Рыцарский подвиг

—Какого хуя? —О, ваше величество. Он лежал под воротами рыцарских конюшен, весь избит, сильное ранение в области ноги, а ещё от него несёт хмелью за километр. —Отнесите его пока на сеновал, приведите туда Мэри, она лучше всех залечивает раны, и глаз не спускайте! Сегодня у нас почетный гость, сделку с которым сорвать не имеет права никто. Всё ясно?       Слуга лишь мотнул головой и поспешил к лекарке. Почему-то именно в значимые для всего королевства дни всё шло не так. Миша, или как его ещё прозвали «великий Микки» привык к разрушенным планам и испорченным дням восседанмя на престоле, но кажется это ему до сих пор не приносило радости. Ну а как же, на кону сделка в портами, перевозящими алкоголь и табак. Если сегодня всё сорвётся, то всему его королевству светит крах, его свергнут с престола и убьют, а в ещё более противном случае отправят в темницу. Когда отец передавал ему бремя правителя, он не говорил, насколько это сложно.       Раздался робкий стук в тяжелые двери, а затем без приглашения войти в комнате появилась женщина невысокого роста с седыми волосами. Матушка. Она всегда знала, когда сыну тяжело. Знала, ничем помочь кроме слов, к сожалению, не могла. —Сыночка! Ты уже слышал? Что за молодой парень лежал возле конюшни? Неужто вражеский шпион?!—она охала и ахала, таращилась на Мишу удивленными и напуганными глазами, а сам принц уже не мог сдерживаться, чтобы пойти и лично пытать нежданного гостя, дабы больше не слышать сплетни о нём от других. —Матушка, не бейспокойся, как мне доложили — он ранен, причем серьёзно, не думаю, что он может принести королевству вред. —Да, но все же, поди глянь его, может допроси, настойку правды там дай. Ты же знаешь как твоё правление важно для нас?       И опять началась старая шарманка. Миша! Не играй с соседскими детишками! Ты же знаешь, будущий принц должен вести себя прилично, ему нет дела до игр! Миша! Приглашай на танцы только девушек из богатых семей! Ты же знаешь, это влияет на статус нашего королевства! Миша! Миша! Миша!!       Он ненавидела свою участь. Да, он чувствовал власть, мог делать все что вздумается, каждый день иметь новую «самую красивую» девушку королевства в своих покоях, а потом заставлять её молчать об этом, но это всё было не то. Когда умер его старший брат Филлип, все пошло ко дну. Братец то всегда был правильным, его с самого детства растили как праведного правителя, а вот Микки давали поблажки, мол, вряд ли он успеет воссесть на трон. Лучше бы тогда старший не ходил на эту блядскую конюшню, может его и не лягнула бы кобылка и Миша бы не мучился.       Далее слова матери он не слушал, просто вылетел из своих покоев и направился прямиком к этому невезучему бедолаге, который прямо сейчас подвергнется пыткам. Нет, не потому что это важно для королевства, а потому что Мишу пиздец как все бесит.       Картина пред ним предстала неприятная. Парень всю жизнь жил словно в клетке. На войны никогда не ходил, с соседскими детишками трупы птичек подстреленных не рассматривал, да что уж там, ему даже не позволили посмотреть на труп собственного отца на погребении. Тело, лежавшее на сеновале, окруженное лекаркой и ещё парочкой зевак, имело на себе большое количество царапин. Особо глубокое кинжаловое ранение было на ноге, словно кто то пытался задеть кость, но оно, к слову, уже не кровоточило. Было кое-что похуже. На этой ране был гной. Белый ядовитый налёт, поражающий конечность, выглядел очень болезненно. Сам парниша пострадавший не подавал признаков жизни, но дышал. Это уже радовало, хоть никто не будет трындеть о смерти на рыцарском дворе. Черты лица мученика были весьма необычными для голубокровых, а значит, что он был обычным рабочим, ну максимум шутом. Именно на него он и был похож. Большой нос, миндалевидный разрез глаз, короткие, слишком вьющиеся волосы цвета каштанового, может чуть светлее, острый подбородок и скулы. Звучит в голове может и просто, но