Плата той же монетой

Грязные, склизкие звуки разносились по всей комнате вперемешку с приглушенными матрасом всхлипами и стонами. Посреди большой и светлой комнаты, прямо на кровати, золотоволосый начал сильно, почти больно заламывать обе руки своей тёмной половинке за его же спиной, крепко прижимая его лицо к мягким и пушистым подушкам. Второй рукой же тот разминал чужое тугое кольцо мышц, отчего и были эти склизкие звуки. Люциан чувствовал своими двумя пальцами, как трясётся чужое мягкое нутро от каждого грубого и сильного толчка. Золотоволосый не отрицает, ему нравится видеть, как его гордый, как павлин, возлюбленный сейчас дрожит и нетерпеливо вздрагивает от каждого действия его светлого начала, но если вспомнить - это началось не совсем уж и мирно, или романтично. Они поругались за то, что демон оставил очень больные синяки на всем его теле. Его шея и ключицы были искусаны острыми, как иглы, зубами, на спине, бёдрах и торсе виднелись глубокие порезы от чужих зверских когтей, что отдавались тёмной ци, доставляя ему если не боль, то сильный дискомфорт. Это уже и не первая практика. Поначалу Владыке Света и вправду нравилось это лицезреть, и сравнивать своего партнёра на парном самосовершенствовании с диким и ненасытным животным. Но через пару лет - это уже начинало раздражать и бесить. Да, тела божеств очень быстро восстанавливали раны и прочищали тело от злой энергии, но на это уходило кучу сил! И вот, в качестве наказания, Люциан решил преподать ему ценный урок, и сам дать ему то, что получает от него. Киай хоть и был против, но, как позже Владыка Света понял - он всячески "вырывался" и "убегал" чисто из-за принципа, нужно же продолжать показывать свое достоинство перед своим светом! И вот, сейчас златоволосый грубо вдалбливал в чужой проход два пальца, совсем не жалея чужих мышц и органов, а второй, в свою очередь, продолжал всячески мычать, кричать и всхлипывать в подушки от нарастающего внизу удовольствия. Руки уже затекли от неудобного положения, ноги дрожали от усталости и перевозбуждения, а лёгкие горели от частых глубоких вздохов. Это долго продолжаться не может, иначе демону надоест, и тот и впрямь ловко выберется из чужих рук. Так что Люциан резко, не предупредив партнёра, высунул из него пальцы, что выдавило из уст демона болезненный и полный дискомфорта вздох. — Я… тебя… слишком… сильно разбаловал своей добротой и заботой, так, Киай? — вдруг раздался усталый и сбивчивый голос светлого начала. Судя по частым вздохам и запинкам, тот, видимо, уже и сам на взводе и держится изо всех сил, дабы не кинуться на него, как зверь на добычу, и не разорвать на куски. — Ты уже совсем зажрался моей молчаливости и спокойствия, как я погляжу? В ответ - лишь молчание и тяжёлые вздохи, что прерываются на то, чтоб проглотить скопившуюся во рту слюну. "Играется со мной" - промелькнула в голове мысль Владыки Света, отчего тот игриво усмехнулся. После чего, резко замахнувшись, тот ударил по бледной ягодице демона рукой, отчего из уст второго послышался громкий вскрик от боли, вперемешку со сводящим с ума удовольствием. Смотря, как чужие бедра дрожат, пытаясь удержать на себе усталый таз хозяина, Люц сам того не заметил, облизнулся и, встав повыше на коленях, провел рукой вверх, пальцами проводя по каждой выпуклости уже уставших от нетерпения мышц, растирая скопившийся горячий пот по коже, дойдя до его шеи, аккуратно провел пальцами по загривку и, не предупреждая, резко взял того за волосы на макушке и, словно отрывая прилипшего на камень кальмара, дёрнул вверх, заставляя красное лицо оторваться от подушек. — Киай, — голос парня стал уже грубее и нетерпеливее от такой игры в "молчанку". — Я тебя не слышу, где же твоя былая