Сердце «Urbanshade»

      — Человек… Убить…       Голос был тихим, но различим. Виктор сразу же обернулся, держа пистолет на большом расстоянии перед собой. Палец дрогнул, и будь Виктор более неаккуратным и непрофессиональным, на всю серверную ферму прозвучал бы громкий выстрел, который, разумеется, привлёк бы внимание.       Не увидев ничего перед собой, он чуть опустил пистолет, но не спешил расслабляться. Со всех сторон слышались шорох, шаги. Казалось, что кто-то крадётся, но не очень-то старается быть тихим. Или же Виктор был настолько научен различать каждый звук, будь то взрыв, выстрел или шелест бумаги.       — Выходи. Я не люблю играть в прятки. — фыркнул Виктор. Его голос не содрогнулся ни на секунду, хотя внутри он и чувствовал некое беспокойство. И не зря.       Неудачный удар, от которого Виктор с трудом, но сумел увернуться. Металлическая рука шумно врезалась в один из серверов. Полетели искры. Сервер моментально отключился. Рука пропала во тьме.       — Так боишься показаться? — Виктора не на шутку выводили эти игры. Он никогда не любил тех, кто прятался, скрывался. Хотя он и сам этим частенько грешил.       Снова удар, в этот раз попавший в плечо. Он заставил Виктора отшатнуться вперёд и упасть на колени. Руками он опёрся на пол, но пистолет всё ещё сжимал пальцами. Толчок в спину окончательно вывел из колеи. Он полностью повалился на пол лицом вниз. Оружие отлетело в сторону. Попытка вернуть его не увенчалась успехом, так как его резко откинуло острой фигурой металлической ноги.       — Убить… Ты нарушаешь протокол… — в поле зрения показалась она — та, кто была причиной визита Виктора сюда. Давно забытый, заброшенный искусственный интеллект, жаждущий мести. Она донимала его ещё до саботажа, когда он ещё был частью этой чёртовой компании. Она не имела жалости, в частности к людям. Для неё все, кроме её начальства, — враги, которых она обязана убить. Она была создана помогать, но помогала лишь тем, кто был, по её мнению, этого достоин.       — Нави. — прошипел Виктор, перевернувшись на спину и локтями попятившись назад.       — Кто ты… Умереть… — её фразы были бессмысленны и обрывисты. Виктор знал почему. Он лично участвовал в уничтожении этого бесящего ИИ, но, кажется, что-то не задалось.       — Как ты… — он не успел договорить, так как получил пинок в лицо. От этого из носа хлынула кровь. Рукавом пальто он вытер её, а затем моментально подскочил с пола, чуть покачиваясь.       Следующие несколько ударов он смог парировать. Перехватывал её железные руки, но нанести ответный удар почти не мог. Она ловко уворачивалась, а даже если б и нет, металлу было тяжело нанести действительно серьёзные повреждения. Она совсем не была похожа на сломанную.       — Что тебе нужно? — он начинал сдаваться. Пронзающая боль в голове повлекла за собой головокружение. Не хотелось продолжать драку. По крайней мере ему.       — Ты… Убить… — значение этих слов он частично уловил. Но неясно было одно: зачем ей убивать его? Неужели она действительно помнит его?       Двумя руками она схватила его за края пальто, а затем со всей силы откинула к стене, которая больно ощутилась спиной и головой. В глазах стало темнеть, но её физиономия перед лицом стояла всё так же чётко.       — Хватит… — его голос был чуть слышным. Рукой он ухватился за кровоточащий нос. Глаза стали искать пистолет. Безуспешно. В её руках появилась длинная ржавая балка с острыми концами. Она держала её в обеих руках, чуть постукивая по ладони одним её краем. Нави была готова закончить эту битву в свою пользу.       Виктор понимал, что в данной ситуации бессилен. Стал думать, как Себастьян объявит об его пропаже. Может, когда-нибудь он и найдет его здесь, но это маловероятно. Последнее место, на которое он может подумать.       Нави нахмурила своё лицо в виде круглого значка с короткой линией в центре, которые ярко светились красным светом, хоть слегка освещая темную комнату. Рукой она сильнее сжала «оружие». Она явно была готова нападать, но ей словно нужны были несколько секунд на раздумья.       Виктор посмел понадеяться, что она одумается, но этого не случилось. Нави замахнулась остриём балки, намечая воткнуть её тому в грудь. Он знал, что она точно попадёт, так как роботы всегда точны, насколько бы они ни были поломаны. По крайней мере он думал так всю жизнь.       Перед лицом вместо приближающейся смерти образовалась знакомая фигура.       «Пэинтер?» — наверное, впервые он назвал его по имени, хоть и только в своей голове.       Пэинтер с трудом держался на ногах. Руками он крепко удерживал орудие. Хотя он и чувствовал, что не выдержит так долго, отходить он был не намерен. От этого Виктор даже слегка пришёл в себя, ведь был крайне удивлён. Он попытался дотянуться до спасителя рукой, но был слишком слаб.       Нави будто удивлённо вскинула фантомную бровь. Именно удивлённо. Без прежней злости, ненависти. Словно её гнев выключили рычагом.       — Не трожь его. — прохрипел Пэинтер. Он чуть ослабил хватку, чувствуя, как та перестала давить. Балка выпала из её рук, а её «взгляд» устремился на робота перед ней.       — Ты робот. Ты такой же… как я. — её речь, как ни странно, звучала чётче, чем раньше. Пэинтер не знал, что ответить. Он ожидал драки, конфликта. Ожидал, что ему придётся отбивать своего несчастного инструктора от беспощадного ИИ. Всё оказалось же куда проще.       Нави сделала пару шагов назад, всё ещё всматриваясь в Пэинтера. Трудно было понять её эмоции, но было похоже, что та одновременно удивлена и частично рада. Пэинтер смог облегчённо выдохнуть, прежде чем обратил внимание на Виктора. Он сумел ему помочь, но не без пристального наблюдения Нави.

