Musica est arcanum

— Отец! Не нужно, отец! Пожалуйста, прекрати! Он выучит, я клянусь, он всё выучит! Под мою ответственность, отец!! — Натаниэль кричал, срывая голос. — Ладно. Но если он этого не сделает, поверь, хуже будет вам двоим, — выплюнул Натан, устремив злой взгляд на своего сына. *** — Эндрю, милый, подойди сюда, — мягко позвала женщина средних лет. Миньярд, не сомневаясь, шагнул ближе к приемной матери. К своим семнадцати он научился немного доверять людям, хотя бы этим. Это была его двенадцатая семья, но первая, где его не били, не насиловали, где давали свободно дышать, жить. — Послушай. Мы с папой очень сильно тебя любим, за год ты действительно стал нам родным, — начала мать. Слова согревали душу, Эндрю даже немного улыбнулся, но где-то внутри его душа чувствовала подвох в столь нежных словах. — Но произошло кое-что неприятное. Опека забирает тебя, они говорят, что нашли тебе другую семью. Говорят, что мы не заботимся о тебе должным образом. Я не знаю почему они так решили, мы боролись за тебя как могли. Мы продолжим бороться, но… — продолжил странную речь мужчина, резко замолчав и опустив голову в конце. Ему было явно тяжело это говорить. — Прости, милый, мы правда не хотели, но нам не оставили выбора. Тебе там будет лучше, ты всего лишь будешь одним из солистов и наследником Натана Веснински, мы сможем видеться и, возможно, позже даже забрать тебя обратно. Завтра ты уезжаешь. Что-то внутри Эндрю оборвалось. Он знал — его не заберут. Этот дом в секунду перестал быть родным. *** Тёмные коридоры обволакивали Натаниэля, он шёл твёрдо. Через полчаса парень должен быть в аэропорте, чтобы увидеть будущее протеже своего отца. Все считали Натана Веснински гениальным музыкантом и добродушным семьянином, но для своего сына он навсегда останется ночным кошмаром и причиной панических атак. Множество раз Абрам попадал в больницу по его вине, множество раз его избивали до полусмерти, каждый шрам на теле напоминал о «любви» Натана к сыну. В один момент отец, видимо, совсем отчаялся и решил, что тремор рук у Натаниэля никогда не пройдет. Он начал буквально скупать других детей. Кого-то родители продавали за долги, кого-то и покупать не приходилось, а кого-то отдавала опека за приличную сумму, которая для Веснински была мелочью. Через их «семью» прошло уже десять детей. Шесть парней и четыре девушки, все покоились глубоко под землей за неоправданные ожидания. Наказания Натана были довльно изощрённы и жестоки. И вот, Натаниэль едет за очередным «братом», мысленно сочувствуя тому. Знание того, как Натан обращался с Абрамом из-за болезни, и предыдущими детьми из-за неоправданных вложений, невольно загоняет в страх за нового парня. На самом деле, спустя такое количество долгих лет и мучений, мужчина наконец иногда начал прислушиваться к сыну и даже в какой-то мере уважать, понимая, насколько сильно тот может повлиять на его карьеру и жизнь. Стоит только лишь появиться перед журналистами не в том положении духа — Натаниэль всё выдаст. Характер у него от отца, а значит рисковать нельзя. Было время, когда они с матерью пытались сбежать, но и трёх месяцев не прошло как их поймали. Парнишку избили до полусмерти, а Мэри, мать Натаниэля, убили на глазах у сына. Сожгли в её же машине заживо. Тремор только усилился после того раза. И сейчас, садясь за руль машины, Натаниэль старается как можно крепче схватиться за него, дабы хоть как-то уменьшить тремор. Знал бы хоть кто-то, как же он устал от постоянного движения рук. Его психотерапевт говорит, что, возможно, это когда-нибудь пройдет, но нужно сильное психологическое и медицинское влияние. Если второе Натану было под силу, то первое не получалось, к каким бы специалистам он не водил сына, ничего не помогло. Вегетативная