Не успел

Эллиот закусывает губу смотря из окна на мимо проходящих. Он чувствовал как ком волнения расплывается по телу, как всё напрягается. Что случилось? Всё просто и с этим ужасно. Он полюбил.. Полюбил того, кого не должен был. Он полюбил каштановые волосы которые с ветром за собой несли хаос. Полюбил глаза, которые были двух разных цветов, карий и голубой. Полюбил слишком миловидное личико для того, кто принес так много стресса в его жизнь. А всё началось с того момента когда он пожаловал в их пиццерию.

***

Севен заходит не церемонясь, располагается здесь как дома, игнорирует законы и нормы. На него направлены все взгляды, а тому то и радостно. Ухмыляется, подходит к кассе, кажеться, самым дерзким. — Хэй, солнышко, прими заказ Из рта так и неслась едкость, назойливость и самое главное слишком бурный нрав. Эллиот в тот момент опешил, растерялся и ненадолго завис, вглядываясь впервые в довольно необычные глаза. Конечно, гетерохромия была редкостью даже в их городке. И все же была, досталась такому парню от которого зубы сводит. По спине кассира пробегает холодок и он наконец решает ответить. — здравствуйте. Решили что закажите? Мужчина тянет, нарочно задерживая очередь. Он причмокивает губами, водит пальцем по подбородку "выбирая" — мне пожалуйста колу. И все, больше ничего. Работник от этого вскипает, руку под кассой сжимает так сильно, что чуть не рвет перчатки. Тут же принимает заказ, быстро обслуживает остальных, надеясь что несчастный повар сможет справиться с таким потоком. И это была их первая встреча, самая спокойная из множеств других.

***

Севен заходит вновь, какой раз на этой неделе? Сразу идёт именно к нему, сразу впивается глазами в чужие. Нет, они еще не разу не говорили о чем то, но уже поведением он его подбешивал. Тогда впервые каштановые волосы и достал c00lgui. Эллиоту оставалось лишь запоминать что происходило с его любимым местом работы... Свет мигал, кассы вышли из строя, на кухне печки сходили с ума и люди. Они били панику, бежали как только могли опустошая несчастную пиццерию. Тогда то блондин и сказал себе то, что ненавидит этого придурка всем сердцем. Он вновь приходит к нему, в этот раз как оказалось последний. Его едкая улыбка никуда не исчезла как и глаза, что впиваются в душу. Иии, может Эллиоту показалось, но сегодня нарушитель покоя был не в настроении. Он сделал самый обычный заказ, сел за столик и лишь вывел на кассовом аппарате смайлик с улыбкой. Все, больше ничего не было. Такое нестандартное поведение заставило волноваться... Стоп. Волноваться? Нет, он явно все себе накрутил, явно думает о глупостях лишь бы покрыть беспокойство за свою пиццерию. Ладно, еще не его, но в скором времени... Не суть. Мужчина сидел за столиком, ждал свой заказ и о чем то думал. Возможно Эллиот переработал, но незаметно даже для себя он начал рассматривать этого дурного. Все как всегда, со спины он видел его часто. Но только вот, поза была другой, совсем другой. Он чуть склонился, сгорбатился над столиком и напряженно не двигался. Разве это похоже на человека без проблем? Нет, вот и золотоволосый тоже так думал. В скором времени заказ передаётся в руки мужчине и он уходит, даже на этот раз больше ничего не сказав, даже не попытавшись.

