An Taisce Mór den Chontae

«Что для одного — ненужный хлам, для другого — недоступная роскошь»

      — Рэй Дуглас Брэдбери, «Вино из одуванчиков»

      Бильбо не мог поверить своим глазам — на пороге его дома стоит вполне себе живой Кили, а рядом та самая эльфийка, что вела с ним беседы в Ривенделле. Кажется, её имя было Тауриэль?       И оба улыбаются, подумать только!       — Здесь ли живёт мистер Боггинс? — Хитро поинтересовался гном, глядя прямо на Бильбо.       — Вы имеете честь говорить с ним прямо сейчас. — Хоббит не сразу нашёлся с ответом, поэтому выдал только заученную за несколько лет фразу.       — У нас гости, дядя? — В коридоре появился весёлый мальчишка, что держал в руках деревянный меч. За секунду эмоции на его лице сменились от радости до подозрения. — Кто это?       Вероятно, малыш испугался непривычного вида гостей. К безбородым розовощёким хоббитам Фродо было не привыкать, но вот живого гнома мальчик видел впервые в своей жизни. Да ещё и в сопровождении эльфийки!       Кили удивлённо смотрел на мальчика в ответ.       — Он так похож на Торина! — Поделился принц первой мыслью, мелькнувшей в его голове. — Дядя Боггинс, неужели ты родил, пока нас не было?       — Не говори глупостей, Кили. — Сдерживая слёзы радости, ответил ему Бильбо. — Проходите же в дом. Невежливо стоять на пороге. Или вы не знали?       Поблагодарив хоббита, парочка зашла внутрь. Хоббитянка, выглядывающая в окно своей прихожей на развернувшуюся картину, гневно хмыкнула. Подумать только! Бильбо Бэггинс, сын самих Банго и Белладонны, привечает у себя всякий сброд! Надо будет рассказать об этом Лобелии, она точно упадёт в обморок от этой новости.       — Не бойся, милый. Это наши друзья. Помнишь, я рассказывал тебе об Эреборе? — Бильбо подхватил Фродо на руки, на что второй тут же прижался к дяде всем телом. Незнакомцы пугали его, но эти двое казались безобидными.       — Это принц Кили и леди Тауриэль. — Представил их Бильбо, погладив племянника по голове. Тот с нескрываемым любопытством взирал на гостей, несмотря на свой страх.       По правде говоря, пришедшие также не сводили взглядов с Фродо.       — Откуда же у вас такое прелестное дитя, господин Бильбо? — Впервые Тауриэль решилась задать вопрос. Не то что бы целительница стеснялась общества мужчин, вовсе нет. Просто не могла придумать, что бы такого спросить, чтобы не прослыть ещё более странной.       — Мой кузен и его жена утонули, когда сплавлялись по реке на лодке. Остальные родственники отказались приютить мальчика, так что эта ответственность досталась мне. Но я не жалуюсь, он самый чудесный хоббитёнок в мире.       Всё то время, что Бильбо рассказывал, Фродо слабо улыбался. Если дядя спокойно говорит с гостями, то чем хоббитёнок хуже? Правильно, ничем. И именно по этой причине он в знак знакомства робко протянул руку целительнице.       — Я Фродо. — Негромко сказал он.       — Я Тауриэль. Мне очень приятно с тобой познакомиться, Фродо. — Так же спокойно ответила Тауриэль, дабы не напугать маленького собеседника.       — Ты просто чудо, Лесная фея. — Кили улыбался так глупо и так влюблённо, пока смотрел на стоявшую рядом девушку, что Бильбо не удержался от смешка.       — Надеюсь, что в этот раз вы не будете разносить мой дом в пух и прах. — Многозначительно сказал Бэггинс-старший, для вида строго глядя на принца гномов.       — В тот раз нас было чуть больше, мастер Боггинс.       Кили пожал плечами, будто он тут был совершенно не при чём. Хотя, если вспоминать, то это именно он расхаживал по хозяйскому столу да вытирал нечищеные сапоги о сундук с вещами Белладонны.       — Я всё жду вопрос, почему же я живой и что происходит с Эребором на данный момент. — Нисколько не намекая, произнёс гном.       — Я думаю, что для начала вам лучше будет перекусить и как следует отдохнуть. А потом вы расскажете мне всё с самого начала. — Резонно заметил Бильбо.       — Так и быть, дядя, ты нас уговорил. — Рассмеявшись, ответил ему Кили.

