Среди пепла

Он чувствовал, как дрожит его собственное сердце, и это уже вошло в привычку, но как же было приятно обнаружить, что сердце Руслана тоже трепещет от этой близости. Значит есть шанс на взаимность, даже, если он маленький, он есть.. Они постояли так еще немного, после чего неловко отстранились, глупо улыбаясь. —Наверное, надо помыться.. — тихо проговорил Руслан. — остальные, наверняка, сейчас тоже подтянуться. —Точно.. После этой вылазки все не прочь освежиться. Обменявшись взглядами, они глупо, легкомысленно рассмеялись, чувствуя, как в душе разрастается тепло. Вот бы продлить этот момент, остаться у нас навсегда.. Но, увы, время скоротечно, всегда заберет что-то дорогое. Они все же начали мыться, отвернувшись друг от друга. Чувствовать присутствие друг друга было даже как-то интимно, но Даня старался не придавать этому значения. Просто приятный момент, который он провёл со своим другом. Один из многих, за их историю знакомства. Закончив, они оделись, после чего увидели, что мужчины и вправду собирались освежиться. —Вода прохладная, самое то. — Рассказал Кашин, слабо улыбаясь. Товарищи лишь широко улыбнулись, представляя, как они смоют всю усталость, накопившуюся за время вылазки. Теперь можно и отдохнуть, небо покрылось тысячами белых точек. Расстелив шинель, рыжий улегся. Руслан, как ему и подобает Лео рядом. —Завтра нужно отвести всех людей в город. Ты письмо написал? Немец подскочил, как ошпаренный, после чего взял сумку, что лежала рядом. —Нет! Чуть не забыл! Достав оттуда один лист, он взял в руку ручку. Они, хоть и были в дефиците, но пара штук имеласт у каждого немца. Он прислонил лист к коленям, после чего начал быстро писать. Писал он, понятное дело, на немецком, и, хоть Кашин и умел на нем говорить, читать и неплохо писать, не пытался рассмотреть. Он понимал, что, скорее всего, раз он пишет родным, там что-то личное, что ему знать не стоит. Спустя какие-то пару минут, руслан свернул лист напополам, после так же еще раз, после чего убрал в карман шинели, что находился на груди. —Теперь я спокоен. — Тот немного помолчал. — Ты своим писать будешь? —Нет. — коротко отрезал Кашин, после чего увидел, что немец немного удивился, но сразу же поменялся в лице. —Хорошо. Теперь есть что отправлять. Давай спать. Они легли обратно, позволяя сну все же взять свое. *** Встав утром, они, солдаты и бывшие пленные подкрепились чем было, после чего, Кашин встал перед всеми. —Есть те, кто хочет написать письмо родным? Солдаты возликовали, каждый поднял руку. Двое принялись раздавать листы, и им едва хватило. Остался один единственный лист, остальные уже расхватали. Придется немного подождать – ручки всего три. В то время, пока солдаты писали письма, Даня и Руслан молча глядели друг на друга, будто выискивая что-то невиданное, то, о чем они не знают. Они не лезли с вопросами друг к другу, просто наблюдали. Но, вскоре, прекратили, так как мужчины заявили, что готовы идти. Взяв немного припасов, Кашин взял главенство перед отрядом, сказав, что будет вести всех. Он знал дорогу, даже если собьется, в их группе есть и другие, кто тоже осведомлен о пути к городу. Идти предстояло дня два, поэтому, кто-то затянул беседу. Рыжему она была неинтересна, он просто следовал пути в памяти. *** Вечерело. Солнце садилось за горизонт, из-за чего становилось все труднее видеть перед собой. Но они все равно шли. Они будут идти до тех пор, пока совсем не стемнеет. Силы кончались, но люди, отчаянно желавшие вернуться в город и отправить письма заставляли спбя идти, цепляясь за эту мотивацию. Кашина немного клонило в сон, но он все равно услышал возню в кустах. —Стоять. — приказал он, вглядываясь в темноту. Но не было ни единого признака какой-либо живности. Может ему показалось? Взяв в руки револьвер и направив его в кусты, тот начал медленно подходить ближе. Стояла гробовая тишина, если не обращать внимание на тяжелое дыхание спутников. Он подошел совсем близко к кустам, после чего пнул его ногой. Тишина. Ему наверняка показалось. —Отставить панику. Тот отошел, стоя спиной к кустам. Это и стало его ошибкой. Оттуда выпрыгнул волк, сначала повалил его на землю, после чего попытался прокусить горло, но винтовка Тушенцова вовремя его предотвратила. Со всех сторон вышли и другие его сородичи, после чего начали подбегать совсем близко. Даня, даже не успев подняться, почувствовал, как в его ногу вонзились острые клыки. Вскрикнув, он пустил пулю в голову животного, тот не расцепил пасти. Корчась от боли, он все равно помогал отряду отстреливать волков, и совсем скоро опасность миновала. Все так же лежа на земле, тот попытался двинуть ногой, но редкая боль пронзила тело. Он захотел выругаться, но лишь прикусил губу. Немец подбежал к его ноге, после чего осмотрел ее. —Ничего слишком серьезного.. Он прикусил ее, клыки не вошли слишком далеко. Надо расцепить. Готовься. Руслан начал открывать пасть животного, отчего боль стала еще сильней. Даня сжал руки в кулаки, корчась от боли. Одним резким движением Тушенцов спас ногу Кашина, после чего посмотрел на рану. —Хромать ты точно не будешь, но идти сейчас не сможешь.. —Да я пойду, не брошу же я вас. Руслан протянул ладонь Дане, он принял ее, пытаясь подняться, что вышло с огромным трудом, так еще и с болью. Он едва касался земли ногой, чувствуя, как струйки крови текут по лодыжке. —Ты не сможешь так идти, Дань.. Признавать этого не хотелось, но ему нужно было отдохнуть. Тяжело вздохнув, он кивнул. —Тут есть деревня недалеко. Дойдем до нее, завтра буду как новенький. —Я же говорю, ты не сможешь дойти.. Садись ко мне на спину? —Нет, я дойду. Попытавшись сделать первый шаг, Даня понял, что он и вправду не дойдет. Поэтому, предложение шатера все же пришлось принять. Он уверенно шагал за одним из товарищей Кашина, что тоже знал дорогу. Чувствовать себя таким бесполезным было просто унизительно, но он лишь крепче обнимал плечи Руслана. *** Вскоре показалась деревня. Та самая, которую Даня помнил еще до войны, теперь же она была заброшена. Все двери были нараспашку, где-то выбиты окна. Печальное зрелище. Зайдя в один из домов, Руслан уложил рыжего на кровать. Кашин посмотрел на свою ногу, на которой красовался укус. Выглядела она скверно. Руслан подошел ближе, после чего извлек из сумки вату и отобатыающее средство. Смочив ватный шарик, он принялся обрабатывать рану, которая и без того болела, а сейчас стало еще хуже. Понимая, что ему это нужно, Даня просто кусал губы, корчась. —Все будет хорошо.. — приговаривал Руслан, делая все как можно более нежно. —Все будет хорошо.. — повторял Кашин. Он понимал, что такой укус дня три только затягиваться будет. Он посмотрит на свое самочувствие завтра, там и решит. Сейчас же все улеглись спать. В доме воцарилась тишина. Кто-то прошел в другие дома, дабы занять свободные кровати, отчего в доме было не так тесно, как могло бы. Усталость быстро заставила его закрыть глаза, после чего уснуть.