***

      В офисе, как всегда, тишина. Слышен лишь шелест бумаг, документов, которые то и дело валялись в хаосе на столе. Себастьян не любил порядок, хотя и всегда казался правильным, порядочным и строгим. В любом случае он больше предпочитал, когда всё было разбросано, нежели чисто и опрятно. Так он привык жить ещё с подросткового возраста.       Постоянным его занятием было изучение бумаг либо же теперь наблюдение за камерами. В этот раз он предпочёл совместить всё вместе и сидел за столом перед мониторами, вокруг которых лежали бумаги. Зачем же он постоянно читал документы? В основном ему нечего было делать, но иногда это так же было и полезно. Сейчас же он смотрел информацию про работников, которые могли бы поскорее заменить его за этим столом.       Много у кого были хорошие досье. По ним было видно — они не подведут. Но сомнения всё ещё кроились внутри, и Себастьян откладывал каждый хороший вариант в сторону с мыслью: «Вдруг будут ещё лучше». Так он ни до чего и не дошёл.       Положив последний лист, он понял, что ни один из работников не внушал ему полноценного доверия. За исключением одного, разумеется. Виктор никогда не давал причин в нём сомневаться. Ещё с поры саботажа он всегда был честен, справедлив. По крайней мере он всегда был таковым с Себастьяном. Но он верил, что в Викторе уж точно нет места лицемерию.       Всё же назначить его на должность охранника было бы странно. Учитывая, что он вдруг полюбил тусовки с роботами, у него совсем не останется времени. Пока что Себастьян так и не догнал, как Виктор пришёл к решению носиться за молодыми, но он ничуть не сомневался, что тот был благоразумен.       «Если не он, то кто?» — Себастьян раздражённо выдохнул, понимая, что ответа на этот вопрос у него нет.       К счастью или сожалению, в проёме двери появился один из солдат. На его руке виднелась красная пятиконечная звезда, в центре которой изображено сердце. Такие метки носили особые охранники, которые были приближенными Себастьяна. Они охраняли его покои и докладывали каждую важную новость. Похоже, он пришёл именно за этим.       — Да? — он начал диалог первым, развернув своё сгорбленное тело, ведь ему приходилось нагибаться, дабы увидеть картинку с экранов.       — Мы пытались допросить заключённого, но… — он сделал паузу. — Он умер.       — Умер? — Себастьян выгнул бровь. — Вы его убили?       — Нет-нет! — тут же возразил солдат, размахивая руками. — Мы обнаружили его тело сегодня утром в камере. Вчера вечером был допрос, и тогда его последний раз видели живым.       — Самоубийство, полагаешь? — Охранник чуть покосил голову, кажется удивляясь тому, что у него спросили мнение. Себастьян знал, что они не особо привыкли к более лояльному отношению. Он старался быть неплохим начальником, но часто эмоции брали вверх. Он старался не быть, как он — прошлый хозяин этого чёртового «подвала».       — Он был уже в возрасте. Может, с этим связано? — предположил рабочий. Себастьян сразу опроверг эту идею в голове, ведь навряд ли кто-то стал бы посылать дряхлого деда в качестве шпиона и убийцы. По крайней мере, уж не настолько старого, чтобы он умер посреди ночи.       — Не думаю. — высказал Себастьян. — Это могло быть спланировано.       От неожиданной мысли он резко поднялся с кресла, заставив охранника вздрогнуть и отшатнуться назад.       — Ты каждого моего движения будешь бояться? — чуть нахмурился Себастьян, глядя на бедолагу. — Тебе пятнадцать или что?       — Нет, сэр.       — Тогда идём. — приказал он и покинул кабинет, призывая за собой и его.       До тюрьмы они добрались быстро. Достаточно было сесть в лифт и отправиться на самый нижний этаж, где их сразу же встретил нехарактерный запах мертвечины. Себастьян чуть помахал рукой перед лицом, желая не вдыхать данный «аромат».       Солдат первым вышел из лифта. Рукой он машинально придерживал оружие. Они всегда были наготове, провожая куда-либо начальника. В тюрьме, конечно, на него никто напасть не мог, ведь камеры были на замках, но привычка есть привычка.       — Вот. — охранник указал пальцем на лежащее безжизненное тело в открытой камере. Лицо действительно было старческим, но возраст явно не превышал шестидесяти.       — Он мог умереть от болезни… От инфаркта в конце концов… — стал вслух размышлять Себастьян, чуть наклонившись к трупу.       — Нам провести вскрытие? — отозвался солдат.       — Да, это очевидно. — он вновь выпрямился, задумчиво прищурившись. — Он успел что-то рассказать на допросе? Хоть что-нибудь.       Охранник лишь помотал головой. Значит, тот предположительно знал о своей смерти, раз не стремился ничего рассказать. Или же это и вовсе совпадение.       — Изучите его. Одежду, мобильник, документы. Всё, что найдёте. Я хочу знать, откуда эти твари берутся.       Себастьян получил одобрительный кивок и после этого решил, что здесь ему больше делать нечего. Пришлось оставить невинного работника наедине с умершим.

***

      — Вот сейчас. Идём, идём! — Пэинтер стал толкать двоих вперёд. К слову, он пытался тайно завести их в свою комнату, когда наконец выследил подходящий момент. В коридоре часто ошивались люди, и было довольно тяжело поймать эти несколько секунд.       Виктор чуть ли не повалился с ног, когда его втолкнули в спальню. Теперь он был закрыт здесь в компании двух роботов, один из которых не вызывал в нём ни капли доверия.       — Зачем она здесь? — сразу же возмутился он, обращаясь к Пэинтеру.       — Вы хотели оставить её в тех потёмках? — отразил Пэинтер. На лице Виктора явно читались две буквы, от произношения которых он с трудом сдерживался.       Пэинтер сразу переключил внимание на Нави, которая неловко стояла у двери и чуть покачивалась из стороны в сторону. Чёрточка в центре её лица чуть изогнулась, словно лёгкая улыбка.       — Проходи. — он указал обеими руками на кровать. Она осторожно присела на постель, сложив руки на коленях. Виктор не осмелился сесть рядом, но когда сел и Пэинтер, ему всё же пришлось. Но, конечно же, он предпочёл не сидеть рядом с тем, кто полчаса назад был готов проткнуть его насквозь.       — И что мы будем с ней делать? — Виктор неудобно поёрзал на кровати, чувствуя неприятную тесность с Пэинтером.       — Думаю, начнём с знакомства. — Пэинтер улыбался, словно рядом с ними сидела милая новенькая в школьном классе, которая, к сожалению, села с ними за одну парту.       — Я Пэинтер, а твоё имя? — Пэинтер старался говорить понятным языком, так как замечал странности в Нави. В отличие от Виктора он не имел никакого понятия о том, что с ней произошло и почему она поломана.       — Нави. Навигационная система «Urbanshade», созданная в качестве помощника для сотрудников компании. — быстро выговорила она.       Пэинтер кивнул и коротко переглянулся с Виктором. Тот всё ещё жаждал отправить даму куда подальше. Но Пэинтер мягко намекнул взглядом, чтоб он лучше продолжал сидеть молча и довольствоваться лишь цоканьем и недовольными вздохами.       — Ты сломана, не так ли? — сразу поинтересовался Пэинтер, чуть заглянув ей за спину и обнаружив искры, летящие от её затылка. Несколько красных проводов так же торчали из её головы, а их края были оборваны. Точно так же, как и у Пэинтера, только у него они были разного цвета и выглядели более аккуратно. У неё же они были расположены весьма хаотично и даже слегка напоминали растрёпанные волосы.       — Да. В одно время меня вовсе хотели отключить. — она сразу же перевела взгляд на Виктора. Тот лишь мог резко поправить свои очки, показывая, как он оскорблён.       — А сейчас что? Что именно у тебя плохо работает? — продолжал спрашивать Пэинтер, желая докопаться до сути и как-никак помочь.       — Меня беспокоит некий паразит на шее. Постоянно доставляет дискомфорт. — призналась Нави, машинально пощупав затылок рукой.       Пэинтер вновь взглянул на Виктора.       — Я-то что? — возмутился тот, раскинув руки. — Это не я сделал.       — Ладно. — Пэинтер прищурился, словно что-то знал, но не мог доказать. Виктор раздражённо отвернулся в сторону, больше не желая контактировать. Пэинтер поднялся с кровати и медленно обошёл Нави. Та, в свою очередь, повернула голову за ним.       — Я могу? — попросил разрешения он, чуть двинув руки в сторону её шеи. Нави смекнула, о чём речь, и сразу же отвернулась обратно, чуть наклонив голову вниз. Руки Пэинтера чуть дрожали от нервозности. Он старался держать вид, что всё нормально, хоть он и извлекал кому-то паразита впервые в жизни.       На задней стороне её шеи и впрямь располагалось нечто странное. Но это не было похоже на паразита. Скорее чип, наполовину вошедший под металлическую кожу. По сути, тот должен быть полностью запаян внутрь. Часть его торчала, и причиной наверняка была драка.       Пэинтер аккуратно взял его край двумя пальцами и, не предупредив, резко выдернул его. Нави чуть дёрнулась — либо от неожиданности, либо от боли.       — Это чип. — Пэинтер сразу же вернулся на место и показал предмет в своей ладони. Чёрный небольшой квадрат, на котором напечатана эмблема «Urbanshade». Виктор тяжко вздохнул, глядя на это. Ему явно был знаком данный предмет.       — Это, чтобы она была послушной. — объяснил он, отобрав устройство. — Такие цепляли всем.       — Даже людям? — удивлённо округлил глаза Пэинтер.       — Всем. Никто не хотел добровольно здесь работать, но выбора не было.       — Я чувствую себя гораздо лучше. — вмешалась в разговор Нави. — Спасибо.       — Пожа… — Нави неожиданно приобняла собеседника, от чего тот слегка растерялся. Лишь спустя секунду он мягко похлопал её по спине перед тем, как объятья разорвались.       — Стоит показать его Себастьяну? — Пэинтер обернулся на Виктора.       — Ты хочешь, чтобы он узнал, что мы привели её сюда? — нахмурился Виктор, показав руками на Нави. — Он последний, кто должен об этом знать.       Как раз таки в этот «подходящий» момент раздался стук. Все трое обернулись на дверь. Нави нервно ухватила простынь, чуть поджав голову. Кажется, её больше напугал сам стук, а не то, что кто-то мог быть за дверью.       — Кто? — Пэинтер нерешительно подошёл к двери. Он прижал левую сторону головы к ней, видимо пытаясь что-то услышать.       — Я. — коротко прозвучал строгий голос начальника. — Принёс твоё вознаграждение.       Пэинтер сразу отпрянул от двери. Голова медленно обернулась на сидящих сзади. Оба выглядели слегка потерянными и ошарашенными.       — Что делать? — как можно тише промямлил он. Виктор побегал глазами по комнате, пытаясь найти решение, и быстро его обнаружил.       — Лезь в шкаф. — приказал он, посмотрев на Нави и махнув рукой в сторону «укрытия». Та быстро сообразила и без вопросов спряталась. Через щель в шкафу слегка виднелся красный свет от её лица. Оставалось лишь надеяться, что Себастьян этого не заметит.       — Ты не хочешь свой телевизор? Чего ты там шуршишь? — голос Себастьяна помрачнел, как и лица Пэинтера и Виктора. Виктор замахал руками в сторону двери, а сам же уселся покрасивее на кровати, делая вид, что он здесь просто гостит.       — Да-да. — Пэинтер наконец открыл дверь. За ней оказался уже чуть раздражённый Себастьян с большим телевизором под рукой. Он, не спрашивая, вошёл внутрь, чуть наклонившись и проходя в проём.       — Так усердно готовился к моему приходу? — усмехнулся он, осторожно положив телевизор на кровать и лишь через мгновение заметив Виктора. — Ты здесь какими судьбами?       — В отличие от тебя я предпочитаю узнавать своих подчинённых получше. — с умным видом отмазался он. Его взгляд сразу перепрыгнул на Пэинтера, словно ожидая одобрения. Тот подмигнул и показал палец вверх.       — Сидя у них на подушке? — приподнял брови Себастьян. Виктор чуть замешкался и подвинулся от места, где Пэинтер спал головой по ночам.       — Куда повесить? — в его руке образовалась небольшая дрель. Пэинтер, чуть подумав, указал пальцем на стену напротив кровати. Будет весьма удобно лежать в постели и оттуда смотреть кино. Пэинтер уже с довольной миной представлял эти вечера, которые он будет проводить в компании любимых фильмов.       Себастьян более ничего не спрашивал. Он сразу принялся за работу. Быстро стал прикручивать кронштейн, ловко делая это с помощью всех трёх рук. Пэинтер в это время не спускал глаз с шкафа. Иногда он замечал, что Нави двигается там, и всеми силами пытался намекнуть ей, чтобы она вела себя тише. Но в один момент она, кажется, ударилась чем-то о внутреннюю стенку шкафа. Это привлекло внимание.       — Что? — Виктор вопросительно уставился на Себастьяна, будто ничего не произошло, хотя он и знал, что тот всё прекрасно слышал. — У каждого свои скелеты в шкафу.       Он чуть улыбнулся краями губ. Ногой символично задел шкаф, так чтобы Нави слышала стук. Может, так до неё бы дошло, что не стоит себя выдавать.       Себастьян чуть поджал рот, кажется сдерживая смешок. К счастью, он не предал этому значения и продолжил работу над телевизором. Пэинтер с Виктором чуть расслабились.       Спустя пять минут Себастьян закончил. Более не было нежелательных сигналов от Нави, чему Пэинтер был очень рад.       — Тут есть интернет, можешь там искать кино. — объяснил Себастьян, нажимая кнопки на пульте. — В общем, разберёшься.       Он торжественно вручил пульт в руки Пэинтера и вскоре покинул комнату, не попрощавшись. Пэинтер сразу же хотел сообщить Нави, что можно выходить, но Виктор его уже опередил. Он резко распахнул двери шкафа, от чего она чуть не влетела в пол, еле удержавшись.       — Как некультурно. — нахмурилась Нави, глядя на Виктора. — Вы могли бы сказать.       — Я планировал, что ты выпадешь. — цокнул Виктор, отходя в сторону.       — Люди все такие? — она уставилась на Пэинтера, который лишь посмеивался над ситуацией. Виктор обиженно просверлил её взглядом, а затем увёл глаза наверх.       — Забыл сказать. — в дверях вдруг вновь образовался Себастьян. Виктор за несколько секунд успел затолкать Нави обратно в шкаф, но смог ли он сделать это незаметно? Себастьян сразу прищурился на него, что могло означать, что он всё же заподозрил неладное. Но, к счастью, он лишь добавил:       — Приходи в общий зал. Сегодня день выдачи зарплаты. И не забудь находки из экспедиций.       После этого он сразу же ушёл, но в последний раз бросил подозрительный взгляд на Виктора.