***

Проходит время. Долгое и мучительное. 07 пропадает не оставив после себя не одного знака. Эллиот... Волнуется. Признаться в этом себе было стыдно, настолько что пальцы сводит, а признаться кому то вообще тихий ужас. И так он прожил несколько месяцев в раздумьях: куда подевался столь незабываемый человек? Потом прошел год, стало легче с мыслями, он начал забываться. Работа отнимала все силы каждый день. Хотя нет, сам работник изводил себя так, что бы возвращаясь домой отрубаться, что б попасть в временную петлю где все было проще. Прошло два года, стало совсем легко, теперь спит он нормально, есть выходные и солидные деньги. Он живет и от этого спокойно. Нет лишних проблем и хлопот. Нет головой боли в виде кого то. Он сам в своем маленьком но милом мире. Проходит лет пять. За это время Эллиот успел повстречаться с тремя прекрасными дамами, заполучить их признание, а потом.. Оказаться брошенным все три раза. От того сердцу было больно, но он не паниковал! У него есть любимая работа с замечательными сотрудниками и людьми, которые улыбаются при новом заказе чего то. Да, возможно ему не везёт в личной жизни, но везет в с тем, где он работает и как. Наверное, ему завидуют довольно сильно и от того приятно. Семь лет... Эллиот приобрел уже не те подроское черты лица. Теперь он напоминал мужчину. На самом деле давно пора, как никак ему скоро стукнет трицатник. Теперь, на него смотрели совсем по другому. У него появилось еще два партнера, но оба... Были с прибабахами и пришлось оставить их позади. В общем то, жизнь одинокого парня складывалась так же, даже в моменте начала надоедать пока... Четыре часа дня, нестандартное время для покупателей. Обычно в этот момент пиццерия была пустой, но сегодня.. Дверь отварилась впуская двух людей. Эллиот поднимает глаза, хочет сказать фирменную фразу но замирает. На пороге стоит.. Он. Из тысячи работник узнает шапку-бургер и очки с розовой оправой. Нет, не правда. Кажется из миллиона. Он выглядел по другому, не так как семь лет назад. Они оба поменялись и оба по разному. Золотоволосый стал более габаритным, приобрел себе длинный прямой волос завязан в хвостик, какие никакие мышцы, но при этой все еще оставался довольно тощим. А вот Севен наоборот, кажеться все растерял. Он был по виду замученным, сгорбленным и слегка напряженныи. Худоват, но от того не перестал быть красивым. Что? О чем вообще думает этот парень. — здравствуйте, желаете сделать заказ? Только сейчас ему в глаза бросается маленький мальчик лет... Восьми? Да, да именно столько. Он выглядел иначе, координально отличался почти от всех. Красная кожа, а с ней в придачу и одежда такого же цвета, она сливалась. Папаша совсем не хочет подобрать ребенку что-то другое? Глазки работника бегут поочереди с одного на другого. Он делает замечания, прыскается ядом на старые обиды, но в слух не озвучивает. — Папа! Давай пеперони! Малец и впрямь мал, возможно ему даже меньше чем предполагал пиццамен. В любом случае, не будет же он злиться на ребенка? Фирменная улыбка на рот и он принимает заказ, сообщает ребенку когда будет готов и отправлять их двоих сидеть за столик. А сам рассматривает 07. То, как он поменялся за годы, что приобрел, а что потерял. Он ловит себя на мысли что стоит переставать пялиться. Берет заказ, односит к этому столику и впервые за столько лет заглядывает вновь в эти необычные глазки. От того сердцу становится тепло, приятно, спокойно. — ваш заказ Севен кивает, неловко улыбается и выглядит слишком спокойно. Нет, не должен он выглядит так для человека который взламывал его пиццерию. Ребёнок набрасывается на еду первый, съедает кусочек за кусочком, а вот мужчина к ней не притрагивается. Даже когда тот наелся, он так и не прикоснулся ни к одному из кусочков. Остатки забираются домой на съедения и вот они уходят. Эллиот провожает этих двоих взглядом, думает о чем то своём, а потом идет закрывать кассу. Теперь каждый новый приход этой семейной парочки сопровождался строгим взглядом работника. Он не мог забыть того, что сделал Севен годы назад, а потому и следил. Они выглядели как счастливая семейка, только вот без мамы. Что-то случилось? Наверное, возможно да. Заказывали они всегда все разное, да настолько что ужасало. Дитя пробовал разные виды, говорил что нравиться, а