***
— Так вот о ком Шедоу говорил! Эми сидела в серо-чëрной гостиной ежа, с умилением наблюдая за пятью пушистыми красавцами, которые сейчас дружно уселись перед девушкой, и начали нестройным кошачьим хором просить пожрать. ...Когда ежиха полчаса назад вошла в квартиру Шедоу, то совершенно не ожидала увидеть в его "мрачной обители" кота. Потом ещë одного кота. И ещë, и ещë, и ещë. Девушка уж начала думать, что сейчас откуда-нибудь выбежит шестой кот, а за ним седьмой, восьмой и так далее... Но нет, пятеро красавцев оказались пределом. Поначалу ошарашенная Эми, разглядывая их, вдруг вспомнила: ведь именно с таким окрасом были те пять котят, которых она когда-то постоянно подкармливала. Четыре белых с черными ушками и один рыжий. Вспомнилось и то, как ей хотелось узнать у Шедоу, что же стало с теми пушистыми комочками, вдруг он что-то знает? — Это ведь... Это ведь вы, мои хорошие, верно? — Глаза девушки наполнились слезами. Она собралась присесть на мягкий кожаный диванчик в коридоре, как вдруг заметила на сиденье небольшой листок бумаги. "Думаю, этих засранцев ты помнишь. Накорми их, поиграй с ними." Прочитав, Эми не смогла сдержать рыданий. Она была безмерно счастлива узнать, что с теми котятами всё хорошо.***
Убедившись, что коты получили свою порцию корма, Эми решила провести небольшую инспекцию квартиры ежа. Это вроде как не было под запретом, но девушка не собиралась трогать и переставлять без разрешения вещи в других комнатах, кроме кухни. В отличие от уютного домика ежихи, где нежные цвета создавали атмосферу тепла и света, квартира Шедоу напоминала черно-белый фильм — серые и холодные оттенки царили повсюду. Холодные, как взгляд самого хозяина, заставляя Эми невольно поежиться. — Ух, как будто температура падает, когда смотришь на всё это, — пробормотала она, обводя взглядом интерьер. Минимализм здесь был в полном расцвете, в отличие от дома ежихи, где порой царила уютная неразбериха. А здесь, никаких тебе милых безделушек или уютных пледов. Все чисто, выверено, почти стерильно, если не считать пыли на полках. Пустых полках. — Может, принести ему парочку статуэток? А то эта пустыня угнетает! — задумалась она, слегка выпятив нижнюю губу. Сложив руки на груди, она почувствовала, как кто-то нежно трется о еë ногу. Один из котов, видимо, решил, что пора выразить свою благодарность за сытный обед. — Ох, ты мой сладкий! Всë, наелись, мои хорошие? — ласково проворковала Эми, присаживаясь на черный, как ночь, диван в гостиной, взяв кота на руки и поглаживая его. В голове снова закрутились мысли о Шедоу. А ведь он не такой уж и мрачный тип, как кажется на первый взгляд. Помог ей в ресторане, оплатив счëт. Купил продукты, да ещë и пятерых котов на попечение взял. Эми до сих пор не могла поверить в такое великодушие. Хотя, они же особо и не общались никогда — как говорится, всë меняется, и Шедоу вот за все годы стал дружелюбнее. Интересно, а как бы Соник поступил в этих ситуациях? В первых двух он вряд ли бы помог, ведь он всегда геройствует за спасибо, на которое, похоже, и живёт. А вот с котами... Невольно Эми начала сравнение этих двух ежей, но тут же отогнала эти мысли. Зачем она их вообще сравнивает? — Ладно, пора помыть миски... Весь оставшийся день ежиха провозилась с котами, а вечером решила в знак благодарности приготовить ужин для своего спасителя в лице чëрного ежа. С энтузиазмом ежиха отправилась на кухню, предвкушая кулинарный подвиг, однако реальность оказалась куда более суровой. Холодильник встретил её зловещей пустотой, а верхний шкаф – лишь грудой кошачьего корма. — Кажется, Шедоу питается исключительно кошачьими деликатесами, — скептически пробормотала Эми, осматривая запасы. Он, конечно, совершенная форма жизни и всë такое, но неужели вообще ничего не ест? Или, может, он питается исключительно силой воли? После недолгих, но отчаянных поисков, ежиха наконец нашла один-единственный заветный пакет крупы. — Ну, хоть что-то! Гречка – это почти как деликатес, если очень постараться, — бодро заявила она, представляя себе, как будет угощать Шедоу этой «изысканной» трапезой. Ну а что, если больше ничего из съестного не было? Но оставалось ещë пару вещей — найти кастрюлю, ложку и соль. Первые две вещи долго искать не пришлось, они почему-то были вместе на холодильнике, ближе к стене. А вот с солью были проблемы. — Пойду-ка одолжу у соседей. Мне же совсем чуть-чуть надо. После "обстукивания" и "обзвона" нескольких квартир, ей наконец удалось заполучить соль у импозантного мужчины. Который, воскликнув что-то вроде: "О, у нас такая прелестная дама появилась!" принёс целый