All Inclusive Türkiye

"Спишь?" — терпеливо гласила краткая надпись на дисплее телефона. Томми потер глаза, смахнул мешающие пряди и тупо уставился в экран, все ещё пребывая в полудреме. В голове отдавался резкий звук разбудившего его уведомления, а отправителем значился Йост. Длительный тур близился к концу, и в этот раз Таммеметс участвовал в качестве приглашенного гостя для их фита с Кляйном. Был банкет, с которого уставший Кэш слился после пары рюмок, оставив виновника торжества без своего общества. И был недолгий сон, который прервало сообщение. "Спал." — набрал бесцеремонно Томми, но осознав, что звучит это грубовато, вдогонку добавил: "Что-то случилось?" "Да я тут, кажтс сознане утрптил бляь ррещил пойтм отлить захожд в каьинку а даоьше кпк в туманн. Без погятия скколько я тут леал но башка трещииит пиздц и ноги подкашиваютсяяяя. Можешь забрать меня пожалуйстаааа?" Томми тотчас проснулся и в панике начал шариться в тумбочке, в попытках найти ключ-карту от номера и параллельно вспоминая где находится ближайший к бару толчок. Напялил на себя валявшуюся под кроватью мятую футболку peace protect, а так же джинсы, пребывавшие в той же кондиции, что и несчастная футболка, после чего пулей вылетел из номера прямо в отельных шлепках. Минут через 5 он уже был у предполагаемой цели, ловя на себе удивленные взгляды постояльцев. Таммеметс распахнул дверь и выпалил: — Йост, ты где блять? — Hier ben ik, hier. — раздался приглушенный ответ. Нидерландский мог означать 2 вещи — или Йост решил его так постебать, или Йост настолько нажрался, что уже не соображает на английском и просто перешел на родной язык. Очевидно, случилось второе. Томас пошел на голос и без труда разыскал пьяницу. Он открыл дверь, и на него вывалился Йост, который, в свою очередь, на эту дверь опирался. — Tommy, ik ben zo moe, neem me mee, neem me mee, neem me mee, alsjeblieft, alsjeblieft, alsjeblieft, alsjebli- — Кляйн схватился за ногу Кэша и хныкал что-то там на своем голландском. — Ты можешь разговаривать по-человечески? — Томми вытащил его из кабинки, поставил на ноги и потащил к раковине. Он собственноручно умыл обмякшего Йоста, отобрал у него опустошенную бутылку вина и отправил ее в мусорное ведро. К счастью, вода привнесла долю трезвости светловолосому и тот начал излагать мысли на более понятном Таммеметсу языке. — Томми, я так устал, забери меня отсюда, пожалуйста, пожалуйста... I'm so done with myself, hey, de ending is in zicht... — Ты зачем так нажрался? — допытывался парень, стирая внезапные дорожки от слез с лица друга. — Ты меня не слышишь что-ли? Я устал, устал, устал... От тура, от съемок, от музыки, от людей, устал, понимаешь? Я пока ждал тебя, сидел и вспоминал как мы с родителями в Турцию ездили... Олнклюзив, вся хуйня типо. — Во время своей речи Йост вырвался из рук Томми и осел на пол. Он смотрел куда-то в сторону, уже самостоятельно стирая слезы, а затем уставился на Кэша и выпалил. — А поехали в Турцию. Вместе. — Его голос непроизвольно дрожал, а слезы все никак не унимались. Томми на сие предложение ответил, что подумает и поднял нерадивого коллегу с холодного пола, уже прикидывая стоимость билетов до Антальи. Почему-то безумно хотелось сделать младшего счастливым. Улыбка ему больше слёз к лицу. Да и в целом идея была довольно заманчивой, ибо Таммеметс уже сам заебался неимоверно, отчего готов был бросить все дела и свалить с Кляйном в закат. Собственно, бросать было особенно нечего — до его собственного тура еще месяц, интервью в ближайшее время не планировались, отчего идея выглядела еще и достаточно здравой. Отыскав в кармане у Кляйна ключ, он завел его в номер и довел до кровати. Затем сгонял до своего номера за аспирином и оставил другу на утро воду и блистер. Сам же он пошел бронировать билеты прямо на завтра. А че бы и нет, собственно? Полночи парень провел за поиском подходящих отелей и билетов. Под утро его уже конкретно начало рубить, но почти все что он хотел — он сделал. Осталось оповестить Йоста. Но это успеется.

