Останься моим

      Дождь разошёлся. Валил стеной, бил по голове и рукам, но Захар не переставая закидывал землю в яму. Её недостаточно для того, чтобы спрятать, но прятать не надо, нужно убрать с глаз, чтобы не мешало. Потом Захар вернёт лопату в гараж отца, дома примет душ и выпьет горячительного, чтобы не простыть.       Дождевик закрывал большую часть тела, только ноги в кроссовках вымокли. Захар совсем не думал о том, какая сегодня была погода.

***

      На следующий день симптомов простуды не прослеживалось, и Захар пошёл в школу. Когда он вышел из подъезда, то увидел Игоря. Тот стоял, колупаясь в телефоне, и ждал. Как ждал Захара каждый день после того, как они начали встречаться.       За ручку, конечно, не подержаться, но поприветствовать друг друга недвусмысленным улыбками и обняться они могли себе позволить.       — Пойдём сегодня к тебе? — спросил Захар.       — А ты хочешь? — ухмыльнулся ему Игорь.       — Очень. — Захар облизал губы, намекая на то, как именно он хочет провести время, и, пока никто не видел, Игорь притянул его к себе за талию, но быстро отпустил. «Никто» мог появиться когда угодно.       В школе было как обычно. Захар следил, подмечал детали, которые уже видел: учителей, одноклассников, старшеклассников, младшеклассников, погружался в перелистывание тетрадно-учебной рутины и убеждал себя в том, что всё идёт по плану, но стоило в поле его зрения появиться Олегу, как всё благодушие сняло рукой. Так срывают одуванчики и раздувают их семена: не думая о последствиях.       Олег, улыбаясь, подошёл к Игорю, а Захар неотрывно следил за его движениями: за уверенно протянутой рукой, за сложившимся рукопожатием, дружеской улыбкой и двойственными кивками, а в заключение блестящими у обоих глазами.       Олег наблюдение за собой заметил.       — Что-то не так? — спросил напряжённо он, не желая провоцировать конфликт, ведь Олег — это душа любой компании, а душа компании злости не показывает.       — Да так, — Захар небрежно бросил взгляд, — бесишь ты меня.       Такого откровения ни Олег, ни Игорь не ожидали.       — Захар, ты чего? — попытался сгладить ситуацию Игорь.       — Ничего. Неважно. — Захар посмотрел на Игоря и улыбнулся ему, резко портя своё лицо. Ему хотелось сделать вид, что никакого Олега рядом нет. И в целом, получилось. Когда говоришь правду, становится легче.       Захар попытался закрепить за собой это ощущение, когда переступил порог квартиры Игоря. Тут же навалился на него, обнял, поцеловал и потащил в комнату.       — Воу-воу, — не ожидая напора, сказал Игорь и положил руки на плечи Захара, — ты не заболел? Обычно… ты так не делал.       — А почему бы не начать? — облизнулся Захар и, подставляя ногу, повалил Игоря на кровать.       Он навис над ним, рассматривая его потерянный и взволнованный взгляд, одновременно готовый ко всему и ни к чему вовсе, и расстегнул ремень на его штанах, без запинки исполняя действия. Игорь застыл, не смея реагировать, он ведь такое видел впервые.       А Захар и сам не думал, что будет готов сделать это. Он достал его член, такой горячий, набухший и возбуждённый, как воображение Игоря, подержал в ладони, взвесил, отполз назад и взял в рот.       — Стоп! — громко сказал Игорь, от чего Захар вздрогнул и чуть было не подавился. — Это по какому поводу? — Он не верил, что это происходит. Захар знал и смотрел исподлобья, дразня языком и посасывая.       — Просто так. — Он поменял рот на руку и прижал влажную головку к своей щеке. — Ты же говорил, что хочешь.       — А ты говорил, что тебе мерзко. — Игорь это помнил слишком отчётливо, ведь отказ воспринял болезненно. Так, будто Захар отказывался от всего Игоря, а не от того, чтобы отсосать ему.       — Я подумал над этим… И решил, что нужно попробовать сначала, а потом сказать, насколько это мерзко на самом деле. Мы же дрочим вместе — это нормально, так почему минет       — это не нормально?       — Может… я хоть помою?..       Захар подумал с секунду, а потом засмеялся. Не зря он передумал.

