cuddling

Пальцев коснулось что-то горячее, и Джонхан повернул голову, увидев, как в машину запрыгнул Сынчоль и обхватил широкой ладонью его руку. Он захлопнул дверь, убедившись, что окна плотно закрыты, и смазанно поцеловал Юна в щёку, крепко сжав его запястье. - Скучал, - раздалось в тишине, и Джонхан прикусил губу, чтобы не расплыться в глупой улыбке. Сынчоль всегда был тем, кто отчаянно искал физический контакт в любой ситуации. Хан почувствовал, как Чхве теребит браслет на его левой руке, и повернулся к своему парню: - Уже хочешь отобрать? - Ни в коем случае, - усмехнулся Сынчоль, удобнее усаживаясь в кресле. – Он только твой. - Ну-ну, - закатил глаза Джонхан, вспоминая, как Чоль настаивал на том, чтобы купить ему другой браслет, ведь второго такого не было в наличии. – Сегодня первый раз, когда я надел его на публике. - Мне нравится, когда ты носишь мои подарки, - нос Сынчоля коснулся щеки вокалиста, и Джонхан был уверен, что он услышал чужое урчание. Чхве поцеловал Хана за ухом, и тот положил голову на плечо лидера. – Люблю, когда все видят, что ты мой. Юн фыркнул, но нежно погладил острую челюсть Чоля и увлёк его в глубокий поцелуй. Волосы Сынчоля забавно распушились, когда Джонхан стянул с него шапку и зарылся пальцами в короткие светлые пряди. Еще немного – и он бы в буквально смысле залез на бедра Сынчоля, но тот удержал Джонхана на талию, прижимая его к сиденью. - И не я один скучал, правда? – прошептал Чхве, под смех Хана поддевая его черную кепку лбом, чтобы она спала с головы вокалиста. – Я не успел моргнуть, как ты уже очутился рядом со мной, хотя мы сидели по разные стороны. - Однажды стафф перестанет нас разделять, и мне не придётся красться между рядами, как преступнику, - пожал плечами Юн. – Я весь концерт хотел лишь одного: быть ближе к тебе и вновь оказаться на сцене. Сынчоль сжал ладонь Хана, смотря в его погрустневшие глаза: - Скоро, ангел, осталось меньше года. Мне жаль, что я не могу ничего сделать, но поверь, ты всегда можешь устроить сольный концерт перед ребятами. - Еще чего – чтобы вы подняли меня на смех? – прыснул Джонхан, развеселившись. – Уж спасибо, пока обойдусь без этого. - Ты любимый хён для младших, так что не драматизируй, никто бы тебя не засмеял, - улыбка осветила лицо Чхве, и Джонхан в очередной раз залюбовался его ямочками. – Но все, и я в том числе, будем ругать тебя за то, что ты похудел. Хан-а, я действительно очень сильно переживаю… - Наверное, смена обстановки повлияла на меня, - Джонхан стыдливо потупил взгляд, зная, заставляет всех волноваться. – Армия даже с хорошими сослуживцами – стресс, и, хоть у меня были приличные условия, некоторое чувство тревоги до сих пор со мной каждый день. Сынчоль приподнял подбородок Юна, и глубокая складка залегла между бровями лидера: - Ты не рассказывал мне об этом. - Не хотелось грузить тебя своими проблемами… и я помню, что нет моих проблем, есть наши общие, и что я должен делиться своими переживаниями, - поспешно продолжил Джонхан, увидев, что Чхве открыл рот, чтобы возмутиться, - просто я надеялся, что справлюсь сам. Но этого оказалось недостаточно, и… иногда я пропускаю приёмы пищи. - Ангел, - покачал головой Сынчоль, и Хан знал, что ровно с этой минуты ему не будет покоя, - надо было рассказать мне и ребятам раньше. Я не допущу, чтобы слова Уджи оказались правдой и ты таял на наших глазах. - Прости, - Джонхан уткнулся носом и шею Чхве и замер, считая про себя чужой пульс. Сынчоль поцеловал его в лоб, гладя предплечье, и Хан прикрыл глаза. - Не приму извинения, пока не поправишься. - Что? – челюсть Юна отпала, и он резко поднял голову. – Нет, Чоль, ты не посмеешь. - Посмею и еще как, - строго посмотрел на Джонхана Чхве, зная, что тот не может спокойно жить с чувством вины. – Да, мне приходится идти на такие меры, Юн Джонхан. Прощу тебя только когда, когда увижу как минимум плюс два килограмма на весах. - Знаешь, сколько мне придётся есть? – пробурчал вокалист, надувая губы. - Знаю и лично прослежу за этим, - Сынчоль расплылся в улыбке, когда Джонхан пихнул его и скрестил руки на груди. – Не думай, что у тебя получится отвертеться. - И не надеюсь, - протянул Хан, продолжая делать вид, что он обижен, даже когда чужие тёплые руки обвились вокруг его живота. Однако Джонхан никогда не мог долго сопротивляться Сынчолю, поэтому уже через несколько минут он дремал в объятиях лидера, тихо посапывая. Чхве же обеспокоенно посмотрел на лицо Хана и еще раз пообещал самому себе, что обязательно будет контролировать его питание и следить за каждыми набранными ста граммами. Джонхан должен был набрать вес.