Точка опоры

Противный монотонный писк будильника ввинтился в виски, подражая сверлу. С раздражением выдохнув сквозь крепко стиснутые зубы, я поднял голову с твердого валика для сна, который язык не поворачивался назвать подушкой. В глаза словно песка насыпали. Растирая воспаленные от недосыпа веки, тяжело перекатился с матраса на пол. Не помогло. Пол был теплый, кожа слабо липла к поверхности ламината. Хотелось растечься лужей и отрубиться. Перевернувшись на спину, пару раз звонко хлопнул себя по щекам. В голове прояснилось немного. Наконец поднявшись, я нашарил в куче одежды, лежащей рядом с валиком для сна, телефон и выключил наконец будильник. Вот и утро. Утро очередного дня. Одного из множества дней моей жизни. Шумно вздохнув поплелся в сторону уборной, на пути собирая своим неповоротливым, тяжелым телом, всю мебель и углы. Я едва не снес свое компьютерное кресло, затем не вошел в дверной проем уборной из-за того, что не до конца сдвинул дверь-гармошку. Споткнулся о табуретку в ванной, а на выходе задел ногой стул на кухне. Чудо, что из квартиры в итоге вышел на своих двоих. Шагая по лестнице вниз, натянул поверх худи куртку стараясь потеплее закутаться. На общей лестничной клетке кто-то открыл все окна. Тело забило дрожью от пронизывающего холода успевшего проникнуть под одежду. Воздух был сырым и морозным. Весна в этом году была жутко промозглой. Завернувшись в одежду так, что из-под высокого воротника и длинного шарфа обмотанного вокруг шеи торчали лишь глаза, лоб, да верх капюшона толстовки, я брел по пустой улице вниз к дороге. Чем ниже спускался, минуя дома и круглосуточные магазины, тем больше таких же сонных людей встречал по пути. В воздухе витала утренняя туманная дымка. Красотой, наслаждаться было некогда, да и холодно для этого слишком. Не до созерцания, когда кажется, глаза вот-вот замерзнут. Поспи я на пару часов больше, может у меня и не было желания сморщить лицо от картины перед глазами, крепко жмурясь. Но нужно было на что-то жить, так что, я, не выспавшийся, а потому раздраженный и хмурый, забрался в салон подъехавшего к остановке автобуса. Приложив к терминалу свою транспортную карту, нашел на платформе свободный угол и схватился за свисающую ручку. Если я сейчас сяду, то усну. Было уже такое пару раз. Совсем не хочется бежать обратно до кампуса университета несколько остановок, чтобы не опоздать на первую пару. Поэтому стою. Стою и стараюсь держать глаза открытыми. Лишь бы не уснуть… Глухой удар лбом о оконное стекло привел в чувства. Часто заморгав я посмотрел по сторонам и, к своему сожалению, встретил пару сочувствующих взглядов. Сморщив нос, отвернулся опять к окну. Меня морило со страшной силой. Не смотря на это, я все же смог доехать до нужной остановки, выйти и попасть в отправляющийся шаттл. Пока ехал, крутил в руках свою студенческую карту. Чтобы не заснуть, я снова и снова перечитывал собственное имя выбитое на пластике и рассматривал фотку на которой выглядел по-дурацки растерянным. Я Ю Джунхёк. И я студент инженерного колледжа Сеульского национального университета. Учусь на кафедре строительства и инженерной экологии. Все это было написано на моей студенческой карте. Почти у самого подъезда к площадке очередной остановки, шаттл начал резко тормозить. Видимо кто-то из студентов слишком поздно нажал кнопку остановки. Из-за этого я чуть не выронил свою карту. Убрав кусок тонкого пластика в карман я недовольным взглядом оглядел салон заставив парочку пялящихся в мою сторону ребят опустить глаза в пол или притвориться спящими. Если я потеряю студенческую карту, выпуск следующей займет время. Без карты на территории кампуса невозможно попасть ни в столовую ни в библиотеку. Воспользоваться спортивным залом или распечатать что-то тоже не выйдет. Проблемы, которых стоило бы избегать, особенно сейчас, на первом семестре первого курса. Возможно стоило задуматься о покупке велика или о его аренде. Не