***

      Пэинтер спустя десять минут наконец соизволил прибыть в общий зал. Народу было уже не так много, что было даже к лучшему. Он побегал глазами по толпе, прежде чем остановился на друзьях. Судя по их лицам, они явно были чем-то недовольны.       — Явился! — громко сказала Рен, раскинув руки в стороны.       — Мы думали, ты умер. — пробубнил Кио, одарив Пэинтера максимально злым для него взглядом.       — Зачем вы меня ждали? — удивился тот.       — Затем, что ты наш друг. — Рен уже не выглядела такой раздражённой. Она положила руку на его плечо и всмотрелась в его глаза, словно пытаясь что-то выяснить. Пэинтер не особо понимал смысл этих действий и предпочёл послушать начавшего вещать Кио.       — Нам сказали, что если мы хотим, можем уйти с нынешними деньгами. Но если же хотим главное вознаграждение, нужно забрать кристалл.       — А много за него? — сразу же заинтересовался Пэинтер. Когда речь заходила о деньгах и их количестве, ему всегда нужна была точность. Всё же первая причина его нахождения здесь — деньги. Много денег, за которыми сюда и приходят. Возможно, и были индивиды со скучной жизнью, которые пришли испытать судьбу, но Пэинтер предпочитал держаться мнения, что все жаждут богатств.       — Не сказали. — Кио пожал плечами. Кажется, ему было это не так важно, как и его сестре. — Но думаю, много.       — Надеюсь… — про себя шептал Пэинтер, чуть задумавшись.       — А ещё, — Рен вдруг ухватила обоих за плечи и чуть притянула к себе. Её настрой вдруг сменился на позитивный. — Мы можем набить татухи.       — Что? — Пэинтер озадаченно поднял взгляд.       — Я же говорил, что не хочу… — заныл Кио, закатив глаза и сбросив с себя руку сестры.       — Не волнует.       Рен перевела внимание на Пэинтера, желая услышать его ответ. Долго думать он не стал. Ещё с поры, когда он разливал алкоголь и проводил сеансы терапии за барными стойками, он мечтал о рисунке на теле. Ему всегда оно казалось скучным, хоть и было оно весьма детализировано и не лишено нескольких шрамов.       — Я за. — улыбнулся он, обхватив Рен за спину. Та словно вознеслась от счастья и даже слегка запрыгала на месте. Кио ещё несколько раз поворчал о том, как это бесполезно и глупо, но в конце концов согласился пойти с друзьями.       По пути Пэинтер забрал свою честно заработанную зарплату. Ему повторно объяснили про условия и возможность покинуть это место прямо сейчас. Он на секунду задумался, но тут же выдал ответ, что желает остаться. Работник, выдающий зарплату, лишь грустно вздохнул и отпустил того с миром. Этому Пэинтер значения не придал, ведь и так прекрасно знал, как большинство отзываются об этом месте. Все вокруг только и говорили, как легко умереть, как тяжело каждое утро вставать, зная, что этот день может стать последним. Откуда такие мысли вообще зарождались? Перед каждой отправкой им выдавали жетоны. Как они вообще могут умереть? Разве что от скуки в своей спальне.       Друзья добрались до комнаты, в которой, как им объяснили, набивали татуировки. Место отличалось от привычного мрака компании. Хоть здесь и были те же серые стены, но они почти целиком были обвешаны плакатами, рисунками и прочим декором. Особое внимание привлекала крупная голова непонятного, напоминающего крокодила существа. Кажется, где-то они это уже видели…       «Надеюсь, это Мерзость». — пронеслось в голове Пэинтера. Однако быстро зародились сомнения, которые были обусловлены тем, что цвет кожи и форма головы отличались от знакомого монстра. На душе даже стало слегка грустно.       Пришлось какое-то время стоять в небольшой очереди. Пару человек довольно быстро прошли, что показалось немного странным. Обычно, чтобы набить хорошее тату, нужно достаточно много времени. Хотя это в основном и зависит от размера и сложности тату. Взглянув на часы, Пэинтер понял, что прошло не так уж и мало времени. Видимо, его голова просто сильно была наполнена разными размышлениями, от чего он вовсе забылся.       — Следующий. — прозвучал грубый женский голос из отдельного маленького кабинета, из которого только вышел молодой парень. Друзья несколько секунд стояли, переглядываясь и пытаясь понять, кто пойдёт первым.       — Заходите уже. — строже повторила женщина. Все трое по случайности разом ввалились в кабинет, а затем в том же темпе пытались выйти, хотя и должен был остаться кто-то один.       — Эй, куда собрались? — засмеялась женщина, постучав рукой по креслу для клиентов. — Заходите все. Места хватит.       Она указала на диван у стены. Рен с Кио первыми успели его занять. Пэинтер недовольно развёл руками. Он не жаждал быть первым, ведь слегка нервничал. Всё же первая татуировка — волнительное событие, в особенности для такого тревожника, как он.       — Не бойся, я не обижу. — улыбнулась она, увидев обеспокоенное лицо Пэинтера. Тот нехотя прошёл и устроился в кресле. Мастер стала подготавливать нужные инструменты, одевать перчатки. В это время Пэинтер успел разглядеть необычную черту её внешности. На её тёмной коже выделялись несколько светлых пятен, в частности по краям лица и на руках. Это показалось ему весьма необычным и даже красивым, учитывая, что он мало изучал людей и видел такое впервые.       — Что будешь бить? — она поднесла ему листок с небольшими вариантами рисунков. Большинство из них отображали компанию. В основном это было что-то связанное с монстрами, морским миром или попросту эмблемы «Urbanshade».       — Можно вот эту? — Пэинтер ткнул пальцем на изображение звезды, которая была главным символом этого места. Женщина чуть удивлённо, но всё же с улыбкой приподняла брови.       — Обычно выбирают рыб.       — Я и так их каждый день вижу. Зачем ещё, чтоб на теле были? — скривил лицо Пэинтер, с отвращением вспоминая встречи с тварями.       — Вы прикольные. — вдруг сказала она, оглядев каждого в этой комнате, а затем опустив взгляд к инструментам.       — Мы? Это… В плане? — замялся Пэинтер. Друзья тоже не вынесли сути и сидели с непонимающими выражениями.       — Ну, роботы. — пояснила она. — Никогда не понимала плохого отношения к вам. Мне вы нравитесь куда больше, чем люди.       Пэинтер был не готов услышать такого, как и товарищи. Он привык слышать оскорбления. Привык, что их считают рабочими, ни во что не ставят. Ведь как можно относиться к куску железа так же, как к живому человеку?       — Спасибо. — всё, что мог выдавить из себя Пэинтер. В груди всё сжалось от неприятных воспоминаний, и он был не в силах сказать что-то ещё.       — Мы редко слышим такое. — добавила Рен.       Мастер ещё несколько минут повозмущалась насчёт расизма к роботам, после чего наконец приступила к работе.

