Эхо без голоса

Зимние дни в конторе простыми не бывают никогда. Они пропитаны запахом воска и промëрзшего камня. Морозы подкашивают здоровье, забирают тех, кому ещё бы жить и жить, а родственники, естественно, идут к нам. Похороны, бесконечный бухгалтерский учëт, разговоры с клиентами живыми и мëртвыми, физический труд — всë это очень изматывает. Валентайн вышел из могильника и упал на диван. Я вижу, он очень устал. Мы закрываемся только через пару часов, но мне уже хочется отправить его домой. Знаю что не пойдëт. Хотя я вполне бы справился сам, тем более два часа. Смотрю на него "может всë-таки пойдëте?". Знает чего я хочу и отрицательно мотает головой. Устало улыбается, мол, как я вас тут одного брошу в этой смертной тоске и куче бумаг. Со вздохом возвращаюсь к конторской книге, уже ничего не понимаю и тру переносицу. Наверное, нужно сделать перерыв и хотя бы попить чай. Стук в дверь. Ну вот и перерыв. Смотрю на Валентайна "ну откройте, будьте человеком, вам же ближе". Правда встаëт и открывает, хоть и выглядит так, как будто сейчас заскрипит или осыпется прахом. Всë-таки нельзя чтобы клиент стоял ждал на морозе. Пока гость отряхивался от снега на пороге, мой компаньон немного взбодрился, видимо от холодного ветра в лицо, и уже почти бодро, насколько это было уместно, поприветствовал его и пригласил сесть. Это был мужчина около сорока лет на вид. Частично напоминал одного моего университетского профессора, но в вот в его роде деятельности уверен не был. Да и не важно это. Волосы и аккуратно подстриженная борода уже подëрнуты сединой, в уголках уставших глаз расползлись морщины. Видно, что он так же очень измотан. И подавлен. А ещё то, что он заметно нервничает. Ладно, не банкет он всë-таки заказывать пришëл в самом деле. Как самый лучший бизнесмен и предусмотрительный молодой человек, Валентайн направляется к шкафу где стоит бренди, параллельно его и предлагая. Гость не раздумывая соглашается. Сделав пару глотков, он так и не начинает говорить. Никто его не торопит, нужно дать ему время. В нашем деле это крайне важно. —Знаете, я не просто так выбрал именно вас. Зовут меня Генри. Генри Кальверт. Я не буду затягивать и ходить вокруг да около. Я хороню своего старого друга..и.., – мужчина отвëл взгляд. — Вобщем, я сильно виноват перед ним и не успел ничего исправить пока тот был жив. Вы прославились своими способностями медиумов, я наслышан о вас. Перейду ближе к делу, недавно я видел его. Я виноват. Виноват так, что теперь он вернулся. Он разжал кулаки и я заметил на его ладонях красные полумесяцы от ногтей. действительно испытывает сильную вину... Или? Сильный страх? В любом случае, шутить в такие места люди точно не приходят. Я задумался. Возможно ли такое? — Видели? Вы уверены не обознались? Что он делал? – Валентайн думает о том же, о чëм и я. —Мистер...Хэйзел? – я слегка дëргаюсь. А, это не мне. —Смит. — Валентайн дежурно улыбается. —Да, извините, Мистер Смит, я уверен что не обознался. Он ничего не делал, но смотрел на меня так, что у меня пробежал мороз по коже. Нет, я был в ужасе. Это было не просто жутко... Вы вообще представляете что такое увидеть покойника? Ах, да, извините… Он стоял и смотрел. Но как смотрел! С холодной, пронзающей яростью. Он точно меня ненавидит. –Мужчина смотрит куда-то одному ему известно куда. Старается глубже дышать. От его рассказа в комнате повисло напряжение. Очень неприятное на ощупь. Пыльное на запах. Не очень он мне нравился почему-то. —Но.., – я слегка замялся. — его призрака сейчас здесь нет… Хотя если вы утверждаете что видите его, возможно вы и так знаете? —Я видел его всего раз. Он был такой.... Такой реальный! Я уверен, что это не призрак! Вурдалак! Оживший мертвец!! Он точно вернулся, чтобы отомстить!!–Я прикусил язык. Мужчина распалялся и едва уже не кричал. –Почему же он тогда ничего не делает? Он решил свести меня с ума, а уже после убить?! — Мне показалось что он задрожал, его губы побелели. Он глубоко вдохнул и постарался успокоиться.