что нет. Отец кивал, смотрел с такой нежностью на довольное личико шкета что ужас. Возможно, в такие моменты Эллиот завидовал ребенку. И все могло так продолжаться, пока не случилась катастрофа. Пиццерия горит, люди массово гибнут, все стараются как можно быстрее выбежать оттуда. Эллиот выходит предпоследний, последним был Кулкид с c00lgui. Они смотрят друг на друга, смотрят молча, не отводя взгляд. Вдруг ребенок смеется громко, так что уши режет. — Дядя Эллиот, разве это не весело? Невинно, так будто бы не уничтожил чью то жизнь. Золотовласка закусывает губу с внутренней стороны, мычит пытаясь подавить свой гнев. Тогда то он и возненавидел эту семейку полностью, тогда то он и добавил их в черный список навсегда. Севен подоспел поздно, его глаза были круглыми, так и кричали о огромной вине. Он подлетает к ребенку, осматривает его всего, а потом смотрит на работника сидя еще на коленях. Разница в росте была и стоя, Эллиот был выше. — Эллиот... Начинает бывший хакер, но его затыкают. Обида, боль за пиццерию сжирал того изнутри, по этому он срывается на крик. Чуть ли не всхлипывает. — ВЫМЕТАЙСЯ! И СВОЕГО ВЫРОДКА ПРИХВАТИ. и парень толкает мальчика к отцу. Толкает не сильно. Как бы ему не хотелось сильнее, он не мог, совесть не позволяла. Каштановолосый поднялся с колен, кивнул и телепортировался с ребенком оставив мужчину 1 на 1 с своими мыслями. Да, он ненавидел эту семейку всем сердцем. Прошло 10 лет после хакера 07. Прошло 14 лет после их первой встречи. Ничего не поменялось, ничего. Новая пиццерия была переполнена гуще прежней. Она взаправду была популярной и это сильно радовало. Сегодня магазин закрывал он, тогда то впервые и увидел Севена за долгое время. Его руки тряслись, а ими он развешивал постеры с пропавшим ребенком. В глазах работника всплыл тихий ужас. Сначало воспоминания с взломанной системой, потом пожар. Не выдержав он делает рывок к мужчине, хватает за шиворот и разворачивает к себе. — Какого черта ты тут делаешь Заглядывает в его глаза вновь, глаза, в которых один был голубой, а другой карий. Глаза которые были наполнены слезами, пустые, потерявшие что-то важное. И Эллиота пробивает, он отталкивает от себя того и смотрит с призрением, смотрит и ждет ответа параллельно с этим снимая перчатки. — Э-Эллиот.. Я... Он мямлил, не мог выдавить и слово задыхаясь в себе же. Золотоволосый вздохнул. Потер переносицу и рывком сорвал постер. — проваливай. Твёрдо, холодно. Настолько что мужчина скукожился и быстрым шагом ушел. Он смотрел ему в след, в спину и задумался. Насколько тот был убит горем, что в итоге стал этим? Насколько сильно все было плохо? Взглянув на руку он смотрел на небольшой лист с просьбой найти мальчика, с мольбами о помощи которые наврятли кто-либо увидит, откликнется. И тут на смену злости пришло сожаление, жалость к тому кто разрушил его жизнь. Стоп, что? С чего вообще это? Но ответа дать он не мог. Никогда не мог. Следующий день тоже был за работником. Он закрывает пиццерию и вновь видит мужчину, того, кто трясущимися руками заново клеил постер. Сегодня его не гонят, не срывают постер с стены. Эллиот не был злопамятен, от того и было легче переживать тот весь ужас что он сделал с ним. Худоба, застывшие слезы и потеря собственного ребенка стало наказанием за все его пакости, так чего себя беспокоить за этого идиота? Он просто идет домой где принимает горячий душ. Сидя на кухне за чашкой чая размышлял. Что же произошло? Почему этот придурок ведет себя так? Вопросы давили на голову, а с ними и новое зарождающееся чувство, то которое бережно хронилось с самого начала. Сегодня выходной. Парень выходит в магазин за продуктами. Лил дождь, погода была столь мерзкой что мурашки с кожи не сходили. В любом случае, он заходит в супермаркет, идет по рядам собирая что нужно. Его задача приготовить поесть и отдохнуть. И вот, пиццамен заворачивает вновь, как вдруг видит Севена, что брал бутылочку воды. Он выглядел все хуже, настолько что стало по настоящему жаль. Эллиот тянет руку, хочет коснуться плеча, заглянуть в глаза и спросить все ли в норме, но останавливается. Ему не дают это сделать его же чувства, его же обида на этого... Да слов нет как обозвать. Он берет себе минералку и отправляется к кассе. Теперь он видел Севена везде кроме пиццерии. Тот