пришлось бы пользоваться общественным транспортом. Да и дополнительные физические нагрузки помогли бы поддерживать физическую форму. Жаль, был риск, что из-за монотонных движений я отключусь в процессе езды и укачусь куда-нибудь… к чертовой матери. Кампус располагался на горе, так что подобное вполне могло со мной произойти. По-хорошему, просто нужно было найти время на сон. Но сказать это, проще, чем найти это самое время. Потому что его не было. Моя студенческая жизнь с самого начала была похожа на тяжелую работу. И трудиться мне ещё минимум четыре года бакалавра, чтобы устроиться в неплохую фирму после практики, а там, можно уже и свою компанию открывать. Это если забить на магистратуру. А с ней, вроде как, больше шансов хорошо устроится. Но до нее ещё четыре года так что... Тяжело вздохнув, глядя в окно на проносящийся за запотевшим стеклом университетский кампус, я с досадой осознал, что не испытываю и толики той радости, какой могут похвастаться прочие первокурсники. Минуло не так много времени с начала учебы. Прошел базовый ознакомительный курс и начались полноценные занятия. Почти все студенты первого курса ещё не растеряли энтузиазма. Они только к первой сессии начнут ощущать все тяготы студенчества. На их фоне я уже выглядел как ветеран, прошедший не одну войну. Потрепано и устало. Выбравшись из шаттла, снова кутаясь в куртку я направился к нужному корпусу. Мне нужен был корпус гуманитарный, языковой. В этом корпусе обычно было полно иностранцев. Здесь располагалась языковая школа. Мне нужен был класс английского для продвинутого уровня. Попав внутрь, я шел по полупустым коридорам. Нужная мне часть здания была малолюдной. Мои шаги разносились гулким эхом по этажам. По обе стороны, однотипные двери с одинаковыми табличками. Общий вид довольно унылый. Это чтобы глаза студентов не уставали. В минималистичной обстановке проще ориентироваться. Когда до смерти не хочется спать. Найдя нужный класс я вошел внутрь. В просторном помещении уже сидела пара студентов. Таких же сонных, как и я сам. Один из них, похоже, даже уснул. Серый рассвет ещё не отступил перед дневным светом, освещение в аудитории казалось слишком холодным. Неуютно. Выбрав место в дальнем ряду, у окна, я опустился за стол и, не раздумывая, положил голову на согнутую руку. Глаза словно горели изнутри от недосыпа — четыре часа сна, выдранные из плотной ночи, не спасали меня. Я даже не был уверен, что выключил свет в квартире когда уходил. Хорошо дверь сама запиралась и газ я не включал… Поначалу тишина аудитории казалась утешающей, давала шанс спрятаться в полудреме. Но время шло, и в пустоту начали проникать звуки: шаги, разговоры, скрип стульев. Кто-то громко закашлялся. Кто-то рассмеялся. Студенты переговаривались между собой, некоторые, похоже, практиковались в английском. Сквозь сон, я иногда улавливал обрывки речи на чужом языке. От шума я едва шевельнулся, но глаза так и не открыл. Мир оставался приглушенным. Я ощущал его сквозь мутную завесу сна. Кто-то сел рядом. Стул скользнул по полу с коротким, жалобным скрипом, и почти сразу до носа донесся запах — терпкий, насыщенный, с яркой сладостью цитруса и чем-то древесным. Чересчур плотный, почти кричащий. Я не нашел в теле сил отвернутся на другую сторону, только чуть сморщил нос — усталость держала на месте как тугой кожаный ремень. Запах, такой резкий поначалу, постепенно начал медленно раскрываться. Он не стал слабее, скорее просто перестал атаковать мой нос. Слился с прочими ароматами витавшими в воздухе. Стал чьим-то присутствием. Как-будто все слилось в это одно ощущение — чужое пребывание рядом, аромат на грани раздражения и уюта. Прежде, чем я успел подумать, кем был мой сосед, и стоит ли вообще открывать глаза чтобы рассмотреть его — меня уже не было. Сон забрал меня окончательно. Я провалился во тьму, в которой не было ничего кроме этого аромата. Теплого, как нагретый на солнце деревянный стол, на