Пепел любви

Каково быть девушкой вампира? Весьма необычно. Дома всегда полумрак, холодильник набит пакетами с искусственной кровью, а романтические прогулки и свидания выглядят немного иначе, нежели у обычной пары. Хван любила лес — темный, погруженный в полную темноту, желательно. Будучи обычным человеком, Шин не разделяла ее страсти к подобным ночным похождениям, но в отношениях всегда приходится чем-то жертвовать. Уломав брюнетку на очередную совместную прогулку, старшая неторопливо надевала серьги. Худые изящные пальцы осторожно двигались, стараясь не задеть рыжие волосы. Джи чувствовала на себе пристальный взгляд Рю, которая была явно недовольна. Йе всегда опаздывала, а Рюджин перестала что-либо говорить, зная, что это девушку не ускорит, поэтому она молча сверлила ее глазами, раздраженно проводя языком по щеке изнутри. — Не делай такое лицо, тебе не идет, — старшая улыбнулась, щуря глаза. Младшая вздохнула, запрокидывая голову, — почему мы вообще должны идти в лес ночью? — не отрывая взгляда от потолка спросила девушка. Она понимала любовь Хван к подобным вещам, но до жути боялась, особенно, когда старшая начинала ее пугать, что любила делать не меньше. — А что ты можешь предложить? Днем выйти нельзя, солнечные лучи мне противопоказаны, забыла? — Не умрешь же, — усмехнулась брюнетка. Иронично. Рыжеволосая замолкла на несколько секунд, поднимая глаза на Рюджин, — ну почему же, считай, что я аллергик, это тоже смертельно опасно. — А что будет, если я включу свет?, — брюнетка потянулась к выключателю. Мгновенно оказавшись рядом с Шин, Йеджи остановила и отдернула руку девушки, крепко сжав, — ты не понимаешь, Рю, — глаза старшей светились подавленной злостью, которая стремительно разгоралась. Темноволосая сделала невинный взгляд, делая вид, что не понимает этой игры с огнем, — это даже не солнечный свет. Рыжеволосая тяжело вздохнула, закатывая глаза. Отпустив чужое запястье, она оказалась на том же месте, где и была, — я знаю, но он сильный, — старшая распустила волосы, расплетая роскошный хвост, — он жжет кожу. Младшая не спускала с девушки глаз, возвращаясь в разговор, который начинался уже неоднократно, но ничем не решался, — я не могу всю жизнь не вылазить из темноты, людям нельзя вести такой образ жизни. Хван молчала, смотря перед собой, плечи обреченно опустились от печального осознания безысходности. Йеджи признавала правоту младшей, и ей было противно, понимая, что она есть и будет причиной, мешающей Джин нормально жить. Это мерзкое ощущение, пробегающее дрожью по телу, возвращалось каждый божий раз. Джи подняла виноватые глаза на девушку, не став по обычаю спорить с ней, ведь не с чем, — прости. — Если мы зажжем свечу, тебе будет больно? По лицу Йе было видно, что ей не нравилась эта идея, хоть прямого ответа и не последовало. Она неуверенно покачала головой, как будто боясь обидеть этим младшую, — я не люблю свет. Брюнетка поднялась, подходя ближе и обнимая старшую за шею, — я бы очень хотела увидеть тебя при свете, Йеджи. В ответ все тот же обреченный взгляд. Рю и не ждала ничего, понимая, что жизнь вампира не изменить, так ведь? Ей нравилось рассуждать, спрашивать, но Джи часто расстраивалась, осознавая, что они каждый раз ощупывают знакомые стены тупика.

