Первая ревность

В вечной ревности прошел учебный год, его Кирилл, как всегда, закончил ужасно. С Тропином они почти не разговаривали, а если и начинали диалог, он всегда сводился к Одному: к девушке Тропина и бесконечной ревности Топорова. Он шел домой уставшим и подавленным. Он бросил рюкзак в дальний угол, в котором он проведёт всё лето, и упал на свою кровать, уткнувшись лицом в подушку. Кирилл думал о друге, о их прошлых счастливых каникулах, как они плавали в речке, ходили на Петуховку и много разговаривали. И позже вспоминал реальность, которая была горькая и ужасная, которая была наполнена ревностью. И опять он о ней. Первый месяц лета он провел, лежа на кровати с телефоном, не реагируя на приглашения друзей о прогулке. Тропин почти не писал. И в один из дней жаркого июля Кирилл решил больше не терпеть, не утопать в собственных чувствах. Он написал Тропину, предложил ему погулять. Тот согласился и сказал, что им многое надо обсудить. Кирилл поначалу испугался, но потом он взял, как говорится, яйца в кулак и собрался на прогулку. Они встретились в центре, там как странно почти никого не было. Они сели в карету.Кирилл заговорил первым(гадайте какой из). -Ну что что ты хотел мне сказать?-произнёс он с дрожью в пальцах. -Ты не поверишь у меня столько произошло за этот месяц!-взбудоражено сказал Тропин. -Короче прикинь я с Малфой-Кирилл удержался от того чтобы не закрыть уши и не убежать.-расстался! Слова прогремели, словно колокол церкви. Кирилла накрыла радость и облегчение. «Он теперь свободен, будет больше уделять мне внимания». Дальше он одним ухом слушал другие рассказы Кирилла. Думая о том, что они наконец-то вернут старую дружбу и, возможно, он перерастет в нечто большее. -Кстати, Кирюх, а ты почему всех этот месяц игнорил? Да и вообще весь год хмурый ходил. Саня на тебя жаловался и говорил, что ты как тринадцатилетняя девочка, которой парень отказал.-ведь он и не подозревал что это было практически правда.-ты меня прости что забыл про тебя , просто милфа слишком много внимания требовала. -Ничего,-Кирилл посмотрел на друга с укором.-теперь мы должны все лето гулять в качестве компенсации. -хорошо-хорошо, как скажешь, Кирюх-Кирилл поднялся с скамейки.-ну че пойдём прогуляемся. Они пошли на заброшку, надеясь, что нас никого нет. По пути они весело болтали о минувших днях, и Кирилл за целый год почувствовал вместо печали, разрастающуюся по всей груди теплоту. Войдя в заброшку, они уселись в свое любимое место на окне на втором этаже, открывающее по их мнению красивый вид (из окна виднелась другая заброшка, деревья и что-то на подобии мусорки).Их разговор перешёл на странное поведение Кирилла. -Знаешь, Кирюх, я не очень хочу оставлять твое поведение недосказанным, ты правда вел себя странно.-Кирилл(Тропин) посмотрел на друга в его взгляде читалось недопонимание. -эмм...-Топоров не знал как это объяснить.Его щеки покраснели. -Миша сказал что ты меня ревнуешь.-он закатил глаза.-да этот , голубой, только об этом и думает. Кирилл собрал всю свою смелость и сказал. — А если это правда? — сказал он, больше заливаясь краской. Тропин молчал, и Кирилл уже хотел сказать, что это неправда, он просто пошутил. И тут Тропин заговорил: —Знаешь, как ни странно, я много над этим думал, — он почесал затылок. — И понял, что по-настоящему любил только тебя, она была лишь прикрытием. — Он отвёл взгляд. Кирилл не знал, что сказать, ему казалось, что у него отвисла челюсть. Тропин продолжил: — Я тебе так и не сказал, это я ее бросил, а не она меня, она начала меня бесить. — Его щеки полыхали огнём. Он посмотрел на Топорова, и в его взгляде читалось всё. Они прильнули к губам друг друга. Сначала поцелуй был нежным, в нем читалась неопытность, но он перерос в нечто большее. Тропин заставил Кирилла приоткрыть рот и, когда тот открыл, просунул туда свой язык (как говорится, их языка стали танцевать чечётку.). — Я.. я люблю тебя — Сказал Топоров в губы Тропина. — И я тебя— сказал Тропин завлекая Кирилла в еще один поцелуй. До их ушей донеслось кряканье и громкое «ох» на всю улицу. Это была бабушка, которая выпустила своих гусей погулять и застала двух юношей Целующихся. Они продолжали целоваться на фоне кряканья гусей и криков бабки. Им было все равно, они целовались так, как будто отвоевали жизнь друг друга. Вот так и закончилась ревность, переросшая в вечную любовь. (Застрелите меня пж)