"Сны, в которых мы теряемся"

Глава 1: Утро после дождя       Солнечные лучи щекотали веки молодой женщины, которая задремала за столом, усыпанном книгами и пергаментами. Сквозь полусомкнутые ресницы пробивался тёплый свет, мягко разгоняя остатки ночного холода. Она пошевелилась, потянувшись всем телом, чувствуя, как ноет спина от неудобной позы. Ночь снова прошла в чтении, в попытках найти хоть намёк на то, что могло бы объяснить странные случаи, которые начали беспокоить Министерство.       Раскрыв свои тёмные карие глаза, Гермиона Грейнджер медленно сфокусировала взгляд. В комнате царила странная тишина, будто время на миг остановилось, чтобы дать ей возможность вздохнуть глубже. Солнце прорвалось сквозь плотные шторы, оставшиеся не задёрнутыми с вечера, и теперь лужа света растекалась по полу, словно обещание нового дня.       Она улыбнулась своей наивной, почти девчачьей улыбкой — той самой, которую давно старалась держать подальше, ведь теперь она была не просто «умной девочкой из Отдела международного магического сотрудничества», а главой отдела регулирования темной магии. Казалось, ещё вчера она бегала по Хогвартским коридорам с распущенными кудрями, а сегодня её волосы были гладко зачесаны назад, заколоты элегантным зажимом, а мантия — строгой, без единого пятнышка.       Комната, в которой она проснулась, была одновременно домашней и деловой. Высокие книжные полки, заполненные томами на десятках языков, стояли вдоль стен. На каминной полке — фотография с выпускного, где Рон всё ещё был слишком высоким для своего возраста, а она, с гордо выпрямленной спиной, держала его за руку. Подаренная когда-то       Гарри чашка с надписью «Я — номер один среди авроров» стояла рядом с кипой документов, требующих подписи. Гермиона взмахнула палочкой, и вскоре в воздухе завис маленький серебристый чайник. Он аккуратно налил ароматный мятный чай с ромашкой — напиток, который она завела себе недавно, чтобы хоть немного успокаивать нервы, которые, казалось, стали сдавать под давлением работы.       Посторонившись, она осмотрела стол, ища очки. Наконец заметила их на краю книги — золотая оправа блестела в лучах солнца. Маленькие изображения снитчей на концах дужек слабо мерцали — подарок Гарри на день рождения год назад. Он тогда пошутил: — Теперь ты официально часть команды Поттера. Только не говори Рону. И действительно, Рон тогда рассердился, заявив, что это всё из-за её работы — что она теряет связь с реальностью, проводит слишком много времени в бумагах и слишком мало дома. Они поссорились. Опять.       Но сейчас, в этом тихом утре, она даже не могла точно вспомнить, почему именно они ругались вчера. Возможно, из-за того, что она опять пришла поздно. Или из-за того, что забыла купить что-то из продуктов. А может, просто потому, что они уже давно жили как два разных мира, случайно оказавшихся в одной квартире.       Поднявшись с кресла, Гермиона направилась в спальню, но замерла на пороге — кровать была пустой. Рон не ночевал дома. Это становилось нормой.       Она быстро собралась, натянув форменную мантию, аккуратно застегнув каждую пуговицу. Перед выходом бросила последний взгляд в зеркало — всё было идеально. Строго. Совершенно. Но внутри… внутри всё было совсем не так.       Минутой позже она уже входила в просторный кабинет Главы отдела темной магии. За окном виднелись крыши Лондона, покрытые свежими каплями дождя — последние следы двухнедельной непогоды, будто мир тоже пытался что-то забыть.       На столе её ждал новый файл. Тонкий, но с пометкой «СРОЧНО». Гермиона вздохнула, открыла его... и поняла, что этот день будет не таким, как все. Следы темноты Гарри Поттер проснулся с резким вдохом, сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди. Ладони были влажными от пота, волосы прилипли ко лбу. Он лежал на спине, уставившись в потолок, чувствуя, как холодный остаток страха медленно стекает по позвоночнику. Ему снова снились дети. Маленькие голоса, зовущие его по имени. Руки, тянущиеся сквозь тьму. Крики, которые он не мог спасти. Он потер лицо, глубоко вздохнул. Кошмары почти прекратились после войны. Но последние три ночи — каждый раз одно и то же. И сегодня они вернулись с новой силой.       