уверенность и грубость? Неужели ты так испугался гнева своего Светлого Начала, что засунул его далеко в зад? На это тёмное начало лишь довольно засмеялся и немного повел плечами, а то те затекли так, что приносило уже немыслимый дискомфорт. — Может быть, — спустя еще пару вздохов заговорил демон, смотря куда-то в бок, словно пытаясь заглянуть в чужое лицо. — А что? Хочешь попытаться найти его? Фыркнув от досады, Люц резко отпустил чужие волосы и сжимает крепче его руки. Тело на взводе, сердце бешено колотится в груди, отдавая басом в ушах. Сглотнув слюну, парень одной рукой стянул со своих бёдер нижние одежды, обнажая уже во всю истекающий и ноющий стояк. Прижавшись к его ягодицам своими бёдрами, златоволосый взглянул тёмными от возбуждения глазами на его покрытую потом бледную, как мрамор, кожу, всматриваясь в каждую складку, словно пожирая вид. Наконец, решившись с мыслями, парень отпустил взгляд вниз, на свой поддергивающий орган и немного отстранился назад, подставляя мокрую и скользкую головку к расслабленным мышцам демона, отчего с другой стороны послышался нетерпеливый вздох. — Неужели наш бывший великий Владыка Луны боится? — послышался уверенный и, на удивление, ровный голос Владыки Тьмы. — Ахх, а разговоров-то было? Послышался смешок демона, который в ту же секунду резко перетек в громкий крик, что отражался от голых стен и бил по ушам. Люциан вошёл резко и до упора, заполнив до краёв тёмное нутро брюнета. Внутри, в отличие от кожи тёмной половинки, было тепло, отчего по коже божества прошли мурашки до самой макушки, заставив немного встрепенуться. Бедра светлого невольно подались вперёд, словно пытаясь войти глубже и почувствовать своего любимого больше. Киай приятно вздрагивал изнутри, крепко сжимая мокрыми от масла стенками чужой член, доставляя Люциану непередаваемое удовольствие, от которого хочется кричать. Наконец, тот отпустил чужие запястья, и те сразу же радостно легли по бокам головы хозяина, который радостно мычал от удовольствия с обеих сторон. Свои же руки Люциан положил на его плотные бедра, нетерпеливо сжав их. Тот понимал, что его возлюбленному необходимо расслабиться и привыкнуть к таким размерам, дабы не дай бог не сделать ему больно и неприятно, но его бедра словно сами стали двигаться внутри. Медленно, мучительно медленно, словно специально дразня демона, не давая ему то, чего он так желает. И, видимо, это работает, ведь спустя пару секунд таких махинаций брюнет недовольно промычал и, подняв голову, взглянул в лицо блондина своими хоть и полностью чёрными, но блестящими от слёз глазами. Чёрные брови свелись к переносите, проявляя между ними складку, по которой устремилась капелька пота. — И долго ты будешь меня дразнить? — эти слова от его Тьмы словно витали в голове Люциана с самого начала, ясно зная, что нетерпеливый демон из тысячи вопросов в мире задаст именно его. — Я, конечно, понимаю, что у нас кучу времени, но знаешь ли! Владыка Света решил не отвечать на его грубые слова, и промолчал, но, впившись пальцами в чужую молочную кожу, резко ускорился, довольно и гордо улыбаясь, отчего демон взвыл и резко опустил голову на прочитанные его же потом подушки. Шлепки кожи о кожу были звонки и быстры, создавая ощущение, что их было слышно в родных лунных землях, отчего игривое напряжение внизу лишь росло, заставляя ускоряться, безжалостно втряхивая незнающего, куда себя деть от блаженства, мужчину в скрипучую кровать. Демон громко стоная, приподнял корпус на своих вялых и трясущихся руках и резко зацепился ладонями за изголовье кровати, крепко сжимая его, словно боясь упасть с обрыва в пропасть. Внутри все хлюпало, сжималось и вздрагивало при каждом толчке, что доставляло сводящие с ума чувства