Его особенный день

— Гэгэ, с днем рождения. На самом деле, Се Лянь только-только проснулся и все еще пытался ухватиться за остатки сна, и пропустил бы эту фразу мимо ушей, если бы Хуа Чэн не продолжил шептать ему на ухо нежности. — Что? Се Лянь удивленно посмотрел на ласково улыбающегося Князя. — Этот демон поздравляет тебя с днем рождения. — У меня? Сегодня? — Да, у кого же еще? Неужели забыл? — хихикнул Хуа Чэн. Се Лянь и вправду уже не помнил, когда его день рождения, и постоянно забывал. В юности он, конечно же, знал, и каждый раз с нетерпением ждал. Особенно в детстве, ведь тогда устраивали огромного размаха торжество, гости съезжались со всей страны, чтобы передать драгоценному наследному принцу подарок. Позже, после падения Сяньлэ, в этом не было необходимости. Все дни стали похожи друг на друга, и в череде непроглядной серости уже не понять, когда именно твой особенный день. Но с появлением Хуа Чэна в его жизни все изменилось. Настолько, что каждый день будто был праздником. В таком темпе несложно забыть, когда же день твоего рождения. — Кажется, да, — Се Лянь неловко почесал щеку, — спасибо, что помнишь. — Ваше Высочество, это самое меньшее, что я мог сделать для вас, — Хуа Чэн легко поцеловал его руку, отчего принц зарделся. — Как бы мне не хотелось вылезать из ваших объятий, но нам лучше вставать, чтобы все успеть. Кажется, князь был без одежды, когда лежал в кровати, но принц только моргнул, и Хуа Чэн тут же оказался в своем привычном образе. — Сань Лан, не обязательно было так стараться, — Се Лянь тоже хотел было встать, но демон остановил его и подхватил на руки. — Стой, Сань Лан, я и сам могу идти! — Нет-нет-нет, я не могу позволить Его Высочеству утруждать себя. Хуа Чэн понес Се Ляня к выходу из спальни и, перешагнув порог, оказался в ванной. Он усадил принца на стул и принялся обтирать его мокрым полотенцем. Затем по комнате разнесся аромат свежих цветов, и Хуа Чэн принялся аккуратными движениями втирать масло в нежную кожу принца. Се Лянь уже давно приметил на лавке перед ним расшитые красными и золотыми нитками сложенные одежды, которые он раньше не видел. Однако одна мысль не давала покоя. Принц понял, что Хуа Чэн подготовил для него роскошный наряд. Неужели к нему не идет никаких украшений? Они, конечно, не могли сравниться по значимости с цветами и статуями, Князь часто одаривал Се Ляня драгоценностями, даже если их судьба — пылиться на одной из полок. Значит, Сань Лан подготовил что-то настолько особенное? От предвкушения Се Лянь поерзал на стуле. — Вашему Высочеству не удобно? — вмиг отреагировал Хуа Чэн, — или холодно? — Нет, все хорошо, продолжай. Князь не хотел, чтобы что-то тревожило Се Ляня в этот день, и внимательно следил за каждым его движением. Впрочем, как и всегда. Покончив с маслом, он взял гребень и начал расчесывать длинные волосы принца. Волосы Се Ляня никогда не запутывались, но Хуа Чэну все равно нравилось приводить их в порядок. Се Лянь не возражал.  Заглянув в отражение воды, принц удивился: его прическа выглядела обычной. Возможно, пучок был чуть выше и аккуратнее, но в остальном — никаких отличий. Се Лянь обернулся, чтобы бросить на Хуа Чэна непонимающий взгляд, но увидел столько любви и обожания, что решил отложить вопросы на потом. Может, ответы уже есть, и нужно лишь дождаться подходящего момента?  Хуа Чэн помог Се Ляню подняться и с нетерпением начал одевать его в ханьфу. Он с особой заботой и вниманием надевал каждый слой одежды. — Его Высочество… выглядит великолепно, — произнес демон, поправив белую ткань пояса. — Правда? — это был скорее риторический вопрос: Князь с жадностью рассматривал каждую складку одежд, как они были идеально подшиты под принца и подчеркивали его фигуру. Се Лянь невольно покрылся легким румянцем. — Я недостоин ходить рядом с вами… — Что ты, Сань Лан! Если кто и достоин, то только ты, ведь ты столько сделал для меня. К тому же, кто же тогда покажет мне твой подарок? Последняя фраза привела Хуа Чэна в чувства. Он осторожно протянул руку Се Ляню, приглашая его идти за ним. Принц с радостью переплел их пальцы, выражая свое явное согласие. Князь демонов вздохнул от неожиданности, словно дышал