Что бы ни случилось

— Северус…, — тяжелый вдох и опущенные в бессилии руки, — Услышь меня. А Снейпу физически больно от уставшего голоса и потускневших глаз. Он облажался. Проебался так сильно, доведя до этого разговора. Упустил, не заметил, не обратил должное внимание. Просрал момент, когда в их отношениях все полетело к черту. Когда кубарем покатилось все то, что они так тщательно выстраивали годами. И сейчас, стоя посреди гостиной своего уютного дома, вдруг осознал, что своя жизнь никогда не ощущалась так никчемно, а речь собеседника такой непонятной, будто разговаривали с ним на совершенно другом языке. И как он не пытался вслушаться и понять сказанное, но смысл так и ускользал от затуманенного отчаянием мозга. — Чушь, — слова давались чересчур сложно, — Поттер, не неси чушь, — голос как-то совсем охрип, и, честно, он сам не понимал на что конкретно отвечает. Гарри покачал головой, закусив губу. И смотря в его глаза, Северус начинал ненавидеть себя еще больше. Поттер не пытался скрыть свои чувства перед ним, он давно не носил маски, открываясь и доверяя полностью, и нынешняя ситуация не изменила этого. От этого становилось еще невыносимее. Снейп ловил его честный взгляд, и в нем была боль, тоска, глухое смирение и укрощенная, но такая чистая и сильная любовь. И Снейпу хотелось выть волком. Он не знал, что ему сейчас делать. Не имел ни малейшего понятия, что говорить. Но он не мог позволить себе потерять все то, что читалось в таких родных глазах напротив. И он чертовски боялся, что это конец. — Я люблю тебя, Северус. Большего всего, больше своей никчемной жизни, — Гарри совсем невесело хмыкнул, прожигая его взглядом. Снейп подавился гневным высказыванием насчет никчемности чужой жизни, когда Поттер подошел ближе и мягко положил свою ладонь ему на предплечье. Никогда прикосновение не несло столько горечи вместе с болезненной нежностью. — Я никогда от тебя не откажусь, никогда не предам, никогда не перестану любить. Я повторяю это уже достаточно долго, но вижу, ты меня не то, чтобы слушаешь, — слабая улыбка, — Но нам нужна небольшая передышка друг от друга. Ты же сам чувствуешь, как все трещит от напряжения. А Снейп осознал это только сейчас. До этого он предпочитал все игнорировать. Он работал. Много работал. Полностью погрузился в исследования. Ночевал дома, изредка в нем ел, но… Блять, Северус не помнил, когда они с Поттером последний раз нормально общались. Тот вроде всегда был рядом, в поле зрения. Одна кровать, один дом, кухня. Но смысл их разговоров неумолимо ускользал. И как бы он не пытался напрячь мозг и вспомнить что-то, у него нихрена не получалось. Когда-то Поттер вихрем залетел к нему в лабораторию, прося уехать с ним на пару недель из дома. Он ответил тогда что-то про безбашенные идеи, отсутствие разума и понимания жизни. И это все, что Снейп помнил. А сегодня Гарри перехватил его около камина и в лоб заявил, что поживет какое-то время один. И все разделилось на до и после. Северус в миг понял всю хрупкость и шаткость своего счастья. И что он явно проебался, упустив что-то очень важное. — Даже не думай, что я дам тебе уйти, — Снейп вцепился в чужие плечи мертвой хваткой, как утопающий за несчастную соломинку, намереваясь удержать, заставить остаться. Ему казалось, если он вдруг разожмет пальцы, то вся его жизнь рухнет в ту же секунду в беспросветную бездну, выхода из которой он никогда не найдет, — Я никуда не отпущу тебя, — в голосе сталь и холод, а внутри буря и один сплошной страх. — Если я тебе действительно дорог, если хоть что-то значу, хоть немного важен, услышь меня, — Гарри не пытался вырваться, лишь вкрадчиво продолжил, — Хоть сегодня услышь и дай мне время. Я так устал. И еще раз взглянув в изумрудные глаза, Северус в отчаянии отшатнулся, не найдя в себе силы сказать хоть что-то. Но Поттер понял одно, его