Здесь ты найдёшь себя и свое спасение

Колючие ветки царапали кожу, за слезами в глазах дороги было не разобрать, плащ не помогал от пробирающего до костей холода... Поздняя осень, первый снег уже накрыл лес, ни один здравомыслящий человек не сунется сюда, зная, что в этом лесу скрываются чудовища, что рвут на части тех случайных посетителей леса, что забрели в него или охотников, что пытались поймать хоть одного монстра, а юноша, что бежал сквозь тьму леса, видел в лесу спасение. Отдать себя на растерзание страшному зверю казалось Сонхва, так звали юношу, лучшей судьбой, чем та, что могла бы быть у него. Сонхва всего двадцать два года, он жил с отцом в небольшой деревне около леса, мать он не знал свою, она оставила его спустя год после рождения и ушла за лучшей жизнью. Живя с отцом, они оба работали, отец был лекарем, к которому приезжали даже из соседних поселений, а Сонхва только учился у него врачебному делу, прилежный сын, вдвоём с отцом они жили достаточно хорошо по меркам их местности, но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Отец Сонхва был убит, и нет не зверем из леса...новым главой поселения. Когда старик пришёл к власти, хорошая жизнь закончилась у всех и отец старался прятать сына, чтобы молодой омега не достался старому извращенцу об оргиях которого уже слогали легенды. Это была ночь, когда все уже давно спали, Сонхва с отцом разбирали травы как в дом к лекарям вломились несколько мужчин, скрутив отца юноши и заставив того дать согласие письменное на брак. Только вот мужчина отказался, не желая отдавать сына и на глазах Сонхва, ему воткнули нож прямо в сердце, следующим был бы Сонхва...если бы не рванул сразу же в комнату, где было открыто окно. В последний момент успев убежать через небольшое окно, все что успел юноша, это схватить плащ с капюшоном, на ходу подвязав его на шее, иначе с холодами в этих краях без тёплой вещи, подаренной отцом, ему не выжить. Он слышал, что за ним бегут, слезы от горестной потери близкого человека, слезы от ужаса возможной судьбы, они мешали ему видеть, но инстинкт самосохранения и адреналин в крови придавали молодому телу энергии. Только вот когда он забрёл глубже в лес, где не видно ничего, кроме луны на небе, а перед тобой кромешная тьма, звуки погони стихли...не рискнули его преследователи бежать туда, где возможно их растерзает оно, что-то не ведомое и ужасное. Наконец-то остановившись в почти крошечный темноте, лишь небольшой свет от луны пробирался сквозь кроны вековых деревьев, Сонхва сел на какое-то поваленное дерево и старался отдышаться, чёрные завитые в некогда милые кудри волосы, завязанные черной лентой, совсем растрепались, ноги, казалось стерты в кровь, а лёгкие горели огнём. Легкий, но теплый плащ за секунду стал неподъемным, а голова раскалывалась. Сонхва закрыл глаза и старался для начала хотя бы восстановить дыхание, страх гнал его с ужасной силой, но теперь, казалось, сил подняться не было совсем. Просидев несколько минут с закрытыми глазами, вслушиваясь в звуки леса, боясь услышать преследователей, он открыл глаза. Тьма. Вокруг тьма. Деревья и кустарники в ночи приобретают жуткие формы, что для итак напуганного юноши было слишком. Встав с чего-то, что раньше было деревом, он поправил одежду, затянул ленту на волосах, боясь ее потерять. Теперь лишь плащ и чёрная лента с кружевом в волосах, были напоминанием об отце. Тот подарил сыну ленту ещё около десяти лет назад, когда ездил на ярмарку в город и увидел торговца, что продавал разные ткани и ленты. Чёрная, с тонким кружевом, она сразу приглянулась мужчине и после этого, Сонхва носил ее почти постоянно. За годы, небольшая ленточка почти не утратила своей красоты... Пройдя медленным и осторожным шагом вперёд, юноша все время наступал на какие-то камни, спотыкался, цеплялся за ветки и царапал руки и лицо, но выбора не было. Либо назад, где его отдадут в руки главе поселения и тогда его ждет жестокая и унизительная жизнь с человеком втрое старше него, но который скорее всего его сразу убьет либо вперёд в лес... Сколько он шёл, он не знал. Сил совсем не осталось, адреналин, что подгонял его вперёд теперь же совсем улетучился и на его место пришел первобытный страх. Тропинки нет. Лишь непроходимые кусты, звуки леса и редкие проблески света сквозь кроны вечно зеленых деревьев. Практически не дыша и постоянно оглядываясь, Сонхва шёл по ощущениям вечность, но в действительности несколько часов, пока не вышел на совсем небольшую поляну и не разглядел уже красное от рассвета небо. Всю ночь. Всю ночь он шёл вглубь леса и даже не заметил одного...за всю ночь он не услышал ни одного животного или птиц, совсем. Будто в лесу никого нет, кроме ветра и пробирающего до костей холода. Сев прямо на землю от бессилия, омега вновь заплакал. Куда теперь идти и что делать? Ноги совсем не идут, пить хочется ужасно, страх подталкивает идти вперёд и искать выход. Пусть он выйдет к другому поселению, но все же к людям, там попросит помощи. Пока ему казалось, что он будто в каком-то темном и холодном вакууме. Оглядев поляну, ничего кроме серой и старой травы с редкими повалившимися ветками, слегка засыпанных снегом, он не видел. Хотелось найти хотя бы ручей, чтобы утолить жажду. Просидев несколько минут, держась за голову он услышал звуки. Издалека, будто кто-то бежит...