Я гнию изнутри

Все идёт своим чередом. Изуку даже чувствует, как ему становится лучше. Большую часть времени он работает из дома, лишь иногда присутствуя на собраниях дел и конференциях. Ему нравится эта работа, впрочем, как и анализ, а ещё приятно иметь возможность помочь своей семье деньгами. Забавно. Он начал называть Эри и Айзаву своей семьёй даже не задумываясь. Эри и так называет Изуку братом с раннего детства. А Айзава… начал называть Изуку сыном. Когда это случилось в первый раз Изуку сильно смутился, хотя это звучало правильно. А потом Эри устроила ему головомойку, на тему того, что Изуку уже давно считает Айзаву отцом… И в итоге они просто сошлись на мнении, что Изуку был частью семьи с самого начала. В свободное время он проводит время с семьей и друзьями. В компании бывшего Б класса ему уютно и спокойно. Они заботятся об Изуку и он заботится в ответ. И так он прожил год. А потом и полтора. Класс А лишь изредка напоминал о себе, но он научился с этим жить, игнорировать. А потом ему пришло приглашение на встречу выпускников и он рассыпался на части, даже не осознавая этого.              

***

              Конечно он замечает — что-то случилось. После ужина он садится на диван рядом с Изуку.       — Что случилось? — спрашивает он. Изуку не поднимает глаз, но отвечает практически сразу:       — Меня пригласили на встречу выпускников. Я просто… Неужели они правда не знают? Или им просто все равно? Изуку должно быть даже не осознает, как разбито сейчас выглядит.       — Ты не обязан туда идти. Шота обнимает парня, позволяя тому опереться на себя.       — Ты в принципе никому ничем не обязан. Изуку расслабляется и больше не выглядит так, будто сейчас заплачет. Лишь садится поудобнее, кладя голову на плечо Айзавы. Через час бессмысленного просмотра какого-то сериала по телику они засыпают на диване. И если на утро у Айзавы болит шея — он ничего не говорит.              

***

              Днём он идет на обед с Шинсо. Хотя для подпольника это скорее завтрак — тот буквально проснулся час назад. Изуку бездумно ковыряет еду, пока Хитоши допивает кофе, просыпаясь окончательно.       — Итак… Встреча выпускников. Хитоши тут же ощетинился:       — Ты не обязан туда идти. Да и я не собирался.       — Но я хочу пойти. Точней, мне кажется, что я должен.              Хитоши тут же порывается возразить, но Изуку прерывает его поднятой ладонью.               — Должен не для них. Для себя. Я хочу посмотреть, что из этого выйдет и преодолеть это. Это важно для меня.       — Я не считаю это хорошей идеей, — Хитоши устало вздыхает. — Но я всегда на твоей стороне, даже если не согласен. Я пойду с тобой. Изуку облегченно вздыхает. Невидимый груз спадает с его плеч. Хитоши будет с ним. Это хорошо. Он справится.              

(…)

              Этим же вечером он звонит Эри, чтобы обсудить встречу выпускников и с ней.       — Ммм, это может сработать. Всегда же говорят — взгляни своему страху в лицо! Изуку фыркает. Он говорил Эри точно так же, когда она уже будучи подростком хотела пересмотреть старые новостные репортажи о Якудзе.       — Кроме того, это отличная возможность позлорадствовать… Ну знаешь, поиздеваться над ними.       — Эри! — он смеется, — Ты такая зловредная! Она тоже смеется.       — Вовсе нет! Они говорят ещё около часа, но на более повседневные темы.              