За полгода до этого знаменательного события находящийся в пути небольшой отряд остановился на привал. Присоединившийся совсем недавно Гэндальф предложил не шокировать бедного Бильбо сразу, и в голове молодого гнома тут же возник план, которым он любезно поделился с Тауриэль и Торином. Последний пребывал в крайне растерянном состоянии, поскольку не знал, что вообще делать в подобных ситуациях — вся его жизнь состояла из бравых битв за родину да обработки драгоценностей и оружия, любимое дело всех гномов от мала до велика.

      — То есть, ты предлагаешь зайти к нему по очереди? — озадаченно спросил Торин, что до этого внимательно слушал план Кили.       — Нет, не по очереди. Мы же не на рынке, дядя! Смотри: в один день мы с Тауриэль, на следующий Гэндальф, а после уже ты. Представляешь, как удивится наш друг? — восторженно проговорил племянник, размахивая в воздухе руками. Будто это могло помочь объяснить.       Сколько бы Кили сейчас не объяснял, это можно было показать только на практике. Тауриэль тяжело вздохнула, поскольку даже и не думала, что всё будет так серьёзно — её любимый будто готовил дядю к войне, а не к признанию в любви. Удивительно, как Король, что мог вести в бой многочисленную армию, запомнить карту и пророчество да победить столь сильного врага, как Азог Осквернитель, не мог понять самой простой вещи. Вероятно, с ним такое впервые! Но и Кили не то что бы много раз бывал влюблён в кого-либо, по его же словам, что однако не мешало ему быть удивительно милым и обходительным по отношению к эльфийке.       — Итак. Пока ты ждёшь нашего сигнала в пабе, мы с Тауриэль попытаемся вывести мастера Боггинса на прогулку. Мастер Гэндальф, как назывался тот паб? — Кили развернулся, чтобы посмотреть на волшебника. Тот, ухмыляясь, сидел чуть поодаль от компании, как и обычно.       — «Зелёный Дракон», дорогой мой Кили, — поддержал его весёлый настрой чародей. — Ты всё так ловко придумал. Просто невероятно.       Предвкушая будущее представление, Гэндальф издал смешок. Никто не дал Бильбо знать, что Торин и его племянник живы, а теперь они собираются ещё и сюрприз устроить. Ха! Какие же всё-таки гномы самоуверенные.       — Что-то не так? — Обеспокоенно спросил Кили, продолжая смотреть на Гэндальфа. Торин же в попытках уложить в голове план племянника сидел безмолвно, словно статуя.       — План твой надёжен как гномий клинок. — С иронией в голосе произнёс старый волшебник, но Кили принял всё за чистую монету.       — Правда? Я так рад, что вы согласились со мной! — Вдохновлённо продолжил принц, глядя на Тауриэль.       Целительнице ничего не оставалось, кроме как согласиться. Однако, представив себе всю ситуацию, она ужаснулась: на её глазах умирают родственники, а через год с небольшим весело заявляются к ней в дом и говорят «а мы всё это время были живы!». Какой ужас. Отмахнувшись от подобных мыслей, эльфийка вернулась в происходящему на данный момент мозговому штурму их маленькой компании. Торину хотелось увидеть хоббита как можно скорее, но Кили настаивал на том, что заявляться всем вместе им не стоит — они лишь только напугают бедного Бильбо.       — Я не согласен ждать. Мы же гномы, Кили! — горячо возражал Дубощит на все попытки племянника уговорить его получше подготовиться перед долгожданной встречей.       — И что с того? Дядя, это не просто какой-то там хоббит. Это мистер Боггинс! Наш хороший друг, что спасал нас не один раз! — Расхаживая перед Торином, принц разводил руками в поддержку своих слов, продолжая размышлять вслух. — Тебе нужны цветы, и какие-нибудь подарки, и ещё…       — Какие ещё цветы, Кили? — возмутился Торин, строго глядя на племянника. — Бильбо мужчина, а за мужчинами ухаживают по иному, нежели за дамами.       — Бильбо мужчина, но прошу не забывать, что он ещё и хоббит. А у них есть свои традиции, в том числе и касающиеся ухаживаний, Торин, сын Траина. — Внезапно подал голос Гэндальф, что до этого момента лишь с усмешкой наблюдал за гномами. Все трое обернулись к нему, с интересом глядя на него.       — Что же ты не поделишься знаниями об этих самых традициях, волшебник? — гномий король по старой привычке сложил руки на груди, приготовившись отражать словесную атаку.       — Рассказал бы, если бы ты удосужился умерить своё упрямство и послушать наконец голос разума.       — Маги. — На выдохе раздражённо сказал Торин.       — Гномы. — Вторя ему, отвернулся Гэндальф.       «Мужчины…» — мысленно сделала заключение Тауриэль. Конечно, те мужчины, которых она знала всю свою жизнь, были отличным примером воли, любви и немыслимой отваги, но всё же иногда они вели себя словно дети малые — упрямые, невозможные в вопросах союзов и нетерпимые, когда дело доходит до важного события.       — И всё же, мастер Гэндальф, как ухаживать за хоббитами? — Только и спросила она вслух. Мало того, что это была необходимая информация, так это ещё и было безумно интересно. Всё-таки быт полуросликов был незнаком эльфийке, так что она хваталась за все возможности узнать о чужой культуре как можно больше.       — Ну, леди Тауриэль, начать стоит с того, что хоббиты — существа, которые очень ценят комфорт и простые радости жизни. Вкусная еда, полевые цветы, книги. Словом, всё то, чем они могут наслаждаться в какой-то определённый момент. Так что Кили был прав как минимум относительно цветов. Конечно, я не исключаю того, что наш Бильбо всё же отличается от других хоббитов, но на всякий случай я бы подготовил и цветы, и всякие вкусности, которые могли бы понравиться нашему дорогому другу. — Волшебник взялся за посох на случай, если кто-то задумает с ним спорить. Самый лучший аргумент для гномов — тот, что мог дойти прямо.       — Откуда же ты столько знаешь о хоббитах? — Недоверчиво задал вопрос Торин. Надо сказать, что и ему рассказ пришёлся по душе. Правда, благосклонность и счастье Бильбо больше понравились бы бывшему Королю, поэтому он тоже внимал Гэндальфу. Кили же не слушал. Казалось, в его голове одновременно была сотня, а то и две, мыслей.       — Некогда я знал мать Бильбо, Белладонну Тук. Она была на редкость интересной и спонтанной женщиной. Если бы не она, вы бы никогда не встретились с Бильбо.       — Сколько же вам лет, мастер Гэндальф? — Спросила Тауриэль, до этого внимательно вслушивающаяся в повествование.       Однако чародей принялся увиливать от ответа, и вскоре разговор их зашёл в совершенно другое русло. Им предстояло около полугода от оставшегося путешествия, так что план они уж точно успеют обдумать.       Так они думали, не зная, как суров может быть характер скорбящего по ним хоббита.       К слову, о нём.       Прямо сейчас Бильбо Бэггинс слушал невероятную историю о том, как Тауриэль, она же Лесная фея, целительница и невеста Кили, чудом излечила его и Фили. Про Торина Кили умолчал, а на наводящие вопросы хоббита лишь отмахнулся, мол, ему ещё слишком тяжело говорить об этой потере. Что-то было во всей этой истории, что не давало Бильбо покоя. Либо его дорогой Кили привирает, либо же Торина вылечили-таки, но он отошёл в Чертоги уже по иным причинам.       — Как нам рассказал мастер Балин, на собрании была суматоха, и Трандуил едва не напал на… — Продолжила рассказ Кили Тауриэль, запнувшись на имени, что должно было идти дальше. Она, округлив глаза, замолчала, как будто силясь сохранить некую тайну.       — На кого же? — С любопытством словесно подтолкнул её Бильбо. Он чувствовал подвох во всей истории и подозревал, что то был Торин.       — Даина. Нового короля Горы, Даина Железностопа Второго. — Неловко улыбнулась эльфийка, пряча лицо за кружкой, из которой пила чай.       — Даин теперь Король Эребора? — Брови хоббита в удивлении поднялись вверх. Хорошая новость.       — Им мог бы стать Фили, если бы ему не отшибло память. — Печально произнёс Кили. Его настрой частично передался и остальным, не считая, однако, Фродо. Малыш всегда был весёлым и даже непогода не смогла бы испортить его вечного дружелюбного настроения. Сейчас он был в своей комнате, рисовал что-то мелками на пергаменте, который ему любезно одолжил дядя. Незнакомые гости уже не пугали его, но всё же он предпочёл тишину и спокойствие громким голосам с оживлённой беседой.       — Не думаю, что это продлится долго, дорогой мой Кили. Что-нибудь обязательно поможет ему вспомнить всё. — Хоббит мягко похлопал своей ладонью по ладони принца, отчего тот чуть повеселел. Легко верить в хорошее, когда рядом есть кто-то по типу Бильбо.       — Что же… Раз всё так хорошо закончилось, не составите ли вы нам с Фродо компанию? Мы как раз собирались на рынок перед вашим приходом. — Бэггинс-старший мягко улыбался, глядя на парочку, сидящую перед ним.       — Я только за. Интересно будет осмотреть окрестности, да и ноги размять будет не лишним. — Пожал плечами Кили.       — Мне много рассказывали о вашей культуре, так что не вижу ничего плохого в том, чтобы приобщиться к ней на деле. — Согласилась с ним Тауриэль.       — Вот и прекрасно. Пожалуй, надо предупредить Фродо, чтобы он не сильно переживал.       — И всё же… Дядя Боггинс, ты точно уверен, что это не ребёнок от Торина? Слишком уж они похожи. — Весело поддел хоббита принц.       Бильбо бросил красноречивый взгляд на бессовестно смеющихся Кили и Тауриэль, но всё же в глубине души отчасти был с ними согласен.

***

      Итак, наступил вечер пятницы.       Некоторые хоббиты отправились в паб, дабы отдохнуть после рабочей рутины. Конечно, они делали так не только по вечерам пятницы, но данное время было для них особенным — впереди маячили два дня, в которые можно было предаваться веселью и празднествам. Тем более что приближался день рождения Бильбо Бэггинса. Несмотря на слухи, что ходили об этом странном, отрешённом хоббите, его уважали и по-своему любили. А какие он устраивает праздники! Просто загляденье. Если бы вам удалось побывать хотя бы на одном из них, вы бы пожелали оказаться на них снова и снова.       Словом, Бильбо был идеальным организатором, пусть некоторые хоббиты с этим и не согласятся.       Сентябрь выдался на удивление тёплым, мягким и красочным, словно лето не желало уходить, одаривая их последними в этом году своими дарами. Разноцветные листья украшали разномастные деревья, бегущую вдаль реку и разноцветные крыши домов, когда в Шире поползли слухи о неком волшебнике, что совершил огромный путь и теперь искал кого-нибудь для… как он там выразился? Ах да, «крайне подходящего дела». Бильбо был возмущён до крайности своей хоббитской души. Он собирался отчитать Гэндальфа по двум причинам: маг не появлялся слишком долго, и вместе с этим лучше бы он не появлялся ещё лет так сто. Неужели волшебнику было неинтересно, как там поживает сынок Белладонны, которого этот самый Гэндальф утянул в смертельно опасное путешествие без гарантий на возвращение? И как это ему хватило наглости заявиться снова?       Несмотря на все слухи, без толку быстро распространявшиеся по окрестности, словно лесной пожар, Бильбо вёл подготовку к своему дню рождения. Запасов было не так много, но на то Бильбо и Бэггинс, чтобы придумать выход из этой ситуации. Он Бэггинс и совсем немного Тук, а значит, всегда выпутается из всех ситуаций.       