***

Проснулся Томми от стука в дверь. Нетрудно было догадаться кого занесло в его номер, поэтому он даже не стал одеваться в более менее потребный вид. — Доброе утро, алконавтище! — пробурчал Томми, заваливаясь обратно в кровать. — Как ты? — Бывало и лучше... Спасибо за завтрак кстати. — Обращайся, пьянь. Между прочим, пока ты спал, я исполнил твою вчерашнюю просьбу. — А? Таммеметс красноречиво посмотрел на него в духе "пить меньше надо", хотя сам то — последний человек, кто может читать морали на сей счет. Он разблокировал телефон и ткнул Йосту в лицо вкладку с бронью билетов. — Ты серьезно??? — Более чем. — самодовольно ухмыльнулся Томми. — Мне мало удовольствия смотреть на твои нервные срывы и депрессии, уж лучше так, чем как обычно... Да и к тому же, мне отдых тоже не помешает — ты меня вчера пиздец напугал. Йост выдавил виноватую улыбку, устало опираясь на дверной косяк, но лицо его начало принимать упадническое выражение, когда он вспомнил детали этой ночи. Однако осознание того, что Таммеметс так о нем заботится всё же грело душу. Ему абсолютно точно не хотелось пугать друга, но ситуация сложилась по абсолютно классическому сценарию: нажраться от чувства безысходности, вытекшего из перманентной усталости в конце тура, укрыться от чужих глаз в уборной, разреветься от закономерно нахлынувших флешбэков из детства, ну а дальше или проваляться там до утра, вырубившись в обнимку с фаянсовым троном, или позвать кого-нибудь из близкого окружения, кому было бы не стыдно показаться в столь неприглядном виде. На этот раз пальцы сами открыли наиболее нужный ему диалог. — Ты это, извини, что разбудил... — неловко начал Кляйн, смотря куда-то под ноги. — И что напугал тоже, со мной так бывает... Правда не думал, что в этот раз осмелюсь написать кому-то... Это было лишним. И это не та моя сторона, которую я бы хотел так выставлять напоказ. Так что извини за весь этот цирк... Томми жестом позвал его к себе поближе и усадил на край кровати. Слегка помешкался, обдумывая уместность своей идеи, а затем обнял Йоста, всё же поддавшись порыву. К сожалению, он не был силен в успокаивающих речах, поэтому это было одним из немногих для него способов выразить поддержку. — Всё, проехали, это позади. И лучшим вариантом для тебя действительно будет отдых, поэтому пиздуй собирать вещи, вылет через 8 часов. — протараторил Томми, пряча взгляд. Он отошёл, чтобы достать свой чемодан, не видя хитрую улыбку и лёгкий румянец на лице голландца. Йост скомкано попрощался и ушел собираться, дабы отвлечься от странных ощущений, вызванных объятиями друга. К слову, кидал вещи в чемодан он, улыбаясь как идиот.

