"Тени нового порядка"

"вставай, гнида," - прошипел знакомый, ледяной голос дарьи. сердце софи забилось в бешеном ритме, кровь отхлынула от лица. животный страх сковал тело, лишив воли к сопротивлению. она была не в силах даже закричать. дарья, сжимая ее плечо, потащила софи к выходу из подвала. ее ноги заплетались, спотыкались о неровный пол, и каждый шаг причинял невыносимую боль. она не понимала, что происходит. куда ее ведут? что дарья собирается с ней сделать? "за что?" - прошептала софи, ее голос дрожал от страха и отчаяния. "за что ты так со мной?" дарья промолчала, лишь крепче сжала ее плечо, заставляя идти быстрее. они поднялись по крутой, скользкой лестнице. каждая ступенька отдавалась болью в израненном теле. софи плакала, не в силах сдержать рыдания. слезы текли по ее грязному лицу, смешиваясь с кровью из разбитых коленей. что она сделала не так? почему дарья так ненавидит ее? она не понимала. поднявшись наверх, софи увидела яркий солнечный свет. она зажмурилась, пытаясь привыкнуть к нему. потом она увидела двор, заваленный мусором и обломками, и обгоревшие стены дворца. все было сломано, разрушено, мертво. дарья, не отпуская ее, потащила софи через двор, мимо спящих оборотней, ковыляющих зомби и патрулирующих вампиров. никто не обращал на них внимания. софи чувствовала себя обнаженной, уязвимой, словно загнанный зверь. куда? куда она ее ведет? "увидит, что ты натворила, и всыплет тебе," - сдавленно прошипела дарья. в ее голосе проскользнуло что-то, похожее на страх? удивление? страх? у дарьи? этого не может быть. они вошли во дворец. дарья вела ее по темным, запутанным коридорам, поднимаясь все выше и выше. боль в теле нарастала, силы покидали ее. софи чувствовала, что сейчас упадет и больше не сможет подняться. наконец, они остановились перед дверью. дарья толкнула ее, и софи оказалась в комнате. это была спальня. большая, просторная, но захламленная и неубранная. на полу валялись обрывки ткани, осколки зеркал и разбитая посуда. кровать была завалена грязной одеждой. дарья отпустила софи, и та упала на пол, не в силах больше стоять. она смотрела на дарью испуганными глазами, ожидая удара. и он последовал. дарья пнула ее ногой в живот, заставив софи согнуться от боли. потом она начала бить ее руками по лицу, по голове, по телу. софи не сопротивлялась. она просто лежала на полу, принимая удары, как неизбежное наказание. она знала, что не сможет защититься. дарья была слишком сильна. после долгих минут избиения дарья остановилась, тяжело дыша. она посмотрела на софи, лежащую на полу в луже крови, и презрительно фыркнула. "ты ничтожество," - сказала она. "ты недостойна даже умереть." и с этими словами дарья развернулась и ушла, захлопнув за собой дверь. софи осталась одна. в темной, холодной комнате, избитая и сломленная. она лежала на полу, не в силах даже пошевелиться. она не знала, что ее ждет дальше. она не знала, сможет ли она выжить. но она знала одно. дарья никогда не позволит ей быть счастливой. боль пульсировала в каждой клетке тела. софи лежала на грязном полу, не в силах пошевелиться, словно раздавленная гусеница. комната дарьи, с ее хаотичным беспорядком, казалась отражением ее истерзанной души. и вот, сквозь пелену боли, пробилось странное, неожиданное чувство. не жалость к себе, а… жалость к дарье. она ненавидела её. всем сердцем, всей душой. за убийство мамы, за страх, за унижение, за все страдания, которые она причинила. но, одновременно, она вдруг поняла, что дарья – тоже жертва. жертва чего-то большего, чем она могла себе представить. софи вдруг вспомнила мамин голос, мягкий и нежный. "нужно уметь прощать, софи. даже тех, кто причинил нам боль. потому что часто люди поступают плохо не потому, что они злые, а потому, что им самим плохо." слова, сказанные давным-давно, вдруг обрели смысл. софи вспомнила лицо дарьи, искаженное злобой, но в то же время какое-то… сломанное. она увидела в ней не только чудовище, но и человека, которому нужна помощь. у софи было счастливое детство. она помнила, как папа брал ее на рыбалку, как они вместе читали сказки перед сном, как мама пекла пироги, и весь дом наполнялся теплым, уютным ароматом. она помнила их любовь, их заботу, их защиту. а что было у дарьи? ничего. она