Связанные

      Кид и Блэкстар ненавидят друг друга, любая малейшая провокация превращается в откровенно-жестокую драку, где, обычно, нет победителя. Каждый доказывает что-то своё. Кид, парень с тремя несимметричными полосами, пытается убедить себя и других, что он достоин звания сына Шинигами, а Блэкстар в обычной своей манере желает превзойти Бога и стать лучшим убийцей всех времён — не зря он имеет на правом плече вытатуированную звезду. Никто не пожалеет сил для защиты чести и достоинства.

***

      Новый день, новые битвы за души и новый честно полученный опыт. Академия ждёт унылых учеников, которые по расписанию с самого утра обязаны находиться в помещении и внедрять в себя любые знания, которые позже могут оказаться полезными. Соул и Блэкстар ещё со вчерашнего дня решили прогулять скучнейшие занятия и расслабиться где-то на рельефе учебного заведения. Снизу всё кажется маловажным. Никто не идёт, все дети и учителя заняты своими обязанностями. Но нет, постойте, кто это? Кид с гордо поднятой головой и двумя сестрёнками, Лиз и Пэтти, не входят в один список с другими, они чуть ли не ежедневно опаздывают по сверх важной и определенно значимой причине: Кид проверяет личный дом-особняк на четкость, пропорциональность и симметричность. Вилки, ножи, картины, шторы, столы, обувь и конечно же идеально ровный уголок туалетной бумаги — всё должно быть, как положено. На это уходит много времени, «это» подразумевает собой проверку, насчёт создания четких деталей в доме может понадобиться полноценный день, если не больше. — Он меня достал своим существованием. Почему он может приходить когда захочет, а мы обязаны проскальзывать, как шпионы через всё здание? — послышался вздох. Скрещенные руки Блэкстара лежали на груди, спина нашла себе чудесную опору — столб на метров 10 в высоту, а поза была расслабленной, хоть когда-то парень уже падал с точностью идентичного места из-за того, что надломил конструкцию, но это же Блэкстар — он не учится на своих ошибках. Видит Бог, он всегда выкручивается, и даже падая с огромной высоты вниз прямиком на асфальтированную дорогу.       Кид в тот день со всей своей пассивной агрессией хорошенько избил парней, а Блэкстара в первую очередь — не стоит злить перфекциониста. Младший Шинигами, безусловно, владел своим огнестрельным оружием так же умело, как и подсчитывал в голове ходы наперед. — Он знает всю программу, на кой черт ему вообще сюда переться — не понятно. Помнишь, как мы экзамен сдавали? Кид ничего не написал не потому что не знал, а потому что имя свое написать нормально не мог. — объяснил Соул, как будто это было тайной, — даю душу на то, что так бы они с Макой одно место в рейтинге делили. — Отстой, несправедливо. Я вот знал, что ничего не выучу, поэтому решил выкрасть ответы. Но вот если бы у меня это реально получилось, то щас бы все признали мое великолепие! — Блэкстар развел руки в стороны и выпрямил вперёд ноги. Он улыбался даже от мысли, что лучше остальных — вот какой путь он для себя выбрал — не сдаваться и преодолевать препятствия даже нестандартным образом. Пока парни обговаривали не суть важные вещи, Кид успел скрыться в учебном корпусе. До того, как парень вошёл внутрь, он боковым зрением увидел тех двух идиотов, которые открыто пялились, но значения этому не придал. Так уж он воспитан — если смотрят, значит восхищаются. Спокойно идя длинным коридором до класса, он вглядывался в декор и радовался, как дитя, что все стоит на своих местах без капли погрешности. Зайдя в помещение, где учитель объяснял тему, и ученики внимательно слушали, сестрички Томпсон, Лиз и Пэтти, заняли свои места и готовы были маяться до оглушительного прозвеневшего звонка. Кид