пакетик с солью. Наконец, сварив кашу — которая, честно говоря, выглядела почему-то как серая масса, но пахла неплохо — Эми удовлетворëнно вздохнула. — Ничего, съедобно. Осталось дождаться, когда Шедоу придëт! Усевшись за кухонный стол, ежиха уставилась в окно, задумчиво подперев руками голову. — Может, ему всë-таки принести цветочек в горшке, один хотя бы? А что такого, пусть украшает квартиру... Эми представила, как она приносит ему цветок, а он такой: — Нахуй мне цветок? Я за этими засранцами едва слежу, а он тем более засохнет и сдохнет. Да, примерно так Шедоу и... Что? Девушка очнулась от мыслей, обернулась и увидела чëрного ежа, который с обычным непроницаемым выражением лица смотрел на неë. — А-а, да я тут... Н-неважно! — поняв, что размышляла вслух, ежиха встала, смутившись, и начала искать тарелку, чтобы положить гречки. — Это, я тут каши сварила, ну, чтобы для начала как-то... поблагодарить! Только скажи, где у тебя тарелки лежат? — Сварила каши? — Шедоу стоял, не шелохнувшись, только наблюдая за тщëтными поисками девушки. — Да-да! Ну так, где тарелки? — У меня, оказывается, есть дома каша... — задумчиво протянул ëжик. — И тарелок нет. Никаких. — Ох... — Эми остановилась и уставилась на него так, будто он только что сказал очень грустную вещь. — А куда же тогда положить? — Из кастрюли поем. — Шедоу отвернулся, направившись в сторону ванны. — Только помоюсь.***
— ...Ну что, готов к гастрономическому приключению? — неловко пошутила Эми, когда ëж, помывшись, пришëл на кухню. Шедоу окинул взглядом скромное угощение, затем Эми, и на его лице мелькнуло что-то, похожее на лëгкую брезгливость. — Это… гречка? — Ага! Секретный ингредиент – моя искренняя благодарность! — Эми попыталась придать своему голосу торжественности, но получилось не очень. — Блять, ненавижу гречку. От такого заявления ежиха слегка растерялась. — Н-но гречка – это так… по-домашнему. И-и полезно! И... — стушевавшись, она уставилась на пол. — Значит, я зря готовила, да? — тихо и даже с некоторой обидой пробормотала Эми. Но ëж молча взял ложку. Попробовал. Потом ещë раз. Эми в это время смотрела на него во все глаза, затаив дыхание и ожидая вердикта. — Неплохо, — наконец произнес он, и Эми чуть не подпрыгнула от радости. — Для… ну, для того, чтобы это есть. И не помереть. — Ой, спасибо! — Эми невольно расплылась в улыбке. Ей было всë равно, что похвала получилась такая себе. — Я старалась! А то у тебя тут… ну, как бы это сказать… минимализм в плане еды. В холодильнике... пусто, очень. — Ежиха вдруг невольно вспомнила, что у неë-то сейчас холодильник полон как никогда раньше. Шедоу лишь продолжал методично черпать ложкой кашу из кастрюли, старательно пережëвывая. — Просто я не вижу смысла его забивать, я почти ничего не ем. Только кошачья еда там лежит, периодически. — Н-ну, теперь ты знаешь, что у тебя ещë есть немного гречки! — Улыбнулась Эми. — И я! Если что, обращайся. Я ещë могу сварить что-нибудь, только принесу из дома что купили. И-и ещë могу принести статуэток. Или, может, тебе нужен плед? А то тут как-то… стильно, но как будто прохладно. И... Ладно, я замолчу. Эми замолкла, понимая, что её словесный поток уже начинает напоминать Ниагарский водопад. Она с надеждой посмотрела на ежа, ожидая хоть какой-то реакции, кроме сосредоточенного пережёвывания каши. — Плед? — переспросил он.— Зачем мне плед? Вроде не холодно. — Ну, просто… — начала Эми, но тут же осеклась, поняв, что её аргументы будут звучать как оправдания перед строгим учителем. — Просто, чтобы было уютнее! Шедоу же, не особо воодушевившись еë словами, снова погрузился в свою кашу, как будто это было единственное, что имело смысл в этом мире. — Знаешь... — задумчиво произнесла она, как загипнотизированная наблюдая за ежом. — Если ты всë же не против, давай я буду иногда готовить для нас обоих. А то мне как-то не по себе становится, что я буду одна есть ту гору продуктов. А так, можем вместе это делать, чтобы тебе веселее было. Шедоу едва не поперхнулся, поднял взгляд, и на его лице появилось выражение, которое можно было бы назвать «нахрен вообще». — Ладно, я просто предложила, не смотри так. Ëж, видимо, вспомнив слова Руж о том, что вроде как надо быть "подружелюбнее и поласковее с Эми", проглотил очередную порцию каши и, не отрывая взгляда от кастрюли, произнес: — Думаю, плед... всë же был бы кстати. Принеси его послезавтра. Эми вытаращила на него глаза. Значит, всë же согласен? Вот и отлично! У неë как раз есть тëмненький, с геометрическими фигурами, ему точно понравится! — И да, Эми. Спасибо за кашу. Но пакет с гречкой я сожгу нахуй.