была одна. ее глаза были пустыми, в них не было ни капли тепла, ни капли любви. она выросла без родителей, им было не важно где и что она, у неё было сотни слуг и нянь, но не было родителей. у неё было всё, самые дорогие платья, украшения, но взамен на жестокость. без друзей, без надежды. только с ненавистью и злобой в сердце. она роста в огромном количестве богатств, у неё есть всё что, пожелаешь, но нет ничего тёплого в душе. дарья - продукт разрушающего мира, она лишь впитала то зло, которое ее окружает. именно поэтому она такая жестокая. именно поэтому она причиняет боль другим. она просто не знает, как по-другому. софи представила себе маленькую дарью, сидящую в темной комнате, одинокую и испуганную. ведь дарья почти на два года младше неё, но морально на тысяци лет старше. эта маленькая до безумия красивая девочка не хотела быиь такой. мама, которая не обнимет и не утешит. папа, который не расскажет сказку на ночь. только с пустотой и холодом вокруг. ее пронзило чувство сострадания. ей захотелось обнять эту маленькую девочку, прижать ее к себе, сказать, что все будет хорошо. но дарья уже не была маленькой девочкой. она была жестоким убийцей, отнявшим у софи самое дорогое. и это сострадание не могло отменить ненависть. софи все еще ненавидела дарью за то, что она сделала. но теперь она понимала, что это не просто ненависть к врагу. это была ненависть к судьбе, к миру, который сломал эту девушку и превратил ее в чудовище. жалость, вперемешку с ненавистью, терзала ее изнутри. она не знала, что делать с этими чувствами. как можно одновременно ненавидеть и жалеть человека? но она знала одно. она не сможет больше смотреть на дарью как на простого монстра. она видела в ней сломленного человека, нуждающегося в помощи. и это знание делало все только сложнее. боль, как напоминание о реальности, пронзила ее тело. софи застонала, пытаясь подняться. но силы покинули ее. лежа на полу, в темной комнате, она думала о дарье. о ее сломанной душе, о ее несчастном детстве, о ее злобе и ненависти. и в этой темноте, в этой боли, в этой смеси ненависти и жалости, софи начала понимать что-то важное. что-то, что могло изменить все. но что именно, она еще не знала. она знала лишь одно - она должна выжить. ради мамы. ради федора. ради саши и глеба. и даже… ради дарьи. потому что, возможно, только она сможет ей помочь. губы дарьи искривились в презрительной усмешке. софи… эта жалкая девчонка вызвала слишком много лишних мыслей. зачем она вообще потащила ее в свои покои? сентиментальность? глупость. она подошла к разбитому зеркалу и взглянула на свое отражение. светлые волосы, зеленые глаза… она всегда знала, что красива. и эта красота была ее оружием. но в глубине глаз, в этих зеленых омутах, таилось что-то, что ей не нравилось. страх? сомнение? слабость? нет. она не позволит им проникнуть внутрь. внезапно в голове всплыло воспоминание. маленькая дарья, стоящая перед огромным, разгневанным отцом. Александр. его грозный голос, его холодный взгляд, его унизительные слова: "как ты могла обидеть служанку мари? запомни, дарья, благородные не издеваются над слабыми. ты меня разочаровываешь." мари. простая служанка, вызвавшая гнев самого александра. почему? что он в ней нашел? она была ничем. но александр всегда был добр к ней. а она...ревновала. ревновала к ее улыбке, к ее спокойствию, к ее простоте. и вот теперь, дочь этой служанки, софи, лежит в ее комнате, избитая и сломленная. и что? что она чувствует? удовлетворение? нет. лишь раздражение. все это - глупая затея. месть? зачем ей это? она никогда не хотела отомстить мари. ее смерть была лишь случайностью. а софи...