"Тени нового порядка"

холод пронизывал до костей, сырость пробирала в каждую щель. софи лежала на грязном каменном полу подвала, свернувшись калачиком, пытаясь согреться. но тщетно. холод проникал в самую душу. боль пульсировала в порезанном лице, кровь засохла, сковывая кожу. плечо тоже болело, место, где вампирша схватила ее. каждое движение отдавалось острой болью во всем теле. тьма давила со всех сторон, словно желая поглотить ее целиком. она не видела ничего, кроме узкой полоски света, пробивающейся из-под двери. этот слабый лучик был единственным, что отделяло ее от полного безумия. она проголодалась. последний раз она ела… война шла уже четыре дня. всего четыре дня, а ее жизнь перевернулась с ног на голову. казалось, прошла целая вечность. самым страшным было одиночество. она была совершенно одна, в темном и сыром подвале, запертая безумной вампиршей. никто не знал, где она. никто не придет ей на помощь. она плакала, беззвучно, глотая слезы. она вспоминала своих родителей, глеба, тот мир, который разрушила война. вспоминала и понимала, что, возможно, больше никогда их не увидит. она пыталась уснуть, но сон не приходил. в голове крутились обрывки воспоминаний, смешанные с кошмарами. она видела лицо дарьи, ее алые глаза, полные ненависти. она не понимала, почему эта женщина так к ней относится. что она сделала не так? она пыталась найти ответы, но в голове была лишь пустота. страх парализовал ее волю, отнимал силы. проходили часы, может быть, дни. время потеряло смысл. софи лежала в темноте, голодная, раненая, испуганная и совершенно одна. она шептала молитвы, вспоминала песни, пыталась представить себе что-то хорошее. но тьма все больше сгущалась, а надежда медленно угасала. в подвале, вдали от света и жизни, софи боролась за выживание, не зная, что ждет ее впереди. каждый миг казался вечностью, а каждый вздох – последним. мари, обессиленная, пробиралась между рядами коек в переполненном полевом госпитале. грохот орудий вдалеке сливался со стонами раненых, создавая невыносимую какофонию войны. всего четыре дня, а мир, который она знала, рухнул. она была санитаркой, но в этом хаосе все делали все, что могли. мари спасала вампиров. не людей, не солдат своей армии – вампиров. их привозили сюда окровавленных и израненных, а она, забыв о страхе и предрассудках, оказывала первую помощь, тащила к хирургам, делала все, чтобы хоть как-то облегчить их страдания. она была обычным человеком. ее муж, федор, работал шахтером, а дочь, софи, должна была поступать в университет. она не знала, где они сейчас. мысли о них разрывали ее сердце, но мари заставляла себя двигаться дальше, помогать тем, кто нуждался в помощи здесь и сейчас. мари остановилась возле молодого вампира, чье лицо было залито кровью. он стонал, бессвязно бормоча что-то. вампиры, как и люди, страдали на этой войне. мари опустилась на колени рядом с ним и вытерла кровь с его лица. "тихо, тихо," - прошептала она, стараясь говорить мягко и успокаивающе. "все будет хорошо. я сейчас помогу." она не понимала, зачем помогает им. она, обычная женщина, спасает тех, кто, возможно, презирает ее, считает низшей расой. но глядя в эти полные боли глаза, она не видела врага. она видела лишь еще одну жертву войны. может быть, где-то сейчас кто-то помогает федору и софи, думала мари. может быть, там, где они находятся, есть кто-то, кто не побоится, не отступится, кто просто протянет руку помощи. и эта мысль давала ей силы. пока она спасает этих вампиров, она верит, что кто-то спасет ее семью. ожесточенная война вампиров, оборотней и зомби терзала мир. люди оказались втянуты в этот кошмар, став пешками в чудовищной игре. мари и доктор субон, простые смертные, так же как и многие пытались выжить в этом хаосе, оказывая помощь раненым и отчаянно цепляясь за надежду на мир. с каждым днем надежды оставалось все меньше. мари больше всего на свете скучала по своему мужу, Федору, и маленькой дочке, софи. она не знала, где они, живы ли они вообще. каждый вечер, закрывая глаза, она видела их