отпустили. Он резко аппарировал, унося с собой всю боль и недосказанность. А Снейп рухнул на диван, уткнулся в ладони и закрыл глаза. А на внутренней стороне век навсегда отпечатался чужой взгляд. В нем застыла мольба и мучительная просьба дать уйти. Поттер сдерживал все эмоции: боль, ярость, злость. И причиной большинства, как Северусу показалось, был он сам. Гарри безмолвно взывал отпустить. Потому что помимо всей тоски и разочарования в этих бездонных глазах читалось отчаянное желание не сорваться, не сказать лишнего, ведясь на скопившиеся эмоции. Желание не причинить боль ему, Северусу. И Снейп ненавидел. Поттера ненавидел за это благородство, дурную заботу и любовь, которые этот идиот проявлял по отношению к нему. Свою работу ненавидел. Себя терпеть не мог. За то что отпустил. За то что не дал высказать все. За то что упустил. За то что довел до этого дня. Что не заметил чужую боль. Что его не было рядом… И все-таки Северус дал время, понимая, что это лучшее, что он может сделать, для того чтобы показать уважение к чужим чувствам. Он продолжал работать, пытаясь отогнать мрачные мысли и назойливое чувство вины. Старался отвлечь себя от самокопания и терзаний. Он мало спал, а ложась в холодную постель на жалкие пару часов, неизменно просыпался с пустотой внутри и почти осязаемой горечью. И все та же гостиная, тот же диван и камин. Смазанные черты лица собеседника, но все такой же родной уставший голос. И слова, что разрывали сердце и душу в клочья. — Я ухожу. Не сердись, милый. Я устал. — Препятствия в любви только усиливают ее. — У нас их чересчур много. Этих препятствий. И Гарри исчезал навсегда, без шанса на возвращение… А Северус просыпался дезориентированный, выжатый и опустошенный. И никак не мог понять почему, это было все, что он сказал мужу в ответ. Объяснить не мог. Может дело было в том, что это всего лишь сон. Но это знание совсем не давало успокоения. И отходя от личного кошмара, Снейп лишь надеялся, что этот диалог в реальность никогда не превратится. Он исправно раз в сутки отправлял патронус Поттеру с одними и теми же словами. «Дай знать, как захочешь поговорить. Ты нужен мне.» А сам прибывал в странном непонимании все это время, будто что-то неуловимо ускользало от него. Словно он упускал самую главную вещь в их конфликте. Ему вдруг резко стало казаться, что причина ухода Гарри совершенно другая. Что дело совсем не в напряжении между ними. Хваленая интуиция подсказывала, что чертов Поттер опять просчитал все намного глубже, чем ему кажется. Эти мысли навязчиво летали на краю сознания, но Снейп не мог за них зацепиться достаточно крепко, чтобы прийти к какому-то точному выводу. Он страшно заводился из-за этого, раздражаясь и психуя. Ко всему этому добавлялось напряженное ожидание вестей от супруга и простое волнение и переживания за его же самочувствие. И Северус отвлекался работой, которую несмотря на все невзгоды желал закончить. И которая была ему невероятно интересна, хоть совесть и давала о себе знать каждый раз, как он слишком сильно увлекался экспериментом. Ему потребовалась неделя для завершения своего исследования. Он поднялся в гостиную, опустился на диван, и словно только этого и ждав, перед ним появился патронус Поттера. «Я с Тедди в их доме» Северус откинулся на спинку, глубоко вздохнул, прикрывая глаза, и наконец-то все осознал, уловив самую главную истину. Ничего у них не разваливается. Их отношения настолько крепки, что уже ничто и никогда этого не разрушит. Их любовь – это константа, и сейчас он удостоверился в этом окончательно. Чертов Поттер знал, сколько дней ему потребуется для завершения эксперимента. Знал, что он все равно доведет дело до конца и никуда не сорвется. Знал и принимал. И Северус уверен, что Гарри на самом деле на это не злился. Но этот несносный человек, помня о том, что они обещали быть