попадался на глаза сам. Всегда дерганный, всегда напряженный и дрожащий. Может, стоит поговорить? Прокручивал эту мысль раз за разом пиццамен смотря на это. Но никогда не осуществлял, лишь наблюдал сжимая кулаки. А потом в один из вечеров когда они вновь пересеклись в магазине, понял. Он хочет поговорить, хочет сделать хоть что-то ведь смотреть на умирающего человека выше его сил. А особенно когда любишь этого человека. Но он не поймал Севена.. Он не смог его словить и не сможет. Следующий день нигде не было горе папаши. Так вышло что у пиццамена был выходной, а потому он выдвинулся на поиски. Он обходил дороги, там где явно проходил Севен, где был. Он искал его взглядом, смотрел на прохожих и пытался догнать если они были хоть чуточку похожи. Кажеться, будто Эллиот сходил с ума. Он тянул золотистые волосы заходя в магазин, там где они виделись последний раз, ходил меж рядов пытаясь вынюхать хотя бы намёк на него, хотя бы небольшой намек... Теперь трясло и Элиота. Он волновался, закусывал губу смотря в окно на мимо идущих, ища в их силуэтах черную куртку и шапку-бургер. Проходя к алкоголю он смотрел на вино. Интересно, а Севен любит вино? От мысли становиться больно, слишком. Он хочет взглянуть в глаза, на волосы, взять за запястье и поцеловать. Но его нет... Следующий день начался ужасно, с работы. Он идёт туда на нервах, отсиживает смену даже не улыбаясь, заставляя покупателей волноваться, но только Эллиоту всеровно. Он хочет увидеть лицо своей занозы в заднице, того кто разрушил его блядскую жизнь. Он хочет пересечься, наконец заговорить. Наконец сказать то что должен был еще лет 7 назад, то что хотел, наверное, с первых встреч. Он подходит к боссу, отпрашивается на пару дней и его отпускают. Его видок не очень, все видят, все чувствуют как что-то гложит бедного работника. Он идёт в дом, звонит знакомому хакеру и достаёт адрес ебучего Севена. На что он идет? Что ему стукнуло в голову? Черт знает... Но кое что золотоволосый знал. Паника растущая в груди, волнение за человека которого, собственно он должен был забыть и забить как страшный сон. Ночь, он бежит по тротуару под дождь, огибает улицы и подбегает к заветному дому, стучит громко и без раздумий. Но никто не открывает. Сердце в груди колотиться сильно, так что становиться тошно, будто оно лезет через глотку. Эллиот психует, выбивает дверь и вваливается внутрь. Что им движет? Не знает, чувство страха за человека взявшегося из ниоткуда. Хотя нет, было откуда. Его состояние было ужасно, настолько что становилось по настоящему страшно. Его постоянно трясло, он искал помощи, но не нашел. Он забегает в прихожую, пусто. Он так нуждался хоть в чьей то поддержке, так хотел что-то сказать. Гостиная и кухня пустая. Но золотоволосый не дал, даже не позволил вымолвить хоть что-то. Теперь он здесь, выбил дверь в чужой дом и активно его искал. И нашел. В своей комнате Сердце остановил тут же, так же как и быстро начало стучать. Нет, он не верил, не хотел верить. Пистолет лежал рядом с дверью в комнату, а там, около стены лежало и тело. Худощавое, бледное как сама смерть. Эллиот бросается вперед, берет за твердые ледяные руки. Не успел, опоздал. Набирает скорую на ходу, надеяться хоть что-то поменять. Слезы катятся по щекам, впитываются в забавную рубашку мертвеца. Он должен был выйти раньше, хотя бы на день раньше. Но было поздно. Глаз то теперь не было, один лежал на полу. Второй закатился куда то внутрь. Теперь, он не взглянет туда никогда. Он не успел, не смог, он виновен. *** Эллиот появляется где то. Что это было за место? Не знал, даже не догадывался. Все болело ужасно. Он трёт глаза и осматривает всех вокруг. Военный, строитель, человек в тыкве, человек в капюшоне... Он поворачивает голову. Какой то человек с мечом и. Сердце замирает, когда он видит знакомую шапку-бургер и рубашку. Они пересекаются взглядами, он вновь видит эти разноцветные глаза. Руки начинает трясти прямо как губы. — 07.. Тихо произносит Эллиот, поднимается рывком, накидывается на того. Военный успевает вовремя, оттаскивает. Но пиццемену по барабану, ему важен лишь один здешний человек. — Севен! Ты чертов... Ненавижу! И тот смотрит прямо как тогда, когда Эллиот сорвал постер, сделал больно. Он смотрит с страхом, а после убегает куда то на улицу.