лица и молилась, чтобы они были в безопасности, где-то далеко от этой войны. полевой госпиталь превратился в филиал ада. раненые стенали, не разбирая, кто перед ними: человек, вампир или оборотень. главное - выжить. "бинты! нам нужны бинты! мари, илья и арсений, бегите во дворец александра! там должны быть запасы. скорее!" - голос субона, обычно невозмутимым, сейчас дрожал от напряжения. он понимал, что отправляет их в опасное место, но у них не было выбора. "и будьте осторожны. я не хочу потерять еще кого-то." - тихо добавил он, егл взгляд выражал всю тяжесть ситуации. мари, истощенная физически и морально, ощутила, как война медленно убивает в ней человека. каждая капля крови, каждый стон раненого напоминал ей о федоре и софи, о том, что их тоже может коснуться эта ужасная участь. но она все равно бежала. за бинтами, за надеждой, за теми, кто нуждался в помощи. за тем, чтобы оставаться человеком в этом безумном мире, и за тем, чтобы, может быть, однажды увидеть федора и софи снова. дорога до дворца казалась бесконечной. зловещие силуэты разрушенных зданий, окровавленные следы когтей и клыков на мостовой - все говорило о том, что здесь велась жестокая борьба. мари старалась не думать о том, что могло произойти с александром и его войском. она гнала от себя мысли о том, что федор и софи могли оказаться в похожей ситуации. внутри дворца царила пугающая тишина. она ощущалась давящей и зловещей, словно сам воздух был пропитан страхом. илья и арсений начали поиски, но мари не могла отделаться от чувства тревоги. и тут тишину прорезал крик. крик полный боли и ужаса, крик, который мог принадлежать только человеку. забыв про войну, про бинты, про все, мари побежала на звук. в подвале, в этой темной, сырой дыре, кто-то нуждался в ее помощи. и то, что это было в разгар войны между вампирами, оборотнями и зомби, только делало ситуацию еще более ужасной. она должна была помочь. если она не могла помочь федору и софи, то должна помочь хотя бы кому-то. она нашла дверь в подвал - массивная, укрепленная железом, она казалась непробиваемой. крик повторился, пронзительный и отчаянный. "эй! кто там? я здесь! что случилось?!" - крикнула мари, прижавшись к холодной каменной кладке. из-за двери донеслись приглушенные всхлипы и слова, сказанные тихим, дрожащим голосом: "помогите... пожалуйста... выпустите меня..." этот голос был явно человеческим, а значит, скорее всего, беззащитным перед кровожадными тварями, заполонившими мир. мари лихорадочно ощупывала стену, искала защелку, рычаг, хоть что-нибудь. но ничего не было. дверь не поддавалась ни силе, ни хитрости. беспомощность душила ее. кто-то, возможно, умирал за этой дверью, а она, человек, который хотел помочь, не мог ничего сделать. что бы подумал федор, если бы увидел ее сейчас? "потерпи! я помогу тебе! я должна что-то придумать!" - закричала мари, оглядываясь в отчаянии. каждый вздох, каждое мгновение тянулись, как резина. в этом безумном мире, где люди оказались между молотом и наковальней, она должна была найти способ открыть эту дверь. на должна была, во имя всего человечества, во имя федора и софи. но как? ведь за этой дверью могла скрываться не только человеческая жизнь, но и ключ к выживанию в этой войне монстров, ключ к возвращению к нормальной жизни, ключ к ее семье. вдруг, услышав ее крики, прибежал арсений. он оглядел дверь и, нахмурившись, начал думать, как ее открыть. "сейчас что-нибудь придумаем," - пробормотал он, доставая из кармана небольшой нож и принимаясь ковыряться в замке. через несколько минут, тяжело дыша, прибежал илья. увидев, что мари и арсений возятся с дверью, он сразу понял, в чем дело. "дайте-ка я," - сказал он и, достав из-за пояса лом, принялся взламывать замок. после нескольких сильных ударов, замок сдался, и дверь с громким скрипом распахнулась. и то, что увидела мари, повергло ее в шок. там, съежившись в углу, сидела... софи! ее дочка! неумолимое, всепоглощающее счастье захлестнуло мари. софи была в ужасном состоянии. грязная, испуганная, она дрожала