сел там, где обычно его не трогали, до того как он направился в конец класса на него смотрели, говоря: «сколько можно опаздывать, отвлекаете», но все уже настолько привыкли, что через минуту забыли и затем начали записывать заметки за голосом преподавателя. Мака, Хрона и Цубаки сидели плечом к плечу, и молча наблюдали и усваивали новую информацию. Мастера, кроме Хроны, особо не волновались где их оружия, зная, что как закончатся занятия, а если повезёт, то и раньше, они встретят проказников, удовлетворенных своей шалостью — прогулом полного учебного дня. — «Болван, — пронеслось в голове у Маки.— о себе не думает и других подставляет». Хрона почувствовала встревоженность подруги и несмело шёпотом спросила: — Все в порядке? — Да. Сейчас да. Спасибо, Хрона. Ее поблагодарили за заботу, от этого жеста девочка растаяла и не заметила, как профессор Штейн замолк и достал из огромного кармана своего белого обшитого со всех сторон научного халата телефон. Он предупредил детей, чтобы те были на своих местах и отлучился на пять минут. Кид в то время на полях рисовал геометрические фигуры, которые должны были стать макетом чего-то стоящего. Его глаза вцепились в кусок бумаги, а руки твердо прорисовывали каждую деталь, пока не была допущена ошибка, и ластик, который обычно справлялся со своей задачей, сегодня совершил грех — смял лист. Кид настолько взбесился, что сжал бумагу с написанным текстом в тетради, вырвал и кинул вперёд туда, где находился стол с журналом и доска. Сам же он сидел хмурым и уже не стремился начать заново, а уж тем более не намеревался сконцентрироваться на уроке. Все дети оглянулись, выискивая глазами виновника, а когда поняли, то отвернулись, будто ничего и не произошло. Многие про себя молились, чтобы великий экспериментатор и нынешний преподаватель, Франкен Штейн, забыл про урок и вел беседу по телефону до самого звонка, но мечты это — одно, а реальность — совсем другое. Дверь распахнулась и в нее вошёл учитель, севши на свое исходное место — стул на колесиках. Как же он любил крутиться, да так, что голова встанет кругом и птенцы начнут летать вереницей. Этот раз является сплошной копией других, 10 кругов в одну, потом ещё пять в другую и стул переворачивается, тело молниеносно трогается пола, а ноги висят, не чувствуя под собой никакой опорной точки. — Так, Мака, Хрона, Кид, Лиз, Пэтти, Цубаки — вы все отправляетесь к достопочтенному Шинигами, а Соула и Блэкстара найдете по дороге. Остальным быть на местах, урок продолжается. — Штейн поднял указательный палец и осмотрел перевёрнутую аудиторию, потом привычно занял место за столом и продолжил объяснять оставшийся материал. Ребята тем временем направились искать двоих потерянных. — Кто-то из вас видел их? — спросила Мака, смотря каждому в глаза и не переставая замедлять шаги. — Я видел. На крыше, как обычно. — отозвался Кид, — Им там медом намазано. — Мед — это вкусно, Пэтти любит мед! — встряла младшая сестра. — Мне давали попробовать однажды, сказали, что он полезен … — Хрона сообщила зажато, даже нехотя, мысли о мертвой матери, Медузе, ее воображаемо калечили. Она не отошла от всего того насилия, которое годами ходило под руку. — Мне лично не нравится он, вязкая сладкая жижа — не могу такое есть. — поддержала разговор Лиз. Цубаки решила не замыкать круг о разборе качеств меда, как и Мака. — Вон они. — указал Кид пальцем вверх. «Зачем их было искать, сами прийти могли — не маленькие. Хотя этот с прической голубого ежа даже не в силах запомнить где живёт, я уверен. Тупоголовый дикарь.» Мака окликнула обоих и ждала подходящего момента, чтобы отлупить Соула и если попадется под руку, то и Блэкстара. После того, как прогульщики поняли, что