно?! – возмутилась я. – Да, малявка, – продолжая смеяться, ответил Калеб. – «Спасибо, Кэсси, можешь идти…», – принялась передразнивать его я. – «Ты наверное так устала сегодня…». Тебе-то какая разница! От вашей слащавой беседы у меня чуть уши в трубочку не свернулись! Калеб, все еще не смотря на меня, продолжал вести машину и улыбаться от уха до уха. – Я был просто вежлив с ней, – пожал плечами он. – Мне не нравится такая вежливость! – процедила я. – Ну хорошо, как скажешь. Буду с ней холоден и груб, – в шутку надувая щеки, сказал Калеб таким тоном, будто разговаривал с маленьким ребенком. Я не выдержала. – Останови машину, – сказала я. – Что? – удивился Калеб. На его лице впервые за весь наш разговор промелькнула обеспокоенность. – Останови. Чертову. Машину, – чеканя каждое слово, сказала я. Калеб проехал еще пару десятков метров и свернул на весьма удачно попавшуюся безлюдную площадку у трассы. Едва он остановился, как я выскочила на улицу, невольно вздрагивая от холодных капель дождя, мгновенно намочивших мое лицо и руки, обошла машину спереди и оказалась у его двери. Калеб уже открыл ее и собирался выйти за мной, но я толкнула его назад и забралась внутрь, усаживаясь на него сверху. Он непонимающе смотрел на меня, затаив дыхание. – Она так смотрит на тебя, что мне захотелось вырвать ей пару клоков волос, - прошептала я ему в губы. – Она тебя хочет. Калеб открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я приложила палец к его губам, призывая помолчать. – И каждое твое приветливое слово, каждая улыбка для нее как награда, бальзам на душу, – вкрадчивым голосом продолжила я. – Только она не учла одного… Калеб внимательно смотрел на меня. Он больше не улыбался и, казалось, окаменел. Только постепенно темнеющие фиолетовые глаза выдавали его мысли. – Ты принадлежишь мне, полковник. Каждый твой вздох, каждый взгляд – все принадлежит мне, – обнимая его за шею и погружая пальцы в густые волосына его затылке, прошептала я. – Ты мой. – Всеце… – начал было Калеб, но голос его надломился, и с губ сорвался сдавленный вздох – это я слегка прикусила его шею в районе сонной артерии. Я принялась жадно целовать его кожу, периодически всасывая так, чтобы наверняка остались следы, и продолжая повторять одно слово: «Мой, мой, мой». Калеб задрал мою и без того поднявшуюся вверх юбку, сжал бедра и подвинул меня так, что его стояк теперь было аккурат между моих ног. От этого прикосновения – пусть даже через ткань – внизу моего живота все задрожало. Не отрываясь от его шеи, я принялась расстегивать его китель, а потом ремень. Мне безумно хотелось ощутить его в себе. Вобрать его всего в себя целиком. Поглотить. Когда с ремнем было покончено, Калеб помог мне приспустить его брюки и снова усадил на себя. Теперь между нами оставалась лишь тонкая ткань моих трусиков и его боксеров. Я принялась медленно двигаться вперед-назад, упираясь руками в его широкую грудь и с наслаждением наблюдая за тем, как он теряет остатки самообладания. – Черт, что ты… – прошипел Калеб, откидывая голову назад и прикрывая глаза. Вперед-назад, вперед-назад, вперед-назад. Вид его вытянутой красивойдлинной шеи сводил меня с ума. Я снова припала губами к его коже, неистово кусая и целуя. – Я больше не могу, я хочу тебя, – прошипел Калеб, резко отстраняя меня и спуская вниз боксеры. Его руки нырнули мне под юбку и коснулись трусиков. – Черт, ты уже такая мокрая! – прошептал он и аккуратно отодвинул ткань в сторону. В следующее мгновение он заполнил меня всю, заставляя меня выгнуться и громко застонать. Его руки – еще несколько минут назад аккуратные и нежные, а теперь властные и требовательные – сжали мою талию и принялись задавать быстрый темп, то опуская меня вниз, то поднимая вверх. Я нагнулась было к нему, чтобы поцеловать, как он схватил меня за шею и поцеловал первый, беспардонно врываясь языком в мой рот. – Я хочу, чтобы ты стонала мне в губы, – прошептал он и в следующее мгновение сделал особенно сильный толчок, пуская волну сладкой вибрации по моим ногам. Полустон-полукрик вырвался из моей груди, повинуясь приказу полковника. Калеб слегка сдавил мою шею так, что дышать стало немного труднее, и от этого мои ощущения только обострились. В этой позе мой клитор соприкасался с его кожей, от чего удовольствие нарастало с двойной скоростью. Я чувствовала, что еще немного и… Амплитуда моих движений становилась все меньше, пока я практически не прижалась к нему всей промежностью, чтобы ни на мгновение не упустить нить наслаждения. – Калеб, я близко… Я близко… – прошептала я, чувствуя, как приближаюсь к развязке. Калеб резко, но аккуратно дернул меня за шею так, чтобы наши взгляды встретились, и приказал: – Смотри на меня. Кончай. И я повиновалась, не смея закрыть глаза ни на мгновение. Наслаждение накрыло меня с головой, фокус потерялся, и лицо Калеба расплылось, но я все равно не позволяла себе опустить веки. Только когда через мое тело прошла финальная волна сладкой дрожи, я наконец рухнула ему на грудь, отдаваясь усталости. Через пару движений Калеб последовал за мной, и я успела перехватить его стон поцелуем. Несколько минут мы приходили в себя, восстанавливая дыхание, а потом Калеб серьезно сказал: – Мне приятно, конечно, что ты ревнуешь меня, но ты же прекрасно знаешь, что у этого нет никаких оснований. Мое сердце целиком и полностью принадлежит тебе. Всегда так было и всегда так будет. Я улыбнулась и потерлась носом о его грудь, промычав: – Знаю. Просто захотелось немного побыть сучкой. Калеб хмыкнул: – Я заметил, тебя частенько тянет на такие игры в овуляцию. – Что? Откуда ты?... – опешила я, а в следующую секунду осознала: – Калеб! Ты все-таки залез в мой календарь! Ну что ты за человек! – Человек, которому не все равно на твое здоровье, - сказал он и поцеловал меня в макушку. Мне впервые не хотелось спорить. Больше моих фф и хэдканонов по Зейну и Калебу — в телеграм-канале «Диана пишет про LADs»: https://t.me/diana_delsker