просто оказалась не в том месте не в то время. она хотела заставить александра страдать. унизить его память. показать, что его принципы ничего не значат в этом жестоком мире. но зачем? он мертв. ему все равно. она вспомнила слова отца: "благородные не издеваются над слабыми." какая чушь. в этом мире нет места благородству. есть только сила. и она должна быть сильной. в ней закипала злость. не на софи, а на себя. за эту слабость, за эти глупые чувства, за эти бесполезные воспоминания. ей нужно было развеяться. дарья вышла из комнаты и направилась на крышу дворца. воздух был прохладным и свежим. над головой раскинулось звездное небо, усыпанное миллионами бриллиантов. вдали, на горизонте, пылала война. взрывы озаряли небо, словно жуткий фейерверк. крики, вопли, стоны - все это доносилось до нее, словно зловещая музыка. она села на край крыши, свесив ноги вниз. ей нравилось смотреть на войну. это напоминало ей о ее силе, о ее власти. она могла уничтожить любого, кто встанет у нее на пути. она могла управлять армиями, сеять страх и разрушение. она была дарьей. и она была непобедима. но, глядя на звездное небо, она чувствовала себя одинокой. ей не с кем было разделить свою власть, свою силу, свою боль. александр всегда говорил ей: "сила без милосердия - ничто." он был прав. но как быть милосердной в этом мире? как любить, когда вокруг только ненависть? она не знала. она устала. ей хотелось просто закрыть глаза и исчезнуть. улететь в космос, к звездам, подальше от этой войны, от этой ненависти, от этой боли. но она не могла. она должна была сражаться. она должна была выжить. она должна была доказать, что она сильна. и софи… она будет лишь инструментом. пешкой в ее игре. средством достижения цели. ничего больше. дарья закрыла глаза, вдыхая прохладный ночной воздух. и снова в ее голове всплыло лицо александра. его печальные, разочарованные глаза. она ненавидела его. но она скучала по нему. и это было самым страшным. потому что это значило, что она все еще способна любить. а любовь – это слабость. и дарья не могла себе этого позволить. дарья, оставив звездное небо и пылающий горизонт позади, вернулась во дворец. по пути она столкнулась со степаном. "где ты была?" - проворчал он, его лицо выражало недовольство. дарья проигнорировала его вопрос и, увидев в его руках маленькую рыжую комочку, выхватила Ральфа. "отдай!" - возмутился степан, но дарья лишь одарила его ледяным взглядом. "он будет спать со мной," - сказала она, и, не дожидаясь ответа, продолжила свой путь. ее комната… это был оазис роскоши в этом разрушенном мире. шелковые ткани, мягкие подушки, золотые канделябры, сверкающие драгоценности. все здесь кричало о богатстве и власти. она ненавидела это. дарья бросила Ральфа на кровать. котенок, испуганно пискнув, попытался спрятаться под подушкой. "не бойся," - прошептала дарья, ее голос был неожиданно мягким. "я тебя не обижу." она разделась и легла в постель, прижав к себе Ральфа. тело помнило тепло мамы и папы. и в миг боль утраты отняла много сил и слёз. мир, когда они были вместе, существовал в ее голове. а в это время, в темном углу ее комнаты, на холодном каменном полу, покрытом грязью и пылью, лежала софи. она не спала. боль не давала ей сомкнуть глаз. ее разум, измученный и израненный, продолжал блуждать в лабиринтах памяти. она вспоминала маму. ее добрые глаза, ее ласковые руки, ее нежный голос. она вспоминала их совместные прогулки в парке, их вечера, проведенные за чтением книг, их смех, их радость. потом она вспоминала папу. его сильные руки, его мудрые советы, его заразительный смех. она вспоминала их походы на рыбалку, их игры в шахматы, их разговоры по душам. и потом, из глубин памяти всплывал пушистый комок шерсти, белая и пушистая, как облако, кошка, которую они звали морфином. но все это было в прошлом. в прошлом, которое больше никогда не вернется. софи открыла глаза и посмотрела на потолок. темнота. только темнота. внезапно ее пальцы наткнулись на что-то острое. осколок камня? да. она взяла его в руки и начала рисовать на полу. кровью. она рисовала маму. ее лицо, ее улыбку, ее глаза. она рисовала папу. его сильные руки, его мужественное лицо, его веселый взгляд. она рисовала морфина. его пушистую шерстку, его игривый взгляд, его розовый носик. кровь медленно текла по ее пальцам, окрашивая камень в красный цвет. ей не было больно. она уже ничего не чувствовала. рисуя, она шептала. вспоминала их имена, рассказывала им о своей любви, просила их о помощи. она рисовала свой счастливый мир. мир, в котором была любовь, надежда, и семья. мир, который дарья у нее отняла. и в этой темноте, рисуя кровью на полу, она чувствовала себя немного ближе к ним. к маме, к папе, к морфину. к своей семье. к своей любви. к своему прошлому. к тому, что давало ей силы жить. Сэсофи рисовала, шептала и плакала. и