Лишь сейчас я вижу свет

Феликс лениво перевернулся на другой бок и сонно зевнул, недовольно бурча что-то нечленораздельное себе под нос. Где-то над ухом что-то громко зашуршало, а следом послышался бодрый голос омеги  -Вставай, соня- Феликс снова отвернулся и что-то буркнул, по типу «отстань»  -Да ты достал спать, вставай!- подушка прилетела в лицо омеги и тот, подпрыгнув на полу, тихо взвизгнул от испуга. -Ты что дурак? Я сплю блин! -Ты знаешь сколько время?- выдохнул Джи -Ну давай, удиви меня- закатил глаза Ликс -12:42- сказал Хан, посмотрев на наручные часы, коих у него раньше не было -Откуда у тебя часы? Их же не было вроде -Хоть кто-то внимателен к деталям- улыбнулся омега, подперев кулаком голову и сверкнув радостными по мелочам глазами -Минхо-я подарил- похвастался тот, вертя тонкой кистью перед лицом сонного Ли. Ликс медленно перевернулся и зевнул, приподнимаясь на руках. -Встаешь?- с надеждой спросил Хан, уже складывая ладони в мольбе -Встаю- выдохнул Феликс кивнув самому себе головой. Ликс медленно поднялся и тряхнул копной белых волос, что тут же рассыпались по плечам. Его заспанные глаза, пухлые после сна губы и стремящиеся закрыться глаза знатно смешили Хана, ведь пока он наблюдал как Ли собирается подняться раз десять уже посмеялся. Омега не выдержал и, раздраженно закатив глаза, поднял подушку, угрожающе качая ей в разные стороны -Хан Джисон, хватит ржать- его глаза вновь сонно прикрылись и парень напротив вновь засмеялся -Н-Не могу- прыснул Хан, зажимая рот ладонью -Ты сейчас получишь, тварина - Ли поднял подушку и, не торопясь, двинулся на Джи, который уже не смеялся, а лишь пятился назад, осматриваясь -Ликси, ты же меня любишь? Не делай глупостей- подушка резко развернулась в воздухе и, разрезая его с огромной скоростью, полетела прямо в лицо оцепеневшего парня. Она врезалась в чужой нос постепенно достигая остальной части лица. Джисон только и успел испуганно пискнуть как разъяренный «ранним» подъемом Феликс набросился на него с кучей подушек. Они колотили друг друга, постепенно сменяя гнев смехом -Ты меня убьешь! - хихикал Ликс, мило прикрываясь руками -А как же еще? А месть! - омега снова ударил юношу прямо в бок, тот засмеялся выдавая что-то по типу «нееееет» Замок палатки тихо зашуршал и открылся, открывая вид на растрепанных омег, лежащих друг на друге без признаков жизни и тяжело дышащих от усталости. Все-таки колотить друг друга подушками не так уж и просто, как может показаться -Они сдохли?- вопросительно протянул заглянувший в палатку Чанбин. За его спиной, послышался чей-то недовольный голос -Променял меня на белобрысого- выдал Хо, недовольно дуя губы и продолжая готовить завтрак, жаря что-то на крохотной газовой плите, что они притащили с собой. Хан потихонечку поднял голову, учуяв запах чего-то невероятно-невыносимо шикарно вкусного. Омега аккуратно выбрался из под уморенного Ликса и подбежал к их так называемой кухне, где главной поварихой был его альфа-Минхо. -Что ты готовишь, Хо-я? - поинтересовался Джи, спокойно устраивая подбородок на чужом плече и тихо урча ему что-то прямо на ухо. Минхо тихо хихикал, временами оглядываясь на своего мальчишку и мягко целовал чужие жаждущие к себе внимания пухлые щеки, что каждый раз увеличивались, когда тот ел. Благодаря Минхо то, что раньше было его тихим скромным, прячущимся глубоко внутри комплексом, стало чудесным качеством и теперь по утрам Джи принимал комплименты и ласку в пользу своих щечек, что каждый раз наливались красным, когда он дико смущался. -Можно откусить твой нос, Сони?