всегда честны друг с другом, не смог просто исчезнуть. Он обратил на себя внимание, показав, что у него совсем не все в порядке, ведь когда-то они клялись друг другу говорить обо всем… Снейп проебался, его не было рядом, он не видел, не слышал, не замечал. Он опять вел себя как эгоист. А Гарри, этот удивительный Гарри, опять позволял эму это. И опять не думал о себе, ставя чужие чувства выше своих. Северус поднялся, направляясь в душ, чтобы смыть всю грязь и запах от зелий, и желая как можно скорее оказаться рядом с мужем. И ведь Поттер дал эту неделю не себе, а ему, дабы он закончил работу. Снейп отчетливо понимал, что Гарри действительно необходимо было уйти, что у него совсем не было сил что-то разъяснять, что он страшно устал. Он был ужасно вымотан, выжат и разочарован. А еще Северус наконец-то понял, что ушел Поттер совсем не по своей прихоти. Просто объяснить это именно так было намного проще и быстрее. В нем явно нуждался Тедди, но что конкретно произошло, Северус пока не знал. Снейп зарычал от бессилия, сходя с ума от чужого благородства, понимания и принятия. И не теряя больше ни минуты, аппарировал к дому Андромеды. — Малыш, ты только сообщай мне периодически, где ты, — тихий уставший голос, в которым не было приказа лишь просьба. — Я же просил меня так не называть! — Северус, оказавшись во дворе дома, поморщился от громкого крика пацана, — Я уже не маленький, а ты мне не отец, прекрати со мной сюсюкаться! — Я просто волнуюсь за тебя, солнце, — Гарри еще больше поник, а у Снейпа сжалось сердце. — Буду поздно, не ищи меня! — И Тедди скрылся из виду. Северусу хотелось остановить мальчугана, образумить его, привести в чувства, но он не успел и глазом моргнуть, как тот сбежал. А Гарри остался. Он так и продолжил сидеть на крыльце дома, не двигаясь, не поднимаясь и не обращая никакого внимания на Снейпа. — Ты его разбаловал. Мальчишка похлеще тебя, — Северус на пробу заговорил, усаживаясь рядом на ступени. — Он извинит ся, он добрый ребенок… — Очень по-доброму он высказал все, что о тебе думает, — Снейп резко перебил, но увидев, как вздрогнул от его слов Поттер, сразу сбавил обороты, — Прости. — Тедди сейчас тоже не легко, Андромеда для него самый близкий человек, он тяжело переживает ее отсутствие, — Гарри снял очки, отложив на ступеньку, и с силой сжал переносицу. — Что с ней? — Снейп вмиг насторожился. Он очень уважал эту женщину и сейчас понял, что пропустил что-то очень серьезное. — О, ты бы знал, если бы согласился уехать со мной тогда, когда я очень просил и нуждался в тебе, — в словах Поттера не было ни капли претензии, лишь констатация факта, а его голос не был наполнен осуждением и обидой, только смертельной усталостью. Но Северус ощутил такую вину и ненависть к себе. Она вдруг заволокла все нутро и не давала вздохнуть. Он так их подвел, его не было рядом, когда люди, которых он считает своей семьей, нуждались в нем. Андромеда давно стала для него близкой подругой, а мальчуган с разноцветными волосами почти сыном. Ведь Поттер души в нем не чаял, отдавал всю заботу и любовь, на которую был способен. А Северус всегда был рядом и сам неожиданно привязался к ребенку. Гарри… Гарри не смотрел на него, лишь тихо продолжал. — Она оказалась не в то время и не в том месте. Какие-то придурки, возомнившие себя темными магами, устроили теракт в одной из волшебных лавок, накидав кучу непонятных и опаснейших заклятий. Все смешалось в такую кучу, что все, кто там находились, теперь лежат в коме, — Поттер тяжело вздохнул. И Северус понял, куда хотел уехать Гарри, когда приходил к нему. Все внутри скрутилось в отчаяние и страхе. — Тогда ты…, — Снейп не нашел в себе сил продолжить. — Да… Я хотел остаться здесь, но без тебя не мог, было тошно. Я целыми днями проводил в больнице и в этом доме, но ночью исправно возвращался к тебе. Мало ли что ты