мир вокруг, с его войной и насилием, на время исчез, оставив ее наедине со своей любимой семьёй. с семьёй, существовавшей лишь в ее памяти и на грязном каменном полу, испачканном кровью. но пока она помнила их, они были живы. а значит, была жива и она. утро в комнате дарьи началось с тишины, нарушаемой лишь редким мяуканьем Ральфа, который свернулся клубочком на подушке. софи, проснувшись на холодном полу, с трудом приподнялась, чувствуя, как каждая мышца отзывается болью. дарьи не было. вместо нее, в дверях возникла огромная фигура. софи замерла, готовая к худшему. это был мужчина. высокий, широкоплечий, с светлыми волосами, заплетенными в косу. он был похож на викинга, сошедшего со страниц старинных книг. софи никогда его не видела. "дарья ушла," - сказал мужчина, его голос был низким и глухим. "она велела мне передать тебе это." он протянул софи сверток. она, нерешительно, взяла его. там был сложенный костюм слуги. "она сказала, ты должна вымыть ее комнату," - продолжил мужчина, его взгляд был холоден и безразличен. "если ослушаешься… хуже будет." и с этими словами он ушел, оставив софи наедине со своим страхом и новой задачей. убираться в комнате дарьи? унизительно. но она знала, что выбора у нее нет. ослушаться - значит навлечь на себя еще больший гнев. она с трудом надела костюм слуги. он был велик и неудобен, но хоть немного прикрывал ее израненное тело. затем она принялась за уборку. собирала разбросанную одежду, осколки зеркал, разбитую посуду. каждый предмет напоминал о дарье, о ее власти, о ее жестокости. раны на теле саднили, голова кружилась, но софи продолжала работать. она знала, что должна закончить, как можно быстрее. раздался тихий мяук. софи посмотрела вниз. Ральф, испуганно прижавшись к ее ногам, смотрел на нее большими зелеными глазами. она вздохнула. она не могла оставить его одного. она осторожно взяла Ральфа на руки и продолжила уборку. котенок, словно почувствовав ее заботу, замурлыкал, успокаивая и поддерживая ее. убирая комнату дарьи, софи ощущала странную смесь ненависти и сострадания. ненависти к дарь, за ее жестокость и власть, и сострадания к той маленькой девочке, которая выросла в этой роскошной, но холодной и пустой комнате. закончив уборку, софи оглядела комнату. теперь она выглядела немного чище, немного светлее. но все равно оставалась чужой и неприветливой. она понимала, что эта комната - лишь отражение души дарьи. и пока душа дарьи не очистится, эта комната навсегда останется проклятым местом. она вышла из комнаты, держа на руках Ральфа. что ждет ее дальше? она не знала. но она знала одно - она должна выжить. ради мамы. ради федора. ради саши. и даже… ради ральфа. и, возможно, ради дарьи. ведь даже у самых темных душ есть шанс на спасение. закончив уборку, софи с Ральфом на руках робко присела в углу комнаты, стараясь быть незаметной. страх сковывал ее, ожидание наказания висело в воздухе, давя грузом. вдруг, дверь снова отворилась. на пороге появился тот самый огромный блондин, арсений, с которым она уже познакомилась утром. софи съежилась, ожидая очередного задания или угрозы. но арсений, на удивление, улыбнулся. "что ты тут сидишь, словно мышь?" - спросил он, его голос звучал уже не так сурово, как прежде. "дарья все равно нескоро вернется. давай хоть как-то разнообразим твое пребывание здесь." софи недоверчиво посмотрела на него. что ему нужно? арсений, заметив ее недоверие, вздохнул. "не бойся, я не причиню тебе вреда. просто… мне тебя жаль. ты выглядишь ужасно." он подошел ближе и достал из-за спины колоду карт. "давай сыграем. во что умеешь?" софи пожала плечами. "в дурака, наверное." арсений улыбнулся. "отлично. хоть какое-то развлечение. садись за стол. ральфа тоже возьми с собой, пусть присматривает за нами." софи, все еще настороженно, но с любопытством, последовала за арсением к столу. он достал из ящика свечи и зажег их, освещая комнату мягким, теплым светом. они начали играть в карты. софи, несмотря на усталость и страх, постепенно расслабилась. арсений оказался неплохим собеседником. он рассказывал ей забавные истории из своей жизни, шутил, смеялся. играя, арсений то и дело бросал на софи взгляды, полные жалости и сочувствия. он видел ее измученное тело, покрытое