***

      Часы пролетели быстро за увлечёнными разговорами и шутками. Тату-мастер осыпала их ещё несколькими комплиментами, прежде чем отпустила на «волю». Стоило им выйти, как Рен стала хвастаться своей татуировкой, словно у неё она была особенная, а не такая же, как у друзей.       — Теперь видно, откуда мы. — продолжала восхищаться она, осматривая свою тыльную сторону руки, на которой чётко была изображена звезда с сердцем по центру.       — Мне кажется, хуйня. — прокомментировал Кио, даже не оглядываясь на свою тату, словно говоря это именно о сестре.       — Ты хуйня. — сплюнула Рен, давая брату лёгкий подзатыльник.       — По-моему, прикольно. — Пэинтер так же осмотрел руку, поворочав её, чтобы оглядеть со всех ракурсов. На его белом металле это выглядело очень контрастно и ярко. А его более тёмные пальцы так же хорошо сочетались с рисунком.       — Вот. — Рен с довольным лицом указала на друга. — Нашёлся ценитель искусства.       Кио лишь закатил глаза.       — А ты пойдёшь с нами в экспедицию? — сменил тему тот, обратившись к Пэинтеру. Тот немного помедлил с ответом, вновь обратив внимание на свою ногу.       — Мне обещали подлатать ногу сегодня. — вспомнил Пэинтер, чуть обрадовавшись. — Думаю, смогу.       Друзья довольны таким раскладом и принялись рассказывать, какой монотонной была их смена без него.

***

      Перед тем как отправиться покорять глубины «Urbanshade», Пэинтер объяснил, что ему надо зайти в комнату. Рен с Кио, как истинные друзья, поплелись с ним, хотя он и не очень этого хотел. Конечно, он всегда был рад гостям, но проблема в том, что у него они уже были. И наверняка они всё ещё были в его спальне, хотя он и надеялся на обратное.       Стоило Пэинтеру с помощью карточки заставить дверь открыться, как перед ними предстала картина в виде Нави и Виктора, сидящих на кровати. Их глаза непрерывно были устремлены к экрану нового телевизора. А помимо этих двоих за окном так же проглядывали давно не виданные зелёные глаза, так же поглощённые фильмом.       Пэинтер не знал, с чего начать. С того, что спросить, почему они оба ещё здесь и смотрят его телевизор? Или может с внезапного возвращения Эйфестэйшен?       — Привет. — неловко поздоровался он. Виктор первым отвлёкся от экрана. Нави всё ещё была заинтересована кино. Пэинтер наклонил голову, чтобы узнать, что их так увлекло. На экране, кажется, происходило что-то вроде конфликта между влюблёнными. Это явно была драма, да ещё и какая эмоциональная.       — Вы сразу всей толпой? — заметил Виктор, оглядев не менее, чем Пэинтер, ошарашенных брата с сестрой.       — Я надеялся, что вас тут нет. — признался Пэинтер, перебирая рукой провода на своём затылке. Затем он медленно повернулся к друзьям и сделал глубокий вдох, готовясь пояснять им, что вообще происходит в его комнате.       — Привет! — Нави соизволила оторваться от экрана, так как, по-видимому, ссора парочки наконец закончилась. Она весело помахала рукой незнакомцам.       — Это кто? Твоя мама? — Рен хоть и была удивлена, но не упустила момент для шутки.       — Нет, блять, твоя. — в ответ фыркнул Пэинтер, прежде чем вспомнил, что здесь находился высокодолжностной член компании, который очень не любил сквернословие.       — Здравствуй. — Кио первым осмелился подойти ближе к Нави, криво улыбнувшись. — А ты кем будешь?       — Я Нави. — представилась она. — Меня отправили сюда и помогли Пэинтер с… — она озадаченно взглянула на Виктора.       — Для тебя я мистер Кейдж. — пробубнил Виктор, важно сложив руки на груди. Нави кивнула, но произносить его имя лишний раз не стала.       — Эйфестэйшен? — Пэинтер подошёл ближе к окну, более не обращая внимания на болтовню позади. Он прислонил руки к стеклу, словно не веря, что вновь увидел друга.       — Да, это я. — радостно ответил тот. — Рад тебя видеть.       — И я тебя… Но где ты пропадал?       — Отдыхал после небольшого ранения.       Пэинтер слышал в его голосе нотки неуверенности, но не стал докапываться. Он хотел было ещё что-то сказать, но к нему внезапно обратился Виктор:       — Ты идёшь с нами?       — Да, но сначала мне надо зайти в медпункт. — Пэинтер нервно сглотнул. Он прекрасно понимал, что процедура по залечению металлической ноги явно не из лёгких и может занять какое-то время. Вероятно, там будут использовать обезбол, но от этого спокойнее не становилось. Идти туда в одиночку не хотелось, но кто захочет сидеть с ним, пока он ноет о том, как ему страшно?       — Так. — Виктор прервал бесконечные разговоры, которые всё это время никак не утихали. — Вы двое идите готовьтесь к экспедиции. Нави, ты останься с Эйфестэйшен. Мы с Пэинтером пойдём в медпункт.       Команды были чётко приняты и услышаны. Кио с Рен быстро попрощались и ушли. Эйфестэйшен приготовился к роли няньки для робота, а Пэинтер же в ступоре стоял посреди комнаты. Пальцами он нервно сжимал края кофты, а взгляд не осмеливался поднимать на Виктора. Ему мало верилось, что тот желает с ним идти. Но почему же он сам это предложил? Это мог сделать кто угодно. По крайней мере кто-то из его друзей.       — Идём быстрее. — приказал он, поднявшись с кровати и шагнув к двери. — А то так совсем поздно с экспедиции вернёмся.       Пэинтер хоть и не горел желанием, но поплёлся за ним. Конечно, ему хотелось вылечить ногу и вновь ходить на экспедиции, но мысль о том, что починка может быть болезненной, его пугала.       Казалось, дорога до медпункта длилась вечно. По пути Пэинтер уже успел представить кучу вариантов исхода событий. Большинство из них сопровождались позором перед начальником, о чём Пэинтер явно не мечтал.       На месте ему сразу объяснили, что вколят обезбол, но всё же процедура может быть ощутимой. Он лишь глубоко вздохнул, держа вид ненапуганного важного работника.       — Как игла проткнёт металл? А если не сработает на мне? Я же робот. — чуть запаниковал Пэинтер, глядя на медсестру, набирающую раствор в шприц.       — Поверь, для вас уже давно оборудовали специальные иглы. Им не составит труда пройти через твою кожу. — с улыбкой объяснила медсестра, после чего показала сказанное на практике.       — Ты это… Не нервничай. — Виктор сидел рядом на кушетке и постарался выдать слова поддержки. Пэинтер даже не стал оборачиваться. Не было желания показывать своё слегка напряжённое лицо.       — Я не нервничаю. — он придал уверенности своему голосу. Виктора это никак не убедило, но он больше ничего не сказал. Пока Пэинтер настраивал себя на смелость, даже не заметил, как обезбол ему уже вкололи.       Остальную часть он предпочёл не наблюдать. Закрыв глаза, он приподнял голову, дабы не видеть того, что происходит с его ногой. Это заняло какое-то время, которое благодаря комментариям Виктора длилось ещё дольше, чем должно было. Тем не менее он весьма пригодился, ведь Пэинтер часто неосознанно хватал его за руку, чтобы меньше бояться. Тому это не очень нравилось, но ради блага своего сотрудника он потерпел.       — Всё. — объявил Виктор, отпустив вцепившуюся в него руку робота. Пэинтер приоткрыл один глаз и убедился, что всё действительно закончилось. Ему вновь наложили повязку, сказали ходить с ней какое-то время и сильно не нагружать ногу. Последний пункт он пропустил, ведь уже сегодня планировал отправиться на работу.       — Ты точно уверен, что пойдёшь? — спросил Виктор, когда те неспеша двигались по коридору.       — Конечно. — искусственно усмехнулся Пэинтер. Он на какое-то время остановил взгляд на собеседнике. — Вы за меня беспокоитесь?       — Не то чтобы очень. — пожал плечами Виктор. — Просто не очень хочется возиться с тобой.       Пэинтер был огорчён данным ответом. Вот только секунду назад он посмел поверить, что Виктор не такой уж и грозный, как кажется. Но все надежды рухнули с его словами. Единственное, что хоть чуть-чуть затаило сомнение в его бессердечности, был его грустно упавший в пол взгляд. А затем и вовсе молчание всю оставшуюся дорогу.

***

      Наконец-то. Запах сырости, воды. Серые просторные комнаты, которые он так давно не видел. Они практически не отличались от его спальни, от общего зала и остальных мест. Но именно сейчас они выглядели особенными. Пэинтеру хватило лишь одного дня, чтобы соскучиться по этим мерзким местам.       Передумал он быстро, буквально спустя десять минут полной тишины. Время от времени Рен с Кио шептались о чём-то пару секунд, а затем вновь становилось тихо. Пэинтер уже сильно пожалел о том, что именно сегодня решил вернуться. А ведь он мог лежать в кровати, смотреть телевизор, болтать с вернувшимся другом. Такие большие, но упущенные возможности.       — Скучаешь? — вычислил Виктор, прищурившись глядя на Пэинтера. Тот лишь через секунду вышел из пущи мыслей и обратил на него внимание.       — Есть такое. — вздохнув, признался Пэинтер. Он бессмысленно провёл рукой по столу, а затем медленно открыл широкий ящик. Внутри оказалась лишь небольшая бумажка, прилипшая к поверхности. Пэинтер выдавил нервную улыбку. Один из его нарисованных глаз чуть подёргался, затем на секунду превратился в глитч. Виктор хотел что-то сказать, но ему не позволили подскочившие рядом друзья.       — У меня есть предчувствие, что мы сегодня далеко пойдём. — с радостной ноты начала Рен. Все чуть улыбнулись, кроме Виктора. Он в принципе не улыбался, но его обычное выражение лица сменилось на более хмурое. Пэинтер догадался, что ему вряд ли хотелось бы шататься с ними на протяжении более чем тридцати комнат. Хотя это и не складывалось с тем фактом, что он добровольно их сопровождает.       — Будем надеяться. — более позитивно сказал Пэинтер, бросив взгляд на Виктора. Тот никак не поменялся в лице.       Ещё пару десятков комнат прошли в том же темпе. Команда двигалась быстрее, ведь всем уже крайне надоела пустая прогулка без происшествий. Монстры приходили не часто, но именно на тёмной комнате с трубами им повезло на Блица. Виктор быстро поручил всем лезть в шкафы, а сам себе укрытия не нашёл. Выйдя, Пэинтер мог наблюдать, что наставника и след простыл. Всё стало ещё хуже.       — Ахуенно. — прокомментировала Рен, разведя руками. — Лишились единственного, кто хоть примерно знает, что за сороковыми дверями.       — Зато теперь без недовольных взглядов. — добавил Кио, стараясь хоть как-то подбодрить сестру. Пэинтеру было в принципе не так важно отсутствие Виктора, но внутри поселилась тревога. Он ведь действительно был тем, кто знает это место лучше их всех. Они уже довольно далеко продвинулись, и без его инструкций в случае чего было бы весьма сложно. Радовал лишь тот факт, что можно спокойно материться.       — Ну и похуй. — махнул рукой Пэинтер, воспользовавшись возможностью ругаться. Друзья согласились с этим выводом и продолжили двигаться дальше.       Почти после каждой двери сердце замирало. Пэинтер словно ожидал чего-то плохого. Чего-то, о чём они ещё не знают. Чего-то нового. В документах не были указаны номера дверей, с которых могли бы появиться те или иные монстры. Единственное, о чём они знали: Пандемониум только с тридцатой двери. Учитывая, что его так же ещё не было, становилось ещё более тревожно.       — Мне кажется, нам проще умереть сейчас. — вдруг предложил Кио, заставив остальных замереть перед закрытой дверью.       — Мы что, немощи без него? — нахмурилась Рен, хотя и сама частично понимала, что может что-то случиться.       — Ты хочешь идти до самого кристалла? — выгнул бровь Пэинтер. Рен хотела было возразить, но сказать было нечего.       — Давайте хотя бы… Ещё пару дверей? Вдруг попадётся что-то интересное. — с этим предложением они смирились. Дискуссия закончилась на том, что дверь распахнулась, и их сразу же встретила совершенно новая комната.       Огромное пространство, которое включало в себя два отправительных пункта чего-то вроде трамваев на тросе. Две яркие надписи — синяя и красная — выделялись среди привычного серого пейзажа. Это действительно напоминало место, откуда на вагонетке необходимо куда-то отправиться. Только вот куда?       