учудишь, — и Гарри совсем слабо улыбнулся. — А Тедди? — А Тедди неделю назад вернулся из Хога. И мне пришлось все ему объяснять, то принимая обвинения, что не сказал раньше, то укачивая в объятиях, то снова слушая крики, — темные синяки под глазами и потухшие глаза, и Северус понимал сейчас отчетливо как никогда, насколько Поттеру тяжело. — Тедди был весьма жесток, — Снейп попытался быть аккуратным в словах, — Как он себя чувствует? — Северус, ему пятнадцать. И ему страшно. Он переживает и боится за родного человека, и его поведение абсолютно нормально, — Гарри говорил строго, он был готов защищать крестника до последнего, — И я буду всегда рядом, чтобы показать ему, что он может не бояться проявлять свои чувства. Он ребенок, которому плохо, и я ему всегда помогу и поддержу, даже если где-то он меня ранит. Поэтому не смей ему читать нотации. И Северус никогда бы не смог описать словами всего, что он чувствует к этому невероятному человеку. В свои пятнадцать Поттер не получал ни капли поддержки, взрослых никогда не было рядом, и никто не говорил ему, что он может чувствовать себя плохо и побыть слабым. У него не было времени быть ребенком… А сейчас он готов отдать всего себя, лишь бы его ребенок не испытывал хоть что-то отдаленно похожее на его эмоции. — Что с Андромедой? — Это первое, что его сейчас волновало. — Ее жизни ничего не угрожает, но она может пролежать в коме и месяц и два. Остается только ждать. Северус вздохнул чуть свободнее. Она будет жить. А он обязательно займется исследованиями и сделает все, чтобы женщина очнулась как можно раньше. — Тедди приехал, и я должен был быть с ним. Ты меня прости, что повел себя так странно. Но тебе нужно было закончить работать, я не мог оставаться с тобой, а сил ни на что не было, — Гарри зашелся в надрывном кашле, — Честно сейчас я тоже чертовски устал. И Снейп не выдержал, услышав хриплый голос. Рывком поднялся и потянул Поттера на себя, тут же заключив того в крепкие объятия, прижавшись губами к волосам. — Не смей передо мной извиняться, никогда в жизни, слышишь? — Снейп слегка отодвинулся, заглянув в зеленые глаза, при этом не размыкая объятий, — Ты все сделал правильно, за исключением того, что меня надо было чем-то ударить и притащить в больницу. Чтобы мой эгоистичный мозг наглядно понял, что работа может подождать. — Я люблю тебя, — Гарри откашлялся и уткнулся в плечо, — Я знал, что работа для тебя очень важна, я знал, что ты придешь, как закончишь, а я смог справится и сам. — Гарри, да мне необходимо было закончить, и я слал всех и вся, но вы втроем и ваше здоровье для меня важнее, — Северус говорил так отчаянно, желая, чтобы Гарри запомнил это навсегда. — Ты так горел этим исследованием, и вот ты закончил, — кашель опять усилился, Поттер покачнулся, пытаясь сесть, — И теперь надеюсь я могу немного отдохнуть. Северус сел, облокотившись на стену дома, и затащил супруга себе на колени. И тот устроившись полу боком, сразу уткнулся холодным носом в шею и прикрыл уставшие глаза. — Ты отдохнешь не немного, Поттер. Ты выспишься, нормально поешь и расскажешь все, что тебя тревожит, — Снейп аккуратно провел по чужим волосам, — Состояние твое не радует, вон опять кашель разыгрался. Снейп еще сильнее прижал мужа, не на шутку переживая за его самочувствие. Его кашель обострялся при сильных волнениях и стрессе, и сейчас был явным индикатором плохого состояния. Северус погрузился в свои мысли, равномерно поглаживая чужую спину. Он все равно корил себя, за то, что Поттеру пришлось опять в одиночку справляться со всем. И хоть тот явно не был зол на него, сам Снейп не мог себя простить. Он точно не заслужил такого светлого человека. Северус поцеловал Гарри в лоб, размышляя о предстоящих делах. Сначала позаботиться о муже, в первую очередь просто быть рядом. Потом узнать, где Тедди, а когда вернется поговорить