обращаются к ним, спустились, ожидая вестей, но оба получили сильный удар книжкой по голове и неодобрительный возглас Маки. Цубаки была не против, если подруга их отругает — Блэкстару пойдет это лишь на пользу. — Ещё раз увижу вас здесь на крыше во время занятий –будете прикованные к стульям до самого конца учебного семестра. Всем все ясно? — Но… — попытался встрять Соул. — Тема закрыта. Кид тем временем наблюдал за театром и улыбался. После спектакля тихо фыркнул и направился, как лидер, до зеркала, где нужно было набрать код, чтобы попасть к самой смерти — Шинигами. — Э, я не понял, а чё это ты впереди всех? — догнал его Блэкстар. — Чтобы рожи твоей не видел. — Нарываешься? — Практикуюсь. А тебя что-то конкретное не устраивает? — Я должен быть главным и идти впереди! Блэкстар сжал кулаки и изучал физиономию своего приятеля — недруга, а Кид, притворяясь, что не замечает этого, продолжил путь до самой точки назначения, пока не остановился в правильном месте. Он запоздало решил ответить в своей манере на такую наглость, так как не желал слышать, что кто-то недооценивает его хоть в чем-то: — Если хочешь быть первым, то заслужи этого. Пустые слова — лишь мусор без ценности. Блэкстар со своей кратковременной памятью уже и забыл, что начал диалог с этим мерзким избалованным парнишей. — Зря ты меня недооцениваешь, уже скоро ты будешь валяться у самого Блэкстара в ногах! — Как самоуверенно. На этом разговор был окончен. Пока все остальные только доходили до зеркала и не слышали о чем там перетирают парни, Кид набирал всем знакомые «42-42-564». Прошла считанная секунда и локация с оживленной улицы сменилась на тихое, успокаивающее пространство без конца и края, небо с белыми облаками и бесконечные дюны песка, рассыпанные по округе, где крепко вставлены различного вида кресты — виделось, это место создано для уединения. На пару шагов от точки перемещения стоял, точнее сказать парил, сам Шинигами-сама, всесильный бог смерти, который долгое время защищает город и не позволяет врагу подобраться ближе. Душа служит куполом. Она настолько огромна, что нужно будет подняться вверх на ужасно большую высоту, дабы лицезреть ее размер и почувствовать силу великого защитника жизни. Хотя это не обязательно, если он перед вами. — Ну что, детишки мои. Как вы поживаете? — обе руки Шинигами прикоснулись симметрично одна к другой. — По какому поводу ты нас вызвал? — сразу перешёл к делу Кид. — Ну не спешите, не спешите. Вы точно готовы услышать, что я скажу? — Готовы! — прыгала на месте от нетерпения Пэтти. — Да, мистер Шинигами-сама. — сказала Цубаки. Остальные кивнули и ожидали ответа. — В общем, как вы знаете, сейчас развелось слишком много ведьм и они не намерены с нами водить дружбу, а уж тем более сдаваться без боя. Если ничего не предпринять, то позже весь поток их сил повалится сюда, и мы, без какой-либо подготовки к этому, просто падём. Никто же не хочет, чтобы ведьмы оккупировали город и гуляли по вашим улицам? — Что вы предлагаете? — нагнувшись вперёд и обыкновенно держа руки в карманах, спросил Соул. — Я придумал вам, ребятишкам, одну веселую и полезную затею. Как вы знаете, у вас есть напарник или напарники в виде оружия, и это очень и очень важно, так как без него вы попросту не сможете сражаться. Но когда ваше оружие выходит из человеческого облика, то вы остаётесь 1 на 1 с врагом, этим я хочу сказать, что если во время боя рядом с вами нет ещё одного мастера, который может в любую минуту прийти на помощь, то вы становитесь довольно уязвимы, не говоря уже о сильных противниках — ведьмах. — Шинигами замолчал, подумал как дальше сформулировать речь, чтобы всем было ясно и понятно и продолжил: — но вы довольно часто