- тихонечко спросил альфа, кусая того за ухо спускаясь и поддевая зубами ряд из чужих, блестящих камнями, сережками.  -Можно- мягко пролепетал он, снова краснея щеками и ожидая тепло чужих губ и острых зубов на кончике своего аккуратного носика. Но ничего не происходило и Хан распахнул огромные красивые глаза, смотря прямо напротив в глубокие карие глаза, совсем не замечая как приближаются ненасытные альфьи губы к его сладкому шоколадному носу. Тот укусил его, совсем нежно с любовью и всеми своими внутренними, что так и грозились вылиться наружу, чувствами. Возлюбленные сердцами мальчишки продолжали с заботой и лепетом искать искры юной бесконечности прямо в чужих орбитах, пока сзади не прозвучал жалобный голос Чанбина -Когда будет готова еда? Я голоден- а после  послышался чужой басистый с утра голос Ли из палатки, который до сих пор пытался собрать свой растерянный после внезапного пробуждения мозг  -Ты всегда голоден, Со -Зато ты ничего не жрешь- буркнул тот, не подумав. Хенджин обернулся на него, слыша подозрительную усмешку прямо из их омежьего домика. Ли продолжал расчесывать непослушные колтуны, что запутались на затылке и никак не поддавались воле его гребня. Тот недовольно простонал, схватившись за передние волосы, начиная сильно злиться. Снова. Палатка снова зашуршала и внутрь зашел Джин, прикрывая «дверь» за собой. Омега раздраженно обернулся, его глаза зло сверкнули в рассвете яркого солнечного луча будучи устремленными на Хвана -Тебя стучаться не учили?- почти прорычал тот, а альфа вновь удивился тому, какой Ли бывает удивительный  -Извини, детка, мне выйти?- как-то странно ухмыльнулся Хван, проводя кончиком языка по нижней, внезапно пересохшей пухлой губе. -Раз пришел, говори -Все в порядке? Тебя не расстроили слова Чанбина?- поинтересовался альфа, внимательно наблюдая за чужой реакцией - Феликс усмехнулся, отводя голову в сторону, а после повернулся обратно, сверкнув злыми как черт глазами -А какое тебе дело?- он начал подходить ближе, хитро заглядывая в чужие самоуверенные прищуренные глаза, что отливали чем-то игривым -А ты узнай- Джин начал наступать на растерянного и сомневающегося омегу, приближаясь все сильнее и сильнее. Испуганный и потерянный Ликс лишь тихо дышал и отходил назад, пока не врезался во что- то, уперевшись спиной, и понимая «выхода нет». Красивые острые глаза опустились вместе с лицом непозволительно близко, так что омега чувствовал горячее дыхание на своих сердечных губах, краснея ушами и уводя взгляд, отворачиваясь. Хёнджин схватил его за подбородок и медленно повернул обратно к себе, заглянув куда-то глубоко на дно его больной души, и выдал -Думай, на кого рычишь, омега- альфа поднялся во весь рост и, развернувшись так медленно и надменно, словно показывая что он контролирует ситуацию, а вместе с ней и маленького Ли. Ушел, поганец. Ликс сел на пол, придерживая свои алые от смущения щеки тонкими крохотными пальцами, украшенными тысячей белесых шрамов вдоль и поперек. Юноша тяжело дышал, изумляясь тому, что с ним происходило: живот приятно свело, где-то снизу явно потянуло, щеки раскраснелись, дыхание участилось и он стал издавать странные звуки чем-то отдаленно похожие на стоны, но все еще являющиеся глубокими томными вздохами. Зубы нетерпеливо закусили нижнюю губу и та, неприятно шершавая, заболела, ощущаясь терновым кустом на его нежной кожице. Его задница снова сжалась и Ли стало страшно, омега убежал к пластиковым бутылкам с холодной водой и облил свое лицо, небрежно похлопывая, успокаивая себя тихим «это