котором стояла миска полная спелых фруктов и букет полевых цветов. Тьма сменилась этой яркой уютной картиной, навеянной ароматом. Не было ни звуков, ни иных ощущений. Я даже не ощущал как пускал слюни во сне, заливая ими рукав своей куртки. Течение времени не ощущалось. Сон заменил реальность. Странно, но впервые за долгое время все ощущалось не тревожно, а… безопасно. Будто мне наконец удалось найти место, где никто не потревожит, где можно просто быть — что-то, чему подошло бы слово «дом». Резко обрушившийся на голову шум аудитории срезал ведение как удар остро заточенного меча. Я дернулся, резко вскинулся, ударился бедром о край стола. Сердце ухнуло вниз, лицо вспыхнуло жаром, и я едва не выругался, хватаясь за ушибленное место, при этом чуть не врезавшись лбом в столешницу. Аудитория гудела голосами, как улей. Никто не обратил внимание на меня. Шум, вызванный моим резким пробуждением, потонул в гуле полной аудитории. Парень на ряд впереди собирал вещи со стола, его сосед застегивал молнии рюкзака. Скрипели сдвигаемые стулья. Несколько человек уже вышли, остальные тянулись неровным строем к двери. Я моргнул, пытаясь сообразить, что происходит. Всё пронеслось мимо меня в ускоренной перемотке. Просто пара закончилась. — Чёрт… — выдохнул я и машинально провёл рукой по лицу. Мне ещё мерещился запах — всё тот же, тёплый, теперь уже абсолютно привычный. Чуть повернув голову, увидел, что место справа от меня пустовало. Лишь на столешнице лежала распечатка с ярким стикером, приклеенным поверх. Распечатка была бланком задания. Заполненная одним почерком. Острым и прямым. Им были вписаны все ответы в поля для теста. Тем же почерком для меня оставили послание. «Впиши свое имя и отдай преподавателю» — короткое замечание. Взяв листы в руки, я вдруг осознал, что даже не открывал свой рюкзак. Торопясь, вытащил карандаш из узкого кармана спереди и вписал свое имя сверху рядом с чужим. Переписав чужое имя на стикер, отклеил и сунул его в карман куртки. Затем я отнес тест преподавателю, а после сразу вышел из класса. В голове все ещё было мутно. Но зато сейчас у меня по расписанию было небольшое окно. Почти три часа сна придали мне сил. Добравшись до ближайшей уборной, я скинул куртку на подоконник и умыл лицо холодной водой, чтобы посильнее взбодриться. Из заляпанного высохшими брызгами зеркала на меня смотрело осунувшееся лицо с посеревшей кожей. «Терпимо» — подумал я и оторвав пару листов бумажных полотенец прижал их к все ещё мокрой коже, стирая влагу. Накинув куртку и забросив на плечо рюкзак, вышел в людный коридор. Пошарив рукой в кармане, вытащил стикер. Оранжевый. На бумажке квадратной формы тонкими твердыми линиями была написана фраза. Под ней толстыми черными штрихами подписано имя. Ким Докча. Я понятия не имел кто этот студент. Все, что мне известно, мы посещали один класс английского языка. Больше ничего. Странно было бы искать кого-то только из-за разовой помощи с тестом. Тем более, что я даже не был уверен, что этот тест написан хорошо. Я ведь его не проверял. Не подумал об этом даже. Но тот запах… Ощущение от него словно осело внутри чем-то необъяснимым, вызывая неясную тоску. Сунув стикер в карман, потряс головой, отгоняя странные мысли. То, что у меня окно сейчас, не значит, что можно просто стоять на одном месте. Сосредоточившись на окружающей реальности, даже не заметил как мое лицо снова приобрело пустое замкнутое выражение, с которым я прошел по коридорам и покинул гуманитарный языковой корпус. Оставшийся день слился в одну линию. Больше не произошло ничего особенного. Ничего запоминающегося. За недолгое время студенческой жизни у меня уже сложилось свое, особое, расписание. И я ему следовал, поскольку считал, что так уверенно смогу дожить до самого выпуска. Успех был гарантирован. Я все просчитал. Примерно, с допусками, вероятностями и погрешностями. Так, чтобы наверняка. Я привык двигаться по жизни напролом. Не потому, что