Контрольный аргумент

      Вообще-то, Дэм никогда не рвался в лидеры. Не то чтобы ему в принципе хотелось принимать важные решения – иначе бы не застрял на столько лет в Подземье, – но когда пленивший тебя корабль пылает на лету, волей-неволей приходится брать дело в свои руки. А дальше повелось уже как-то само собой: обращенные к нему лица, вопросительные взгляды, последнее слово в любой мало-мальски спорной ситуации. Его выбрали, не сговариваясь, даже не обсуждая иные кандидатуры, сойдясь во мнениях в первый и еще на долгое время единственный раз – исключительное единодушие для их разношерстной компании. Кто он такой, чтобы возражать всем сразу?       Всего-навсего тот, кому теперь оправдывать их доверие вплоть до конца общего пути. Ничуть не обременительно и на плечи совсем не давит. Спасибо, что поинтересовались.       Как бы там ни было, Дэм со своей стороны, прежде чем решать, всегда старается выслушать все мнения. Главным образом потому, что так положено лидеру, и совсем немного – для успокоения совести: если вдруг ошибется, будет хотя бы в этом не одинок.       И вопрос о том, стоит ли глотать тронутого астралом паразита, как никакой другой заслуживает быть вынесенным на обсуждение.       Дэм начинает с Гейла: кого-кого, а этого парня уж точно ничем не удивишь. У них у всех с лихвой дури в головах и полные карманы секретов, у большинства – еще и личинки под черепной коробкой, но лишь одному – по крайней мере, насколько известно – довелось попробовать кое-что похуже, чем заледеневший мозгоедский слизняк. И о последствиях таких экспериментов он тоже осведомлен на собственном опыте.       – Если судьба предлагает нам в помощь такой шанс, как можно отказываться? Давай посмотрим, что она сможет дать нам.       Очевидно, опыт мало чему его научил, заключает про себя Дэм, мысленно записывая первое очко в пользу иллитидских возможностей.       Карлах с сомнением разглядывает личинку, перекатывая на мозолистой ладони.       – Тебе не кажется, что тут какой-то подвох, солдат? Я и обычную-то не хочу, а уж эту…       Уилл по обыкновению благороден до крайности: хотя и признает, что цена велика, во имя Побережья готов принести себя в жертву, если необходимо. Дэм треплет его по плечу, прежде чем отойти с уже знакомым чувством – будто Клинку Фронтира только повод дай подставиться под удар. Нужно будет позже поговорить с ним об этом – напомнить в очередной раз, что его жизнь стоит не меньше остальных.       Минтара среди всех выдает самое уверенное согласие:       – Мы должны использовать любое преимущество, – заявляет она с решительностью бывалого полководца. – Тем более, моя личинка себя в бою уже показала, и оно того стоило. Если хотим преуспеть, сомневаться нельзя.              Шэдоухарт же с не меньшим пылом отстаивает противоположную точку зрения:       – Ты ведь знаешь, что на самом деле означает это предложение, правда? Стать наполовину свежевателем разума. Потерять половину себя. Нет, я не хочу этого. Не снова.       Джахейра и Хальсин оба смотрят так, словно искренне не понимают, что здесь вообще можно обсуждать – впрочем, немудрено: тем, у кого в голове нет личинок, мысль о том, чтобы принять их добровольно, кажется сущей дикостью, но не учитывать их мнение было бы нечестно. Так же и с Лаэзель: Дэм наверняка знает, что она ответит, еще до того, как заводит разговор, и точно – разъяренная воительница обещает пнуть его между ног, если он еще хоть раз посмеет предложить ей что-то настолько оскорбительное.              Иссохший, в свою очередь, разражается как всегда пространным монологом, из которого Дэм улавливает главное: иллитиды – единственные, у кого нет души, и стать одним из них значит безвозвратно потерять свою. Дэм не сказать чтобы много думал, что станет с его душой, но Иссохший явно более сведущ и в этом вопросе, и во всех прочих. Даром что делиться знаниями не спешит, выдает лишь изредка по крупицам – но спасибо и на этом.       Астариона Дэм оставляет напоследок – «на десерт», как тот выражается. Ему особенно по душе, когда его голос становится решающим, а Дэм любит радовать его даже в таких мелочах. Потому что может. Должны же, в конце концов, и у лидерского положения быть чисто личные преимущества. Дэм никогда и никому в этом не признается, но голос Астариона порой стоит нескольких – вернее, ровно стольких, чтобы его мнение оказалось в выигрыше. Погрешности подсчета. Никто ведь не говорил, что дроу сильны в математике.              – Не стану спорить, у этого есть свои плюсы, но, радость моя, учти: я не ручаюсь, что захочу целовать лицо со щупальцами. Даже твое.              Задача лидера – выслушать все аргументы, принять к сведению и выбрать из них контрольный. Мотивация лидера при этом может остаться известной исключительно ему одному.              Замороженная личинка с хрустом рассыпается в траве у Дэма под подошвой.              Его главный выбор сделан уже давно – и сейчас довольно усмехается в поцелуй.