на деле уж очень аристократично. Сам Миша, как ему казалось, был необычной внешности: чёрные волосы, длиной до середины уха, вздернутый носик, голубо-серые глаза и слегка очерченные скулы. Ресницы пышные с самого детства, брови средние, кожа фарфоровая. Он был полной противоположностью парня, лежащего на сене. —Не удалось выяснить откуда он? И как его состояние? Допрос осилит? Или стоит подождать? —Ваше величество, он еле-еле дышит, глаза открывал на пару секунд и снова сознание потерял. Думаю, стоит повременить с допросами. Ногу я ему залечу своими новыми травами, все остальные раны тоже. На это потребуется около месяца. —Что ж, ясно, тогда выделю ему покои в замке, мало ли, может он голубых кровей, отнесите его на второй этаж в комнату с камином. Лёша, а ты должен мне помочь. Собери Ермолаева, Парадеева и Яцкевича ко мне в комнатку и сам приходи, сегодня приедет важный гость. —Будет сделано, ваше величество!       Пытать никого больше не хотелось, но тревога, что незваный гость может быть предателем нарастала с каждым часом. Никто его не искал из соседних королевств, от врагов Миши и подавно был молчок. Размышления вновь прервал стук, но уже громкий, настойчивый. —Войдите —Здаров Мишань, мы все в сборе!—Леха пулей влетел в хоромы в замечательном настрое, за ним и Илюха, а вот за ними два Саши, которые были недовольны настроем своих друзей. —Лёш, у нас важные переговоры, настрой должен быть другим. Нам скоро, возможно, всем пизда. —Да похуй, мы с Илюхой с утра ходили в новое местечко, «Маджестик» называется. Там такие напитояки наливают, надо всем вместе там собраться!       Миша как-то невольно взгрустнул. Эти четверо были его лучшими друзьями с самого детства, но с каждым годом он вынуждено отдалился от них и становился всё серьёзнее и строже. К двадцати восьми он окончательно окаменел, не ходил с друзьями абсолютно никуда, а все совместные посиделки заканчивались тем, что Миша засыпал крепким сном, ведь именно в присутствии них он чувствовал спокойствие и мог позволить себе расслабиться. —Микки, что-то случилось? Что за важный человечек сегодня приезжает?—Ермолаев решил перейти к делу, ведь тянуть с важными делами не хотелось. —Король Вильям и его дочь Ирина. Нам нужно принять их достойно, ведь именно от их решения зависит поставка в наше королевство табака и алкоголя. Сейчас на меня всё навалилось, я вот только-только вспомнил, что Вильям просил с дочкой его время провести, а я занят. Нужно найти шута Кокошку, чтобы он весели её хотя бы пару дней. —Кокошка, как мне известно, сейчас работает в той таверне, в которую сегодня ходили Лёша с Ильёй,—Парадеев также старался серьезно поддержать диалог,— Мы можем сходить и объяснить всю ситуацию как есть, но Миша, это будет стоить приличную копеечку. —Цена не важна, скажите, что мы с ним вечером встретимся и обговорим стоимость. —Будет сделано, ваше величество! Мы потопали! Заодно навернём с Илюхой ещё немного настойки       Ставни снова хлопнули, оставляя Микки наедине со своими мыслями. До приезда короля оставалось часа три, не меньше, так что скинув с себя элегантные туфли, он улёгся на постель и укрыл себя простынёй.       Тёмный лес. Кто то бежит. Руки явно не похожи на Мишины, большие ладони и плотные пальцы, кожа с бежеватым отливом. Отчетливо слышно чужое рванное дыхание, оно сбилось настолько, что кажется, для того чтобы его восстановить потребуется не менее часа. Сзади слышны голоса людей. Они тоже бегут и кричат, а затем в спину прилетает что-то тяжёлое, кажется булыжник. Герой сна не останавливается, напротив, бежит с ещё большей скоростью. Кто-то кричит ясные фразы, Микки пытается вслушаться. —ПАСКУДА ТЫ ОКАЯННАЯ! ДУМАЛ КОРОЛЯ ОБМАНУТЬ? НАКЛОННОСТИ СВОИ СКРЫТЬ? НИЧЕГО У ТЕБЯ НЕ ПОЛУЧИТЬСЯ, ЗА ТАКОЕ ТЫ ЛИБО СГНИЁШЬ В ТЕМНИЦЕ, ЛИБО УМРЁШЬ ПРЯМО СЕЙЧАС!       