расстояние в несколько затяжек.

      «сегодня тот самый день — все мемберы bts завершили военную…»       «в сеуле солнечно, осадков не ожидается, завтра…»       «i'm not an it girl, more like a hit…»       «новый универмаг «сердце бангкока» открывает двери для посетителей…»       ким раздраженно переключает радио после очередного шипения неработающей станции. путь от гаража «x-hunter» до дома займет мучительные 20 минут раздумий. настроить радио перед поездкой — важный ритуал кима, но сейчас все это скорее выводило из себя. наверное, лучшей станцией на этот вечер станет тишина.       ким всегда сосредоточен за рулем, никогда не нарушает правила и внимательно следит за ситуацией на дороге. его жизнь в целом была такой — структурированной, четко обозначенной и очень правильной по мнению большинства людей, встречавшихся на его пути. он был перфекционистом и немного душнилой, как сказал однажды норт. его правильность мешала ему настолько же, насколько и помогала.       сегодня он едва не проезжает на красный и дважды не снижает скорость при ограничениях. это сбивает с толку. мужчина усердно отмахивается от назойливых мыслей и смотрит на дорогу, молясь о том, чтобы скорее закончить эту бесконечную поездку.       ким паркует машину, но выйти не дают ватные ноги, над которыми он совершенно потерял контроль.       — ты ничего не делаешь. откуда твоя усталость, минсу?       мужчина по обыкновению обращается к себе вслух и прикрывает глаза, откидываясь на спинку водительского сидения. мозг предательски клонит в сон, мужчина позволяет себе расслабиться. напряжение в теле спадает, и он проваливается в дрему, сам того не осознавая.                     — кента? что ты здесь делаешь?       ким хмурится, выходя на балкон. на часах время приближающегося рассвета. сегодня мужчину разбудили соседи сверху, что-то уронившие на пол под утро. обычно его сон не назвать чутким, но в этот раз проснулся в секунду.       кента ночевал в квартире кима уже четвертую ночь, но теперь мужчина не уверен, что гость спал за эти дни. по кенте никогда не понятно, выспался ли он. выражение его лица практически никогда не меняется, а кожа всегда выглядит… ким задумался над словом. свежей? скорее, нет. но и следов усталость на нем никогда не было. интересно, видел ли кто-то вообще кенту бодрым. он вообще умеет быть таким?       — доброй ночи, кхун. я привык вставать к четырем часам. — кента тушит только начавшуюся сигарету, и просто смотрит в небо.              ким обратил внимание на эту особенность еще в первый вечер. будто в знак уважения кента всегда тушил сигарету, если он не обсуждали дела или рядом никого больше не было. ким не был против дыма, но ему отчего-то становилось приятно.       — режим не просто выкорчевать из головы, понимаю. я уже семь лет подряд тренируюсь с одинаковой периодичностью. если пропускаю день, меня штормит от неисполненного долга… хах, — ким чувствует себя странно от того, что не испытывает неловкости, делясь с чужим человеком своими обычными делами. он редко бывает так разговорчив не по делу.       по сути, это первый их нормальный разговор. пусть жили вместе и кента спал в общей комнате, но редко пересекались, да и гость был весьма замкнут.       однако сейчас все казалось таким правильным и уютным что ли. приятно ощущать дуновение ветерка и видеть, как огромный город готовится к подъему. небо потихоньку становилось светлее, а волосы на макушке кенты развивались, создавая новый для сознания кима образ — обычного человека.       сначала ким переварил в голове это, а после покраснел, понимая, что разглядывает безмолвного собеседника. кента не мог этого не почувствовать.                     ким просыпается от резкой головной боли. мокрый от пота, он на автомате открывает дверь машины и с облегчением выдыхает. уснуть в машине было плохой идеей. но истощенный от стресса и отсутствия сна организм не поддавался логике.       по пути в квартиру мужчина осознает, что боится туда заходить. он всегда ценил одиночество и предпочитал его общению с людьми. но теперь все было другим. пустая квартира тревожно молчала, напоминая киму о том, что в этот самый момент кента может страдать.       в этот момент ким уже четко осознавал, что влюбился в кенту. тот был очень привлекательным внешне, приятным разносторонним собеседником, когда чувствовал себя в своей тарелке, и однажды киму даже посчастливилось увидеть его улыбку во время просмотра корейского шоу. наверное, у кима не было шансов против человека, внезапно ворвавшегося в привычный уклад его жизни.       при входе в квартиру только в первые секунды, но ощущается еле уловимый запах табачного дыма. дом хорошо проветривался, да и кента курил только на балконе, но общая комната все равно впитала запах, который тянулся с лоджии.       — рациональный ким совершает очередной иррациональный поступок. — ким смотрит на пачку сигарет, брошенную кентой на столик у балкона и достает одну из них.       