быстро, в его сторону. Быстро встав, юноша ринулся с поляны прямо в глубь леса, стоять и ждать того, кто бежит, он не стал, все же здравый смысл в уставшем мозгу все ещё сохранялся. Забежав в глубь леса, он осмотрелся, бежать некуда. Непроходимые кусты, огромные деревья, ни намёка на тропинки на земле нет, даже следов животных. Ничего. Посмотрев наверх, Сонхва увидел удобно расположенные ветви одного дерева. Почему нет? На дереве можно спрятаться, хоть уже и светлеет, утро набирает обороты, но на дереве его не достанут, если это зверь. А если человек, он побежит мимо, врядли он станет смотреть наверх. С этой мыслью юноша стал лезть на дерево. Пара минут и стертые в нескольких местах до крови ладони, колючие веточки, что были везде, наплевав на них, он удобно спрятался на ветке дерева, затаившись. Буквально через минуту мимо места где он до этого стоял прошли трое мужчин с ружьями , они были из его поселения, он узнал их, они были работниками старика, видимо тот не успокоился и отправил своих людей искать юношу. Задрожав от ужаса, Сонхва закрыл рот ладонью и горько заплакал, за ним идёт настоящая охота, теперь он как дикий зверь в лесу. -Сонхва, выходи. Мы знаем, что ты тут, мы не уйдем без тебя,- Громкий голос среди тишины леса заставил омегу задрожать и заплакать сильнее. Нет, ни за что! Он не выдаст себя. -Сонхва, не играй с нами. Господин Юн очень зол на тебя, ты же знаешь, что он не оставит такой лакомый кусочек, выходи,- Второй голос раздался совсем рядом, будто прямо под деревом, хотя на самом деле охотники уже отошли далеко от него, но от ужаса Сонхва не мог открыть глаза и практически не дышал. -Что за черт?! Что это? КАКОГО...-, Крики ужаса и выстрелы раздались через секунду, заставив юношу распахнуть глаза и вскрикнуть...что-то или кто-то только что напал на охотников или они увидели что-то? Выстрелы продолжались недолго, пока душераздирающие вопли мужчин не заставил юношу буквально спрыгнуть с дерева и не помчаться, как ему казалось в противоположную сторону от охотников. Только Сонхва не учёл одного, что прямо сейчас он бежал в руки ещё большему кошмару, что сотни лет держит в страхе этот бесконечный лес и все поселения и города вокруг... *** Сколько он бежал, он не знает, с перерывами, но бежал он, казалось, вечность, но когда буквально через каждые пару метров Сонхва начал падать от бессилия, он остановился. Где он сейчас, куда бежал и насколько глубоко в лесу оказался, он не знал. Знал лишь одно, охотники, судя по тем ужасным крикам, мертвы. Так не кричат люди, которые просто испугались, так кричат, смотря в глаза настоящему кошмару и видя свой конец. Плакать сил не было, идти тоже, но все же замерзать в лесу не хотелось, судя по небу, что удавалось видеть сквозь деревья, время близится к вечеру, хотя и не совсем понятно. Скоро будет сутки как он тут. Сутки без воды, без сил, с неизвестным будущим. Ноги не идут, но идти надо. Плащ совсем растрепался, в волосах остались мелкие колечки и сухие листья, на лице царапины, что обжигали редкие слезы текущие по щекам. Пройдя ещё некоторое время, когда уже совсем стемнело, Сонхва увидел то, что увидеть тут совсем не ожидал. Дом. Даже не так, не дом. Пугающий, мрачный особняк, с кованными воротами на которых висят сухие цветы и завитки некогда явно красивых роз. Дом был чёрный, с пиками на крыше, огромные статуи по бокам от ворот, напоминали мрачных призраков в плащах, сухие листья были повсюду, дом казался не жилым, свет в окнах не горел. Возможно в доме кто-то есть, кто сможет ему помочь. Выбора особо не было. Идти дальше, вторые сутки скитаться по лесу, возможно нарваться на того, кто убил охотников, умереть от обезвоживания или же попробовать зайти в дом, возможно там есть слуги или хозяева. Сонхва не знал почему, но снаружи дом выглядел...пугающе, но небольшая надежда на помощь ещё теплилась в его сердце, поэтому осторожно открыв ворота, он прошёл по каменной дорожке до огромной чёрной двери. Вблизи дом оказался из серо-черного камня, местами уже треснутого, но все же довольно крепкого, дом не выглядел, как разваливающаяся хибара где-то на опушке. Это вселяет надежду, что сейчас омеге помогут и все будет хорошо. Хотя что-то внутри кричало юноше бежать дальше, только куда бежать? Бежать некуда. *** Постучав несколько раз, дверь никто не открыл, и на что он надеялся? Ясно, что либо тут уже не живут либо хозяева дома спят и не слышат, как в дверь стучат. Хотя второй вариант кажется аабсурдным.Ну какие хозяева? Какой сон? Дом стоит в лесу, куда в здравом уме никто и нос не сунет. Дом выглядит так, будто тут обитает настоящее зло. Мрачный, чёрный, покрытый в некоторых местах трещинами, плющем от некогда живых цветов, вокруг лишь пустота, старые и пугающие статуи во дворе, старые чёрные ворота, что Сонхва еле открыл. Что-то подсказывало юноше, что это не совсем простой дачный дом какой нибудь зажиточной семьи...совсем не он. Надо уходить, бежать. Но сделав пару шагов, голова закружилась, в глазах потемнело и обессиленный юноша рухнул прямо у порога дома без сознания. Лишь закрывая глаза и проваливаясь во тьму, он сквозь прикрытые глаза увидел, как дверь открылась, а дальше темнота.