шрамами и синяками. он видел следы побоев на ее лице, ее потухшие глаза. и ему было больно смотреть на это. он понимал, что ей пришлось пережить. он знал, какой жестокой может быть дарья. и ему было стыдно за то, что он ничего не мог сделать, чтобы помочь софи. "ты хорошо играешь," - сказал арсений, прерывая молчание. софи пожала плечами. "не знаю. мне просто нужно отвлечься." "от чего?" - спросил арсений, его голос был тихим и серьезным. софи не ответила. она опустила взгляд на карты, пытаясь скрыть свои слезы. арсений все понял. он молча взял ее руку и сжал ее в своей. "все будет хорошо," - сказал он, его голос был полон сочувствия. "я обещаю тебе, софи. я тебе помогу." софи подняла на него взгляд. в его глазах она увидела искренность и доброту. и на мгновение ей показалось, что она не одна в этом мире. что есть кто-то, кто заботится о ней. но она знала, что не может ему доверять. дарья могла в любой момент вернуться. и тогда арсений заплатит за свою доброту. "не надо," - прошептала софи, вырывая свою руку из его. "не вмешивайся. это опасно. дарья не простит." арсений вздохнул. "я знаю. но я не могу просто смотреть, как ты страдаешь. я должен что-то сделать." софи покачала головой. "ты ничего не можешь сделать. никто не может. это моя судьба." и снова в ее глазах появился тот самый потухший, безнадежный взгляд. взгляд человека, принявшего свою смерть. арсению захотелось обнять ее, прижать к себе, защитить от всего зла в этом мире. но он знал, что не может. дарья слишком сильна. они продолжили играть в карты, но атмосфера в комнате изменилась. веселое развлечение превратилось в молчаливое сочувствие. арсений больше не шутил и не смеялся. он просто сидел рядом с софи, разделяя ее боль. и софи, глядя на его доброе лицо, понимала, что не все в этом мире потеряно. что даже в самой темной ночи можно найти проблеск света. и этот свет, хоть и слабый, давал ей силы жить дальше. пока что. время, проведенное с Арсением, пролетело незаметно, словно мимолетный сон. но кошмар, как и всегда, вернулся в реальность. дверь распахнулась, и в комнату вошла дарья. ее лицо было непроницаемым, как маска. она окинула взглядом комнату, не удостоив софи ни единым взглядом. словно ее там и не было. арсений тут же поднялся со стула, вытянувшись по стойке смирно. "госпожа," - пробормотал он, склонив голову. дарья проигнорировала его приветствие и прошла к своему креслу, взяв с полки толстый том в кожаном переплете. она села и углубилась в чтение, не обращая внимания на присутствующих. софи сидела на полу, прижавшись к стене, держа Ральфа на руках. она наблюдала за дарьей, изучая каждое ее движение, каждую деталь ее лица. она пыталась понять, что происходит в ее голове. но дарья была непроницаема. ее лицо не выражало никаких эмоций. она просто читала книгу, словно ничего не случилось. арсений, постояв немного в нерешительности, тихо покинул комнату. софи осталась одна с дарьей. часы тянулись мучительно медленно. дарья не отрывалась от книги, не произнеся ни слова. софи сидела на полу, не двигаясь, боясь нарушить тишину. наконец, дарья оторвалась от чтения и посмотрела на софи. ее взгляд был холодным и безразличным. "убирайся," - сказала она, ее голос был ровным и бесцветным. "спи в коридоре." софи не ответила. она встала и, держа Ральфа на руках, вышла из комнаты. коридор был темным и холодным. софи прижалась к стене, пытаясь найти хоть какое-то тепло. Ральф задрожал. она знала, что дарья издевается над ней. но она не могла ничего поделать. она была в ее власти. она легла на пол, подложив под голову свои руки. Ральф свернулся клубочком рядом с ней, согревая своим теплом. в коридоре было темно и страшно. софи не могла уснуть. она слушала шаги охраны, доносившиеся из разных частей дворца. она представляла, как дарья сидит в своей теплой, уютной комнате, читая книгу и совершенно не думая о ней. она снова почувствовала ненависть. ненависть к дарь за ее жестокость, за ее безразличие, за ее власть. но она знала, что эта ненависть бессмысленна. она ничего не изменит. она закрыла глаза, пытаясь уснуть. но сон не приходил. ей было холодно, страшно и одиноко. она думала о маме. о ее ласковых руках, о ее добром сердце. она мечтала оказаться рядом с ней, в ее