Что же до Кили и Тауриэль — они на время остались пожить у дяди, как сын Дис любезно называл хозяина Бэг Энда. Постепенно и целительница вместо вежливого «мастер Бильбо» начала называть хоббита дядей. Бильбо было приятно, хоть и совсем немного неловко. Ну какой же он дядя! Неужели он настолько взрослый? Но, если сесть и задуматься, путешествие сделало его более ответственным, внимательным и всё такое прочее. Плюс теперь, как оказалось, у него целых три племянника. И племянница, как бы это забавно не звучало, учитывая огромнейшую разницу в возрасте Тауриэль и Бильбо. Смерть родителей также не прошла мимо, заставляя пропустить хоббита этап юности. Бильбо Бэггинс в одно мгновение стал взрослым, едва только Белладонна покинула этот мир, отправляясь вслед за любимым Дрого. Что же, ладно — Бильбо и правда можно было назвать дядюшкой. Интересно, если бы здесь был Торин, насколько сильно он бы удивился, если бы, к примеру, Фродо назвал гнома дядей?       Маленькому хоббиту, к слову, нравилась вся суета, наведённая в честь праздника. Он вообще любил всякие шумные гуляния, хоть и предпочитал шуму чтение где-нибудь в кровати или уютном кресле около камина. Такой вот двойственный характер. Иногда Бильбо задавался вопросом, уж не дух ли Торина живёт с ним под одной крышей, но все вопросы немедленно отпадали, стоило Фродо сделать что-нибудь, свойственное только народу хоббитов.       Например, как самый гостеприимный хозяин и добрый друг, хоббитёнок познакомил Тауриэль и Кили со всей своей компанией. Да, Сэм решил не скрывать новые знакомства, ведь ему не хотелось иметь никаких секретов от Фродо. Так познакомилась их весёлая дружная компания. Несмотря на запреты родителей, хоббитята не понимали, почему им нельзя приближаться к дому мастера Бэггинса. Он всегда был добрым по отношению к окружающим, пусть несколько и недолюбливал Лобелию.       Принц гномов и его спутница были просто в восторге от всего увиденного, начиная изумрудного цвета холмами и заканчивая диковинным укладом жизни полуросликов. Диковинным он казался только потому, что непривыкший к другим условиям ум хватался за новые знания с удовольствием. Словом, скучать никому не приходилось. А Гэндальф тем временем и правда был уже на подходе, ведя за собой Торина, Короля под Горой. Или, учитывая обстоятельства, лучше было его называть просто Торином Дубощитом. Как и было оговорено ранее, они остановились в «Зелёном драконе». Оба запаздывали по независящим от них причинам. Зато их появление всколыхнуло хоббитское сообщество гораздо быстрее.       — У нас тут что, проходной двор? — возмущались одни.

      — В этом точно замешан Бильбо Бэггинс, я уверен, ударь меня молния! — говорили другие.

      Глупо было отрицать, что часть слухов не дошла до самого Бильбо, однако история умалчивала о Торине. Зато о двух путниках, один из которых, кажется, и есть «тот-самый -волшебник», встревожила медленно приходящего в себя Бэггинса.       — Мне помнится, что вы не упоминали о Гэндальфе, когда вели рассказ про Эребор. — С нажимом говорил хоббит, пытаясь выведать секрет путешествия Кили и Тауриэль. Те в ответ крайне туманно расписывали чудеса природы, удивительный быт и то, как же сильно они соскучились по дяде. Ясно. От них ответа ждать не стоит.       И вот, когда совсем уже сбитый с толку хоббит ничего не ожидал, судьба настигла его, застав врасплох.       Тауриэль учила Фродо, а заодно и остальных эльфийскому, когда в дверь ненавязчиво постучали. То бы не обычный стук обыденного гостя, но специальный опознавательный знак. Однако Бильбо всё же с осторожностью направился к двери — мало ли кто мог прийти так поздно? Но все его подозрения развеялись, стоило только увидеть Гэндальфа. Старик добродушно улыбался, расставив руки в стороны для объятий.       — Приветствую тебя, дорогой мой Бильбо.       Долго уговаривать не пришлось — Бэггинс с облегчением и радостью обнял гостя. Все обиды вмиг забылись, а желание отчитать волшебника испарилось. В конце концов, это была не его идея, он стал лишь катализатором произошедшего, неким спусковым крючком, что запустил в действие эту огромную цепь событий.       