и с ним. Дальше навестить Андромеду… Но из размышлений его вывел резко дернувшийся Поттер, что зашелся в судорожном, удушающем кашле. Снейп быстро положил руку Гарри на грудь и стал шептать давно заученные заклинания, чтобы немного унять приступ. И хоть такое случалось довольно часто, Северус каждый раз внутренне обмирал, а паника медленно затапливала его. Сам он действовал четко и уверенно, равномерно покачивая Поттера в объятиях, не выдавая своих переживаний. И Северус никогда не признается Гарри, что при каждом приступе, он отчаянно боится, что именно сейчас что-то пойдет не так, и кровь потечет по подбородку, и Гарри задохнется в собственном надрывном кашле. А хронический кашель стал лучшим другом Поттера сразу после войны, сопровождая везде и всегда. Он обострялся при болезни, еще сильнее становился при стрессе, и приступы доходили до своего апогея, когда тоска, отчаяние и тревожность сковывали Поттера. Когда ему становилось больно и плохо, кашель постоянно был рядом. Гарри вновь откинулся на чужое плечо, пытаясь восстановить дыхание. — Спать хочу. Устал очень, — хриплый вздох, — Тедди. Не знаю, где он… — Пойдем в дом. Уже поздняя ночь. — Северус мягко заставил Гарри встать и поднялся сам, взяв его за руку, — Я уверен, с ребенком все будет хорошо, он не глупый, поймет, что его ждут. Сам же говорил. — Да, я надеюсь, — и они вместе зашли внутрь, — Я прилягу пока на диване, совсем ненадолго. Север, ты только не уходи, — и Снейпа пробрала дрожь от того, с какой мольбой и откровенностью это было сказано. Северус сел, положил подушку на колени, и Поттер не задумываясь уместил на ней голову, вытянувшись во весь рост. — Я рядом. Теперь уж точно, — он призвал плед, укрыв супруга, — Спи, любовь, можешь позволить себе отдохнуть. И Гарри действительно заснул, чувствуя рядом тепло родного человека. Совсем скоро начало светать, и Северус аккуратно высвободившись и переложив мужа полностью на диван, отправился на кухню. Снейп знал, что Гарри не проспит долго, и его сон в пару часов в данных обстоятельствах, уже является победой. В этом доме они с Поттер бывают так же часто, как и у себя, поэтому Северус чувствовал себя свободно. Он поставил вариться кофе. Черный крепкий, как любил Гарри, и принялся за завтрак. Чем ярче светило солнце, тем сильнее он начинал переживать за отсутствие несносного мальчишки. Но интуиция, выработанная годами тренировок и шпионской деятельности, подсказывала, что он совсем скоро должен явиться. Так оно и произошло. Северус только закончил с готовкой, наложив на горячую еду чары, и обернулся на завозившегося на диване Поттера. Тот что-то промычал, видимо собираясь проснуться. Северус тяжело вздохнул. Он совсем мало поспал, даже для себя. Сзади раздался тихий виноватый голос. — Привет… — Явились, молодой человек, — Снейп говорил сердито, не взглянув на мальчика, всем видом показывая, что недоволен его исчезновением. Тедди понуро уселся за кухонный стол, опустив голову на сложенные руки. — Прости меня, Северус. — Не передо мной ты должен извиняться, — Снейп смягчился, услышав искренность в чужих словах, — Я сам хорош, — он поставил перед ребенком горячий чай, садясь напротив — А вот Гарри совсем не заслужил того, что ты ему наговорил. Тедди стыдливо опустил глаза, он явно не хотел, чтобы Северус знал о тех словах, и яро желал, чтобы все забыли о этой ситуации. — Он никогда не вспомнит и никогда тебя в этом не упрекнет, ты это прекрасно знаешь. Но надеюсь, ты также понимаешь, что обязан извиниться именно перед ним. — Я… Да, конечно, — Тедди смущенно взглянул Северусу в глаза, — Я люблю вас… Снейп мягко улыбнулся, переводя взгляд с мальчика на диван за его спиной. Поттер уже сидел и пытался прийти в себя, растирая все такие же уставшие глаза. — А мы тебя. Но я думаю Гарри ты должен сказать это лично, — и кивнул на мужа. Тедди