***

      Первый минет прошёл лучше, чем Захар ожидал, и было не так мерзко, как он себе представлял, а каким красным и довольным был Игорь… он кончил чуть ли не за минуту. Кажется, это устыдило его ещё больше, чем факт отказа, но было так хорошо, что стыд ушёл из тела вместе с семенем, которое Захар показательно проглотил.       Разве это не должно было возбуждать? Не должно было привлекать?       Захар чувствовал, что держит Игоря в своих руках.       На следующий день, когда они встретились у его дома, он спросил:       — Ты смотрел что-нибудь, после того как я ушёл?       Игорь хмыкнул, припоминая, что такое могло быть, а Захар знал: было. Точно было. Игорь постоянно что-то смотрит и поговорить об этом не прочь.       — Да, глянул один мульт. Прикольный, — кратко ответил он и посмешил закрыть рот, чтобы не сболтнуть лишнего.       — Расскажешь о нём? — Захар, как подобает, проявил любопытство и при этом достаточно искреннее.       — А тебе разве интересно?       — Интересно! — кивнул он и вышел немного вперёд, разворачиваясь лицом к Игорю, желая притянуть его, взять в свои объятия и никогда — никогда не отпускать. — Подумал… что тоже нужно что-нибудь посмотреть. А ты у нас эксперт в этом.       — Но ты же никогда не слушал, — заметил, слабо улыбаясь, Игорь, припоминая старое.       — Извини за это, — сразу ответил Захар, чем удивил Игоря куда больше, чем минетом прошлым вечером, — я подумал, что… это ведь то, что тебе нравится… Почему ты не рассказываешь об этом? Я же говорю о том, что нравится мне, а ты слушаешь… И вот. — Речь хоть и была готова заранее, звучала плохо. Зато честно. Игорь не мог в ней усомниться, а это ещё один плюс.       — А ты… много чего надумал, да? — безобидно засмеялся Игорь, и настало время удивляться Захару. — Вчера по поводу минета говорил, что подумал, теперь про фильмы подумал.       Захар не удержал смеха:       — Мозги, наверное, включились!       В школе Захар так же пристально следил за Олегом и его идеальными действиями, когда он шёл на контакт. Тот чувствовал себя неуютно, постоянно оглядывался, ловил мыслями: «Вали прочь», и долго с Игорем не держался. Сбегал, поджав хвост, нелепо поднимая руку и ссутуливаясь, а Захар поднимал подбородок и смотрел на того сверху вниз. Он заслужил такого отношения. Так он и должен себя вести рядом с Захаром.       — У тебя точно ничего с Олегом не случилось? — спросил Игорь, поглядывая то на одного, то на другого.       — Точно.       — Точно?..       — Не знаю. Бывает такое, что человек не нравится, и всё тут. И вот с Олегом так же. Не нравится он мне. Кстати, — Захар облизнулся, растягивая губы, — к тебе пойдём?