объятиях. но мама была мертва. и софи осталась одна. в этом темном, холодном коридоре, с Ральфом на руках и с ненавистью в сердце. и она не знала, что ждет ее завтра. только смерть. ночь в коридоре тянулась бесконечно. холод проникал в кости, а сон бежал прочь, терзаемый страхом и одиночеством. и вдруг… голос. тихий, родной, давно забытый. "софи…" она вздрогнула, открывая глаза. темнота не изменилась, но теперь она не была пустой. "софи, доченька… это я, папа…" слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. это не могло быть правдой. "папа…" прошептала она, не веря своим ушам. голос стал отчетливее, ближе. "я жив, софи. я здесь. но мне нужна твоя помощь." она увидела его. словно мираж, сотканный из света и тени. федор, ее папа, стоял перед ней. таким, каким она его помнила - сильным, добрым, любящим. "где ты?" - спросила она, захлебываясь слезами. "где ты, папа?" "я в плену, софи," - ответил он, его голос был полон боли. "они держат меня в старой крепости, у черного озера. мне нужна твоя помощь, чтобы выбраться отсюда. я знаю, ты сможешь мне помочь, доченька. я верю в тебя." "но… как?" - спросила она, чувствуя, как надежда вспыхивает в ее сердце. "ты должна найти меня, софи. ты должна освободить меня," - сказал федор. "я знаю, это опасно, но я верю, что ты сможешь это сделать. я люблю тебя, софи. я люблю тебя и маму. никогда не забывай об этом." фигура федора начала таять, растворяясь в темноте. "помни, софи. старая крепость у черного озера… спаси меня…" и тишина. снова тишина. но теперь она была другой. теперь она была наполнена надеждой и решимостью. софи проснулась. сердце бешено колотилось, тело дрожало от холода и волнения. это был сон. всего лишь сон. но он казался таким реальным. федор жив. он в плену. ему нужна ее помощь. она должна что-то сделать. она не может просто сидеть здесь и ждать смерти. она должна спасти своего отца. но как? она узница. она в заточении. у нее нет ни сил, ни возможностей. но что-то нужно придумать. ради папы. ради мамы. ради своей семьи. софи встала с пола, решительно настроенная. нужно поговорить с дарьей. она знала, что это опасно. но ей нечего терять. набравшись смелости, софи подошла к двери комнаты дарьи и тихо постучала. "что тебе нужно?" - раздался ледяной голос изнутри. софи глубоко вздохнула. "я хочу с вами поговорить," - сказала она, ее голос дрожал, но был твердым. дверь открылась, и на пороге появилась дарья. ее лицо было непроницаемым. "что тебе нужно?" - повторила она, ее голос был полон нетерпения. софи, преодолевая страх, посмотрела ей в глаза. "у меня есть просьба," - сказала она. "взамен на мою жизнь и заточение." дарья приподняла бровь, выражая удивление. "просьба? и что же ты можешь предложить взамен?" "мою жизнь," - ответила софи. "я согласна остаться здесь навсегда, если вы выполните мою просьбу." дарья усмехнулась. "и что это за просьба?" софи набрала в грудь воздуха. "я прошу вас отвести меня туда, куда я скажу. и потом вернуть обратно. я клянусь, что не попытаюсь сбежать. я клянусь, что вернусь к вам." дарья молчала, раздумывая. софи, не сводя с нее глаз, ждала ответа. "и зачем тебе это?" - спросила дарья. "что ты там хочешь найти?" софи не могла сказать ей правду. дарья никогда не позволит ей спасти своего отца. "это… это связано с моей семьей," - сказала она, стараясь говорить как можно убедительнее. "я хочу попрощаться с ними. увидеть их могилы. и потом я вернусь. я обещаю." дарья смотрела на нее долгим, пронзительным взглядом. софи чувствовала, как ее кожу прожигает этим взглядом. "я подумаю," - сказала дарья наконец. "а сейчас убирайся." софи, ничего не сказав, развернулась и ушла. она знала, что это был ее единственный шанс. ночью, когда софи уже лежала на полу в коридоре, готовясь ко сну, дверь ее комнаты снова открылась. на пороге стояла дарья. "я согласна," - сказала она, ее голос был тихим, почти шепотом. "но помни, софи. если ты меня обманешь, ты умрешь. медленно и мучительно." софи кивнула, не в силах произнести ни слова. "завтра утром мы отправимся в путь," - сказала дарья. "не вздумай сбежать. иначе…" и она ушла, оставив софи в коридоре. сердце софи бешено колотилось. она не верила своему счастью. она получила свой шанс. федор, жди меня. я иду.