мне так хотелось и не потому, что так было проще. Нет. У меня едва ли был другой вариант. Потому что у меня не было никого, кого можно было бы попросить о помощи. Кто мог бы мне подсказать правильный и легкий путь. Я, выросший без опеки, был вынужден постоянно двигаться, чтобы поскорее встать на ноги и стать самостоятельным. Рано начал работать чтобы обеспечивать себя и поздно понял, что мой выбор был не самым удачным. Мне повезло, меня, подростка, работающего помощником администратора компьютерного клуба, заметил активно развивающийся клуб игровой лиги по высоким рейтингам на новом сервере, в популярной на тот момент MMO игре. И они предложили контракт. Будучи почти ребенком, который не имел никого за спиной, я тогда считал, что это невероятный успех и не думая согласился. А потом… когда мне исполнилось восемнадцать кто-то подкинул на мой порог младенца. Которым оказалась моя младшая сестра. Сам выросший в детском доме, я не смог отправить туда же и ее. Мои воспоминания были ещё слишком свежи о том, какой одинокой жизнь там была. И, будучи наивным, я думал что справлюсь. С жизнью, с карьерой и с воспитанием ребенка. Оказалось, что мне самому ещё нужен был кто-нибудь кто… Кто-нибудь взрослый. Ради карьеры я бросил старшую школу. А с появлением Ю Мии осознал, что моя карьера скоротечна. Чем старше я становился, тем сложнее было угнаться за новичками которые, к тому же, не были обременены такими проблемами как воспитание маленького ребенка. Деньги на счетах таяли, гонорары становились все меньше, конфликты в команде напротив, все острее. Я чувствовал в свои двадцать как моя жизнь проносится мимо. Потратив время и деньги на подготовку к экзамену на получение аттестата о полном школьном образовании я в итоге ушел из игровой лиги, отыграв свой последний сезон в прошлом году. Все вернулось к тому, с чего я начал. Ну… почти. Теперь я студент университета и у меня есть малолетняя сестра на попечении. Сбережений почти не осталось и мой доход это подработка администратором в интернет кафе и донаты со стримов. Из-за своей работы я и не сплю по ночам. От недосыпа соображаю паршиво. И это предсказуемо сказывается на моей успеваемости. Мне… нужна помощь? Да. Пожалуй. Как какой-то дурак, я в очередной раз достаю из кармана куртки истрепанный оранжевый бумажный стикер. Прошла неделя. Минуло уже две пары английского, но я так и не выяснил кто из студентов, посещающих курс вместе с мной, Ким Докча. Не нюхать же мне каждого. Порой, тот теплый цитрусово-пряный запах мне мерещился, но его источник словно постоянно ускользал. Было бы проще, проводи преподаватель перекличку, чтобы отмечать присутствующих. Но, вместо этого, нам давали тестовые задания и их мне приходилось решать самому. Никто не рвался садиться рядом со мной. И не зря. С английским у меня было так себе. Пока мой средний бал за этот курс равнялся трем. В учебной ведомости не впечатляюще значилось «B0» Хорошо хоть пары английского больше не ставили первыми на девять утра. Эти часы удалось забить другими классами где ещё оставались места на запись. Я проспал бы их, не планируй закончить университет в срок и с хорошим средним баллом. Для этого мне было необходимо набрать максимум кредитов и балов по предметам. И начинать лучше было именно с первого курса, если далее я хочу попасть на приличную практику. Мои сбережения на банковском счету намекали — торопиться стоило. Войдя в класс английского, на очередную пару, сразу заметил странность. Почти все пришедшие раньше студенты расселись так, чтобы за столами, рассчитанными на двух человек, одно оставалось свободным. Прежде ничего подобного не происходило. Более того, все подозрительно казались нервными. Класс был рассчитан человек на сорок, примерно столько и было в учебной группе. Те, кто ещё не занял место, стояли у стены возле доски или рядом с входом и делали вид, что в их телефонах было что-то настолько важное, что подготовка к занятию