***

Дорога до аэропорта на такси не заняла много времени, а ожидание рейса не оказалось столь долгим и нестерпимым в прогулках меж стеллажей местного duty free и обмене тупыми шутками. В конце концов парни заняли свои места, не переставая о чём-то хихикать. — Блять, нет, я не хочу икать, сука-а-а! — ржал Кэш, ловя на себе укоризненные взгляды бортпроводников и пытаясь купировать подходящие к глотке спазмы. — Кхэ-кхэ, всё, заткнись, я уже не ик мог-ик-у ржа-а-ик-а-ать! — Томми задержал дыхание, но ему это не помогло. Йост в это время пил воду и перед тем как протянуть бутылку Кэшу сделал пошлые поступательные движения языком вглубь горлышка. Странно было даже допускать мысль о том, что такое может смутить создателя трека untz untz, но, тем не менее, Кляйну удалось сделать, казалось бы, невероятное. Таммеметс выхватил у него бутылку и сделал жадные глотки, ощущая вязкость чужой слюны на горлышке. Томас чуть не поперхнулся от собственных мыслей и прикрыв глаза, попытался абстрагироваться. Он всучил бутылку владельцу и откинулся на спинку кресла, каждой клеточкой тела ощущая надвигающийся сон. Спустя время он уже лежал на плече младшего, мерно посапывая и немного вздрагивая от пребывания в не самой удобной позе. Кляйн пытался состроить безразличную моську, но ничего у него не вышло, и, оставив попытки, он сложил голову поверх головы друга, так же проваливаясь в сон перед этим не отказав себе в удовольствии поразглядывать эстонца. Через пару тройку часов они уже стояли у ленты выдачи багажа, проклиная мерзопакостный дневной сон и сгорая от желания как можно скорее разделаться с заселением и уже всецело отдаться долгожданному, так называемому all inclusive отдыху. — I'm so international, mainstage on the festival, I'm very very Dutch, Martin Garrix, "Animals"... — мурлыкал себе что-то под нос Кляйн, пока Томми пытался высмотреть их чемоданы. — М? — Да я, в дороге немного накидал слова к кое-какому треку. Не бери пока в голову, текст еще сырой. — Слушай, звучит уже неплохо. — Он бросил короткий взгляд на Йоста, а затем вернулся к прежнему занятию. — Да сколько блять можно? Мы тут уже полчаса стоим. Кажется, услышав гневные вопли Кэша, чемоданы решили показаться на багажной ленте. Он тяжело вздохнул и, схватив Кляйна за руку, пошел за вещами. Хотелось окунуться в холодный бассейн и лечь спать, но как бы ни была желанна данная идея — сейчас они были в аэропорту без всех этих возможностей, что несказанно удручало. К счастью, оставалось полбеды — добраться до пункта назначения, а для этого можно вызвать оверпрайс такси и не париться. Так музыканты и решили поступить. Кэш глазел на жаркие улочки Анталии, а Йост придвинулся к нему, пытаясь получить обзор из окна Томми. — Че тебе нахуй надо? Иди со своей стороны смотри! — огрызнулся Томас, офигев от столь близкого контакта. — Там солнце, не хватало мне обгореть, даже не доехав до моря. — Он обнял его за плечо и расхохотался Таммеметсу в лицо, а затем действительно уставился в окно. Предлог был странный, однако Томми все же кинул взгляд на левую сторону, которую действительно заливал настырный свет. Йосту с его любовью к майкам и белоснежной кожей явно бы не поздоровилось. — Ладно, сиди уж, только не надо меня в такую жару оплетать своими щупальцами. — не очень весело посмеялся Кэш, а трепыхания в груди всё не унимались. Пиздец. Кляйн тут же убрал руки и выставил ладони, мол хорошо-хорошо, я понял и осел ближе к своему месту, однако при этом несильно сдвигаясь от Томми. Жара сморила Йоста, и он в полудреме опять неосознанно свалился на плечо эстонца. И как бы последний не пытался держать дистанцию с тех пор, как белобрысое чудище начало вызывать колебания в его душе, этот ебаный нидерландец вел себя как назло чересчур тактильно и непринужденно. В конце концов Кэш расслабился под мерное сопение младшего и позволил себе полюбоваться во всю спящим другом. Благо, таксист был не из доебистых и даже не смотрел в их сторону. Вскоре (хотя для Таммеметса прошла, пожалуй, целая вечность) они уже тащили свои баулы к ресепшену. Приехали они раньше положенного, поэтому минут 40 еще пришлось болтаться по территории отеля и пинать хуи, пока готовили их виллу. — Ух-ты, нихуя себе! — обрадовался Кляйн увидев их покои на ближайшую неделю. — Ты внатуре снял целую виллу! — Через секунду он уже несся пританцовывая во вторую комнату, попутно рассказывая про номер, который родители сняли в его детстве, и что Томми вообще превзошел все ожидания, найдя такую красоту. — Я всё-таки предлагаю завалиться спать, нехуй делать на улице в самое пекло. — И то верно. — Кивнул Йост и упал на одну из кроватей прямо в чем приехал. Удивительный человек. Он скинул с себя обувь и заснул в обнимку с одеялом. Томми, всё-таки переодевшись, последовал его примеру и вырубился. Глаза открыли уже под вечер, обнаружив что за прошедший день так нихуя и не съели, на что довольно непрозрачно намекало характерное урчание. Надо было вставать. — Подъем!!! 5 минут на сборы и пиздуем на ужин, иначе мне придется сожрать тебя. — По-моему, довольно заманчивая перспектива... Ладно, хорошо, встаю-встаю!