до этого, и благоговейно поцеловал руку бога, поклонившись. Се Лянь уже таял от его прикосновений, и даже без тех подарков ему было достаточно. Иметь такого человека рядом — наивысший дар, который он когда-либо получал в своей жизни, и никакие материальные блага не затмят это. Демон вывел Се Ляня из комнаты и повел по длинному коридору. Им пришлось пройти мимо немало дверей, пока Хуа Чэн не остановился у одних, больших и резных, которые явно вели в одну из многочисленных гостиных. Принц ни разу не был в этой части Дома Блаженств, и с интересом разглядывал все вокруг, ожидая приглашения Князя демонов. Тот, в свою очередь, не стал долго томить и легко прикоснулся к дверям, открывая ее. Перед собой Се Лянь увидел богато украшенный просторный зал с расписным потолком, золотой утварью и картинами на стенах. В центре зала стоял закругленный длинный стол из черного нефрита с единственным местом, заваленным множеством подушек разных форм и размеров. Перед столом возвышалась небольшая деревянная сцена с закрытым занавесом. Хуа Чэн подвел Се Ляня к его ложу, которое оказалось куда мягче, чем принц себе представлял. Сначала он развалился, пробуя каждую подушку, а затем, все же, сел, как подобает принцу. — Его Высочеству удобно? Се Лянь кивнул и, подвинувшись, похлопал рядом с собой, призывая Князя сесть рядом с ним. Хуа Чэн покачал головой и хлопнул в ладоши. Вмиг все вокруг потухло, и загорелись только свечи, освещающие сцену. Глаза Се Ляня были прикованы к ней, чтобы не упустить ни одной детали. Под бой барабанов занавес открылся, и перед принцем предстала прекрасная демоница в длинном платье. К барабанам присоединились другие инструменты, и под этот аккомпанемент демоница начала петь. Ее голос, идеально сочетающийся с мелодией, был настолько завораживающим, что Се Лянь не запомнил, о чем была песня. Кажется, о любви, но ему было просто приятно слушать это выступление. Хуа Чэн же с наслаждением любовался принцем и был счастлив, что Се Ляню все нравится. Чарующий голос затих, и демоница, поклонившись, скрылась за кудисами. Затем заиграла торжественная музыка, на сцену вынесли нефритовый трон, обитый красной тканью. Его окружила толпа демонов, разодетые в причудные костюмы, которые Се Лянь никогда не видел ранее. Принц боковым зрением заметил, что Хуа Чэн протянул ему руку, загадочно улыбаясь. Се Лянь не стал долго думать, и тут же схватился за нее. Князь повел его прямо к сцене, где, взойдя на нее, демоны тут же возликовали. Принц в смятении обводил взглядом каждого, ведь так и не смог еще привыкнуть к такому вниманию. Во множестве рук что-то блеснуло, оказавшееся вскоре в руках Хуа Чэна. Золотая корона. Князь демонов занес ее над головой принца, но тот его сразу же остановил. — Если и короновать меня, — Се Лянь посмотрел прямо на Хуа Чэна, — то только вместе с тобой. Повисла тишина, которая тут же была прервана гомоном демонов. Се Лянь никак не мог понять выражение лица Хуа Чэна: то ли он смущен, то ли он в полном замешательстве. Ясно одно: он явно не был готов к такому повороту событий, чего нельзя сказать о нечисти, собравшейся здесь. Руки различной длины мелькали вокруг, и перед Се Лянем оказалось серебряное украшение, сделанное точно под Князя. — Градоначальник, надеемся, вы не посчитаете наш подарок слишком скромным! Хуа Чэн собрался, и, раз уж все условия выполнены, закрепил корону на пучке, который так старательно недавно собирал. Се Лянь тоже не медлил и сразу же за ним прицепил к его волосам парную заколку. Они поклонились друг другу, и Хуа Чэн сопроводил Се Ляня обратно на место. К этому моменту на стол вынесли всевозможные блюда, которые постарались приготовить демоны из каждой забегаловки. Принц пока боялся их пробовать, хоть и был уверен, что его супруг вряд ли бы позволил пронести сюда что-то несъедобное для человека. Из вежливости он взял по кусочку из тарелок, стоявших ближе всего, и обратил свое внимание на сцену, на которой начиналось комедийное представление. Двое с разукрашенными лицами подшучивали друг над другом, исполняли акробатические трюки и говорили каламбуры. Се Лянь не удержался и тихо рассмеялся. Затем резко потемнело, зазвучали военные