***

      Захар придерживался своего плана, и всё выходило. Ему даже понравилось, что у него получается ублажить Игоря: как тот стонет, течёт под ним, как он, сильный в их паре, становится слабым и просит ещё. А то, что он рассказывал о фильмах, пусть и было скучным, но разбавляло их болтовню.       Захару казалось, что всё идёт как надо, как он сам определил, и был собой несказанно доволен. Поэтому он ни капли в себе не сомневался, когда назначил предрешённую встречу на вечер субботы. У него будет свидание с Игорем, они будут вместе гулять, если повезёт, то немного подержаться за руки, а, может быть, даже поцелуются. И всё это на улице. На обозрении у «никого», у всех. У каждого, кто не подозревает о том, какие тайны они хранят.       Захар смаковал предвкушение, как любимую конфету, пока одевался, напяливал кроссовки и бежал по лестнице. Он был безмерно уверен в себе, когда зашёл за угол дома, ведь оттуда должен был прийти Игорь, но он увидел то, что изменить ему не удалось.       За домом, пока никого не было видно и никто не видел их, Игорь целовался с Олегом. Совсем недолго, но именно этот момент Захар застал. Тискают друг друга, как влюблённые, как пара, которой были Захар и Игорь.       Олег тоже увидел Захара, будто не ожидал — а ведь он знал, всё прекрасно знал! — и непроизвольно толкнул Игоря в плечо. Тот обернулся. Обернулся, посмотрел на Захара, а его лицо ломалось и переламывалось, потому что план, которому он следовал, был подорван взрывчаткой.       Игорь опустил голову, будто почувствовал себя провинившимся. Именно сейчас, а не неделей, месяцем раньше. Именно тогда, когда Захар их увидел, застал на старом месте преступления.       Захар выдохнул и положил пальцы на лицо:       — Какого чёрта?.. — но спрашивал он это не у Игоря, и тем более не у Олега.       — Захар, — произнёс Игорь и сделал шаг навстречу ему.       — Что тебя не устраивало?! — заорал Захар и встряхнул рукой. — Я же всё делал как надо!       Как ты хотел! Почему ты выбрал его?! Чем я хуже? — Он начал давить на виски, унимая подступающую боль, которая ползла от самой головы по шее всё ниже и ниже.       — Захар, дело не в том, что ты хуже…       — Тогда почему?! Что есть у него, чего нет у меня?! Ты хотел, чтобы у нас всякое в постели было? Хотел! И я дал тебе это? Дал! Ты был доволен? — Захар уставился на Игоря, а тот лишь трусливо сжал губы, тупя взгляд. — Ты сказал, что тебе понравилось. И всё равно… всё равно ты… — Захар не мог найти слов. Не в этот раз.       — Ты слишком эмоциональный, — сказал Игорь. — Это отталкивает.       — «Отталкивает»?! Когда мы начинали, ты ни о чём таком не заикался… А теперь… мать твою. — Захар опустил глаза. У него не было больше на это сил. Их всосал огромный пылесос.       — Извини. Я хотел сегодня тебе всё рассказать.       — Пиздец… Я думал, у нас будет свидание. — Захар засмеялся, хватаясь за ноющий живот. — А ты меня бросить решил. Снова.       — Извини.       — Да толку от твоих извинений.       Игорь всё-таки подошёл поближе.       — Мне, правда, нравилось быть с тобой.       Захар посмотрел исподлобья, серьёзно, холодно, хмуря брови, так, как он ещё не смотрел на Игоря, так он не смотрел даже на Олега, и от этого Игорю было не по себе, он хотел уйти. На шаг, два, три. Уйти далеко и навсегда. Вместе со своим идеальным Олегом, который не такой эмоциональный, который показывает столько чувств, сколько надо, который не говорит, что сосать чей-то член — это мерзко, а слушать постоянную нудную болтовню о том, что было в фильме, который их никак не касается, — это интересно. Захар это всё чувствовал.       — Если бы его не было, ты бы выбрал меня? — спросил он, чувствуя, как откалывается последнее, что держалось на нём на соплях.       — Не знаю, Захар. Зачем об этом рассуждать?       — Да так…       Захар достал из кармана складной нож и завёл его за спину. Посмотрел на Олега, который стоял в стороне и жался, как неродной, будто не его выбрали, будто не ему дали главную роль, он так, выглядывает из-за плеча одну сцену, а потом пропадёт. Никто о нём не вспомнит, никто его больше не увидит.       Игорь ему наверняка всё вытрепал о том, как Захар его достал, а вот Олеженька — лучший из лучших, как иначе? Не истерит, как собачка на каждую просьбу откликается, лижет, что надо, и уши открытыми держит.       — Захар, — произнёс Игорь и вздохнул.       — М-м? — протянул тот, а Олег его взгляд поймал и свой отвести не мог, знал, что-то будет. Что-то, где ничего хорошего. И в целом, был прав.       — Извини, — стоило Игорю это сказать, как Захар кинулся на Олега, выставив нож, но, сработав на рефлексах, Игорь схватил Захара за руку и повалил на землю. Блестящий нож он увидел куда позже. — Ты с ума сошёл?!       — Ты ни хера не понимаешь! — завопил Захар, а Игорь перехватил руку с ножом. — Из-за тебя!.. Я его из-за тебя убил, и зачем?!       — Кого ты убил?.. — не поверил Игорь. — Захар! Что ты сделал?       Захар задышал глубоко, через рот и попытался не смотреть на сжавшееся в приступе ярости лицо Игоря, которое он ему никогда не показывал. Он пытался смотреть мимо, на мягкое персиковое небо, которое разрасталось над ними.       Солнце уже клонилось к закату. Это должен был быть их день: их день, их солнце, их закат, их свидание… Только их и ни чей больше, но тупой Олег… всё из-за Олега.       — Захар, — потребовал Игорь, встряхивая его за руки.       Захар откинул голову, укладывая её на земле, и увидел трясущегося в страхе Олега. Тот уже готов был обоссаться. Если бы это произошло, Захару стало бы немного легче.       — Я покажу тебе. Только поедем одни.       Игорь понял, что он не может требовать иного. Нож передал Олегу, отпустил его домой, и они поехали. Взяли такси, выехали к лесопарку в соседнем районе. Типичная прогулочная зона для тех, кто хочет оказаться подальше от города в черте города.       Если ещё не нашли, то тело осталось там, где Захар его закопал.       Он привёл Игоря к разрытой, свежей земле, которую перебирал под проливным дождём, и такой она осталась. Тело не трогали, не откопали.       — И кто там? — спросил тихо Игорь, боясь, что их обнаружат.       — Если хочешь, посмотри, — равнодушно ответил Захар, вслушиваясь в тишину шуршащих деревьев.       — Захар…       — Серьёзно. Всё равно не поверишь.       И почему-то это подействовало. Игорь опустился на колени и стал руками раскапывать землю, а как докопался, застыл, не проронив ни слова. Захар не знал, насколько хорошо тело сохранилось, но, возможно, достаточно, чтобы Игорь его узнал. Узнал и глазел, не веря в происходящее.       Захар залез в рюкзак и достал второй нож.       Он знал, что одного будет мало. Он уже давно понял, что нельзя так слепо полагаться на случай. Вот сейчас не получилось, зато нож хотя бы взял.       Игорь пребывал в шоке, не реагировал на звуки, не думал, что Захар что-то выкинет. Или предпочитал не думать вовсе. Захар сел рядом на колени, опуская их во вздыбленную землю, положил руку на жаркое плечо и воткнул нож слева, но Игорь лишь сдавленно выдохнул.       Захар промахнулся.       Игорь хотел выбить нож, но рана принесла за собой боль, с которой справиться он уже не мог.       Захар уже знал, как над действовать, куда лучше бить, и засадил нож в глотку.       По коже побежала тёмно-алая кровь. Игорь выпучил глаза, прижал руки к ране, попытался встать, но не смог, рана в спине скрутила. Лишь повалился на спину, а Захар сел сверху, трогая ещё живое, но предсмертное лицо Игоря, который отчаянно бьётся за жизнь, и сравнивал со своим собственным, но уже мёртвым и начавшим разлагаться.       — И дело ведь было не в Олеге, — сказал Захар, кладя свою руку поверх руки Игоря, — а в тебе. Всё дело было только в тебе. Почему ты не выбрал меня? Я, правда, тебя только отталкиваю? У меня… у меня вообще нет шанса? Ни здесь, ни там? Ты всегда так будешь думать обо мне? Всегда и везде? — Захар склонился к нему, прижимаясь лбом к его мокром виску.       Игорь хрипел, болезненно смотрел на Захара, молил о помощи, а Захар улыбался, вспоминая, как несколько недель назад Игорь повторял всё то же самое: извинялся, говорил, что было хорошо, но всё поменялось и уходил с Олегом, кладя руку на его плечо, прижимая к себе так, как прижимал к себе Захара, а Захару оставалось только вернуться домой, уткнуться в подушку и реветь, потому что его не выбрали.       Его не выбрали тогда, его не выбрали и сейчас. И даже если он снова вернётся, его снова не выберут.       Он сжал руку Игоря:       — Ну, если не мне, то никому… а то это нечестно. Олег даже не старался.