мужчина поджигает сигарету и подкуривает ее. киму неприятно, и он откашливается с непривычки, но затягивается еще раз. ему хочется испытать то, что испытывал кента, поднося убийцу к губам.                     — неужели ты кайфуешь от этого? это горько и вредит здоровью. — ким вспоминает опыт курения в школе и невольно кривит лицо.       — тебе ли говорить о зависимостях? — в голосе кенты слышен смешок, хотя лицо не выражает ничего. ким изгибает бровь, и собеседник продолжает, — думаешь, твое стремление все контролировать — не пагубная привычка?       — это бесполезно. — ким отмахивается от кенты и уходит с балкона на кухню, оставляя дверь открытой. — серьезно, почему ты так много куришь?       — думаю, это мой способ держаться за свою жизнь. — ким кивает будто сам себе и идет к холодильнику, чтобы придумать ужин для человека, так внезапно полюбившего корейскую кухню.                     дотлевающая сигарета, покусывающая пальцы, отрезвляет кима, и он тушит ее о пепельницу. хочется сделать больше, чем драматично стоять на балконе. но никто не пойдет за кентой, а от одного кима пользы не будет. он прекрасно знает, что кента будет недоволен, если они оба окажутся там.       ким не злился ни на кого. если не лукавить, то почти ни на кого. на пита он не злиться не мог. тот был слишком беспечным для того, кто называл кенту братом когда-то.                     — кента, могу я спросить кое-что? — ким мешает лапшу и не поднимает взгляд от тарелки, что ему не свойственно. прямолинейность и отсутствие чувства смущения были характерны для строгого нрава мужчины.       — обычно ты не просишь разрешения. — кента откладывает палочки и внимательно смотрит на кима. — это что-то насчет пита? — он вспоминает разговор несколько дней назад, в котором позволил себе открыться другому человеку.       — и да, и нет. — ким решается посмотреть кенте в глаза. наверное, зря, потому что тот буквально прожигает его взглядом. — ты как-то сказал, что сигареты помогают тебе держаться за твою жизнь. эта твоя жизнь — о чем она?       — не о пите, если ты об этом. вернее… не только о нем. я курю с первого дня работы на тони. с первого, кхун. я очень привык к тому, что курю пока работаю, но и работаю пока курю. вся моя жизнь — это тони и сигареты, понимаешь? когда они закончатся, кем буду я?       — кентой, который не умрет от рака легких, не знаю? — ким пытается разрядить обстановку и, кажется, это работает. кента будто улыбается, по крайней мере, киму мерещиться именно это, и принимается за еду. — для меня ты будешь парнем, который не любит кондиционер для белья с ароматом лаванды, уплетает онигири с тунцом за милую душу и любит японский хип-хоп. я почти не знаю другого кенту. — ким пожимает плечами и улыбается.                     ким обнаруживает себя у небольшой сумки, принадлежащей кенте. тот наотрез отказался от полки в шкафу хозяина квартиры и хранил все вещи там. ким сидит на полу и касается мягкой кожи. руки моментально впитывают горьковатый кофейный аромат, которым пропитано все, что связано с кентой. этот парфюм будто был с ним всю жизнь. еще тогда, год назад, кента запомнился этим запахом.       ким не помнит себя в тот момент, когда влез в сумку и достал любимую домашнюю футболку кенты. хлопок приятно ложится в ладонь и мужчина водит руками, представляя, что касается груди кенты через ткань. как мечтал это сделать с того момента, как увидел гостя, чинящим кондиционер, в этой самой футболке.                     сломанная сплит-система в бангкоке — настоящий ад. в квартире кима было два кондиционера, но сломаться решил тот, что висел в больший комнате. ким не разбирался в технике, да и никогда не стремился к этому, потому планировал позвонить мастеру.       — я сейчас посмотрю. — кента внезапно появляется возле кима и идет к кондиционеру. — на какой стул я могу встать ногами? кхун?       ким мало что пронимал в тот момент, разглядывая капли воды, стекающие со все еще влажных волос кенты по мощной шее. он только вышел из душа и не реагировать на него мог бы только ядреный гетеросексуал, и то — не факт.       — а, да, сейчас. — ким замешкался в поисках стула. и этого кета тоже не мог не заметить.              не стоит объяснять, что кента был сексуален в любой одежде. да и ким обожал подтянутых мужчин своего возраста. но ремонтирующей что-то в квартире, где они живут вместе… для начавшего влюбляться кима этот случай стал фатальным. назад пути уже не было.                                 кима будит звонок матери, которая непринужденно рассказывает о свадьбе племянницы, и невзначай спрашивает, когда сын вернется. она редко поднимала эту тему, зная, что мужчина не стал бы долго находиться в чужой стране без необходимости, но все равно переживала о нем.       удивительной особенностью мамы кима была ее чуткость на каком-то сверхъестественном уровне. она ничего не говорила, но между строк ким понимал — она знает, что его держит в таиланде другой человек. мать подарила киму эмпатию и доброе сердце, но строгость и критичность отца в генах побеждали в большинстве случаев. хотя кента считал, что все это весьма гармонично вписывается в личность мужчины.                     — твои родители тоже не доверяют людям? — кента выдает подобие улыбки, нарезая овощи на блюдо по особому рецепту мамы кима. — боишься, что без твоего контроля морковь будет порезана неправильно?       — прости, — ким смущенно отходит от стола и усаживается на диван, — если бы не мой перфекционизм я бы не достиг успехов в карьере, я не настолько природно одарен — мужчина посмеивается. — моя мама очень нежная и спокойная, а вот отец — да, любит все контролировать.       — тебе повезло. — ким смотрит на кенту и мысленно дает себе оплеуху, не стоило продолжать больную для кента тему. — сделай лицо проще, кхун. я сам тебя спросил о твоей семье и не испытываю болезненных чувств по этому поводу.       — тогда о чем свои слова о везении? — ким приподнимает бровь и внимательно смотрит на кенту, что так забавно примеряет кусочки морковки друг другу, пытаясь сделать их одинаковыми.       — жесткость и мягкое сердце в тебе отлично сочетаются, не всем везет забрать у родителей только хорошее. — ким смотрит на беззаботно готовящего кенту и улыбается. он никогда не думал о себе в таком контексте. более того, ему никто этого не говорил. люди вообще избегали темы обсуждения личности кима с ним самим.                     — минсу, — обращение стало таким непривычным, хотя с родителями ким разговаривает не реже раза в несколько суток, — мы с папой просто хотим, чтобы ты был счастлив. ты же так любишь гонки, а уже пропустил один сезон. — мама вздыхает, потому что не любила оказывать даже малейшее давление на сына. — я просто очень надеюсь, что оно того стоит. и это… не делает тебя несчастным.                     — какие у тебя планы на будущее, когда все закончится? вернешься домой? — кента внезапно нарушает тишину комнаты, в которой оба уже несколько часов занимались своими делами: ким изучал предложения гоночных команд, а кента читал толстую книгу.       — не думаю. контракты хорошие, и если подпишу сейчас, успею подготовиться к следующему сезону. но… я не хочу. странно даже, раньше это было смыслом моей жизни.       — хочешь, чтобы я спросил, почему? — кента не отрывается от книги и будто равнодушно спрашивает, но ким чувствует за этим что-то.       — а ты готов услышать ответ? — кента не мог не знать все уже тогда. иначе поцелуй в последующем времени стал бы для него шоком. а он им, очевидно, не был.                           ким часто думал о кенте. воспоминания вихрем проносились в голове. но то, о чем он запрещал себе думать — день, когда они разлучились. во-первых, мужчина корил себя за поцелуй без явного согласия, он никогда не позволял себе такого ранее. во-вторых, его грызло чувство вины за то, что кента остался совсем один.       ким понимал, что никому не стало бы лучше, окажись они там вдвоем или поменяйся местами. хотя во втором случае кое-что было бы иначе — кента не стал бы ждать. потому что он был другим, ему было плевать на рациональность, им часто руководили адреналин и обостренное чувство серой справедливости.       в тот день они ехали до предполагаемой базы тони молча. кента делал вид, что ничего не произошло и смотрел в окно, а ким сосредоточенно вел машину, мысленно ругая себя за то, что не предпринял больше попыток остановить мужчину.              сейчас, конечно, ни одно из сожалений кима не исправит сложившуюся ситуацию, потому он фильтрует свои мысли, чтоб сосредоточиться на общем деле. наверное, пришло время поговорить с питом об алане и узнать о кенте. почему-то ким был уверен, что пит должен что-то знать. кому как не ему, человеку чей номер кента знает наизусть, быть в курсе событий.                     после разговора с питом ким вышел из здания на трясущихся ногах. ситуация казалась совершенно безысходной. истерить было не в характере кима, потому внешне он не особо выражал эмоции в отношении исчезновения кенты, но внутри бушевало цунами.       до этого момента ким не хотел верить, что всем плевать на кенту. человека, выполнившего огромную часть работы, того, кто рисковал своей жизнью каждый день.              последние дни ким предпочитал думать, что кента сбежал, сказал питу и уехал. мужчина не предполагал, что сбежавший кента ринулся бы к нему, также он понимал, что вряд ли кто-то сообщил бы ему об освобождении кенты. после ухода из тайских гонок он все реже виделся с компанией и общение даже с нортом и соником сошло на нет.       вообще, ким осознавал, что все фантазии об освобождении кенты — очень бредовые. но там, где болит сердце разум работает так, чтобы защитить его.       что угодно ким бы принял, но услышать, — «может, он ищет способы сбежать.» — было слишком. ясно стало одно: никому не было дела до пленника тони. и питу явно важне развлекаться с ученым своей лаборатории, чем делать хоть что-то. конечно, кента ведь умный и сильный, он всегда справлялся самостоятельно.       что ж, наверное, пора киму взять все в свои руки.