пройдет, пройдет». Когда его просящее не пойми чего нутро прекратило просить ну об очень непристойных вещах Фел выбежал на улицу и, схватив Джи за рукав его футболки, подозрительно увел в палатку, светя бешеными напуганными глазами. Они почти забежали в палатку и Ликс закрыл ее на замок, усаживая Хана на подушки, что были небрежно разбросаны по полу. Сам юноша сел напротив, нервно потирая тыльную сторону ладони ногтями и, вздохнув, начал: -Хан, ты мой лучший друг и ты… омега.. мог бы ты рассказать мне как омеги возбуждаются? У тебя опыта в половых отношениях больше, да и течка у тебя была.. -Так, хорошо, а зачем спрашиваешь?- задумчиво протянул тот, хитро сощурив свои глазенки до щелок, и смотря на растерянного друга. -Ну, я это.. Потом расскажу- отложил разговор Ли, обещая рассказать -Смотри, если омеги возбуждаются то у нас стягивает низ живота. Знаешь, ощущение очень приятное, а позже еще ниже.. Ну, твоя задница начинает выделять смазку, если ты окончательно возбужден. Как-то так -Пиздец, Господи Джи! Я.. -Ты обещал- напомнил мальчишка напротив, покачиваясь в разные стороны -Я.. сегодня ко мне пришел Хёнджин и я нагрубил ему, а потом он начал подходить ближе и ближе. Я чувствовал как он дышит мне в губы, но смотрел в глаза!- поднял глаза Фел, оправдываясь, словно для самого себя- Потом Хёнджин сказал: «думай на кого рычишь»и ушел. А я.. -Возбудился?- закончил Джи -Да, именно - Хан посмеялся и продолжил  -Не пугайся- он нежно обнял его, заглядывая в растерянные глаза его друга.- Ты растешь, как омега, твои гормоны не спят, поэтому ты можешь быть сбивчивым. Знай, что будет резко меняться настроение, хотеться сладкого и возбуждение… будет очень, очень часто- признался Джисон, сжимая губы в тонкую полоску -А ты сможешь быть со мной? Ну, когда- Хан перебил его -Конечно, Ликси, я буду рядышком - юноша тепло улыбнулся и снова сплел их тела мягкими объятиями, переплетая чувствительные омежьи конечности, ведь знал как порой бывает тяжело, а учитывая молчаливую и скрывающуюся ранимость этого парня нужно было быть с ним как можно проще. Джисон очень аккуратно, чтобы тот, распаленный жаром объятий из чужих рук, не понял невесомо проскользнул кончиком носа в ложбинку между плечом и нежной лебединой шеей. Запах был еще не ярким, только еле уловимый аромат перечной освежающей мяты и кислого, с нотками сладострастия ванили и лимона, шикарно ощущался рецепторами чужого носа. Хан закатил глаза: шикарный шлейф запаха неспешно простирался за Ли и он даже позавидовал такому необычному и, ну очень, шикарному щекочущим и переворачивающим все его нутро запаху. Приятный мягковатый и очень чувственный, наполненный какой-то лаской и детским лепетом, вот какой он был. Хан отстранился и заглянул в чужие изящные глаза, что ярко блестели морским голубым цветом в свете солнца и пыли, что витала позади и придавала только больше антуража его невинному образу крохотного мальчишки. С улицы донесся радостный голос Минхо -Завтрак готов! Ребята поели, мучительно долго растягивая трапезу, словно прочувствовав каждую уникальную капельку общего вкуса. Ягоды, что они принесли вчера безмятежно плавали в густой и наваристой на молоке рисовой каше, придавая кислоты и манящей сладости этому завтраку. Все поблагодарили Хо за его старания, а Хан тихо подбежал к нему и обнял со спины, а когда обвеянный лаской альфа повернулся, розоватые губы мило чмокнули его в щеку, выражая этим свое отдельное собственное спасибо. Феликс за завтраком очень много молчал и тихо чтобы не заметили принюхивался к чудесному и нежному запаху