Приятно было, что Бильбо посетили. Что его помнят и всегда рады видеть, пусть иногда и при весьма странных обстоятельствах.       — Проходи в дом. Долгий ли ты проделал путь и зачем пришёл, Гэндальф? — если бы хоббиты могли светиться от радости, то именно это Бильбо и сделал бы.       — Сегодня такая красивая безоблачная ночь. Не хочешь ли ты поговорить со мной снаружи? Заодно полюбуемся звёздами и луной. — Расплывчато ответил волшебник, мягко, совсем по-отечески улыбаясь.       — Если ты настаиваешь. — Беззлобно усмехнулся Бильбо, прикрывая входную дверь.       — Вот и замечательно.       Ночь и правда была прекрасной: полная белая луна мягко освещала окрестности, когда хоббит и маг устроились на лавке около дома.       Гэндальф молчал, давая Бильбо возможность задать все интересующие его вопросы. И начал хоббит с самого очевидного.       — Зачем ты здесь? Насколько мне помнится, ты появляешься только тогда, когда за углом ждут приключения. Сразу скажу тебе, старый хитрец, что в этот раз отправиться с вами я не смогу, на мне слишком большая ответственность.       — Это я слышал и в прошлый раз, прошу заметить. И всё равно, не взирая на опасности, ты следовал за зовом своего сердца, Бильбо Бэггинс.       Со стороны дома послышался шум — гости в лице Кили и Тауриэль вместе с Фродо решили проверить, где задерживается их дядя.       Гэндальф подал им знак рукой, как бы приветствуя и вместе с этим говоря «всё в порядке, мы идём согласно плану». Поняли ли они его — уже совсем другой вопрос.       — Видишь ли, Бильбо, — начал старик издалека, — звёзды сложились в особый знак. Как ты уже понимаешь, маги могут считывать эти знаки, чтобы прочитать будущее. Ты сам видел это на примере Элронда в Ривенделле. Чудеса, не правда ли?       Казалось, Гэндальф начал говорить отвлекающую речь. Только вот от чего Бэггинса можно было отвлекать? Кили и Тауриэль здесь, совсем рядом, Фродо с ними, в уюте и безопасности. Что, неужели из-за угла выскочит Фили? Хоббит посмеялся бы, если всё это оказалось розыгрышем на его день рождения. Хотя больше он был склонен к мысли, что всё происходящее — сон, странный, затянувшийся сон, с которым его сознание издевается над ним.       — Что происходит? — Твёрдо произнёс Бильбо, глядя на мага с вызовом.       — Как будто я не могу появиться просто так, чтобы увидеть старого друга. — Ворчливо отозвался Гэндальф.       — Тебя не было с того момента, как мы пришли в Шир. Прошло уже много времени, практически полтора года, Гэндальф. А сейчас ты вдруг заявляешься и даёшь мне какие-то туманные предсказания относительно будущего? Знаешь, что я думаю об… — Бильбо не договорил, поскольку прямо на середине его гневной тирады послышался скрип калитки. Бэггинс несколько напрягся, приготовившись к атаке, но это не было необходимо. Перед ним стоял некто в плаще. В руках незнакомца был огромнейший букет из лаванды, так что намерения пришедшего были мирные.       — Вы, верно, перепутали дорогу и зашли не туда? — на правах хозяина дома спросил хоббит. Ему очень не нравилось всё, что происходило сейчас.       Гэндальф усмехнулся, предвкушая представление, Кили же и Тауриэль напряглись. Зачем Торину нужен был этот дурацкий вид? Они же не хотели напугать Бильбо, вовсе нет.       — Неужели ты не узнаёшь меня, господин Взломщик? — Со смешком в голосе спросил незнакомец, снимая с себя плащ.       — Ты! — От гнева Бильбо едва не поперхнулся воздухом.       Перед ним собственной персоной стоял Торин Дубощит!       — Я, — смиренно вторил хоббиту Торин. — Это для тебя.       Торин неловко протянул Бильбо букет. Последний с минуту смотрел на прекрасные цветы нежного лилового оттенка, а затем, к удивлению всех, включая Гэндальфа, начал бить букетом Торина.       — Бильбо, что ты делаешь? — Не ожидавший подобного гном едва уворачивался от ловких движений хоббита.       — Думал, что можно просто так заявиться ко мне с цветами и я брошусь в твои объятия? — Гневно кричал Бильбо, — ты мог написать мне хотя бы пару строк о том, что ты жив!       Отбросив в сторону поникший букет, Бэггинс схватил Торина за грудки, притягивая к себе. Дубощит же не сопротивлялся, полностью принимая свою вину. Да, возможно, в этом плане он правда глупо поступил. Но он пришёл! Не оставил Бильбо после всех данных ему обещаний! Более того, Торин хотел сделать хоббиту одно предложение, от которого тот вряд ли бы отказался. Правда, сейчас Торин уже не был так уверен — гнев его любимого был страшен.       И сейчас, глядя снизу вверх, Бильбо казался воинственным, словно грозовая туча.       — Зачем ты здесь, Торин Дубощит?       Гэндальф едва сдерживал ликующую улыбку, равно как и Кили. Каждый раз, когда Торин отчитывал их с Фили, Кили хотелось, чтобы всё это вернулось ему. И вот маленькое желание сбылось — дядю ругают, словно совсем неразумного гнома! Кили довольно улыбался, в то время как Тауриэль и Фродо разделяли общее непонимание всего. Хоббитёнок не мог понять, почему вдруг его добрый дядя так разозлился на гостя, а эльфийка же думала, почему Торин не объяснит ситуацию, позволяя себя бить. Хотя, будь они с Кили на месте Бильбо и Торина, она бы поступила точно так же, как любимый ими дядюшка.       — Я люблю тебя, Бильбо Бэггинс. И не представляю своей жизни без тебя. Поэтому я здесь. — Спокойно отвечал Торин, хотя внутри него был шквал из самых разных эмоций.       — Ты хоть знаешь, как я переживал? Мне снились кошмары. Я боялся спать, потому что во снах ко мне являлся ты. Но все эти сны были ужасные. Я боялся, Торин. Мне казалось, что в один прекрасный день твой призрак явится ко мне на самом деле! А ты даже не мог написать мне хотя бы строчку!       Гнев хоббита перешёл в отчаянные слёзы, и он отпустил края рубашки Торина, за которые держался крепко, до побелевших костяшек пальцев. Гном без лишних слов обнял Бильбо, прижимая к себе. Несмотря на горькую обиду и гнев, Бильбо обнял Торина в ответ. Плечи его сотрясались от накопившихся чувств, выходивших вместе с потоком слёз. Дубощит мягко гладил любимого по волосам, как бы давая знать: сейчас Торин более чем реален и он здесь.       — Если сможешь, прости меня. Я люблю тебя, Бильбо Бэггинс. И больше не оставлю одного.       По щекам Торина также пошли слёзы. Он боялся, что после всего Бильбо отвергнет его, отвернётся и исчезнет из жизни гнома, но, как оказалось, хоббит испытывал то же самое, что и Торин. Они были нужны друг другу так же, как всем живым существам нужен был свет солнца, свежий воздух и чувство полной свободы.       Все наблюдавшие за развернувшейся сценой расчувствовались. В глазах Тауриэль застыли слёзы. Только сейчас она начинала осознавать свою важность. Ведь если бы не её усилия, и Торин, и Кили, и шедший на поправку Фили были бы уже очень далеко отсюда. И Бильбо никогда не узнал бы, что испытывает к нему Подгорный Король. Ну, точнее говоря, Король в прошлом. Сейчас он был Торином Дубощитом, сыном Траина и, возможно, будущим мужем Бильбо. Если, конечно, он не побьёт Торина чем-нибудь ещё, отправив тем самым в Чертоги.       Гэндальф, напротив, был очень доволен. Наконец-то возмездие свершилось! Ему так отчаянно хотелось зарядить посохом по упрямой макушке Торина ещё в походе до Эребора, но Бильбо, этот маленький смелый хоббит, прекрасно справился сам, за что маг был крайне ему благодарен.       Ночь была хороша. В меру тихая, не считая инцидента с «воскресшим» Торином, лунная и тёплая.       Шир утопал в тишине и спокойствии, и только звёзды стали невольными свидетелями драмы, что развернулась под их сенью.