ходите по несколько человек на одну миссию, если она кажется сложной для выполнения. Поэтому, дабы увеличить вашу мощь и силу, я предлагаю вам разделиться на группы по два мастера и вместе проводить больше времени, это касается не только битв, а ещё и повседневной жизни. Чтобы для вас это не казалось слишком простым заданием, я специально его усложнил. Вы не будете выбирать напарника сами, за вас это сделает жеребьевка. У меня припасены палочки от мороженого. — Извините, но как именно это поможет в нашем случае? — поинтересовалась Мака. — Знаете что такое скоординированность и слаженность? При большем проведении времени с напарником вы начнёте понимать его поведение и, главное, движения. Во время боя, вы и сами должны понимать, что совместная работа будет выполнена правильно, если оба сражающихся на одной стороне умеют читать друг друга и понимать о чем думает союзник. — Вы, конечно, сказали что станем сильными, то да сё, но как мы поймём, что получилось? — в обычной манере спросил Блэкстар. — Ты бревно? Логично, что только в бою и станет понятно насколько это было эффективно. — Да ты достал уже меня цеплять. А ну иди сюда! С гневным выражением лица Блэкстар накинулся на Кида, и оба упали на землю. Блэкстар, сидевший на теле «жертвы», поднял кулак верх, намереваясь вмазать, но парень вовремя успел среагировать и руками оттолкнулся от земли, сбивая тем самым напыщенного Блэкстара. Один удар, второй, их было не сосчитать, все происходило так быстро, что Шинигами решил, что хватит им кувыркаться на холодной земле и поднял обоих вверх, как мама кошка, за шкирку. У обоих виднелись ссадины и просвечивающиеся синяки в области лица. — Ну все, грызуны, закончили. Я не договорил, а вы знаете, как неприлично перебивать взрослых. Шинигами опустил обоих на землю и постучал каждого по плечу, тем самым говоря «ведите себя тихо». — Для начала у меня есть 4 палочки, на двоих написана цифра «1», на других, как могли уже догадаться, «2». Так как оружия не могут меняться, ибо связь с другим мастером будет не сильна, то простите меня, вам придется просто подождать. — Есть, Сэр. — прокомментировала Лиз, держа одну руку на поясе, а другой закрывала рот сестре, чтобы та в лишний раз не перебивала. — Так, хорошо, ну а теперь каждый из вас четверых — Мака, Кид, Блэкстар и Хрона, тяните по палочке и узнайте с кем бы будете ежедневно практиковаться. Шинигами предоставил им выбор, и каждый из подростков подошёл и выбрал себе деревянную тонкую дощечку, после посмотрел на цифру, написанную по середине черными чернилами и выжидал, кто же ему попадется. Выбора было немного, но как же иронично оказалось, что единицы достались Киду и Блэкстару, а двойки Маке и Хроне, которые, в отличие от парней, были совсем не против стать командой на долгое время вперёд. — А можно поменять напарника? Или вообще самому быть, у меня в отличие от некоторых особ, и без того достаточно навыков сражения. — спросил Кид, явно показывая недовольство. — Вот и порешали! — похлопал в ладоши Шинигами, проигнорировав вопрос сына, — А теперь кыш, у вас все ещё уроки. Хотя, нет, постойте, я забыл сказать, в общежитии академии сейчас с народом беда, теперь временно будете жить вместе с теми, кто вам выпал. — Что?! — все одновременно подали голос, и даже оружия, которые толпились в стороне. Каждый понимал, вполне реально получать опыт бок о бок с напарником по команде, но вот о жизни с ним и речи не шло. Шинигами, управляющий порядком и смертью, щёлкнув пальцами, переместил детей обратно к большому зеркалу. — Слушайте, а что если плюнуть, на упоминание в конце? Все ж мы хотим жить как обычно? — спросил на ходу Соул, просматривая каждое выражение лица перед нем. Они