клубники, витающему где-то рядом с ним и приятно опьяняющему. Аромат был изумительным - сладковатым, таким ярко-клубничным, с мягким оттенком земляники. Наконец, Ли понял. Справа от него сидел Чонин, что сегодня не заклеивал блокирующим запахи пластырем свою маленькую, пульсирующую и пахнущую венку. Когда завтрак закончился он, очень разговорившись о чудесном аромате, немного засмущал Нина, который все краснел и краснел выдавая тихое «спасибо». Зрачки расширились и омега замолчал, снова чувствуя странное ощущение снизу. Лайм, насыщенный и кислый, пьянящий и гордый, словно доминирующий над ним. Колени подкосило и Хёнджин поймал его. Так вот откуда такое благовоние взялось. Ликс, проморгавшись, отпрянул, снова чувствуя как сильно тянет низ его плоского живота.  -Не трогай меня- распахнул веки Ли, уставившись на чужие ладони на своих, проступающих сквозь ткань, ребрах. Он схватил его пальцы и попытался разжать, но вновь был прижат к дереву с зажатой ко рту ладонью. Хенджин наклонился к его уху и грозно прорычал  -Не смей смотреть на других, пока здесь есть я- и ушел, похотливо ухмыльнувшись, ведь заметил дернувшийся член Ли. -Блять- крикнул Феликс, прикрываясь чем только можно, и тихо скуля -Заебал, может хватит так делать?- вздохнул он, мысленно смиряясь со своей участью жертвы. Они медленно вернулись к ребятам, прогуливаясь по небольшому участку леса, куда и зашли. Стремясь между зеленых деревьев и растений, что приятно щекотали ноги. Парни прошли вдоль, тихо принимая правила природы, и словно шепчась с ней о чем-то сокровенном, своем, разглядывали шелестящие в порывах слабого ветра листья, вдыхая внутрь раздраженных дымом легких чистый лесной воздух, что приятно окутывал тела, даря мягкую прохладу. Возбужденность Феликса испарилась, словно ее и не было, а Хенджину просто нравилась реакция его омеги, поэтому он так поступал с ним, зачастую смущая и возбуждая резко взбунтовавшиеся гормоны своего маленького-взрослого мальчишки. Две чужие головы друг за другом показались из-за высоких цветущих нежными ванильными ароматами деревьев. Хван повернул голову, не стесняясь разглядывая крохотного омегу, что шел немного сзади, аккуратно переступая все растения, стараясь не принести им вреда, не сделать больно. Альфа тепло улыбнулся, приподнимая раннее опущенные уголки губ высоко вверх и замедляя шаг, чтобы видеть хоть немного лучше. Феликс был в собственном мире, часто поджимал губы и скромно посмеиваясь чему-то своему и жаль, Джин не знал, что у него на уме. Пока оба витали в своих облачных размышлениях Чонин, радостно взвизгнувший из-за умелых пальцев Чана на подмышках, ярко рассмеялся и, заикаясь, вскрикнул -Ребята, вы не хотите искупаться в речке?- Хан и Феликс, словно заведенные синхронно подняли свои головы и словили взгляды друг на друге. Они обнялись и Джисон, подхвативший ахнувшего от неожиданности Феликса, сказал -Мы с Ликси идем! -Да..!- в глазах у Ли снова все поплыло ведь ужасный доминантный и раздраженный горечью с кислятиной запах повернул все его сознание, несмотря на то, что Хван был в пяти метрах от него, стоял оперевшись о дерево и, похабно пялясь на внезапно удрученного и ослабшего юношу, что с трудом удерживался на руках Джи и пошатывался. Хан опустил его на землю и Фел вздохнул, опираясь ладонями о согнутые колени, открывая этим самым шикарный ракурс для Хвана. Его маленькая, округлая задница, что была нарочито стянута тканью джинсов идеально выглядела, словно специально для альфы. Два полушария сексуально выделялись  на фоне ребят и Хенджин нервно