В комнате было светло. Солнце пробивалось сквозь занавески, но даже его лучи не могли согреть душу. Гарри сел на край кровати, ноги свисали, голова тяжёлая. Джинни нет дома. Уже третью неделю она в турне с командой «Молния Лондона». Она обещала написать. Он ждал совы. Но её не было.       Он встал, прошёлся босыми ногами по полу, направляясь в ванную. Зеркало встретило его усталым взглядом — мужчина, который слишком рано повзрослел. Голубые глаза, когда-то полные надежды, теперь хранили тени, о которых никто не догадывался. Щетина слегка покрывала подбородок, волосы всё так же упрямо торчали во все стороны. Только они остались прежними — как у того мальчишки, который когда-то боялся своего отражения в зеркале. Он долго стоял под холодным душем, пытаясь стряхнуть с себя ночной страх. Когда вышел, завернувшись в полотенце, его ждала сова. Не просто сова — официальный голубоватый конверт с печатью аврората. На конверте имя: Поттер . — Проклятие… Он быстро натянул форму аврора, проверил палочку и метлу. День только начинался, а уже был испорчен.       Замок Нота стоял на холме, словно сторожевой дух, наблюдающий за округой. Всё вокруг было окутано тишиной, будто земля затаила дыхание. Бывший особняк одного из Пожирателей Смерти, подаренный после войны под детский приют, сейчас казался скорее мавзолеем, чем домом для детей. Длинная аллея из старых каменных плит вела к высокому порталу с выбитыми гербами древнего рода. По сторонам — аккуратные клумбы алых роз, их краснота была почти болезненной. Цветы не пахли. Как будто и они боялись нарушить эту мёртвую тишину.       Гарри шёл вдоль дорожки, чувствуя, как каждое дерево, каждый камень здесь словно шепчет ему на ухо. Он знал это место. Здесь проводили допросы во время войны. Тут кто-то кричал. Кто-то умирал. У входа его уже ждали.             Авроры в чёрных мантиях, начальник отдела, Максвелл Кроун, ругал молодого сотрудника за опоздание. Гарри усмехнулся. Когда-то и его так ругали. Он был тем самым юнцом, который всегда спешил, но никогда не попадал вовремя. И тут он её увидел. Гермиона стояла чуть поодаль, руки сложены на груди, брови нахмурены. Её строгая мантия идеально сидела, волосы собраны в аккуратный пучок. Но в глазах — беспокойство. — Привет, — сказал он, подходя ближе. — Привет, — ответила она, искоса взглянув на его щетину. — Ты опять не побрился? — У меня был тяжёлый день, — он усмехнулся, но в её взгляде прочёл понимание. Она протянула ему файл: — Это не обычное похищение. Мы нашли символ. На потолке спальни девочки. Гарри нахмурился, принимая документ. — Кто ещё знает? — Только мы. Министерство пока держит это в секрете. Если это действительно он… — …то нам нужен план, — закончил он.       Внутри замка пахло сыростью и старостью. Дети сидели в большой гостиной, прижавшись друг к другу, как стадо овец перед бурей. Некоторые плакали, другие просто смотрели в одну точку. Взрослые — воспитатели — тоже выглядели потерянными. Спальня девочки находилась на втором этаже. Маленькое окно выходило на розовый сад. А вот на потолке… там, где должно быть белое пространство, было нарисовано нечто устрашающее. Тёмный круг, разделённый на восемь частей. Посередине — перевёрнутый треугольник. Гарри почувствовал, как внутри всё сжалось. — Это… это тот же символ, что мы видели в лесу у Гринготта, — прошептал он. — Да, — Гермиона кивнула. — Это ритуальная магия. Очень древняя. О ней почти ничего не известно, кроме одного — она забирает невинность, чтобы дать силу. — То есть ребёнка использовали? — Гарри посмотрел на неё, и в его голосе звенела ярость. — Возможно. Но если это начало, то это будет не последний случай. В этот момент в дверь постучали. Маленький мальчик, лет одиннадцати, с заплывшим глазом и грязной рубашкой, осторожно заглянул внутрь. — Я… я могу вам рассказать, что видел. Гарри присел перед ним на корточки. — Расскажи, как тебя зовут? — Джейк. Я спал рядом с Лиззи. И в полночь я проснулся. Она… она парила над кроватью. И над ней был свет. Красный. И она кричала… но не могла двигаться. Потом исчезла. Просто… исчезла. Гермиона вздохнула, сжав губы. — Что с твоим глазом? — спросил Гарри. — Я хотел её спасти. Подбежал к кровати. Кто-то ударил меня. Я упал. Больше никого не видел. Гарри и Гермиона переглянулись. — Кто-то был здесь, — сказал он. — И он всё ещё может быть рядом