казались задумчивы. — Я думаю, нас наругают. — Хрона шла рядом с Макой, опустив голову вниз. — Теоретически мы бы могли сейчас забить и пойти по домам. Но есть два «но», рано или поздно Шинигами узнает о нашем местоположении, вероятно, и другие, будут осведомлены, куда мы «переехали», включая учителей, отца Маки, поэтому счастье не вечно. — Кид рассуждал вслух, пока все навострили уши, — Насчёт второго: мой отец знает, что говорит и ему нужно верить. Если это было бы действительно бесполезная трата времени, то я не стал даже пальцем шевелить, чтобы сюда идти. Закончив, Кид закричал от ужаса. Перед ним стояла отвратительное, тошнотная, ужасная картина — надпись: «Мака, твой отец любит тебя ♡︎». Все прописанные буквы кривые, их размер неустойчив, а сердце настолько несимметрично, что левая толстая сторона откосилась в бок, а правая, слишком тонкая, стояла на месте. Киду не было бы никакой разницы, если каракули находились в другом месте, но они, кривые, разъехавшиеся буквы и гнусное сердце, располагались перед самой академией, входом, где Кид проходит каждый божий день. Когда Смерть младший начал было изнывать, Мака мгновенно заткнула его своим громким возгласом: — Я убью его! — ее щеки были покрыты густым румянцем, а дыхание сбито. Она решила не стоять, как вкопанная на одном месте, а пойти и найти этого глупого отца. — Ребят, вы идите, собирайте вещи что-ли, а я пойду поболтаю кое с кем. Если узнаете в какие конкретно комнаты нас селят, то позвоните мне. — Хорошо, удачи, Мака. — ответила Цубаки. Все остальные только попрощались, а Соул пошел за своим мастером. — Он меня позорит! — послышалось издалека. Оставшиеся глазами провожали двоих уходящих, а после повернулись к другу другу и первым решил подать голос Блэкстар: — Так мы идём узнавать у вахтерши наши новые комнаты или как? — Нет, будем стоять на месте. Пошлите. Было ясно кто сказал эту фразу, Блэкстар закатил глаза, но понял, что сейчас лучше не отвечать, а то раны с прошлого побоя остались, а новых заработать не хочется — вахтерша не пустит. Зайдя в академию, все прошли вперёд, повернули на лево и длинным коридором шли в пасть дикому льву. Дойдя, остановились и ждали, пока пожилая женщина закончит со своими отчетами. — Чё столпились? Говорите или идите, не мешайте работать. — Мы… — подала голос Хрона и замолчала. — Нам нужно заселиться в два номера по два мастера и их оружия — так нам велели, ещё двое людей скоро подойдут. Извините за беспокойство. — Так бы и сразу. Кто из вас в общежитии сам по себе жил? — Все мы кроме него, — указал пальцем Блэкстар на чёрного парня. — есть двое пар ключей от комнат, сразу отдавать? — Нет, я вам выдаю ключи от новых комнат, а вы сначала перетаскиваете вещи со старых, относите, а только потом, не забыв закрыть на замок прошлые комнаты, отдаете их мне. Так сколько вас? Сколько ключей мне надо? — 4 ключа, по два на каждый номер. — держите, дети, 345 и 346. Вам рядом всем нормально будет или дальше от друг друга поселить? — Не имеет значения. — Кид уже начал уходить, не попрощавшись. В отличие от других, у него был отдельный дом, где он спокойно проживал без всяких катастроф, не считая своих соплей от неровного расположения ложечки или чего-то подобного. Он знал, что с этого дня начинается ад, но где на котле будет готовить он, а не его — по другому быть не должно. Все разошлись по своим комнатам, Кид же вышел на входную площадку и шел вдоль дороги между сестер. Все это происходило в полнейшей тишине, лишь пение птиц на деревьях и шаги прохожих давали не войти в себя. О чем все думали? Точно не о чем-то серьезном, но и рады они не были. Подул мягкий ветерок и волосы содрогнулись. Где-то уже близился дом, который