сглотнул, подавляя внезапно выступившее, накатившее словно волна к паху, возбуждение. Все убежали по палаткам включая счастливых Хана и Ликса. Рыская в огромных сумках в поисках своих купальников Джисон вытащил ужасное, слишком сексуальное белье алого оттенка, расшитого цветами и разными узорами, что приятно удивляли чужие растерянные глаза. Трусы, небрежно выкинутые омегой из его рюкзака словно в слоу мо прилетели прямо в руки Ли. Тот взвизгнул и отпрыгнул от одежды, как от огня закрывая руками глаза, а после понимая что взял в руки чужое нижнее белье недовольно взвыл, так смотря на свои ладони как будто они ему и не принадлежали. Джи обернулся и рассмеялся, упираясь пальцами в колени, и чуть ли не падая на пол.  -Феликс, ну ты и…- снова засмеялся Хан, искрясь тысячей осколков радости, что впивались в мертвую душу подростка напротив и лечили. Бережно и мягко трогали шрамы и лечили, оживляли некогда сломленного мальчика с огромной дырой в ребрах, откуда светилось еле бьющееся в агонии сердце, что горело от ожогов каждый раз, от боли словно в аду. Его боль - медленная и холодная, колкая как кусок льда под его детской кожей, как со временем гниющая и разлагающаяся ткань, что словно невидимка спряталась в его сердце. У него внутри так много трещин, что кажется если коснуться, то мальчишка будто кусок ненужного стекла рассыплется на ничтожно маленькие осколки. Джисон смотрит на него и не видит совершенства в этом неземном создании, чью душу небрежно скомкали и выкинули в мусорку под столом. Нет. Он видит мальчика с расколотой проткнутой болью спиной и еле горящей душой, что зажглась совсем недавно и теперь не гаснет, несмотря на ледяной ливень, продолжающий впитываться глубоко в раненое сердце.  -Что смешного?- недоумевает Ли, сощуривая глаза в непонимании. -Ты так от трусов отбиваешься, как будто они на тебя нападают- согнулся от смеха Хан, начиная ржать на весь их небольшой лагерь. Из соседней палатки доносится недовольное -Хватит ржать! Ты че, конь?- Джисону стало еще хуже, на глазах проступили слезы и живот неприятно заколол, словно сейчас разорвется. Омега встал, наконец успокоившись, и начал икать. Феликс тихонечко хихикнул -Теперь Минхо твой смех вспоминает- пошутил Феликс, на что Джисон пригрозил ему кулаком, а после вновь икнул. Феликс засмеялся. Юноши собрались и вышли из палатки, где их все уже ждали. -Купатьсяяяяя- заорал Хенджин, бросаясь к воде  -Погоди!- только и успел сказать Чан ему вдогонку, как альфа уже был в воде. С головой в воде.  -Вода-кайф, идите сюда!- все побежали к речке и, окунаясь в теплую, согретую солнцем, воду, лелея тела ее приятной лаской. Минхо прыгнул на Хана и стал его топить. Хан всплыл сзади Минхо и тоже начал его топить. А потом они решили утопиться. Феликс сидел на берегу, поджав свои ноги, и бережно обхватив их руками, покачиваясь в разные стороны, наслаждаясь мягкими порывами слабого ветра и, напевая что-то неразборчивое, но очень красивое себе под нос. -Феликс, а почему не купаешься?- спросил Чонин сидящий на плечах у Чана и бодающийся ногами с Минхо. -Не хочу- отозвался вовлеченный в тугой и огромный мысленный поток Ли. -Кажется, Феликса нужно искупать!- вскрикнул Хан, смотря на Хвана. Тот ему в ответ лишь хмыкнул и вылез из воды, угрожающе направляясь к Феликсу. Омега, завидев его, попятился назад, пытаясь подняться, но не успел. Горячие хенджиновы руки обхватили его под коленками и под шеей. Для альфы Ликс был перышком и, подняв его, Джин чуть не упал, он не ожидал что тот настолько легок. И правда, Джисон не шутил, Ли был самой настоящей пушинкой: мягкой легкой нежной и прекрасной, красивой для глаз. Хенджин уверенно нес Феликса к воде, хоть тот и кричал -Нет! Стой, Хенджин, пожалуйста, не надо! Пожалуйста!