барабаны. На сцену вышел демон в одежде чиновника и начал зачитывать свиток. В нем говорилось, что соседнее государство объявило им войну. Шуты в это время корчили страдальческие гримасы, от чего постановка выглядела скорее нелепо, чем серьезно. Однако, раз уж началась война, нужно было действовать. Заиграл военный оркестр, демоны, которые ранее были одеты в гражданское, теперь носили военную форму и размахивали мечами. К ним вышел генерал, с расписанным лицом и украшенный флагами, и начал раздавать приказы. Из-за кулис выбежали солдаты в форме другого цвета и, не дав построиться, тут же вступили в бой. Се Лянь старался не упустить ни одной детали в развернувшейся в сцене и даже давал советы или расстраивался, если кто-то из его армии сдавал позиции. Генерал обратился к нему за помощью, чего Се Лянь, кажется, и ждал. Он сразу же подскочил и забрался на сцену. Все замерли. Генерал поклонился и передал принцу меч. Пока Се Лянь пробовал его, делая различные удары, кто-то из демонов, нацепил ему пояс с ножнами, куда Се Лянь и спрятал меч, не забыв всех поблагодарить. Солдаты ожили. Противником принца оказался грузный демон, уже принявший боевую стойку. Се Ляню не стоило никаких усилий его победить, а его армия только воодушевилась победой своего главнокомандующего и теперь солдаты чужого государства начали отступать. Хватило всего пары взмахов мечом, чтобы они разбежались. Демоны возликовали. Они окружили Се Ляня, восхваляя за подвиг и благодаря за помощь в войне. Принц обратил внимание на Хуа Чэна со зрительного зала, который с довольным лицом хлопал ему. Се Лянь засмущался и хотел поскорее вернуться на место, однако демоны не дали ему ступить и шага, продолжая свои хвалебные оды и разбрасывая лепестки. — Слава нашему военачальнику! — Мы смогли победить только благодаря вам! — Ура старшему дядюшке! Когда Се Лянь все же смог занять свое место, то на столе перед ним уже стояли совсем другие блюда. Сцена тоже сменилась, и там также стоял длинный стол, менее роскошный, но с таким же обилием угощений. Демоны шумно пировали, разбрасываясь едой, постоянно поднимали тосты, в которых Се Лянь довольно часто слышал упоминание себя и градоначальника. — Давай, присаживайся, — принц повторил свою попытку пригласить Князя сесть с ним, — как же, все пируют, а ты стоишь. В этот раз Хуа Чэн не отказался. Он мягко улыбнулся и устроился рядом с Се Лянем, притягивая его к себе за талию. — Вообще, мне не стоит, это же победа Его Высочества. — Это наша победа, — поправил Се Лянь и, встретившись с непонимающим взглядом Хуа Чэна, объяснил, — в начале нас короновали вместе, как супруги, а значит и победа, будь хоть моя, хоть твоя, общая. Ты не согласен? — Я полностью согласен, — ответил Князь и прильнул к губам принца, не дав тому ничего сказать. А потом, прервавшись, спросил, — Его Высочество, наверняка, утомился. Давай сбежим? Хуа Чэн с интересом наблюдал за лицом Се Ляня, решающийся на такой поступок, и ухмыльнулся, услышав твердое: — Давай. Се Лянь быстро сбросил пояс с мечом, который мог бы им помешать тихо уйти. Хуа Чэн, не мешкая, подхватил его на руки и выпрыгнул из одного из окон, которые были занавешены тяжелой тканью. Князь мягко опустился на землю и осторожно поставил Се Ляня рядом. Они оказались на дороге к беседке у пруда с разноцветными карпами. Се Лянь поднял голову и увидел в небе множество ярких цветов, рыб и птиц. Где-то вдалеке гремел фейерверк, и призрачный город тоже не сидел на месте, празднуя день рождения старшего дядюшки.  — Его Высочеству понравилось выступление? — Конечно, Сань Лан, это было впечатляющее. Это демоны сами или…? — Изначально я просто планировал тебе подарить все, но потом нечисть предложила сделать это… И вышло как нельзя лучше. — Согласен, я запомню это надолго. — Кстати, Ваше Высочество, осталась последняя часть пира. — Какая же? Они подошли к беседке, утопающей в белоснежных лотосах, которые ярко выделялись на фоне темной воды. Се Лянь заметил небольшой столик с чайником, двумя чашками и тарелкой сладостей, а также два удобных сиденья напротив друг друга. — Присядем? Се Лянь с радостью кивнул. Теперь он вправду запомнит, когда его особенный день.