на время будет забыт, там хранилось много воспоминаний с самого детства. Дом — коробка с ценными, антикварными вещами, покрытыми пылью от того, что о них забыли. Дом — место защищённости, где никто не посмеет к тебе прикоснуться, и дом — эмоции, чувства, что постоянно тонким слоем долгие годы накапливались на штукатурке, не желая соскребаться. Все это часть жизни, время, труды, заботы, обязанности, хлопоты. Знакомая серая дверь встречает хозяев, она делала так миллионы и миллиарды раз, не жалуясь о беспокойстве. Порог, где все обычно оставляют обувь, и платяной шкаф, где всегда вещают одежду, пропитанную насквозь улицей. Здесь уют, все вещи делают пустые комнаты комфортными для прибывания, но на время все исчезнет. После сбора вещей Кид увидит насколько опустевшими стали знакомые до ужаса апартаменты. Это будет казаться чужим, необитаемым, несмотря на недолгий срок отсутствия владельца, дом потускнеет, выцветут краски и холод с улицы проберется в помещение, потому что некому будет отогревать, даже если на улице лето и солнце испепеляет не щадя. Парень пробирается через неупакованные сумки и чемоданы, которые только что вытянула с кладовки Патрисия Томпсон — она явно готова укладываться с минуты на минуту. Заходя в свою комнату, Кид ощущает потерянность, с чего начать и как продолжить? Он достает черный чемодан на колесиках и лёгким движением расстёгивает змейку. Вопреки ожиданиям, предметов на столах и полках оказывается незначительно, минимализм сделал свое дело, не сборку вещей уйдут беглые минут 10. Одежда, тетради, учебники, скейт, который нельзя оставлять без присмотра, предметы личной гигиены, еда и мелочные вещи, которые больше входили в часть интерьера, нежели имели другой смысл и использовались ежедневно. Конец сборки. Колеса издают громкий шум и чемодан останавливается у входной двери. — Вы готовы? — спрашивает Кид. — 1 минуту! — в один голос отвечают Пэтти и Лиз. Парень смотрит в конец коридора, где раньше ровно висела картина и стоял выгравированный комод с темного дерева, а сверху канделябр с тремя свечами, две из которых были длинными, а одна чуть короче остальных, и уже готовится покидать место на недолгосрочное время. — Мы все! — Томпсон подошли ближе, ожидая дальнейших указаний. — Присядем на дорожку и отправимся в путь. — А зачем, нам же минут 10 до нового жилья идти. — провела руками младшая. — Делай, как сказано. — Лиз подтолкнула сестру к ближайшему стулу. Дети так и просидели пару минут молча, все в своих мыслях. — Идем. Все сумки и чемоданы уже толпились у порога. Они были набиты до такой степени, что змейка еле застегнулась, чуть не поломавшись. Насчёт но́ски все было проще, три человека разделили обязанности между собой, и у всех вышло поднять нужное. Никакую машину вызывать не стали, а пешком направились до самой академии. Она находилась за пару минут от дома, не было надобности платить, чтобы подростков отвезли вместе с багажом. Идя по главной улице, с которой видно кончики учебного здания, Кид боковым зрением заметил, что к ним на встречу направляется мужчина средних лет. Он идёт обыкновенно спокойно, непринужденно, а дойдя отбирает сумку у Пэтти и бежит дальше, желая скрыться через закоулки где-нибудь в темном и недоступном месте. Но когда Кид приготовился было сам справиться, Патрисия мгновенно успела схватить за шиворот и накинулась всем телом на мошенника. Ее кулаки попадали со всего размаху по лицу, кровь текла рекой с носа, сестра выбила ему глаз. Хотя словленный сопротивлялся, но против злой женщины у него не было ничего, что могло бы помочь. Гнев Томпсон оказался не на шутку пугающим. Когда она слезла, то ногой на каблуке вмазала в живот и мужчина, не стерпевши