Ocean dream (вампирская версия)

Чëрный внедорожник летел по вечерним улицам. Пит включил музыку и расслабленно подпевал исполнителю. Настроение было на высоте, хотелось наслаждаться жизнью, петь, выть на луну и бесконечно целоваться. Его цель в завоевании вредного и своенравного одноклассника была достигнута. Он резко вырос в своих глазах и, даже, начал гордиться собой. Никита же сидел, насупившись, в обнимку со своим школьным рюкзаком. Недавняя радость и эйфория, от первого настоящего секса и горячих поцелуев, сменилась на, бросающую в дрожь, нервозность, грусть и неопределенность. Настроение скатилось по наклонной куда-то далеко вниз, и, по ощущениям, это был не предел... Наблюдая за пролетающими мимо фонарями, он напряжëнно думал... Думал о том, что, что-то, вдруг, резко поменялось в поведении Пита. Как по щелчку пальцев. Он не выглядит сейчас лохом с глуповатым и беспечным поведением. Наоборот, уверен в себе и своих силах, блеск в глазах, хищная ухмылка... Никита съëжился в комок, теребя ремень безопасности. Мнительный мозг и богатое воображение рисовало в его голове страшные картины... — Детка, а что мы скучаем? — заметил Пит, повернувшись в его сторону. — Боишься, что влетит от мамы? Никита криво улыбнулся и кивнул. Хотя, как раз, от мамы он боялся получить в последнюю очередь. Гораздо больше его напрягало происходящее сейчас. — Немного... — тихо сказал он. — Она, когда злая, знаешь какая мегера? Пит засмеялся. — Не боись, я тебя в обиду не дам... — потом улыбнулся ещё шире, обнажив белоснежные зубы и, Никите даже показалось, что он увидел клыки. Пит наклонился в его сторону. — Ты теперь мой! А я своë берегу... Парень округлил глаза и замер. — Можно глупый вопрос? — прошептал он дрожащим голосом. — Любой можно, хоть глупый, хоть нет... — отозвался Пит, поворачиаая к дому Никиты. — А ты, случайно, не вампир? Пит удивлëнно глянул на парня, и истерично заржал. — Ты что, детка, какой из меня вампир? Ты же меня трогал, обнимал... Я горячий! А этих холодных тварей я терпеть не могу... — Стоп!!! — неожиданно крикнул Никита. — Ты же говорил, что их не существует, а теперь утверждаешь обратное? Пит остановил машину. — Так их и не существует... Это я так, к слову... Мы приехали. Мне пойти с тобой? Никита хлопал глазами, всматриваясь в лицо парня. — У меня складывается впечатление, что я тебя совсем не знаю... Учти, будешь себя так вести, я тебя брошу. — Как, так? — не понял Пит. — Пугать меня, ставить какие-то условия... Идти со мной не надо, со своей мамой я сам, как-нибудь, справлюсь, — он открыл дверцу машины и вылез на улицу. Температура воздуха опустилась ещё ниже, это было заметно. — Ники, подожди... — Пит тоже вышел из машины. — Ты не можешь меня бросить. Мы с тобой переспали и ты теперь принадлежишь мне. Понимаешь? Никита удивлëнно на него посмотрел. — И чë, что переспали? — повысил он голос. — Это была моя инициатива, вообще-то... Видимо, зря я поторопился. Ты мне тут предъявы-то не кидай! Я тебе не вещь, чтобы ставить на мне печать " Моë". Понял? Я же сейчас передумаю и пошлю тебя куда подальше.... Пит прикусил губу, немного помолчал, пытаясь справиться с неожиданным приливом гнева и бессилия одновременно. Его горячий воздух поднимался клубами пара и исчезал в холодной темноте. Он пыхтел и сжимал кулаки, растерянно глядя на парня. Всë-таки, рано он начал праздновать победу. С Ником нельзя так резко... — Я понял, — наконец сказал он. — Не ругайся, пожалуйста... Я просто... собственник. Если что-то моë, то оно моë... Извини? Никита скривил губы. — Короче, Трофимов, ты на испытательном сроке. Мне такая хуйня не нравится... Мы не в средние века живëм. Понял? Либо веди себя нормально, либо, иди нахуй... — Понял, не злись... — кивнул Пит. — Не кидай меня снова в чëрный список. Обещаю, буду вести себя хорошо... Как ручной пëс. Идëт? — То-то же... — хмыкнул Никита. — Всë, до завтра. Пойду от мамы огребать... Если в школу не приду, зачит сдох... — Не шути так, это не смешно, — проворчал Пит. — А я и не шучу... В последнее время столько всяких странностей происходит, что я не уверен в завтрашнем дне. — Я же сказал, что можешь на меня положиться, — Пит улыбнулся. — Я надëжный парень, поверь мне... — Поверить на слово не могу, — проворчал Никита. — Ты делами докажи это. — Я понял... — Пит хотел на прощание поцеловать его в щëчку, но не решился. Никита, злобно фыркнув, развернулся, и быстрым шагом пошëл к двери своего дома. Сердце бешено стучало, не предвещая ничего хорошего. Открыв входную дверь, он увидел мать, сидевшую в прихожей с ремнëм в руках. — П-привет... — Никита виновато улыбнулся. — Я очень жалею, что никогда тебя не била, — строго произнесла она. — А надо было... Чтобы слушался... — Мам, прости, — Никита бросил рюкзак на пол. — Мне, правда, очень жаль. Я так заигрался, что совсем не смотрел на время. Обещаю, больше такого не повторится... — Конечно, не повторится, — сказала женщина, вставая с пуфика. — Потому что, ты этот урок запомнишь надолго... — с этими словами, он подошла к сыну и со всего размаха шлëпнула его ремнëм по спине. — Мам? — Никита в шоке хотел отстраниться, но она схватила его за