Пэинтер понадеялся на звук из громкоговорителя, который предупреждал о начале инструкции. Голос хотел начать объяснять, но вместо него они услышали лишь помехи, а затем громкоговоритель и вовсе выключился. Единственный шанс понять, что здесь происходит, был утерян.       — Я думаю, стоило послушать Кио. — нервно сглотнул Пэинтер, оглядываясь вокруг. Рен делала вид, что ей совсем не впервой находиться здесь. Она сразу спустилась вниз по лестнице, ведущей к трамваю и некому генератору, который горел красной лампочкой. Из его корпуса то и дело вылетали искры.       — Что тут вообще надо делать? — наконец спросил Кио, спустившись вместе с Пэинтером к сестре. Они заметили, что трамвай выглядел нерабочим. Не горел свет, двери не открывались. А по другую сторону и вовсе не было транспорта.       «Вот тут и закончится моё жалкое существование.» — запаниковал Пэинтер, стараясь делать частые глубокие вдохи, чтобы успокоиться. Пока они с Кио стояли, погружаясь в шок, Рен уже смекнула, что делать. Она присела около генератора и попыталась понять, что именно с ним не так. Оказалось, всё не так сложно. Нужно было лишь покрутить несколько механизмов вручную, чтобы вернуть его к «жизни». Лампочка загорелась зелёным, а в трамвае резко включился свет. Двери тут же открылись с громким и неприятным звуком.       — Надеюсь, трамвай упадёт, пока едет, и мы все умрём. — позитивно сказал Кио, осторожно ступив внутрь транспорта. Рен, довольная собой, важной походкой зашла за братом. Пэинтер зашёл последним, полный неуверенности и страха. Его не пугало то, что трамвай и впрямь мог застрять или упасть. Его пугало то, куда он их привезёт.       «Мерзость, Пандемониум, Чейнсмокер…» — он сразу стал перебирать всех самых опасных тварей в голове. Вспомнилось немного. Остальные документы было тяжело воспроизвести в памяти из-за нервов.       Двери захлопнулись. Трамвай двинулся, после того как Рен дёрнула за рычаг. Друзья решили присесть на сидения, ведь стоя их сильно качало и чуть ли не уносило в конец. Ехал он небыстро. Сопровождалось это скрежетом, звуком открывающихся круглых ворот впереди. Пэинтер предпочёл чуть наклонить голову, чтобы увидеть происходящее за окном.       Вода. Уже приподнявшиеся потёмки океана. Тревога чуть спала от мысли, что ничего неузнаваемого пока что не видно. Пока что.       Громкий вой, словно прямо рядом с ними проплывал огромный кит. Все сразу заворочали головами в поисках источника звука. Пэинтер приковал взгляд к стеклу, когда за ним показалось нечто ранее невиданное. Огромная рыба… Было ли оно вообще рыбой? Четыре оранжевых глаза на брюхе, широкий рот с клыками по центру, шесть длинных крючков, свисающих далеко вниз от тела. Нет, Пэинтер не разглядел крючки или клыки. Он знал. Он знал, что это. Он вспомнил.       «Прожекторы?»       В горле застыл ком. Он прошёл лишь тогда, когда китообразное существо пропало из виду. Но страх никуда не делся. В памяти о нём было немного. Если попасться ему на глаза, оно подхватывало тело одним из своих крючков и отправляло в свою пасть. Это было то, что Пэинтер запомнил в первую очередь. И в принципе — единственное, что он помнил.       — Нам пизда. — нарушила давящую тишину Рен, нервозно улыбнувшись. Даже она — робот, который не боялся, как казалось, ничего, выглядела совсем неуверенной. В её пустом взгляде в пол читался страх. Пэинтер понимал, что её слова, должно быть, сбудутся. И совсем скоро.       Они не заметили, как трамвай затормозил и вновь открыл двери. Лишь спустя несколько секунд они вышли из своих мыслей и нехотя направились на выход. Рен всё ещё шла впереди, хотя и сама была напугана. Она время от времени оглядывалась на друзей, пока они шли по сеточному тонкому мосту.       Следующую комнату Пэинтер особо не разглядывал. Он был поглощён тревожными мыслями, которые прервались только тогда, когда перед ними предстали две обычные двери, между которыми — панель для карточки. В отличие от обычной, она была куда крупнее, а по цвету была не синей, а фиолетовой. Так же одна из дверей уже была «открыта», а именно выбита. Помятая, она валялась впереди на полу.       Пройдя через проём, они наблюдали непривычно огромные ворота с круглыми ручками. Сама комната была почти пустой. Стоял только шкаф, столик с одним ящиком и растение в углу.       — Полагаю, нам туда? — Кио указал взглядом на дверь. Рен с Пэинтером молча кивнули. Кио показалось, что он единственный, кто более-менее спокоен. Во всяком случае, у них у всех были жетоны. Чего бояться? Умрут — воскреснут.       Друзья неспеша двинулись вперёд. Первой к двери подошла Рен. Несколько секунд она постояла, глядя в пол. Затем обернулась, получив одобрительные кивки ребят, и дёрнула обе ручки в стороны. Крутить долго их не пришлось. Стоило ей чуть-чуть направить их в нужное русло, как они сами закрутились. Громкий скрежет металла — и двери наконец распахнулись.       Пэинтер с Кио подошли к уже открытым воротам, чтобы заглянуть, что за ними. Большое пространство, странная расстановка мебели. Кузовы, подвижная дорожка, несколько столбов сразу бросились в глаза. А затем тело. Живое. Человек в солдатской форме, шлеме сидел около дверей. Он протянул руку, прося о помощи. Первым спохватился Пэинтер. Он вот-вот хотел помочь несчастному, но то, что появилось далее, не дало ему этого сделать.       Яркий оранжевый свет ослеплял глаза. Оглушительный китовый вой. Крик. Человеческий крик. Длинный крюк резко воткнулся в тело сидящего. Через секунду его унесло далеко наверх, в пасть огромному чудовищу.       Рен на автомате сделала шаги назад, потянув за собой друзей. К счастью, они вовремя ушли с поля зрения рыбы, иначе могли бы отправиться за солдатом. Она испуганно отскочила в сторону за стену, прижав обоих к себе.       — Это Прожекторы? — запинаясь, спросил Кио. Сестра кивнула. Пэинтер выглянул за ворота. Рыба стала медленно отдаляться, позволяя ему увидеть огромную табличку на дальней стене.       «0/13»       Что это было? Количество чего-то? Это было самым подходящим вариантом. Глаза побегали по комнате и сразу нашли уже знакомые генераторы с красными лампочками. Они сломаны.       — Мы должны починить тринадцать генераторов. — смекнул Пэинтер, вернувшись к друзьям. Те поразмыслили секунду, переварили тот факт, что придётся идти к рыбе, и всё же поднялись, готовясь отправиться на смерть или в лучшем случае выжить и прийти к Виктору с гордыми головами.       — Мы сможем. — постарался подбодрить их Кио.       — Генератор чинится легко. Нужно раскрутить четыре колеса, и он заработает. — добавила Рен, исходя из своего опыта.       — Главное — действовать быстро. Думаю, в кузовах и шкафах можно прятаться. — продолжил Пэинтер. Он настроился серьёзно. Настроился на победу.       Друзья закончили обсуждать. Пока рыба была ещё вдалеке, они быстро выскочили в открытые ворота. Преодолев пару ступенек, они разбежались кто куда. Пэинтер бросился к ближайшему генератору. Открыл крышку, начал действовать. Глаза то и дело поднимались вверх, следя за движением Прожекторов.       Кио заметил генератор у шкафа. Удобно, ведь в любой момент можно было спрятаться. Пока он чинил механизм, чуть не пропустил рыбу, которая двигалась в его сторону. Повезло, что приближаясь, она издавала характерный вой. Он услышал и сразу подскочил к шкафу. Генератор починить успел. Число на таблице изменилось:       «1/13»       Осталось всего лишь двенадцать штук, которые могли быть где угодно. Локация огромная, а в центре так вообще дыра, уходящая далеко вниз. Не самое лучшее место.       Пэинтер закончил до того, как пришлось бежать до ближайшего укрытия. Пришлось пересечь ещё одну маленькую лестницу. Он спрятался под деревяшку, держащуюся на двух благодаря большому стеллажу. Он чуть присел, чтобы поместиться. Рыба пролетала мимо, и вскоре он вновь вышел на поиски следующих генераторов.       Так они в течение уже пяти минут бегали по пространству, чинили механизмы, прятались. Один раз Кио заметили. Серчлайт сразу стал издавать громкий нехарактерный ему звук. Рен вовремя успела отправить брата в шкаф, а сама спряталась в соседнем.       Пэинтер уже стал чувствовать себя в некоем роде профессионалом. Ловко обходил лучи, бегал взад-вперёд, быстро разбирался с каждым генератором. А число на табло всё росло и росло, как и надежда на хороший исход.       В центре ещё пара генераторов, прямо у дыры. По случайности все трое отправились к ним. Начали чинить, но рыба, как оказалось, ускорилась. Она стала делать не круги, а восьмерки в воде над потолком. Стала быстрее, чем раньше, достигать их.       Вот-вот она настигла бы троих роботов. Один из её глаз чуть повернулся вперёд, от чего сразу же заметил добычу. Они спохватились, стали искать укрытие. Шкафы были единственным шансом. Но не тут-то было. В каждом из них сидела уже знакомая парочка фиолетовых глаз. Здесь точно не место для укрытия.       Внезапно для всех из-за стеллажа выбежал Виктор. Он очень быстро оказался рядом с ними. Сразу толкнул их к ближайшему укрытию — наклонённому кузову. Затолкал их всех туда. Успели. Но не все.       Он хотел что-то сказать, но вдруг резко вздрогнул, приоткрыв рот. Затем тяжело выдохнул. На его чёрной, как ночь, одежде вдруг образовалось тёмно-красное пятно. Он опустил голову, глядя на рану, затем вновь посмотрел на команду. Они были не в силах понять, что произошло. Оказалось, что он не успел. Частично он уже был в кузове, но Серчлайт оказался быстрее. Его крюк теперь торчал у того в теле, и через секунду он должен был утащить его в пасть.       В голове пусто. Мысль лишь об одном. Мысль, что Виктора нужно спасти. Это было не просто желание, это была необходимость. Не чувство долга, не чувство вины. Ничего из этого. Он должен был. Обязан был спасти того, кто всё это время возился с ним, с его друзьями. Того, кто поддерживал, хотя и не выражал этого буквально. Того, кто был рядом, хотя не хотел. Своего наставника.       Пэинтер отказался стоять и смотреть, как он умирает. Друзья были в шоке, когда тот резко выскочил из кузова, оказавшись на виду у рыбы. Виктора уже стало уносить, но теперь не его одного. В грудь воткнулся острый крюк. Сразу пронзила сильная боль. Боль куда сильнее, чем от смерти от Англера. Боль сильнее, чем та, что ему причиняли каждый день в баре за то, что он якобы плохо работал. Это было несравнимо. Но он вытерпел. Ещё в здравом уме, не до конца попавшись в болевой шок, он успел сделать то, что должен был. Опустил руку в карман, где нащупал единственный предмет, который таскал с собой каждый работник, — жетон. Жетон, которого Виктор был лишён, ведь он использовал его, чтобы прийти к ним и помочь. Чтобы спасти их. Но теперь Пэинтер спасёт его.       Он сжал жетон в руке, когда крюк стал поднимать его ввысь. Скорость у них была примерно одинакова, что сыграло на руку. Виктор вскоре оказался совсем рядом. Пэинтер тут же схватил его за руку. Держал крепко, затем отпустил, оставив в его ладони свою «монету жизни». Виктор в последние секунды лишь успел взглянуть на искренне улыбающегося Пэинтера. Он не раз видел, как тот улыбался, но сейчас это выглядело по-другому. Если б он мог, отдал бы жетон обратно, но время не позволило. Рыба беспощадно захватила обоих в свой широкий, наполненный клыками рот.       Пэинтер не успел подумать о чём-либо ещё. В голове лишь оставалась мысль: «Я спас его. Он будет жить.» Это и заставило его улыбнуться. Глаза чуть дрогнули от подступвшись слёз, никак не свойственных компьютерам. Но видимо сегодня было исключение. Первое и последнее.       Рен с Кио оставалось лишь кричать в догонку ушедшим. Они знали — выживет лишь один. Единственный жетон, а значит шанс на жизнь получит лишь один из них. Лишь один из них сможет отправиться к Леди Смерть за воскрешением.