всем телом. не раздумывая ни секунды, мари бросилась к ней, забыв обо всем на свете. илья и арсений, поняв, что мари нашла, кого искала, забрали найденные бинты и быстро побежали назад, в госпиталь. время не ждало, а раненым нужна была помощь. мари, стоя на коленях перед софи, плакала от счастья. слезы текли по ее лицу, смешиваясь с грязью. софи тоже узнала маму. ее глаза наполнились слезами, и она бросилась в объятия мари, плача и крепко обнимая ее. "мама! мамочка!" - шептала она, прижимаясь к ней изо всех сил. "софи, моя девочка, моя милая софи," - шептала мари, целуя ее в грязные щеки. она держала софи в объятиях, не веря своему счастью. она нашла ее. она нашла свою софи. и в этот момент, война, вампиры, оборотни и зомби - все это перестало иметь значение. была только она и ее дочка, снова вместе. она должна была защитить софи, чего бы это ни стоило. теперь у нее была цель, ради которой стоило жить и бороться. когда первые эмоции немного утихли, мари, прижимая софи к себе, тихо спросила: "софи, солнышко, что случилось? где папа? где вы были все это время? прошло почти год..." софи, все еще всхлипывая, ответила: "мама, это... это было страшно. когда они напали... вампиры... убили моего друга! папа говорил мне бежать в любой ситупцти. потом... потом меня нашли. меня забрали в лагерь..." "в лагерь? какой лагерь?" - мари напряглась. "я... я не знаю, как он называется. это был лагерь людей. там было много людей, которые прятались от монстров. но потом... потом я сбежала. я не хотела там оставаться. там было... плохо. я скучала по тебе и папе..." софи снова заплакала. мари крепче обняла ее. "тише, тише, моя хорошая. я здесь. я тебя нашла. я больше тебя никуда не отпущу. расскажи мне про этот лагерь. кто там был? что там делали? как ты сбежала? каждая деталь, софи. это очень важно. и папу мы обязательно найдем. обещаю." софи, вытирая слезы рукавом грязного платья, начала рассказывать о лагере. о высоких стенах, о друзьях глебе и владе, как глеб её нёс, как убили глеба. она рассказала о том, как ей удалось сбежать, воспользовавшись ночной суматохой во время нападения зомби. мари слушала, затаив дыхание, и с каждой деталью ее сердце наполнялось тревогой. что за лагерь это был? и где сейчас федор? она знала, что ей нужно найти ответы на все эти вопросы. они долго разговаривали, шепотом, боясь спугнуть это хрупкое счастье. мари рассказывала софи о федоре, о том, как она скучает и верит, что он жив и ищет их. софи вспоминала какие-то моменты из прошлой жизни, как они вместе пекли пироги, как федор читал им сказки перед сном. они смеялись сквозь слезы, вспоминая смешные случаи, пытаясь вернуть хоть немного тепла и нормальности в этот безумный мир. "помнишь, как я однажды покрасила кота в синий цвет?" - хихикнула софи. "ой, да, это было что-то! федор тогда чуть инфаркт не получил," - улыбнулась мари. но их смех внезапно оборвался. раздался резкий хлопок, словно от выстрела, и в проеме подвальной двери, освещенном тусклым светом, появилась дарья. ее лицо исказила злобная усмешка. "какая трогательная сцена," - прошипела дарья, ее глаза горели злобой. "мать и дочь, воссоединившиеся в предсмертный час. как банально." мари вскочила, заслонив софи собой. "дарья, вы что? не трогайте мою софи! прошу вас!"- умоляла на коленях дарья презрительно хмыкнула. "мне? нужны мне больно! в такие важные для вампиров моменты, ты мари, прохлождаешься." прежде чем мари успела что-либо предпринять, дарья выхватила из-за спины клинок и, не колеблясь, вонзила его в сердце мари. все произошло настолько быстро, что мари даже не успела вскрикнуть. ее глаза расширились от ужаса и боли. она опустила взгляд на клинок, торчащий из ее груди, и почувствовала, как жизнь покидает ее. софи закричала, увидев, как ее мать падает на землю. дарья выдернула клинок, и мари рухнула на пол, замертво. кровь хлынула из раны, окрашивая грязный пол подвала в багровый цвет. дарья злобно расхохоталась. "вот и все. больше не будет никаких мамочек. только ты и я, маленькая сиротка. и