– Извините... Я плохо сплю в последнее время из-за этого и постоянно на всех срываюсь. Да, извините, я не хотел. —Ничего страшного, мы всë понимаем. Ранее ни с чем таким мы не сталкивались... Нет, точнее были и мстительные призраки и м.., в прочем не важно. Но чтобы прямо-таки вурдалаки, такого я вспомнить не могу. —А что с телом? — про мумию мы решили не распространяться. Слухи и так улеглись с горем пополам. —Должно лежать в его фамильном склепе. Я не проверял. Не поймите меня неправильно, но я действительно напуган. — Кальверт успокоился, значит можно перейти к делам. Я тоже пришëл в себя и поспешил сделать чай. —Конечно, мы понимаем всë. У него заказаны похороны или вы пришли сюда за этим? — Валентайн всë-таки интересуется. И правда. Редко когда к нам приходят только за спиритическими услугами. —Да, за этим, в том числе. У него никого не осталось, остаëтся только мне заняться его похоронами. — Он снова заметно помрачнел. Признаюсь, мне стало мне очень интересно в чëм же он так сильно перед своим другом виноват, но спрашивать, понятное дело, такое нельзя. —Хорошо, тогда давайте уладим рабочие вопросы? Про остальное мы постараемся что-то узнать. —Да, конечно.– Вздыхает. Бумаги, детали. Ничего необычного. Мужчина уходит, оставляя нас с только прибавившийся работой, но приличной суммой денег ради справедливости. Он оставил чаевые, видимо очень на нас рассчитывал. Но что мы можем сделать? —Хм, с ожившими трупами мы уже встречались, но что-то мне подсказывает что это не тот случай. —Валентайн облокачивается на стол, за которым я делаю новые записи в конторской книге. —Может он не просыхал с горя? —Не отрываюсь работы. —С чего бы ему тогда идти к медиумам если он был нетрезв? — Его, видимо, действительно заинтересовал этот случай. —Тоже верно... —соглашаюсь — но что это было? —Либо мужчина сошëл с ума, либо... С таким мы доселе не встречались. Знаете что? Спросите ка вы у Мистера Блэка как там дела у призраков. –Валентайн делает пару шагов по комнате. Конечно, в частные детективы и охотники за привидениями мы не нанимались (хотя часто становились ими не по своей воле), но если это действительно что-то из ряда вон выходящее? Стоило узнать. —Да, я тоже об этом и подумал. Просто если мужчина не безумец... Что тогда? Снова ожившие покойники? —Дориан, вы закончили с работой? Что-то мы засиделись. —Да, как раз дописал. Ну, пойдëмте? Лондонский вечер встречает нас снегопадом. Крупные хлопья попадают в свет газовых фонарей, похожие на больших мотыльков и пропадают покидая его. Я ловлю их, они сразу же тают в руке. Завтра будут большие сугробы. И холод. Валентайн, кажется, о чëм-то задумался и идëт молча. В окружении снега его лицо кажется ещё белее и болезненнее чем обычно. Как же он устаëт. Хочется его как-то утешить, хотя бы стряхнуть снег с его плаща, чтобы показать что он не один, но я так и не решаюсь. Иногда я долго думаю о том, что не сделал, на что не решился. Не замечаю как мы уже доходим до поворота, после которого нам идти в разные стороны. Снова смотрю на него, он улыбается так лучезарно, что я почти слепну. А может это снег и фонарь. Внезапно Валентайн обнимает меня. Я обнимаю его в ответ. Миссис Раджани встречает меня горячим ужином и я заметно приободряюсь. За едой успеваю пожаловаться на завалы на работе и рассказать про последнего необычного клиента. —Я к чему это, друг мой, вы не расскажете как там дела среди призраков? Нет никаких волнений? Или может быть в газетах что-то пишут? —Обращаюсь к Ч.М. Блэку. —А вы знаете, что-то неспокойно. Но в целом ничего. Про ходячих мертвецов не писали. В последнее время участились самоубийства, истерии, но на этом всë. В такое время года это не редкость, не думаю что стоит волноваться по этому поводу. Люди умирают, родственники не могут пережить. Ничего сверхъестественного. А на счëт вашего товарища, есть вероятность, что он просто нездоров. Хотя если у вас много свободного времени, можете проверить. Не забивайте себе голову. Если случится что-то серьёзное, вы непременно об этом узнаете. Отдохните лучше. Я вздыхаю. Да, действительно некогда думать об этом. Нужно хорошо выспаться. Не сказать что завтра важный день, но определëнно непростой. Работы много как всегда. А в последующие дни в городе начался полный бедлам. По Лондону поползли слухи об оживших мертвецах. Как бы мне не хотелось списать всë на безумие от горя, наш клиент оказался такой не один. И неизвестно ещё сколько людей никуда не обратилось. Как оказалось, Генри был не звоночком, он был огромным колоколом, рухнувшим на площадь и запустивший этим волну возгласов. За пару дней дело приняло такой оборот, что игнорировать это далее было невозможно. Но что, чëрт возьми, нам с этим всем делать?​