***

              Изуку нервничает, а Хитоши старается держать лицо ради него. Они заходят в отдельно снятую комнату в ресторане для корпоративов. Это приличный ресторан в одном из районов Мусутафу. Ничего особенного, но и не закусочная. Все дружелюбно здороваются с Мидорией. Кто-то подмечает его очки или длинные отросшие волосы. Особо внимательные могут заметить, насколько он похудел и что мускулов уже давно не видно через одежду. Хитоши переводит взгляд на молчаливых Джиро и Яойорозу. Они выглядят виновато и как-то сконфуженно. Никто не придаёт этому особого значения. Они садятся за стол и кто-то даёт им меню. Изуку ничего не заказывает и обходится общими блюдами, заказанными на всех. Хитоши поступает также. Всё же, он не думает, что они задержутся на долго. Им предлагают и алкоголь. Хитоши легко отмахивается — сегодня он за рулём.       — Я принимаю лекарства, с которыми нельзя совмещать алкоголь, — тихо говорит Изуку. Мина вскрикивает:       — О боже, ты не заболел?       — Нет. Это просто лекарства, чтобы я чувствовал себя лучше и не думал о том, о чём думать не стоит.       — А-а-а, какие-нибудь наркотики, чтобы не быть психом? — хихикает Каминари. Хитоши хочет плюнуть ему в лицо. Изуку никак не реагирует. Даже не смотрит в его сторону. Каминари хватает стыда, чтобы больше ничего не говорить. Урарака спрашивает:       — Ого! Ты в порядке? Она тянется к Мидории с того момента, как они пришли. Даже пересела, чтобы оказаться рядом. Рассматривая её, Хитоши с удивлением видит ту же смущенную энергию, что была в школе. Видимо, она снова испытывает к Изуку какую-то симпатию. Тошно.       — А как там твой класс?       — Не знаю. Я больше не преподаю. Теперь я полицейский аналитик.       — Почему ты нам не говорил? — спрашивает она с какой-то претензией. Изуку мнётся.       — Я много чего вам не говорю… Шинсо неосознанно фыркает, проговаривая себе под нос:       — Даже если бы и сказал — никто не послушал бы.       — Что ты там ноешь себе под нос? — вскрикнул Бакуго в той же агрессивной манере, что и всегда. И почему-то именно это взбесило Шинсо. Он моментально выходит из себя.       — Я сказал, что даже если бы Изуку и сказал — никто бы не послушал! Краем глаза он видит выражения лиц Джиро и Момо. Он надеется, что это стыд или вина, потому что другого Хитоши не примет. Он смотрит на лица бывших одноклассников и не испытывает ничего, кроме неприязни.       — Когда Изуку была нужна помощь вам всем было плевать! Вы слишком заняты геройством, чтобы проверить блядскую почту! Урарака пытается что-то сказать, но Хитоши заставляет её заткнуться ударом кулака по столу.       — Знаешь ли ты, как сложно жить будучи беспричудным? Ты знаешь какого это? Совсем тихо Изуку говорит:       — Никто не знает и не спрашивает. Он мягко хватает Шинсо за руку.       — Хитоши, это того не стоит.       — Почему это того не стоит?! — с небольшой злобой вскрикивает Киришима. Возможно, это его задело, но Шинсо глубоко и откровенно насрать на чувства этих людей.       — В ваших жизнях нет для меня места. Я так долго старался наладить с вами отношения. Встретится, хотя бы просто поговорить с кем-то. Изуку сохраняет удивительное спокойствие. Такое, что Хитоши начинает переживать.       — Я устал бороться за дружбу, которая нужна только мне. Я больше вам не доверяю. Взгляд Изуку задерживается на Бакуго, а лицо его такое пустое. Болезненно спокойное. Непривычное. Холодное. Хитоши становится дурно. Он подскакивает и поднимает Изуку за собой. Они забирают свои вещи и уходят. Молча. Без разговоров и споров. Никто их не останавливает. Их руки плотно сцеплены и только из-за этого Шинсо чувствует дрожь в ладонях Изуку.              