боли, отлетел и упал на пол, визжа и изнывая. — Свинья! Ещё раз увижу — ты труп. Девочка подобрала с пола сумку и подошла к остолбеневшей семье. — Вы чего застыли? Мы идём или как? — улыбнулась Пэтти и готова была с резвостью начать пешую прогулку. Лиз и Кид ничего не ответили, решив, что слов будет мало, чтобы описать происходящую ситуацию, и направились дальше. Снова учебный корпус, какой раз за день — не сосчитаешь. Общежитие и пронумерованные двери, где-то таилась и комната 345, выделенная для Блэкстара, Цубаки, Кида, Лиз и Пэтти. Самая дальняя, 2 этаж слева, она не заперта — значит там уже кто-то есть. Кид поворачивает ручку двери и заходит внутрь с сестрами и объемным багажом за спиной. Белая прихожая с раздвижным шкафом на всю стену, вдали виднеется кухня и ещё пару закрытых комнат по коридору. Одна из них медленно распахивается и из неё выходит Цубаки — девушка в домашней одежде и серых пушистых тапочках. — Вы уже закончили? Рассполагайтесь, нам дали очень неплохое жилье, чистое, убранное, но немного все же стоит пройтись шваброй и веником, но займусь этим завтра. Как дорога? — сходу спросила Цубаки. — Добрались почти без проблем, с новым домом тебе помогу, в уборке мне нет равных. — начал беседу Кид. — где твой мастер? Цубаки пожала плечами. — Сказал, что в доме душно и пошел тренироваться. Не волнуйся, он обычно приходит через час. — Я и не волнуюсь. — Кид отвергнул сказанное. — Мы пойдем вещи разлаживать. Цубаки улыбнулась и повернулась к своей комнате. — Будем, как дома. — Будем. Кид направился на кухню, где уже во всю кружились сестры. Они открывали полки, рассматривали оборудование, иногда вставляли комментарии и повторяли действия по несколько раз. Потом, когда устали, сели за стол, хотя лучше сказать легли, выжатые из сил. — Подъем и бегом в свою комнату разгребать чемоданы. Резкий крик вывел девочек из состояния задумчивости, они встали и, задвинув деревянные табуретки нежно бежевого цвета, направились обратно с видом, напоминающим усталость, когда человек весь день пробыл на ногах и ни разу не сделал перерыв и одышку. Кид тоже решил не останавливаться на кухне надолго и направился в новую обитель, прямо по коридору он открыл одну из закрытых дверей и секундой позже сообразил, что сделал ошибку — это не его комната. Все помещение завалено ерундой, каждый предмет был разбросан, хотя визуально виднелось, что человек пытался расскладывать , но у него это не вышло. Кида перекосило, он упал на пол, и по его спине молнией пробежали мурашки. Слишком грязно, слишком нечётко. Издалека казалось, что у парня явная эпилепсия и ему нужно помочь, но вздроги и движения остановились, а он уставился на источник проблемы. Были мысли с какой комнаты начать и как убрать весь чужой хлам, что бросался в глаза, но младший Шинигами вовремя себя остановил, поняв, что будет не культурно и противозаконно вторгаться в личные покои и наводить порядок без разрешения владельца. Просиживая около комнаты и уйдя в свои мысли, Кид забывает о пространстве и времени. Он обязан решить проблему, которую мило предоставила судьба. Резко открывается входная дверь и в нее влетает Блэкстар. Смерть не успевает опомниться, как вскакивает и замечает на себе пристальный взгляд сожителя. — Ты что здесь забыл? — слетает с недоумевающих губ. — Живу вообще-то. — как ни в чем не бывало язвит второй. — Нет, зачем ты пронюхиваешь возле моей комнаты? Мест других нет? — Да ты видел какой там свинарник, я бы и заходить боялся. — Кид указал пальцем на «место преступления». — Тебе какое до этого дело? Это моя комната, протри глаза и свали. Там все чисто. — Блэкстар оттолкнул перекрывающего путь, зашёл внутрь и на прощанье показал язык обвинителю, а