удовольствия, что перемешивались внутри, уже готовясь выйти наружу. Видимо, тоже чувствуя прилив настигающего оргазма, Люц резко сменил темп с жёсткого на плавный и нежный, после чего упёрся на чужую мокрую спину своей не менее вспотевшей грудью. — Ты думаешь, что я дам тебе просто так кончить, милый? — прошептал в чужое ухо Светлый, отчего чужое тело дрогнуло под ним, а из уст вышел глубокий и обрывистый вздох. — Нет уж, ты кончишь только тогда, когда я тебе этого позволю. Ты сам не слушал мои просьбы, вот теперь поедай плоды. Демон хотел что-то сказать, но затуманенный разум отказывался что-либо придумывать, так что демон просто жалобно промычал и стал сам двигаться бедрами навстречу, пытаясь дойти до пика, из-за чего и получил еще один больной удар по ягодице от Люциана. — Тц-тц-тц… — поднявшись с чужого тела, начал Владыка Света. — Какой нетерпеливый демон, ты посмотри на него! Никакого уважения ко мне. Дав ему еще один удар по той же самой ягодице, что уже приятно горела от боли и краснела, золотоволосый взглянул куда-то в пол. — Хэй, Ло, иди сюда, пожалуйста. В тот же миг на белоснежной кровати поползла алая лента, точно змея, ползущая на охоту. Люциан аккуратно взял ее, нахмурившись, обвязал ею пульсирующий член партнёра, перекрывая все внутри, отчего получил на себе недоумевающий и слегка растерянный взор. — Что-то не так? Я же сказал, что кончить тебе так легко не дам, — со смешком ответил золотоглазый на немой вопрос супруга. Выпрямившись, Люциан вновь подхватил чужие бедра и резко набрал бедрами скорость, что была ранее, вытряхивая из любимого громкие вздохи, стоны и вскрики. Улыбнувшись недоброй улыбкой, Владыка Света наклонился к чужой шее и резко вгрызся в чужую плоть, отчего послышался ожидаемый недовольный вскрик. Последние пару минут их соития Люц решил посвятить растерзанию тела демона в отместку за свое. Тот беспощадно кусал его спину, шею и иногда, если дотягивался, то и ключицу. Царапал ногтями его трясущиеся бедра, уставшую грудь и напряжённые плечи, оставляя в них частички светлой энергии, чтоб не расслаблялся, продолжая безжалостно долбить в его простату, которая уже, видимо, и сама устала от этого затяжного конца. Чувствуя, как снизу стало приятно покалывать, Владыка Света протянул свою руку к чужому достоинству и, дёрнув за край ленты, снял ее и почти сразу кончил в нутро брюнета, чувствуя, как его тьма забурлила, невольно усмехнулся. Еще немного постояв так, дергаясь и метаясь в оргазме, Светлый Владыка выпрямился и медленно вышел из чужого тёплого пространства. Трясущееся тело тёмного начала тут же обмякло и плюхнулось на кровать, все еще вздрагивая. Усмехнувшись от вида беззащитного демона, Люциан аккуратно лег рядом и, взглянув в чужие закрытые от усталости глаза, медленно убрал ладошкой прилипшие из-за пота ко лбу волосы, нежно улыбаясь. — Ох, Модао… – спустя пару минут молчания устало начал Каин. – Ты совсем скоро погубишь этого демона. — Да ну? Мне тебя пожалеть? – с лёгкой усмешкой пробормотал юноша, заботливо убирая волосы с его лица. – А когда ты точно так же драл меня, не щадя, ты меня жалел? — Хмм… А может, я специально хотел, чтоб это произошло, не подумал? – наконец открыв глаза, съехидничал брюнет, смотря в чужие светлые очи. — Тогда считай, что у тебя вышло. Гордись собой, проказник. ♡ — Киай… – взволнованный и одновременно возмущенный голос божества приглушил шелест свежей травы. – Ну это уже ни в какие ворота не годится… Аловолосое божество с широко раскрытыми глазами глядело на растерзанное тело своего лучшего друга, что только что снял с себя одежду и наконец зашёл в горячую воду, сам немного растекаясь в удовольствии. — Закрой свой рот, Маул. Я пытаюсь расслабиться, ты не видишь?