***

              Всего два гудка.       — Алло?       — Ты звонишь очень рано. Мне стоит беспокоится? Изуку коротко вздыхает, почти что фыркает.       — Мы ушли… А, нет, сбежали с встречи выпускников и, кажется, все испортили?       — Где Вы? Голос Айзавы как всегда мягкий, хотя сейчас он немного напряжен и это явственно чувствуется.       — Мы в минимаркете возле дома Хитоши. Изуку с небольшой настороженностью наблюдает за тем, как Хитоши ставит коробку пива в их тележку. Там уже валяется куча разных напитков, что любит Изуку. Шинсо просто скидал их в тележку. И, ну, Изуку не будет пытаться с ним спорить. Шинсо в плохом настроении ужасно упрям.       — Вы в порядке?              Изуку отходит от Шинсо за витрину с закусками.              — Да. Мне не так плохо, как я думал. И Хитоши защитил меня… Знаешь, он поругался почти со всеми. По ту сторону трубки доносится усталый вздох.       — Годы идут, а он всё такой же вспыльчивый идиот моментами. Хотя я немного горжусь им. Хитоши показался из-за угла и молча подозвал Изуку рукой. Они пошли к кассе.       — Я останусь сегодня у Хитоши. Он взял кучу пива и, кажется, собирается нажраться. Я ему не доверяю. Шинсо смерил его скептическим взглядом, на что Изуку хихикнул.       — Думаю, мы закажем острых крылышек. Ну, потому что я хочу крылышек, а ему всё равно. По ту сторону трубки Шота хмыкает.       — Звучит неплохо. Желаю хорошо провести время. Изуку улыбается, даже не замечая этого.       — Спокойной ночи. Люблю тебя.       — Я тоже тебя люблю, проблемный ребенок.              

***

              В течение недели ему приходит много сообщений. В смысле, ему всегда кто-то пишет: Хитоши, Шота, Эри, Нейто, другие друзья из Б класса (их чат очень активный). Но теперь ему пишут и бывшие одноклассники. Изуку всех игнорирует. Ему неприятно это внимание. Это выглядит так, будто пишут они только из-за жалости. Раньше, Изуку думал, что они нужны ему. Но правда в том, что это не так. Он справляется и без них. Все это время он жил прошлым. Он был одиноким Деку, что ничего не может в одиночку. Тот Мидория не пытался заводить новых друзей, а за тех, что были, цеплялся мёртвой хваткой. Счастливые жизни одноклассников причиняли ему боль, потому что там не было места для него. Они жили той жизнью, которую, ему казалось, он всегда хотел. Но это не так. И теперь он счастливей, чем когда либо.              

(…)

              Эри помогла ему накрыть на стол и они все поспешно сели перед тарелками. Девочка радостно замурчала, набив щеки.       — У меня планируется отпуск в конце этой зимы, — говорит Шота. — Может съездим куда-нибудь? Эри мычит, поднимая руку словно на уроке. Она торопливо жуёт, полностью игнорируя замечание Изуку по этому поводу.       — Горячие источники! Или пляж! Туда где тепло и прикольно! Изуку тихо смеётся.       — Мне хотелось бы на Хоккайдо… Я всегда хотел покататься на лыжах.       — Лыжи! Да, точно! Это отличная идея! Она наклоняется вперёд, а её волосы практически падают в тарелку.       — Ммм, мне нравится ход ваших мыслей. Хорошая идея.       — Я попробую попросить отпуск и начну откладывать деньги. Айзава одобрительно улыбается и, кажется, совсем не против, чтобы Изуку вложил свои деньги в их отпуск. По сравнению с отцом, его заработок весьма скромен, но даже это делает Изуку счастливым.       — А Шинсо поедет? Его же нервоз скрутит, если Изуку пропадет из его поля зрения хотя бы на пару дней! Изуку чувствует, как его щеки краснеют и дует губы. Эри это веселит и она кидает ему взгляд с хитрой улыбкой. Айзава фыркает и это заставляет Изуку смутится ещё сильнее. Что такого в том, что Изуку близок со своим лучшим другом?       — Я не против Шинсо, — спокойно говорит Шота.       — Ура-ура! Эри возвращается к ужину, пока широкая улыбка остаётся на её лице. Такая вот жизнь делает Изуку счастливым.