***

— Ты глянь какая прелесть, я сейчас всё тут смету. — Парни чуть ли ни на перегонки принялись наполнять подносы. Столы были усеяны буквально самыми разнообразными пищевыми решениями. Свежие фрукты, ягоды, запеченное мясо, картошка, восточные сладости и еще много-много всякого, что угодило бы даже самым привередливым желудкам. — Да-а-а, олнклюзив это тема. — бормотал Йост, опустошив стакан лимонада. — А ни пора ли нам на море? Только предлагаю сначала проинспектировать бар. — Солидарен. На том и сошлись. После еды хотелось спать, но они же не скуфы какие-то. Прогулялись за выпивкой, а потом побрели на пляж, сонные, но счастливые. Йост щеголял в своем знаменитом блядском килте, а Томми в глубине души облизывался на представляющийся ему вид. Тут уж непонятно что ему ударило в голову — алкоголь или духота, но непрошеные мысли стали мутузить его еще чаще. В какой-то момент Таммеметс испугался сам себя, ибо отвлечься уже не получалось, а портить отдых Кляйну не хотелось своими разгоревшимися желаниями. Но голландцу, казалось бы, все было фиолетово: он шел по мелководью, глубоко погрузившись в раздумия, изредка пиная гальку носком шлепанца. Лицо его выражало ностальгическую меланхолию, а глаза всё норовили заполниться горестной влагой. Они прошли уже достаточно, чтобы и так редкие люди исчезли из поля зрения. Йост сел в полулотос поотдаль от берега, дабы не намочить килт, достал смятую пачку сигарет и закурил. Томми любил наблюдать за курящим другом, а сейчас, в свете пламенеющего заката и флёре сигаретного дыма, тот выглядел особенно эффектно. Эстонец осторожно сел рядом, непроизвольно касаясь плеча Йоста, на что тот грустно улыбнулся и нервно затянувшись прошептал: — Ik hou van je... — А? — Томми прекрасно понял слова Йоста, но изо всех сил старался не подавать виду. Выдавало его только чрезмерно часто бьющееся сердце. Йост затушил сигарету, широко улыбнулся сквозь слезы и внезапно уткнулся в грудь Томасу, заходясь в тихих рыданиях. Старший не понимал, что ему делать и как вообще утешить Кляйна. Он чисто на интуитивном уровне заключил парня в свои объятия и поглаживал по спине, пытаясь унять свою и чужую дрожь. Не сразу, но это начало срабатывать, и он бережно взял Йоста за лицо, стирая слезы, как делал это пару дней назад. Затем взял чужие трясущиеся ладони в свои и утешающе поглаживал костяшки пальцев. — Я так скучаю, так скучаю по ним... — начал Йост, превозмогая новую порцию слез. — Сука, не думал, что меня накроет от хороших воспоминаний. Но накрыло. — Кляйн пошатываясь принял горизонтальное положение и оккупировал коленки растерянного Кэша. — Эм... Прости, мне тяжело подбирать слова в таких ситуациях. Но я надеюсь, что от моих неуклюжих попыток тебе не стало хуже. — Это ты прости, что нагрузил. Второй раз за несколько дней, да. На самом деле, мне достаточно уже того, что ты рядом со мной. Слушаешь меня. И слышишь. — Он удовлетворенно прикрыл глаза, когда пальцы Таммеметса начали нерешительно поглаживать его голову. — Dank u... Hou van me... — еле слышно мурчал Йост в ногу Томми. Второй все еще не понимал, как ему быть. Слова Кляйна вызывали в нем целую бурю эмоций, которую он был не в силах обуздать. — Armastad mind Tähendab... — шептал в отместку Таммеметс на эстонском. Йост ничерта не понял, но и просто лежать уже не мог. Эта волна захлестнула обоих. Голландец сел, хлебнул для храбрости из купленной в баре бутылки и выжидающе глядел на эстонца. А через мгновение они одновременно начали сокращать расстояние между лицами. — Я люблю тебя. — выдохнул Йост и соединил их губы в поцелуе. И Томми пропал. Пропал в этих невероятных глазах, слегка обветренных губах с горечью сигарет и крепкого алкоголя. Пропал душой и телом. Пропал вместе с виновником всех этих чувств. Пропал вместе с Йостом. И никто из них уже не хотел возвращаться.

***

And we are gonna party 'til we see the sunlight.