Среди пепла

Сегодня спал куда лучше, чем вчера, ибо сил было не так уж и много. С утра встал более бодрый и менее раздражённый, пока другие его друзья спали. Он протер глаза, после чего посмотрел на Руслана. Он выглядел симпатично. Такой беззащитный сейчас.. Его грудь вздымается в спокойном ритме, глаза закрыты, одна рука лежит на груди. Ничего особенного в этом зрелище нет, но сердце бешено стучит. Даня уже понял почему, но просто не хочет признаться самому себе в этом. Каждая мысль о Руслане – пытка для Кашина. Ему она нравится, хочется больше, но становится так мерзко на душе.. Да и немец не ведёт себя так будто заинтересован в нем. Да, выхаживал, после того, как его избили, да, во многом ему уступал, лишь бы рыжему было комфортно.. Теперь все еще более запутано. Ну кто же просил его анализировать все это?.. Теперь он будет искать намек в каждом слове, действии.. А намеков нет. Руслан, наверняка, нормальный парень, не страдающий от этих глупых, дурацких мыслей.. Что же делать со всем этим, раз не думать не получается? Забыть. Забить это настолько глубоко, чтобы больше никогда не вспомнить. Но как же это сделать? Бесит. Ответил на один вопрос, за ним другой следует. Ужасно. Тот встал со своей «постели», после чего ощупал свой карман. Не обнаружил там своего ножа.. Жаль. Хотел пойти поохотится, поэтому тот быстренько роется в карманах Руслана, там же успешно выуживает то, что искал. Может, в этом лесу осталась хотя бы какая-нибудь живность? Лес же не сожжен. На всякий случай взял револьвер. Тратить патроны не планировал, а вдруг птица какая-нибудь? Хочется поднять товарищам настроение. Разложив нож, тот двинулся в лес. Лучи солнца освещали его, ибо листьев на деревьях все еще не было, но почки уже активно росли. Тихими шагами, тот брел сквозь него, выискивая того, кто мог бы стать подкреплением. За спиной послышался шорох, который заставил Даню обернуться. В паре метров от него стоял заяц, спиной к нему. Живот свело. В последний раз он ел мясо в начале войны, когда еще не все животные осознали опасность. Он не мог упустить это. Медленными движениями, тот достал револьвер, после чего нацелился на животного. Тратить пулю ужас как не хотелось, но, когда жертва сама попалась ему на глаза, он не мог просто так отпустить его. Сосредоточившись, он пустил пулю в животное. Заяц успел лишь подскочить, но было поздно. Довольный хотя бы такой добычей, взял его за уши, после чего пошел обратно. Заяц был достаточно крупным, поэтому, хотя бы немного, но все бы поели. Да и люди уже привыкли есть по-немногу. Привыкли делиться между собой, иногда даже уступать. Когда вернулся обратно, в лагере происходила суета, лишь когда один из солдат увидел его, крикнул всем «отбой», настала тишина. Руслана Даня не видел, зато остальные подошли к нему с расспросами. Пришлось ответить, что вышел поохотится, добыча же есть. Отдал животное одному из солдат, после чего пошел к реке. Такое тихое место, прямо-таки идеально подходит для раздумий. Оказавшись там, он просто стоял на берегу, даже не садился, просто смотрел на воду. Все как-то навалилось.. Если раньше его цель была дожить до конца войны, если получится, конечно, то теперь ему нужно, во-первых, выжить, во-вторых, понять, что же делать с Русланом, в третьих, поговорить с Русланом.. Да все с этим Русланом! Кашин поднял камень с земли, после чего кинул в воду. Облегчения это не дало, но немного свою агрессию ту выплеснул. За спиной послышались торопливые шаги, которые быстро перешли в бег. Перед лицом замаячил Тушенцов, который пытался отдышаться. —Почему ушел, никого не предупредив? Я же говорил, что все волнуются за тебя! —Ну ничего же со мной не случилось. Не надо драматизировать.. Тем более, я у тебя нод взял, по его пропаже мог понять, что я вернусь скоро.. —Дань, это для тебя очевидно, а, когда я тебя рядом не обнаружил, мне было совсем не до ножа. Ты понимаешь, как разволновал всех? Я ведь своей беготней весь лагерь на уши поставил.. —Ну, зато, вы сплотились. Теперь ты как бы часть команды, раз уж ты забил тревогу о моей пропаже. Видишь, как хорошо? Руслан поджал губы, после чего тяжело вздохнул. —Даня.. Пожалуйста, если ты куда-то уходишь, ты можешь даже не меня предупредить, предупреди кого-то. Он взял ладонь Кашина в свою, после чего, большим пальцем начал гладить ее. —Unvorsichtig.. Почему же все ценят твою жизнь больше, чем ты сам? Ты живой всем нужен. Руслан прав. Может, Кашин и не со всеми хорошо общается, но живым нужен. Какой же он эгоист все-таки.. Как всегда, только о себе подумал. —Я больше не буду поступать вот так. Извини, что потревожил вас всех. Немец лишь вздохнул, отпуская чужую ладонь. —Сегодня вечером выдвигаемся, так что, если не планируем купаться, пошли обратно. И он пошел. Вернулся в лагерь, а там уже и зайца начали готовить. Хоть подкрепится смогут, прежде чем уходить.