- но его не услышали и альфа с громким криком -Вперед!- кинул мальчишку прямо в воду. Он выглянул из воды весь мокрый с прижатыми волосами и широко распахнутыми глазами. Шорты и Майка из за речки стали прилипать к телу просвечивая все его прелести и ужас. Худые ребра, проступающие сквозь кожу лопатки, нежно розовые ареолы сосков и красивый плоский живот. Про изгиб его талии все молчали. Она была настолько тонкой и привлекательной, что будь Ликс популярным в школе спрос был бы ого-го! Омега вылез из воды как мокрый котенок и поджав хвост обхватил свое уже не спасенное футболкой оверсайз тело. Хван печальным взглядом проводил его обратно и, вздохнув, вышел на траву погреться, ведь губы посинели от купания, а зубы начали стучать. Феликс зашел в их палатку и закрылся с обратной стороны бросаясь к чемодану. Он ненавидел себя. Ненавидел всей душой, каждой пергаментной клеточкой сердца. Наверное, поэтому юноша еще был жив - его держала ненависть к себе. Ко всему, что было с ним связано. Веснушки, тело, голос, вечная депрессия, бесконечные проблемы из-за него и чужие переживания. Он все это ненавидел. Доставая новые сухие вещи из спортивной сумки омега быстро переоделся, меняя абсолютно все, меняя шорты на черные длинные, а футболку на темную водолазку с высоким горлом. Кеды, какими были такими и остались. Юноша вновь вышел из палаты, ребят не было. Все были в своих домиках. Как и Хан, что прошел мимо него, мило улыбнувшись и похлопав по плечу. Ли так и остался сидеть на бревне около костра ожидая как все переоденутся и разожгут горячий костер, что, наверное, его согреет. Хотя, нет. Его уже ничто не согревает. Только несколько людей заставляют чувствовать силы на то, что все можно изменить, можно принять, можно встать и идти дальше, цепляясь за дорожку из терновых кустов, падая, но раз за разом поднимаясь. Они и впрямь что то к нему чувствовали. Но один из них будил жизнь сильнее остальных. Он жил рядом с его яркими карими глазами, дышал его ароматом, и находил силы делать то, что бросил бы. Феликс смотрел на него и у него внутри глубоко, там, в самых сокровенных местечках, начиналось какое-то странное движение. Как будто впервые начинает прорастать корень в земле, которую все и всегда считали мертвой. Вновь засидевшись со своими ужасными утопическими мыслями и эмоциями наедине, омега даже не заметил как его плеча кто-то нежно коснулся рукой, оплетая его длинными пальцами.  -Феликс?- спросил этот кто-то и это был он. Хенджин снова пришел именно в тот момент, когда тот собирался мысленно перетекать в смысл его жизни и возможный суицид. -А? Да, что такое?- невозмутимо отозвался тот, даже не поворачивая своей головы в его сторону. Юноша смотрел в темноту леса перед своими глазами и не осознавал, что сам там по уши тонет. И ему не нужны лживые слова, не нужны действия. Нужно чтобы хотя бы кто-то, кому не все равно был рядом. Смотрел на слезы, молча принимая его, не пытаясь перестроить его, нет. Пытаясь понять его боль.  -Да так, забей.- заотнееивался альфа, подходя к доскам для костра и выуживая из кармана ту самую черную зажигалку. «А ты хранишь»- подумал Феликс, неосознанно прижимая пальцы к сердцу, словно оно болело. А оно и вправду.. Умирало. В его голове снова туманы, залечил бы кто его раны и слил с кожей шрамы, а после они бы вместе убежали из густого, словно стена тумана. И Ликс ждал. Долго и терпеливо, пока однажды не сдался, утонув в пучине сомнений. Тогда появились ребята, а вместе с ними тот, кто заставлял мертвое жить. -Ты замерз?