дисфункцияНатаниэля не поддавалась ни одному врачу. *** Эндрю вышел из самолёта. Весь его багаж уместился в одну сумку, всё, что было куплено его «родителями», он выбросил к чертовой матери. Пусть делают что угодно, но больше парень не хотел их знать, не видел смысла, только себе хуже сделает. Выйдя в просторный зал ожидания, Миньярд глазами нашёл рыжую макушку и сверился с описанием. Голубые глаза, да, шрамы, да, дрожащие руки, да. Это определенно Натаниэль Абрам Веснински. Теперь уже, его приемный брат. — Привет, — достаточно мило поздоровался юноша. — Ага, — в ответ кивнул Эндрю. Энтузиазма к общению он явно не проявлял. Парень спокойно пошел к выходу, игнорируя присутствие Натаниэля. — Стой! А где твой багаж? — догнал его парень. — У меня только это, — спокойно проговорил Эндрю, указывая на сумку, и продолжил шагать вперёд. — Ладно, — пожал плечами Веснински, не настаивая на продолжении диалога. Он старался быть дружелюбным, хоть и выходило не очень. Вскоре, парни подошли к стоянке. Перед ними стояла мечта Миньярда, черный Мазерати. По-видимому, это и была машина Натаниэля. Эндрю сразу забрался на переднее сиденье, задние он буквально ненавидел — слишком сложно там контролировать ситуацию на дороге. На протяжении всей поездки Эндрю наблюдал за новым братом. Руки того дрожали, хоть он и пытался усердно это скрыть. Теперь понятно, почему его папаша решил «купить» себе нового сына. — М-м, итак, Эндрю? Я правильно понял, как тебя зовут? Если что поправь, — не отрываясь от дороги, сказал Натаниэль, попытавшись завести диалог. — Ага, — кивнул Миньярд. — Чем любишь заниматься? —на секунду отвернувшись от дороги, спросил Веснински, пытаясь отогнать тишину. — Ничем. Следи за дорогой, — кинул ему Эндрю и отвернулся к окну. Раскрывать о себе что-то больше базового минимума он явно не планировал, делать больше нечего, как пытаться подружиться непонятно с кем. — Фу, как грубо, —наигранно оскорбился Натаниэль, но от профиля парня всё же отвернулся, продолжая смотреть за машинами. Общение, вроде как, пошло проще. Или ему просто так казалось. — Я, например, играю в экси. Ну, знаешь вид спорта такой. — Как? У тебя же руки дрожат, как будто ты кролик перед волком, — закатил глаза Эндрю. Что ж, сарказм, уже хороший признак. — Во время игры нет. Слишком много адреналина, а потому на время руки успокаиваются, но стоит мне прекратить тренировку и тремор возвращается, — пожал плечами Веснински. Он был не уверен, как это работает, но факт есть факт: во время игры руки не дрожат, что давало ему хоть немного облегчения и контроля. — Гитара, — вдруг бросил Миньярд, не поворачиваясь на Натаниэля. Не честно, если ему что-то расскажут и не получат в ответ ничего, а парень всегда играл по правилам. — Оу, это круто. Теперь понятно почему отец выбрал именно тебя. О, так это ты играл на видео? У тебя прекрасно получилось, — и вправду, на том видео, что присылали отцу, лица видно не было, а потому Натаниэль не знал, кто же эта жертва отца. — Видео? Какое видео? — Миньярд заметно напрягся, пусть внешне и был спокоен, но в воздухе уж точно повисла нотка тревоги. — Ну, видеоролик с твоей игрой был в интернете, а ты не знал? — Что ж. Ясно, — значит вот как. Понятно. Оказывается, его приемные родители, даже зная ужасные ассоциации парня с камерой, решились снять Эндрю и выложить, несмотря на его сопротивления. А они были не такими преданными как он думал. Оставшуюся часть поездки в салоне стояла тишина. Натаниэль сосредоточенно вёл машину, задумавшись, кажется, о чём-то своём, а Эндрю мысленно перебирал все возможные исходы жизни в этой семье и варианты того, как сложится его... Будущее. Звучит как мечта, а на вкус как пепел. Миньярд знал, никакого будущего ему уже давно не светит.