Осторожнее!

свет ели попадает в комнату. две фигуры развлекаются. аз томно смотрит на зару, который ухмыляется, так хищно..неужели он снова впивается пальцами в его грудную клетку, удерживая тело, чтобы оно не упало? а ведь зара начал просто с предупреждений про киру, иногда заигрывая. ему нравилось, когда аз встает в ступор, урод. — ты меня помечаешь? — я тебе.. не собака. — но моя, да? рука ложится на плечо первого, двигаясь к шее, пальчики залезают под одежду и касаются отметен, синяков, которые вызывают у аза мычание, всё-таки шея — слабое место и малиновая конфета об этом знала, слишком хорошо, чтобы не пользоваться и сейчас не делать круговые движения на ране, вызвая стон. сейчас появляется неровное дыхание и желание обладать друг другом. мужчина налегает и впивается губами в кожу, кусая, не жалея его, как этот делал зара, когда давал ему пощечину перед другими буквами. — ты хочешь мне сделать больно или приятно? так.. пх, пытаешься вцепиться, но из нас двоих ты более — снова укус, рядом с ухом. слышится вдох. — чувствительный. . аз ничего не отвечает, он просто хмуро смотрит на красные отеки, которые расплываются. для него это отдельная часть шоу, которая так радует. — ты можешь убрать руку. мне не нравится. — я просто хочу посмотреть, как твое тело реагирует на меня, что тут такого? появился вопрос, когда аз перестал терзать его плоть на ключицах, зара лишь тяжело вздыхает, но не стонет, обычно аз это делает. кисть сидящего прильнула к паху, очертивая контур члена. возбужден, да, есть. зара довольно улыбается. это воспринимается, как победа, но он не разрешал прикасаться! — пару поцелуев и ты все? как же смешно, но я мог бы тебе помочь, ты же - аз резко накрыл рот зары рукой, чтобы тот уже заткнулся. он показал свободной рукой, чтобы молчал. послышались голоса ёшки и киры (?), зара лишь согнул ногу и поставил ее между ног своего любовника, который показал глазами, чтобы он перестал, то сщуриваясь, то приподнимая бровь. вторая ладонь оказалась на бедре парня, который никак не мог угомониться и не перестал тереться, лишь специально забавлял и вынуждал издать звук! уговор есть уговор, он трогает не руками. — перестань. — шептал оранжевый, зара даже подвинулся ближе, чтобы быть ближе, эта кисть на ноге никак не сдерживала порывы. — тебя нужно умолять? — ты сам все прекрасно знаешь, да. зара закатил глаза и остановился, просто вжал ногу в паховая часть, а аз с закусанной губой переместил руки на его поясницу, обхватывая все это дело руками, чтобы опереться. он очень старался не выдать их, но эти два гостя не желали уходить, лишь чего-то ждали! аз знал, что зара долго терпеть не будет и просто вцепится уже в парня. кира явно будет.. недоволен, ему правда не хотелось всей этой комедии, он терпел его по определенным причинам. снаружи обсуждали какую-то чепуху, что сейчас не имеет значения, но вот язык, который проник в рот аза — другой разговор, мужчина не решительно смотрел сквозь ресниц, краснея, но зара же лыбится, льётся к нему, тянет, чтобы тот уже упал на него. и он упал, теперь два тела соприкоснулись. аз пытается отлипнуть, но второй мужчина причмокивает и глубже впивается в первого, заставляя того уже слабо матать головой. зара отлипился, наконец-то и сжал его шею. — ты такой же невкусный, но это неплохо. — они могут услышать, ты будешь объяснять все кире? модник лишь покривлялся, а аз поправил одежду, которая в некоторых местах помялась. — ты куда? я ещё не закончил. — ты слишком.. активный для меня. — ну давай, скажи, что тебе это не нравится. аз знал, что его тело предает, поэтому лишь ушёл, встречаясь с друзьями глазами (?) и ничего не сказал, даже не посмотрел. за ним побежал его помощник, а ёшка следом. зара лишь смотрел в зеркальце, думал о том почему же аз такой и почему он никак не может вытащить ремень, чтобы нахрен привязать апельсинку к кровати.