была пустой тратой времени. Решив, что вникать в происходящее бессмысленно, я прошел к первому свободному месту крайнего ряда, со стороны окна и поставил на столешницу рюкзак. Стоило мне сесть, как парень, мой вынужденный сосед, тут же поднялся и подхватив вещи пересел. Наблюдая за этим с равнодушным выражением, я стал свидетелем идиотского спора. — Не садись ко мне. — пытался прогнать один парень другого. — Возьму и сяду! — возмущался тот, что ранее сбежал от меня. — Если мне не светит зачет за промежуточный тест, то и тебе пусть он не достанется. — Как не по-дружески! — А по моему очень даже по-дружески! Из спора я понял лишь, что сегодня, вероятно, должен был быть очередной тест. И видимо этот тест был важен. — Промежуточный тест? — задумчиво пробормотал я сам себе под нос, не думая что кто-то обратит на это внимание. — Предварительный контроль перед зачетным тестом, который будет в конце семестра. — тихо заговорила девушка с короткой стрижкой, что сидела на ряд позади. Повернувшись к ней, заметил, что незнакомка катала во рту леденец. Палочка от него сновала туда-сюда. Из-за этого рассмотреть ее лицо было непросто, взгляд то и дело сосредотачивался на палочке. Поэтому я быстро отвернулся. — Все расселись так из-за теста? — с сомнением спросил, обращаясь к девушке, но не глядя на нее. — Типа того. Они надеются, что кому-то повезет и удастся сдать тест, не написав его. — пока она говорила, был слышен тихий стук зубов о карамель. — Это как? — я нахмурился. — На курсе есть парень с очень высоким уровнем. Я думаю, он пишет все групповые тесты сам, чтобы его средний балл не пострадал из-за чужой ошибки. Из-за этого, преподаватель ставит хорошую оценку тому, кто ничего не сделал. — тон девушки стал насмешливым, словно ей эта ситуация казалась очень забавной. Я не стал спрашивать у нее кто этот парень. Потому что уже догадывался о том, как его зовут. Ведь я уже знал, что получил за тот тест от «оранжевого стикера» — отлично. Вероятно, речь шла о Ким Докча. — Что-то он задерживается… — вздохнула девушка. — Тот парень? — вопрос вырвался из меня раньше, чем я успел сдержать его. — Ага. — вздохнула она. — Ты знаешь, кто он? — наверное не имело особого смысла спрашивать, ведь нас связывает только курс английского, но я уже спросил. — Знаю, что он второкурсник кафедры архитектуры. — поделилась девушка. И тут я отбросил все сожаления. Кафедра архитектуры относилась к инженерному колледжу. Я тоже учился на кафедре, относящейся к этому колледжу. На строительной инженерии. — Пришел наконец. — стоило девушке заметить чужое появление, я повернулся к входу в класс. Пытался вспомнить лица всех студентов, кто мне хоть чем-то запомнился, невольно строя ожидания как мог выглядеть этот Ким Докча. Но парень, что вошел в класс, оказался неприметным. Он выглядел совершенно обычно. На таких людях взгляд не задерживается. Таким был Ким Докча. Непримечательным. Войдя в кабинет, парень огляделся и заметив свободное место рядом со мной, подошел, ставя на стол объемный рюкзак. Прежде чем сесть, он пристроил папку формата А2 у стены. С такой ношей предсказуемо парень не собирался тащиться вглубь кабинета. Место в первом ряду, да ещё и у окна - это очевидный фаворит. — Везучий ты ублюдок. — тихо прошептала девушка, обращаясь явно ко мне. И я ее услышал. Сейчас я и правда считал себя везучим. В момент когда Ким Докча сел рядом со мной, до меня донесся знакомый, терпко-пряный шлейф аромата. Тот самый запах цитрусовых и нагретого солнцем дерева. Я наконец отчетливо мог видеть его обладателя. Видеть и лишь вблизи осознать, что первое впечатление оказалось обманчивым. Ким Докча больше не казался мне непримечательным. От прямого взгляда его темных, сияющих глаз бросало в дрожь. Мы встретились взглядами на короткий миг. Этого было достаточно чтобы я почувствовал себя так, словно меня выбросило в открытый космос. В этих темных глазах, была бездна. И я провалился в нее.