- неожиданно спросил альфа -Да.. есть немного- отвел взгляд Ли, потирая руки рукавом длинной черной кофты. Хенджин бросил взгляд на локти, скрытые тканью водолазки, и то, как их пытался разогреть омега. Омеги ведь слабы и склонны мерзнуть и простужаться. -Феликс, не трогай руки. Дай им зажить, пожалуйста- омега отвел взгляд, упираясь ладонями в кору бревна, что своими остриями тихо впилось в его бледную кожу. -Не буду- тихо ответил тот и Хван незаметно улыбнулся, совсем быстро, но так искренне, что на секунду показалось, будто сумрак стал ярким розовым рассветом, минутой слабости в его серой пустой жизни. Крохотная искорка пронеслась над зажигалкой, словно чья-то новая жизнь и вспыхнула жарким горячим пламенем, заглатывая доски и бумагу своими длинными языками их вечернего огня. Он вспыхнул над уже темной окрестностью, озаряя ее светом и теплом. Ребята вышли из домика: Чан с целым пакетом алкоголя, за ним весело подпрыгивающий малыш Чонин, после Минхо с чересчур довольной рожей и Хан смирно идущий позади и покорно склонивший голову к земле. Вдруг он поднял взгляд и Феликс увидел огромные зацелованные красные губы, что распухли от укусов и всасываний. Омега неловко закусил губу и подсел к Феликсу, обнимая его, и утыкаясь носом в плечо, а после говоря -Мне стыдно -Долго сосались?- шепотом спросил Ли прямо на ухо юноше, тот подпрыгнул и ударил его по руке -Ничего-то ты не понимаешь -И правда- грустно усмехнулся Ликс, снова пребывая в размышлении каких-то головных болей. -Я нагадаю и вы с Хенджином тоже будете встречаться- успокоил его Джи, также шепча это на ухо. Тихо-тихо чтобы не увидели их маленькие планы. Тот ответил -Хах, ну, вперед, Хан Джисон,- похлопал его по плечу и снова развернулся к огню. Он умело завлекал его, заставляя расслабиться в тепле и смотреть внутрь него. -Будем пить!- крикнул Чан, ставя одиннадцать бутылок алкашки и добавляя еще две. -Пиздец! Откуда ты это взял?- восхитился Минхо, разворачивая в пальцах красивую, отливающую красным, бутылку шампанского. -Это Абрау Дюрсо! Оно же дорогое!- воскликнул Хван, хватая бутылку полусладкого сухого вина и прижимая к себе со словами -Не отдам- а затем веселый голос Бана -Разбирайте! … *Спустя 3,5 часа* -Минхо, ты что, упал?- смеется икающий после трех бутылок шампанского Хан, пьяно дрыгая указательным пальцем даже не в ту сторону -Ой, ошибся- и снова не в ту сторону. Минхо и правда упал. Альфа лежит на земле, обнимая ноги Хенджина своими руками и шепчет что-то глупое. Феликс тихо посмеивается, а у Хвана, сидящего напротив, глаза медленно открываются и закрываются, он, кажется, умирает от алкоголя. Конечно, выпить бутылку джина и две соджу в одну харю это сильно. Его взгляд разъезжается, не желая концентрироваться на одном месте и его заносит куда-то влево. Альфа падает на более-менее адекватного Чана, что нежно обнимал спящего в обнимку с бутылкой Чонина и мягко гладил по пушистым волосам, которые не желали укладываться и он обиженно дул губы, словно негодуя, что не получается у него укладка. Не быть ему парикмахером. Ребята валяются вокруг еле горящего костра и просто вдыхают ночной воздух. Просто дышат. А Феликс, кажется, только учится дышать. Ему больно и тяжело вновь раскрывать легкие, что словно давно сломанные людьми крылья, обвалились, с треском провалившись под самую землю, но он идет вперед.

Справляется и дышит дальше.

❤️‍🩹