Человек падает, а сверху на него наваливается ещё целая толпа. Кто то кинжалом по ноге проводит, кость почти задевает. Раздаётся крик истошный, но человек лежит, бежать уже некуда. Люди бьют, режут, не жалеют ни капли. Последний момент позволяет рассмотреть глубокое ранение, оно оказывается на том же месте, что и у пострадавшего парня.       Принц просыпается в холодном поту, ощупывает себя и не замечает ни единого ранения. Вспоминает про парня в соседних покоях и со страхом сглатывает. Неужто вещий сон? Или почудилось просто? Ужас пробирает до самых нервных окончаний. Если этому парнише пришлось пережить такое, то Мише его искренне жаль. Глянув на стрелку часов становиться понятно, что проспал он не более часа, а значит свободное время у него ещё есть. Он робко встаёт с кровати, обувает банальные тапочки, дабы не испортить туфли перед важным визитом, и на цыпочках идёт к ставням. Вздыхает. Открывает дверцы, сразу же смотрит на покои рядом с егошними. Всё почему-то внутри колотиться и только богу известно почему. Двери в чужие покои открываются тихо, заржаветь они ещё не успели и начать скрипеть тоже, ведь там никто не разу и не ночевал. Сама комната выходила с видом на город. Сегодня был закат, солнце садилось красным, отливая о каждое стекло. На кровати, занавешенной шторками, спал паренёк в светлой чистой сорочке. Видимо, лекарка переодела, не спать же ему на королевской кровати в кровавой одёжке. Дыхания его совсем и не слышно, будто не живой человек лежит, а труп. Миша подходит ближе, вновь рассматривает большой нос, теперь ещё и замечает большие мешки под глазами и вмятины, а также немного веснушек на щеках и носу. Состояние больного выдаёт лишь румянец, а ещё вздымающаяся грудь. Принц аккуратно пальцами касается ранки на лице, затем проводит по щетинистой щеке к подбородку и одергивает себя. Заинтересованность эта до добра обычно не доводит. Вновь прикрывая шторку, он быстро вылетает из покоев, а на лице пострадавшего появляется улыбка. Карие глаза слегка приоткрываются, сощуриваются от яркого красного солнца и закрываются по новой.                               

***

—Добро пожаловать, Вильям! Мы вас уже заждались! Пройдемте, накормим вас. —Ох, мы так с Ирочкой проголодались, уже всю карету чуть не перевернули от отчаяния! Надеюсь, у вас есть что то крепкое?—Старик довольно ухмыльнулся и подмигнул. —Конечно, у нас вот недавно открылась таверна, а там и как раз работает мой шут, который и будет веселить Ирочку всё время, что она будет проводить здесь.       Гости охали и ахали, рассматривая каждую комнатку и частичку интерьера. Сам же Миша был горд за свой замок, который он лично пропитывал всей этой красотой, привозя из разных страх новые безделушки для декора. Ужин прошёл отлично. Гости поедали блюда с удовольствием, наслаждались каждым куском. К концу вечера появился и гвоздь программы — Андрей Кокошка, в прошлом — королевский шут, в настоящем — бездарь, работающий в таверне, но имеющий уважение во всём королевстве. —Здравствуйте, Вильям и чудесная Ирина! Позвольте, вам мы проводим в покои, а с девушкой пройдём по городу. Думаю, ей стоит всё посмотреть и полюбоваться! А вас, король Вильям, в ваших покоях уже ждёт самая вкусная сливочно-вишнёва настойка собственного приготовления! —Ох, это чудно! Ирочка, ступай с парнишей. —Да, секунду только, дорога дама, мне нужно переговорить с моим Величеством Микки.—Андрей улыбался во все тридцать два зуба, предвкушая объёмную плату за его работу. —Да да, конечно! Я жду вас за дверью.—Хрупкая светлая девушка в розовом платьице с улыбкой на лице удалилась из комнаты, а шут сразу же повернулся на Мишу. —Мы сразу договоримся об оплате? Или чуть позже?—Кучерявый рассматривал костюм принца, а затем и перевёл заинтересованный взгляд на его лицо. —Давай сразу. Сколько ты хочешь? —Нисколечки!       Лицо Миши скривилось в недовольной гримасе. Он давно знал Кокошку и ожидал чего-то подобного, только вот непонятно, чего он хочет сейчас. —Мне не нужны твои деньги, я хочу быть шутом у Вильяма и служить его дочери. —Да ну, ты же понимаешь, что я не могу тебя насильно туда устроить?