***

Прогуливаясь по ночному городу, Шин держала холодную, но в то же время самую теплую из всех ладонь девушки, переплетая пальцы. Сколько бы лиц она не видела, светлое лицо с хитрыми глазами, меняющими оттенок с янтарного в алый, почти багряный, с ярко рыжими локонами, спускающимися по лицу и с плеч — будет для нее самым родным. Брюнетка вглядывалась в темноту, периодически вздрагивая от громких звуков машин, одиночно раздававшихся где-то вдалеке. Младшая удивлялась, как вампир легко находит такие участки города, где нет ни единого источника света, ни единого человека. Практически каждый раз девушки ходили по разным районам, но каждая дорога в конечном итоге приводила в любимому месту Джи — лесу. Доходя до тропинки, ведущей в мрачную пущу, полную всех нечеловеческих ужасов, как казалось Рю, темноволосая замешкалась, боязливо смотря вглубь, но не видя ничего сквозь темные стволы деревьев, длинные ветки, обрамленные еще более темными листьями. Девушка вздрогнула, ощутив на своем плече руку рыжеволосой, — все в порядке? Рюджин любила ночные прогулки, но не в лес. Ноги начинали подкашиваться, биение сердца чувствовалось даже на расстоянии. Нервно сглотнув, она кивнула. Пройдя между первых деревьев, девушки погружались в темноту, иногда нарушающуюся тусклым светом луны. Младшая крепко держалась за девушку, стараясь не смотреть по сторонам лишний раз, чтобы не увидеть ничего еще более ужасающего, хотя куда еще хуже. Страх пронизывал насквозь, хоть Джин и старалась держать лицо. Тишина. Легкий ветер колышет ветки деревьев, что окружали девушек со всех сторон. Хван отпускает руку темноволосой, спокойно оглядываясь вокруг, — подожди секунду, я сейчас вернусь. Шин не успела ничего ответить, в страхе пытаясь найти глазами девушку, но та уже скрылась в темноте. Рю знала эту игру, и она ей очень не нравилась. Внутренне готовясь к тому, что Джи сейчас выпрыгнет из-за какого-нибудь дерева, девушка медленно пятилась, пока сама не почувствовала спиной холодную кору. Младшая не определяла времени, она не знала, сколько прошло минут с исчезновения ее рыжеволосой бестии, но терпение стремительно заканчивалось. — Йеджи! Звук раздавался эхом и больно бил по ушам. Пальцы хватались за ствол дерева за спиной, глаза, полные страха, пытались разглядеть хоть что-то в кромешной тьме. После еще нескольких попыток голос становился тише, — Йеджи.. Рыжеволосая медленно приближалась, прячась за деревьями. Прикусив губу в предвкушении, она замерла, стоя в нескольких метрах от младшей. Тишину ночного леса нарушали постепенно затихающие крики девушки. В ушах Джин оглушительно звенело, схватившись за голову, она сползла по дереву, прижимая колени к груди, — Йеджи, мне страшно. Рюджин долго пыталась побороть свой страх, который никак не уходил. Она знала, что Джи снова уйдет, снова напугает, но все равно боялась. Как в первый раз. В испуганных глазах появился блеск слезы, которая через секунду больно обжигала кожу. Закрыв лицо ладонями, младшая продолжала тихо звать старшую. Хван не сразу поняла, что произошло, но услышав всхлип, девушку окутал страх, что она позволила шутке зайти так далеко. Рю вздрогнула, ощутив ласковые руки старшей, обнимающие ее, — когда-нибудь я убью тебя, Йеджи. Рыжеволосая хитро улыбнулась, прижимая голову младшей к своей груди. Джин крепко держалась за старшую, боясь, что та вновь исчезнет. Слезы мгновенно впитывались, скатываясь на одежду Йе. — Пожалуйста, можно мы пойдем домой? Кивнув, чего конечно не увидела Рю в темноте, Джи поднялась, протягивая девушке руку. Младшая в страхе запрокинула голову, изо всех сил стараясь не упустить яркие рыжие волосы из виду. Рюджин схватилась за руку старшей, обхватывая дрожащими пальцами. Девушки шагали к выходу, брюнетка время от времени резко прижималась к Джи, слыша любой шорох. Поджав губы, Йе переместила руку, обхватывая талию Рю. Лунный свет освещал все больше места под ногами, младшая ощутила легкий поцелуй в макушку.

