Сцена в лесу

Парней отправили за хворостом для огня. Арису пытался разговорить Сок Юна, попутно собирая ветки для огня, но тот отвечал сухо. —Эй, что с тобой? Какой-то сам не свой, — Арису потрепал друга за плечо, на что Сок Юн убрал руку знакомого со своего плеча. —С аутистами не разговариваю, — сказал рыжеволосый и впервые за все время дороги посмотрел другу в глаза. Грозно, яростно, с усмешкой. Геймеру стало совсем не по себе. —Чего это ты так решил? Мы же нормально общались. Я нормальный, это у других уже шарики за ролики. —Да ну, клянись, — сказал рыжий подходя ближе. —Клянусь, — сказал Арису, по немногу отходя назад, так как он не знал, что сейчас сделает его друг. Подойдя уже спиной впритык к дереву он понял, что отступать некуда. —Тогда докажи, что ты не аутист, — сказал Сок Юн на ухо Арису, чуть наклонившись, обжигая кожу горячим дыханием. Бросив все ветки, что набрал, он взял ситуацию в свои руки и начал лезть брюнету под футболку, обводя пальцами рельеф пресса, параллельно целуя шею. —Блять, Сок Юн... Какого хуя? — он попытался сопротивляться, но было уже слишком поздно, чтобы отсупать. Хворост выпал из дрожащих рук, схватившись за плечи парня напротив, Арису изо всех сил старался держаться, но безуспешно. Щекочущие спину тонкие бледные пальцы уже подкрадывались к резинке шорт, начиная оттягивать ее, пролезая дальше дозволенного. Рыжеволосый, взяв уже разгоряченную плоть в руки через ткань боксеров чуть удивился. —Хах, Арису, — говорил Сок Юн тихо, почти шепотом, обжигая уже шею парня горячим, как огонь, дыханием, — ты твердее камня, неужели тебя так легко возбудить? —Сука, заткнись, — говорил брюнет, еле дыша, — закончи начатое и нам нужно, — слова, как ком застревали в горле, легкие жадно глотали свежий воздух, — в лагерь... —Ты думаешь я так быстро закончу то, что задумал? Даже не мечтай, — рука полезла уже под ткань трусов, оголив уже стоявший колом набухший член. Обхватив его, Сок Юн аккуратно стал водить вверх вниз, способствую выделению предэякулята. Арису тяжело дышал, он не верил тому, что это все происходит на самом деле. Рыжеволосый одной рукой дрочил другу, а другой заткнул рот ближнего, чтобы тот не издавал звуков, но это не особо помогало. Брюнет уже был возбужден настолько, что не мог держаться. Убрав руку со своего рта он притянул рыжего и сомкнул их губы в страстном поцелуе, хватаясь руками за тело парня напротив. Языки сплетались, вылизывая каждый уголок чужого рта, будто изучали неизведанную территорию. Сок Юн отпрянул, брюнет не совсем понял, пока не увидел, что тот садится на колени перед ним. —Блять, что ты... — Арису не успел договорить, как его член накрыли губы, изо рта вышел протяжный стон. Запрокинув голову назад он положил руку на рыжие вьющиеся волосы и стал подгонять голову друга, чтобы тот брал глубже. Член пульсировал внутри рта, рыжеволосый брал до самого конца, а головка доставала до самого горла и даже глубже. Он почти давился органом, но ему было все равно, хоть и на глазах выступали маленькие слезки. Он наслаждался положением Арису, такой беспомощный, такой милый. Язык блуждал по горячей плоти, потихоньку доводя брюнета до оргазма. Еще минута посасывания органа и Арису кончил прямо в рот другу, тот же в свою очередь проглотил все. Оба пытались отдышаться после всего, что сейчас произошло. Сок Юн как маленький щенок смотрел на Арису снизу вверх и был явно доволен своей работой. Первым заговорил Арису. —Все, пойдем уже соберем хворост и... — не успел он договорить, поднимая шорты с бельем обратно, как его руки остановили. —Никуда мы не пойдем, — сказал Сок Юн, встав на ноги. Лицо брюнета застыло в вопросительной гримасе, — пока я тоже не получу удовольствие мы не уйдем отсюда. Рыжеволосый повернул Арису спиной к себе, прижал к дереву и сцепил его руки, — не рыпайся. Начиная новой волной обсыпать поцелуями шею и ключицы брюнета, параллельно оставляя засосы он спустил шорты и боксеры с ближнего, начиная его растягивать. Правой рукой он вставлял пальцы внутрь, а два пальца левой руки он засунул Арису в рот, чтобы тот не издавал звуков. Пока Сок Юн вставлял пальцы один за одним, у брюнета снова встал. —Арису, какой же ты нетерпеливый. Наверняка девственник, я угадал? — говорил рыжеволосый, трахая парня 3 пальцами, ускоряя темп. —Бля-ать... Замолси уве, — пытался сказать Арису, но пальцы во рту явно ему мешали. —Что говоришь, мой хороший? Я не расслышал, — сказал Сок Юн с явной насмешкой в голосе, снова ускоряя темп пальцев. Арису в ответ ничего не сказал, а лишь тяжело дышал, стараясь не издавать стонов. Рыжий уже достаточно растянул парня и, достав уже свой давно вставший член из штанов вставил его внутрь. Сначала двигался медленно, нежно, параллельно лапая Арису и оставляя засосы на его шее. Темп ускорялся, он вставлял до самого конца, превращая движения в яростные толчки, от чего у брюнета перепирало воздух в грудной клетке, дышать было физически тяжело. По лесу разносились шлепки тел, но им уже было все равно, увидит ли их кто-то или услышит. Только они существовали друг для друга в темном лесу, куда попадал лишь слабый лунный свет. Движение бедер Сок Юна становилось быстрее и быстрее, оба вот-вот кончат. Рыжеволосый остановился, сбавив темп, это значило, что он кончил внутрь, а вместе с ним и Арису, что кульминировал на дерево. Чуть не свалившись от усталости парни прилегли на траву и так вышло, что они уснули... У дерева травма... Когда они встали было уже утро, они конечно же перепугались, но наказания в любом случае не избежать, а хворост? Да зачем он уже нужен? Кто-то из лагеря наверняка уже сами сходил. Приведя хотя бы немного себя в порядок парни шли обратно к лагерю за руку, избегая зрительного контакта друг с другом, стыдясь за все, что произошло вчера...