знаешь что? я сделаю твою жизнь адом." софи застыла, словно в нее ударила молния. взгляд приклеился к бездыханному телу мамы, а мозг отказывался обрабатывать информацию. нет. нет. этого не может быть. только-только… только что… а потом что-то сломалось. что-то внутри, что сдерживало ее. хлынуло, как прорвавшаяся плотина. из нее вырвался крик. не просто крик, а раздирающий небеса, нечеловеческий вой. это был звук сломанной души, растоптанной надежды, вырванного сердца. в нем слышалась вся боль, весь ужас, все отчаяние, накопленное за год разлуки, за дни, проведенные в страхе, за мгновение потери, помноженное на бесконечность. мир перестал существовать. остался только этот крик, который разносился эхом по подвалу, отскакивал от каменных стен, рвал тишину на куски. софи кинулась к маме, как к спасательному кругу. она трясла ее, била маленькими кулачками в грудь, царапала испачканное кровью платье. "мама! мамочка! проснись! пожалуйста, проснись! не умирай! не бросай меня! я не могу без тебя!" но мари не двигалась. ее глаза были закрыты, лицо бледное, губы безжизненные. истерика охватила софи, как огонь. ее тело тряслось в судорогах. она билась головой о пол, царапала щеки, вырывала клочьями волосы. ей хотелось вырвать из себя эту боль, этот ужас, эту невыносимую пустоту. "нет! нет! нет! мама! мама! нет!" – кричала она, захлебываясь слезами. голос сорвался, превратился в хрип. она начала рвать на себе одежду, крича от каждой вспышки боли, которая, увы, не могла заглушить главную, самую страшную. она металась по подвалу, как загнанный зверь. крушила все вокруг, кидала камни в стены, била ногами в дверь, пытаясь найти выход из этого кошмара. но выхода не было. была только смерть и безысходность. затем, что-то изменилось. посреди хаоса, посреди боли, посреди отчаяния, в ней проснулась ярость. ярость на ту, которая отняла у нее маму, на ту, которая стоит в дверях и злобно усмехается. она остановилась, тяжело дыша, и подняла на дарь взгляд. ее глаза, красные от слез, горели ненавистью. "ТЫ!!!" - закричала софи, ее голос дрожал от ярости. "ТЫ! ТЫ УБИЛА ЕЁ! ТЫ… ТЫ… ТЫ ЧУДОВИЩЕ!!!" в ней проснулась недетская злоба. она, маленькая, хрупкая девочка, вдруг превратилась в разъяренного зверя, готового разорвать врага на части. "Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!" – кричала она, приближаясь к дарье, сжимая кулаки. "Я УБЬЮ ТЕБЯ! Я ОБЯЗАТЕЛЬНО УБЬЮ ТЕБЯ! Я СДЕЛАЮ ТЕБЕ БОЛЬНО! ТЫ ЗАПЛАТИШЬ ЗА ЭТО! ТЫ… ТЫ… ТВАРЬ!!!" она бросилась на дарь, с диким, неистовым криком, пытаясь ударить ее, царапать, укусить. она была маленькой и слабой, но ее ярость была безграничной. дарья отступила, удивленная внезапным приступом злости у ребенка. ее злобная усмешка сменилась удивлением, а затем... интересом. "о, какая ярость," - промурлыкала дарья, уклоняясь от ударов софи. "какая страсть. это даже… забавно." она легко оттолкнула софи, которая упала на землю, тяжело дыша. дарья наклонилась над ней и прошептала: "но я боюсь, этого недостаточно. ты слишком слаба. ты ничего не сможешь сделать." софи, лежа на полу, смотрела на дарью полными ненависти глазами. "я… я… я все равно тебя остановлю," - прохрипела она. "я… я найду способ. я обещаю." дарья рассмеялась. "мы еще посмотрим, маленькая сиротка. мы еще посмотрим…" и с этими словами она развернулась и ушла, оставив софи одну в темном подвале, с мертвой матерью и с клятвой мести, выжженной в ее сердце. дарья отступила, удивленная внезапным приступом злости у девушки. ее злобная усмешка сменилась раздражением. этот мелкий сопляк, рычащий и плюющийся ядом, начинал ее выводить из себя. вся эта сцена затянулась. "заткнись!" - рявкнула дарья, и вложила всю силу в удар. кулак обрушился на лицо софи, и девочка отлетела в сторону, ударившись головой о каменную стену. темнота поглотила ее. дарья сплюнула на пол, брезгливо оглядела труп мари и бесчувственное тело софи. "достали," - пробормотала она и вышла из подвала, оставив дверь открытой. у нее были дела поважнее, чем возиться с плачущей софи. война ждала.