***

Теребя в руках связку ключей, Шин неспеша вставила и провернула в замке один из ключей. Дверь распахнулась. Зайдя внутрь, Рюджин устало оперлась на одну из стен, задев выключатель, что был рядом. Загорелся яркий свет. Хван взвизгнула, закрыв голову руками и зажмурив глаза. Руки моментально покрылись тонкими красными полосами, похожими на вены. Ощущение жжения быстро распространялось по коже, превращаясь в жгучую боль. Шин испуганно ударила по выключателю, подлетая к Йеджи, обнимая ее, уткнув ее голову в свое плечо, — прости, прости, пожалуйста.. Джи молчала. Теряя равновесие, рыжеволосая схватилась за Рюджин, медленно опускаясь на пол. Спина прижалась к входной двери, глаза распахнулись. Брюнетка нависла над девушкой, вставая на колени рядом. От глаза по щеке потекла дорожка крови. Голос стал тише, чем обычно, но все такой же нежный, — спокойно, милая..я в порядке, просто свет немного..жжется. Младшая в страхе хваталась за руки девушки, сжимая, — я случайно, пожалуйста, прости меня. Йеджи корчилась от неприятных ощущений, чувствуя разливающуюся по телу боль. Каждая частичка будто горела пламенем. Девушка фыркнула, слыша тихое, — тебе сильно больно? Черт, боль была невыносимой, но смотря в эти глаза, полные страха и отчаяния, старшая не смогла выдавить из себя ничего, кроме, — все в порядке. Рю прикоснулась тыльной стороной ладони к щеке девушки, чувствуя влагу, — ты плачешь.. Пальцы рук подрагивали, Хван закашливалась, чувствуя, как что-то колет в груди. — Что мне делать? Скажи, Йеджи! — Шин в панике пыталась что-то предпринять, но старшая молчала. Брюнетка, рыдала, кричала, стоя на коленях и держась за рыжеволосую. Она очень боялась, что ее девочка умрет. Боялась, что она убьет ее. Джи не хватало воздуха, алые полосы расходились по телу. — Ты умираешь? Рыжеволосая фыркнула, всматриваясь в карие глаза девушки, — конечно нет, глупенькая, вампиров не так просто убить.. Но Йе сама себе не верила. Джин схватилась за грудки, притягивая ее к себе, — клянись. — Ты очень милая, когда волнуешься, Рюджин, — улыбнулась Хван. — Что мне сделать? — спросила брюнетка, зацепившись за слова старшей. — Просто..побудь рядом. Старшая медленно водила руками по талии девушки, поднимаясь выше. Доходила до шеи, щеки, губ. Раз она не могла сказать ей правду, то будет стараться отвлечься и отвлечь ее от своей боли. — Ты правда не умрешь? — Шин чувствовала очевидную ложь, понимая, что старшая не хочет заставлять ее волноваться, показывать свою слабость. Даже сейчас. Джи ласково провела пальцами по темным волосам, заглядывая в глаза, — милая..я не знаю. Несколько минут длились мучительно долго. Яркие глаза рыжеволосой становились бледными, будто выцветали. Жизненный огонек гас. Младшая практически не ощущала прикосновений девушки, тело слабло весьма стремительно. Брюнетка прижалась к вампирше, ложась на ее грудь, параллельно обнимая так, будто держала на руках. Истеричные крики сменялись на тихий шепот сквозь всхлипы. Просьбы не бросать, не оставлять ее одну медленно стихали, как и хриплое дыхание Джи. Кожа медленно тлела, заставляя девушку крепче сжимать Хван в объятьях. Джин молилась, умоляла всех богов простить ее, прося шанс. Она бы исправилась, она бы стала намного осторожнее и внимательнее, она бы сделала все, чтобы загладить вину за свою оплошность. Но ничего нельзя вернуть.

***

Рюджин открывает глаза, оказываясь на своей кровати. Девушка лежала поверх застеленной кровати, сминая в руках покрывало. Заметив на нем пятна, темноволосая сразу же поднимается, окончательно просыпаясь. Посмотрев на свои руки, Шин увидела размазанную кровь, которая стекала вниз по запястью, пачкая рукава светлой кофты. На ватных ногах девушка медленно встает с кровати. Взявшись за дверную ручку, пачкая ее алой кровью, Джин толкает вперед, открывая себе вид на мрачный коридор. Девушка зажмуривает глаза, пытаясь настроиться, взять себя в руки. Ничтожная надежда вновь увидеть свою Йеджи пряталась где-то глубоко. Ощущение неизвестности давало этой надежде жить, поэтому Рю очень не хотелось открывать глаза и снова убивать — на этот раз последние теплые мысли и воспоминания о своей девушке. Нащупав занемевшими пальцами кнопку выключателя, Джин нажимает ее, параллельно открывая глаза. Никого нет. На полу перед входной дверью виднеются капли крови и серый пепел. В стороне валяется подаренный браслет с выточенной на основании буквой «Р».