Несчастье

Это место явно не было уютным, оно казалось угрюмым и пустым. Ни тебе птиц ни тебе других животных, только волосы на затылке шевелятся и пить охота. И черт побери он чувствовал, что нечто такое уже происходило с ним когда то. Странно, вроде еще пару часов назад они с ребятами собирались повести симпатичных девчонок из консерватории послушать оперу. А теперь он здесь, среди поредевшего, иссушенного и колючего леса. Ветки которого то хотят уколоть, или просто рассыпаются не успеешь их коснутся. Пол пошел по узкой тропке. Он хотел пить, чем дольше он шел, тем больше его мучала жажда. Пейзажи были неприглядные. Где-то в стороне раздались полу-стоны, все что его окружало словно было запачкано красными разводами заходящего солнца, оно словно накалялось, перед тем как спрятаться и Маккартни чувствовал этот жар, он оттянул ворот рубашки. Ногам стало тесно в красивых, кожаных туфлях. Чьи-то вздохи и стоны продолжались, чье-то страдание, не понятно откуда слышимое. Небольшой каменный дом был в конце тропки. И поскольку он был сбит с толку, а дорога заканчивалась этим домом, дальше он видел непроглядную чернеющую чащу леса. Где деревья сомкнулись пышными, темными кронами, он перебрался через невысокий, кованный заборчик. Прошел мимо увядших клумб и постучал в двери, ничего не было слышно. Ни шороха ни звука. Пол окликнул, нет ли кого дома. Противно заскрипел флюгер на крыше, легкий ветерок, похожий на вечно мешающий сквозняк пробрался к нему за шиворот. Он обернулся и понял, что уродливое солнце зашло. И стало холодно, он задрожал и еще раз окликнул. Послышались шаги, шум и дверь кто-то начал греметь многочисленными замками и наконец открыл. Это была старая женщина, недовольная гостем. - И чего вас всех нелегкая сюда несет, ну что смотришь, заходи, смазливый. – она немного пошаркала тапочками, отошла в сторону. – По коридору прямо, там кухня. - Прошу прощения, что потревожил вас, я не знаю как я сюда попал, - Пол присел на кресло, и оно было таким мягким и удобным, что казалось совершенно нереальным в этом клочке мира. - Ну а чего ты ждал, вишь какой, - старушка хохотнула, - ну мой дом нашел, нашел, значит не так сильно она на тебя разозлилась, чаю небось хочешь? - Хочу, если можно. – Пол осмотрелся, кухонька старая, уютная, он таких никогда не видел раньше. – А как вас зовут? - Баба Елена я, а тебя как смазливый? – она отступила к белой печке и давай ставить чайник. - Меня зовут Пол, простите за мой вид...я не понимаю где я нахожусь. Я шел по очень странному месту. - Странное место, - Старушка Елена издала смешок. – так этот жуткий лес еще никто не называл. Райончик конечно не то чтоб симпатичный, - она поставила перед ним красивую фарфоровую чашку. Аромат лесных ягод сразу дал Полу почувствовать себя чуть лучше. – Но тут тихо, бывает конечно и проказница Ольшана играется, ну так то не часто. Печенье будешь? - Да, спасибо, если честно не очень вас понимаю. - Ты не переживай, тебе оно и не нужно, - она улыбнулась каким-то своим мыслям. – Лучше о себе расскажи, время до утра скоротаем...она подумала о чем-то, жестяную банку с печеньем на стол поставила. - Я музыкант, если честно очень известный, там откуда я пришел. Мне кажется, я шел очень долго. - Три квартала дорогуша, от моего дома до развилки злых оленей. Думаю климат просто не для твоей шкуры, - она присела в кресло напротив и отхлебнула из своей чашки. Ей приглянулся вежливый парень, хотя она не любила смазливых. - Вы сказали, мне повезло, что не наткнулся на серьезные неприятности, в этом замешана девушка? – Пол макнул миндальное печенье в чай и чуть не растаял от аромата ванили. Улыбка обозначилась на его лице. Тут раздались шорохи и стоны...