Я пытался уйти от любви

Утро у Су Бона всегда начиналось одинаково: уже вставшее солнце в окне, не всегда ясное небо. Су Бон бы не проснулся ближайшие 3 часа, если бы не очередная ссора его родителей. За всю жизнь он уже привык к этому, что перестал обращать внимания. Но даже несмотря на это, он все равно любил своих родителей одинаково, — ну, может маму слегка больше — как и родители его. Но взаимной любви друг ко другу его родители уже не разделяли. Вообще-то, они уже год как собирались развестись, но чёрт знает, почему они все еще вместе. Возможно, любовь к Су Бону не могла принять того, что тот останется с кем-то одним из них после развода, ибо ему было 17. Сам Бон старался не думать об этом, просто лежал в постели еще полчаса, смотря в потолок. Единственное о чем он сейчас думал — вновь пойти гулять со своим лучшим другом. Ну.. Как сказать "лучшим другом", Су Бон уже давно понял свои чувства к Нам Гю. И они были далеко не дружеские. Но он все это скрывал, так как изначально отрицал все, мол, да на свете полно девушек, краше Гю. Но прокручивая внешности всех своих друзей и знакомых обоих полов, то кроме Нам Гю он никого не мог вспомнить. Каждый был, конечно, красив по своему, например: общая подруга Су Бона и Нам Гю — Сэ Ми. Пирсинг на ее губах и носу придавал ей этакого " бунтарства", что нравилось Су Бону. Но он не любовался ее фотографиями часами, как делал это с фотографиями Нама.. От мыслей его отвлек крик матери о том, чтобы Су Бон шёл завтракать. Нехотя он встал с кровати, шатаясь туда сюда, взъерошив и без того запутанные фиолетовые волосы. Он вышел из комнаты и закрыл дверь, идя на кухню. На ней были две полные и одна пустая тарелки: видимо, отец поел и снова ушел к своей любовнице, а мама смирно ждала Су Бона, чтобы позавтракать с ним. На тарелках лежал рис со сливочным маслом, а рядом кружка с водой с лимоном. И, обязательно, любимые панкейки Су Бона. Мать всегда готовила их на завтрак только для Су Бона —Отец снова ушел? — Невнятно спросил Су Бон, прекрасно зная ответ на свой вопрос, — Как вам еще не надоело ссориться. Женщина хихикнула в кулак, протянув Су Бону ложку. —Приятного аппетита, Бон, — улыбнулась женщина своей яркой и теплой улыбкой, — не подавись. Сегодня опять идешь гулять с Нам Гю? —Еще не знаю, но если не с ним, то с кем-нибудь еще. Но вряд-ли он откажется, сам весь день торчит дома, так что выбора у него нет, — сказал Су Бон, в обе щеки уплетая любимый рис. Женщина только кивнула. Они еще немного поболтали про Нама, прежде чем Бон доел рис и, поблагодарив маму, ушел в свою комнату, сразу беря телефон и открывая чат с Нам Гю. Су Бон ; 11:45 Гюш, ты сегодня пойдешь гулять? Не прошло и минуты, ответ пришел почти сразу. Нам Гю ; 11:45 У меня выбора нет. Хорошо, опять у тебя встречаемся? Су Бон ; 11:46 Да, мама сказала, что хочет накорить тебя своими панкейками. Нам Гю ; 11:46 Твоя мама? Ого, хорошо. Тогда я собираюсь и выхожу. Су Бон улыбнулся и выключил телефон, откидывая его на тумбу. Он улегся на подушку, продолжая думать о "друге". Он никогда прямо не показывал своих чувств, хотя они с Намом неоднократно баловались и касались друг друга, как не касаются друзья. Ну, оба сводили это к тому, что, мол, они очень близкие друзья поэтому можно. В такие моменты Нам Гю выглядел абсолютно нормально, в то время как Су Бон просто сгорал изнутри. Су Бон не знал, притворяется Нам Гю или нет, чувствует ли он те же чувства, что и Су Бон? Слишком много вопросов. Из мыслей его прервал звук открывшейся входной двери и голос его матери. Видимо, Нам Гю пришел. А Бон и не заметил, насколько долго он был в своих мыслях. Он быстро глянул время: 12:17. Он выбрался из кровати и открыл дверь, но прямо перед носом у него стоял Нам Гю. Они оба застыли. Су Бон всматривался в его глаза, волосы, лицо. Сука, как же он красив. Грех иметь такую красоту. Из транса его вывел сам Нам Гю: —Су Бон? Все в порядке? —Да! Пойдем на кухню, — быстро перевел тему Су Бон и взяв Нам Гю за запястье, повел на кухню. Мама Су Бона уже наложила панкейки на тарелку, стоящую посередине стола, а рядом 3 кружки тёплого чая. Спустя где-то час нахождения в квартире Су Бона, они, наконец, пошли гулять. Опять разговаривали обо всем. Опять что-то вытворяли и убегали. Опять обнимались. Опять гуляли До поздна. Тогда Су Бон, кажется, был по настоящему счастлив.