на конец захлопнул дверь. Кид прислонился к холодной древесине и попытался достучаться: -Уберись там нормально, если завтра я увижу хоть одного таракана — раздавлю его и тебя в придачу. — Ножка маленькая давить меня, чтоб ты знал, у тебя сил на это не хватит. — донеслось из-за закрытой двери, а потом послышалось тихое хихиканье. Решив, что на сегодня достаточно стресса, Кид отступил. Проиграть битву и запастись новой силой — важно для победы. На прощанье он лишь вымолвил: — До вечера, чушка. — Чао. Пустая комната и притащенные вещи. Действие 1: Скинуть на кровать. Действие 2: расставить по местам. Кид управился быстро, он не врал, когда говорил о своем скрытом таланте. После работы кровать решила околдовать измученного. Кид улёгся поудобнее, дав себе пару минут полежать, но это время оказалось ложным. Мальчик уснул, а когда проснулся и увидел время «19:00», то не поверил. Протерев сонные глазницы, вышел из комнаты и направился в гостиную, где на диване лежала Цубаки, а по креслам разместились Элизабет и Патрисия. — Кид, ты спал? — спросила старшая, убрав телефон из рук. — Да, вы как? — Все в порядке, мы успели отдохнуть и набраться сил. Кид подошёл ближе и сел на наполовину свободный диван. — Хорошо. Цубаки, мы будем делить дела по дому? — Кид осмотрел помещение и направил взгляд на девушку. — Да, конечно, предлагаю обговорить это за ужином, который скоро будет готов. — Извини, что не успел помочь. Цубаки посмотрела в жёлтые глаза и нежно улыбнулась. — Не стоит, девочки мне помогли. Они чудесные будущие шефы. Пэтти посмотрела на двоих и резво начала кивать в знак своего согласия. Кид принял этот факт и больше ничего не спрашивал. Когда лежавшая девушка поняла, что разговор окончен, то включила телевизор и выбрала один из многих других фильмов, чтобы скрасить тишину — так незаметно пролетело оставшееся время, на улице потихоньку стемнело, а солнце с каждой минутой все больше скрывалось за горизонтом, уличные звуки жизни стихли. Настало время «семейного» ужина. Блэкстар вяло вышел и комнаты, когда увидел, что все на кухне уже готовы были садиться за еду и ожидали только его. Все места оказались заняты, кроме ближнего к Киду — плохой расклад, но если хочется есть, то потерпеть будет не сложно. Тарелки полны различной еды, огромный выбор продуктов, стол сиял и сверкал разными цветами, а запах стоял великолепный. Душистый аромат призывал скорее начать трапезу. — За новую командную жизнь. — проговорил Кид и все остальные чокнулись своими стаканами с соком — они же дети. Во время застолья все разговорились, это были абсолютно бесполезные разговоры, но они были до ужаса приятные и родные. Можно с уверенностью сказать, что подобные вечера запомнятся надолго. В моменты, когда очередь обсуждать переходила девочкам, Кид и Блэкстар незаметно поглядывали друг на друга, пока их взгляды не встретились. Тогда оба парня резко отвернулись и больше не пытались продырявить враждебным взглядом. К концу все дружно вымыли тарелки, убрали со стола и направились по койкам дабы лицезреть новый грандиозный день. Темный коридор, тусклый свет шел до середины, а после, комнаты, которые стояли на конце вовсе были окунуты во мраке. Блэкстар и Кид медленно с умеренным темпом направлялись вперёд с черным экраном в глазах, а когда прибыли, то Кид на прощанье тихо сказал: — Спокойной ночи, бездарь. Блэкстар стих, его дыхание стало еле заметным, а сам он слился с темнотой. Он смотрел в глаза Киду, которые по какой-то непонятной причине светились ярко жёлтым, как у кошки, и не моргали — это нагоняло ужаса. — До завтра, псих. — ответил парень. Оба зашли в свои комнаты и закрыли за собой дверь.       Первый день новой жизни завершен.