руку и начала хлестать по чему придëтся. — Я тебя проучу, — приговаривала она. — Ты у меня запомнишь, как надо себя вести... На улице убийства происходят, люди пропадают... А ты, щенок, вздумал мне на нервах играть? Был бы жив твой отец, он бы тебя, вообще, убил бы за это... — Очень хорошо, что он сдох... — сквозь слëзы огрызнулся Никита. Мать бросила ремень и залепила сыну звонкую пощёчину. — Не смей так говорить про отца! Он был идеальный мужчина! Заботился обо мне, любил... А ты... Неблагодарный щенок!!! Ты даже не унаследовал его гены... Полное разочарование... Я пытаюсь тебя растить правильно, но ты... — не договорив фразу, она схватила ремень и ушла в свою комнату. Никита сполз на пол, громко рыдая на весь дом. Он мог что угодно ожидать от матери, но только не такое. Она его не любит... Кто такой был его отец, что мать о нëм вспоминает, как о божестве? По рассказам соседей – обычный алкаш... И какие такие гены он должен был унаследовать? Вытерев слëзы, он поднял рюкзак и пошëл вверх по лестнице в свою комнату. Не день, а катастрофа какая-то... То Пит начал вести себя странно, то мать с катушек слетела... Даже поговорить не с кем... Почему у Тима нет телефона? Никита рухнул на кровать и снова разревелся. Почему он не может быть сильным? Как бы он не храбрился и не пытался казаться взрослым и независимым, по сути, он слабак... Щенок, как обозвала его мать... Он не сможет жить один, ему нужен кто-то, кто будет его любить и заботиться о нëм. На руках носить... Никита резко сел на кровати. Может, мать догадалась, что он гей? Может, поэтому говорила ему про какие-то там гены отца? Она имела ввиду, что он не мужчина? Никита снова разрыдался. Взяв домашнюю одежду, он пошёл в душ. Ему надо было помыться. Желание смыть горячей водой с тела всë, что с ним приключилось, превышало здравый смысл. Он стоял под, почти, кипятком и шоркался, без конца намыливая мочалку. Он ощущал себя грязным животным, которого сначала облапали, потом избили... Хотелось родиться заново... Вернувшись домой и поставив машину в гараж, Пит зашëл в гостиную. Там сидел его отец с озабоченным лицом и ждал сына. — Нам надо поговорить, — строго сказал он. Пит бросил ключи на стол. — Па, если ты насчëт Ника... — Меня не интересует твоя зверюшка! — повысил голос мужчина. — Делай со своим питомцем всë, что хочешь. Я о другом... Сядь, — он показал на стул. Пит молча сделал то, что приказал отец. — Ты же знаешь, что сейчас происходит в городе? — Ты о том, что, якобы, вампир убивает людей? — хохотнул парень. — Что за бред... Отец в ярости стукнул по столу кулаком. — Это не смешно! Эта тварь реально вернулась в город! Его здесь давно не было... Весь наш клан стоит на ушах, а тебе всë хиханьки да хаханьки... Завëл себе питомца, чтобы трахаться... — Неужели, всë так серьёзно? — нахмурился Пит. Ему не нравится, как отец отзывается об его парне, но спорить с ним... — Серьëзнее некуда! Наша безопасность под угрозой! Старые члены нашего сообщества называют его хозяном города. Я его никогда не видел, но вот твой дед с ним знаком... — Так деду сто лет в обед... — хмыкнул парень. — Я сомневаюсь, что он что-то там помнит. Ну было что-то и было... — Ты что, тупой? — крикнул на него мужчина. — Мы живём не сто лет. Дед твой ещё тебя переживëт... Тогда, в последний визит этой твари, погиб его друг. Дед чудом остался жив. И сейчас... — То есть, ты хочешь сказать, что на самом деле, город не принадлежит нам и нашему клану? Что раз в сто лет появляется какой-то пиздюк, который наводит хаос, мочит людей, сжигает дома... Сколько ему лет? — Пиздюк? — хмыкнул отец. — Этот пиздюк уделает тебя одним мизинцем. Я не знаю, сколько ему лет, не знаю, как он выглядит... Но это безжалостная тварь не перед чем не остановится ради достижения своей цели. — И какая у него цель? — Без понятия... В моëм представлении, это безмозглое животное, которое просто убивает ради еды, — мужчина вздохнул. — Но дед говорит, что эта тварь наделена не хилым интеллектом... — Типо, умный? — хмыкнул Пит. — Очень... — И что делать? — парень задумался. — Его можно как-то замочить? Ну, там, солнца он боится? Чеснока? Серебряные пули или осиновый кол поможет? — Без понятия... — мужчина вздохнул и задумался, уставившись в стену. По рассказам деда, то есть своего отца, они в прошлый раз уже пытались его убить. Всë продумали, заманили в ловушку, но... сами же в неё и попали. — А может, его не трогать? — снова подал голос Пит. — Поразвлекается и свалит снова из города... Просто, если он так опасен, то зачем нам к нему лезть? Он же сейчас к нам не лезет... — Ты что не понимаешь? — возмутился отец. — Если всё оставить так как есть, все эти преступления могут повесить на наш клан. У нас, знаешь ли, тоже рыльце в пушку. И полиция об этом знает... Короче, сын, будь осторожен. Завтра я иду на собрание, и мы будем думать, что нам делать. Учти, этот ублюдок не любит нас. Он за версту чует присутствие оборотней. — Обещаю, по ночам на улице не появляться, — улыбнулся Пит. — Кстати, ты охрану что ли нанял? Кто там шарахался по кустам? Ник заметил... — Это для нашей безопасности... – фыркнул отец, уходя в свой кабинет.