где-то из подвала. Пол чуть не опрокинул на себя кружку, звякнул фарфор, юноша подскочил в кресле. Но старушка Елена поспешила успокоить, мол это ее дед, отдал богу тело, душа его в подвале томится, много дел нехороших при жизни делал. - Фанатки у тебя смазливый, ой какие необычные, - старушка хихикнула, - но думаю она так пошутить хотела, ты ей понравился, ты пей чай. Если бы чего серьезное, то тебя бы еще раньше скушали, а так. - Кто она? – Пол нахмурился, откусив печенье. - Ольшана ясное дело, как понравится ей кто, так она давай мучать, и уж тогда мне не до сна, бегают всякие по лесу, вот так то, орут, - бабка Елена поджала губы, недовольство показалось на ее старушечьем лице. – А ты думаешь, я не жаловалась? Не ходила куда надо, аж туда ходила, - она красноречиво подняла палец вверх. Заинтригованный и расслабленный, Пол жевал печенье. Бабка продолжала. Мол власть их корумпированная ничего делать не хочет, мол не так часто девка развлекается, мол потерпите, помогает она городу. Бабка так зашлась, что давай поносить власть на чем свет стоит. Хвалила только какого-то императора, мол красавец мужчина, дочери у него драконихи...так живет этот красавец в другом конце света, попробуй доберись. Житье там хорошее, но не из дешевых. Потом попросила Маккартни спеть, раз уж он умеет, даже дала гитару. Он дрожащим голосом исполнил Yesterday. Старушка расплакалась. ..... - А потом я проснулся...- Пол пытался перевести дыхание. - Ну ну принцесса, - Джон гладил его по голове, трепал непослушные волосы. – съешь что-нибудь, может ванильное печенье? Его фанаты прислали, - Леннон не скрыл улыбки, когда на лице его друга отразилось возмущение, щеки Пола покраснели. Вечером на репетиции все парни жевали ванильное печенье, которое прислала одна из фанаток. Ринго напустил на себя удивленный вид после одного укуса и проскандировал драматичным голосом, что его утягивает в другой мир. Уже позже в отеле, Пол поскребся в дверь к Джону и попросился переночевать у него. Джон возражать не стал. Они готовились ко сну, Пол откинул верхние покрывало роскошной постели. Тут из ванной выскочил Джон со счеткой в руках, перемазанный зубной пастой и дурным голосом как заорет, что там в ванной на него нападают ведьмы и пытаются его раздевать. Глаза у Джона горели усмешкой. Помывшись он еще хихикал и подкалывал друга. - Не бери мою подушку Полли, а то если на ней уснешь всякие непристойности со старыми ведьмаками снятся, это тебе не страшный лес и ванильные печеньки. – Он сел в постели и попытался защекотать Пола, который возмущался себе под нос и все поправлял одеяло. Ночью Джон проснулся от вздрагиваний и постанываний друга, тот будто в бреду был, его мучал кошмар. Джон протер глаза и стал трепать Пола за плечо. Тот распахнул свои глаза, его черные ресницы трепетали. Он ловил воздух ртом. Джон рассеяно погладил его по голове и встал. Сделал звонок по телефону, после чего в номер принесли теплое молоко. Он сел на кровати и дал молоко Полу. - Что принцесса, страшные сны? – Джон погладил друга по спине. - Меня пытались сожрать олени с красными глазами, чем я так рассердил наших фанаток? – Пол отпил молоко, Его сердце продолжалось бешено колотится. - Успокойся моя душа, они тебя любят, до безумия любят. Завтра концерт, как думаешь еще уснешь? – Джон встал и посмотрел на Пола. - Не знаю, - выглядел Пол довольно жалко, весь встревоженный и в холодном поту. Он принял душ и забрался в постель. Джон Леннон укрыл его мягким одеялом, взял гитару и стал мурлыкать что-то слегка хрипловатым голосом. Это казалось Полу спокойным, нежным и ресницы его стали тяжелыми, он проваливался в сон. Джон чмокнул его в макушку, поставив гитару на место.