—Микки усмехнулся. Ему было забавно с того, что шут сбежал от него и теперь, скитаясь по тавернам, просит вернуться к должности, только уже в другом королевстве. —Ну, устроить то не можешь, а вот порекомендовать меня можешь вполне. Расскажи какой я забавный, преданный, а к тому же и настойки варю прекрасные. Если меня не возьмут тебе придётся до конца жизни платить мне деньги. —Ну, тогда мне будет выгоднее сделать так, чтобы твоя жизнь сократилась намного. По рукам? —По рукам, Ваше Величество. С вами приятно иметь дело.       Оставшиеся часы до сна Миша провёл в своих покоях около окошка. Он наблюдал за Андреем, ведущим Иру в таверну с явной целью дать ей попробовать все свои творения, за людьми, бегущими куда-то, за лекаркой, что-то варящей у себя во дворе. Любования прервал громкий гум из соседних покоев. Будто что-то упало с грохотом и разбилось. В голове пронеслись сразу множество теорий и догадок, начиная от лопнувшей банки с цветком, привезённой из Австрии, заканчивая падением трупа, а о втором думать не особо хотелось. Микки снова подорвался к чужим покоям, быстро распахнул дверь и увидел, как парень, лежащий как труп буквально несколько часов назад, стоит над осколками той самой банки с цветком. Ну хоть живой. —Эм, я глубоко извиняюсь, я лишь хотел посмотреть, а она упала. —Ничего страшного, с кем не бывает. —Она была лишь в одном экземпляре? Или такие ещё есть? Если не секрет, то где? —В Австрии, мне изготавливали на заказ, не знаю, сделают ли вторую такую же. Недовольство и раздражение приходилось тщательно скрывать. В полный рост паренёк оказался намного выше Миши, сантиметров на 10. Его наивные щенячьи карие глаза виновато смотрели на принца. Затем он наклонился вновь к осколкам и принялся их собирать. —Не стоит, я сейчас позову слугу, он всё уберёт. —А да? Вопрос, а где я? —Хаха, ты в моём королевстве, я принц Микки, тебя нашли с огромными ранениями, думали ты не выживешь, а ты вон какой, живучий.       Парень побледнел. Кажется, воспоминания прошедших дней болезненно ударили ему в голову. —Твою же мать, я думал, что помер, и это некий портал между миром живых и раем. Было видно, насколько незнакомец озадачен и напряжен. Миша вспомнил, что он даже не узнал его имя, поэтому, помявшись, оглядев комнату по кругу, он вновь нарушил тишину. —Как тебя звать? —Илья Шабельников, Ваше Величество. Я был рыцарем в Голландии до некоторых пор. Я ни в коем случае не шпион. —Рыцарем?—Миша усмехнулся, даже не пытался скрыть своего смеха и неверия. —Да, самым настоящим. Мой король даже награждал меня орденами. —Ну чтож, Илья, в этом королевстве тебе придется занять другую роль… хммм…—принц сообразил серьёзную гримасу, думая, что бы такого придумать, а потом словно лампочка загорелась над его головой.—Мой королевский шут отправляется служить другому королю, а значит, его место будет пустовать. Ты как раз сойдешь на роль сатира.       Илья не мог поверить в то, что услышал прямо сейчас. Он? Шут? Сатир? Не, ему конечно часто говорили, что он рассказывает прекрасные анекдоты, но не настолько же. —Ваше Высочество, вы меня, конечно, простите, но я ни за что не буду ни для кого шуточки шутить. Да, вы красив, смазлив и величественен, но ниже своего достоинства я опускаться не готов. —А у тебя и выбора нет,—Микки прожигал дырку своими голубыми глазами в Шабельникове,—Я лечу тебя за свои финансы, приютил, готов кормить и поить, я не намерен спрашивать чего тебе хочется, а чего нет. Пока ты живёшь здесь, то будешь следовать моим условиям. Можешь конечно вернуться в таком состоянии в своё королевство, но не думаю, что тебя там жалуют.       На больное надавил, сучара. Не дождавшись ответа, Микки вышел с довольной улыбкой из покоев. Он знал, что быть шутом крайне унизительно, но и другую роль дать Илье он не мог. Да и прозвище сатир ему подходило как никому другому. В общем, все карты сошлись.