медленно подошел к дивану, останавливаясь напротив Поттера. Смущенно потер шею и тихо проговорил: — Я не хотел так, — и еще тише, чувствуя себя виноватым, — Мне очень жаль. Гарри, услышав родной голос, резко поднялся, вцепившись ребенку в плечи мертвой хваткой. — Тед, ты в порядке? — Снейп наблюдал, как чужие глаза беспокойно бегали по лицу мальчишки, всматриваясь в каждую деталь и стараясь найти хоть малейшие ухудшения. — Да, да, конечно, — послышался слабый, тщательно сдерживаемый всхлип, — Прости меня за мои слова. Я просто боюсь, — его плечи слабо задрожали, — Я так переживаю за бабушку. Она не может умереть. Гарри сгреб Тедди в охапку, и тот сразу уткнулся в чужую грудь. Поттер нежно гладил его по голове, целовал макушку и еще крепче прижимал к себе. — Я рядом, мой маленький, я рядом, — Поттер плавно покачивал ребенка в своих объятиях, — Всегда буду. Всегда поддержу тебя. Я все понимаю, совсем не злюсь. А Андромеда обязательно поправится, вот увидишь. И Северус с какой-то отчаянной тоской наблюдал за ними. В памяти вдруг опять всплыл образ пятнадцатилетнего Поттера. Уставшего, замученного, агрессивного и пытавшегося бороться. Сейчас он видел перед собой своего удивительного мужа, который отдавал всего себя, чтобы помочь ребенку. Взрослый и мудрый человек, что является опорой и поддержкой для еще совсем юного волшебника. Но тогда много лет назад сам Поттер и думать не мог, чтобы кому-то сказать про свои страхи. Ведь рядом никого не было. Снейп весь внутренне сжался, вновь чувствуя боль и вину за многие сделанные вещи. И ему хотелось хотя бы теперь быть поддержкой супругу. Погрузившись в свои мысли, Северус как сквозь воду услышал искренние слова: — Я люблю тебя, пап, — и Тедди затих в крепких руках, будто действительно заснул. — И я тебя, малыш, очень сильно… Снейп поймал взгляд изумрудных глаз, и сердце остановилось, когда в их глубине он увидел застывшие слезы. Северус улыбнулся тепло и искренне. Как он мог улыбаться только одному человеку. Выражая всю свою любовь и привязанность. Поттер тихо вздохнул, прикрывая глаза, и одинокая слезинка скатилась по его щеке. И Северус оказываясь рядом, мягко провел ладонью, стирая ее, безмолвно давая обещание никогда не покидать. И спустя какое-то время, когда завтрак был съеден, а Тедди уже мирно спал в своей комнате, и они сами тоже легли в кровать, Северус заговорил: — Знаешь, а мы с Тедди очень похожи. Поттер разлепил уже изрядно покрасневшие глаза, приподнявшись с чужого плеча. — И чем же? — Делаем и говорим что-то неприятное, а ты нас всегда прощаешь, и что самое удивительное, без всяких упреков, — Северус аккуратно заправил Гарри за ухо прядь, выбившуюся из вороха волос и упавшую ему на лицо. — Это потому, что я вас люблю, — Поттер слабо улыбнулся, — В миллион раз больше свой жалкой жизни. Снейп вмиг стал серьезен. — Поттер, прекращай! — От стального голоса с рычащими нотками в свое время дрожали все ученики, да и сейчас многие, услышав, невольно вздрагивают. Но этому несносному человеку, что перекинул ногу через его бедро, прижимаясь к его боку, хоть бы что, — Хватит так говорить о своей жизни. Если ты, все никак не смог запомнить, повторяю! Твоя жизнь уже долгое время для меня является главной драгоценностью в этом мире. Самым важным на этой гребанной безвкусной планете. И этот безмозглый идиот на это злое заявление лишь хрипло засмеялся, утыкаясь своим ледяным носом куда-то в ключицу. Через несколько секунд на место смеху пришел сдавленный кашель, и Северус устало покачал головой, притянув это недоразумение ближе к себе. — Я очень тебя люблю, Север, — И Гарри устроившись удобнее в теплых объятиях, закрыл глаза, позволяя себе наконец окончательно выдохнуть и расслабиться. — И я, любовь моя, и я… И Северус сам прикрывает глаза, напоследок думая, что это у них навсегда. Несмотря ни на что…