Наступая в силок

      Недавно Руми стала находить по утрам письма. Они всегда оказывались на подоконнике, аккуратно сложенные и запечатанные в конверт с уже знакомым почерком — или, точнее, почерком одного конкретного демона.       Сперва это выглядело как одноразовая акция, но теперь Руми даже не удивлялась — привыкла, наверно, да и в сравнение с демоническим тигром и вороном, что появлялись с приглашениями на встречу каждую ночь, это выглядело не так впечатляюще. Единственное, что беспокоило, так это то, что одно из этих посланий могло рано или поздно попасться на глаза Мире или Зои, если она вовремя не избавится от улик.       Он был очень старомодным, этот демон Джину, и, кажется, он намеренно не признавал никаких современных средств связи. Его письма были не особо содержательными, в них не было никакой полезной информации, зато присутствовало большое количество устаревших фраз, значение которых Руми могла понять только с помощью интернета.       Обычно он желал успехов в работе — вот же насмешка, если взглянуть на неумолимо растущий рейтинг Саджа Бойс, — и приправлял это каким-нибудь нравоучением из своей доисторической эпохи. В качестве основы для таких писем куда больше подошёл бы пожелтевший от старости пергамент, чем новенькая открытка.       — Может, хватит уже? — спросила Руми нарочито спокойно, когда вновь увиделась с ним.       Хотя она игнорировала его ночные приглашения, Хантрикс и Саджа Бойс всё равно пересекались на различных мероприятиях, а им с Джину как непосредственным лидерам групп приходилось взаимодействовать друг с другом чаще остальных. В этот раз их вдвоём пригласили участвовать в кулинарном шоу, так что за кулисами Руми могла спокойно поговорить с ним наедине.       — Хватит «что»? — невинно моргнул Джину. И хихикнул. Раздражающая привычка, которая его фанатам казалась ужасно очаровательной. — Пожалуйста, конкретнее, перерыв не резиновый.       — Ты знаешь, о чём я, — припечатала его к стене Руми. — Сначала приглашения, теперь эти письма…       — Ах, письма! — в полумраке щёлкнули пальцами, якобы его осенило. — И что тебе не по нраву? Я, вроде, ясно дал понять, что не желаю зла ни тебе, ни кому бы то ни было ещё.       — Ты хоть читаешь, что сам пишешь? Все твои слова звучат как издевательство! Думаешь, после такого хоть кто-то захочет иметь с тобой дело? — вытащив открытку из внутреннего кармана куртки, Руми ткнула его носом в написанное, что, впрочем, не смутило Джину.       — Я, конечно, польщён, что ты хранишь их у самого сердца, — он красноречиво взглянул на её грудь, точнее, туда, где должен был располагаться карман, да. Затем отодвинул от лица открытку. — Но я писал не со злым умыслом, поверь мне.       — Да ну? И что это значит, с твоего позволения?       — Я пытаюсь подружиться, охотница. Знаю, тебе наверняка с детства вбивали в голову, что все демоны поголовно злые или испорченные, но это не так. Мне знакомы слова «вежливость» и «доброжелательность», но тебе, судя по всему, нет, раз ты ищешь подвох там, где его быть не может, — помрачнел Джину, и Руми в который раз испытала странное чувство — смесь сомнения и вины. Неужто она ошиблась?       Джину выбрался из кольца её рук, пока она находилась в замешательстве, и направился на съёмочную площадку, где съёмочная команда вовсю готовилась к продолжению шоу.       — Возможно, я отстал от жизни на пару-тройку сотен лет, и сейчас взаимоотношения строятся как-то иначе. Что ж, прошу прощения за своё невежество. Но ведь и ты могла бы спокойно отказаться, а не игнорировать все мои послания, не так ли?       Руми не смогла проигнорировать камень, брошенный в её огород, и бросила ему в спину какое-то жалкое оправдание.       — Чтоб ты знал — если тебе не отвечают, значит, ни о каком общении и речи идти не может. Я просто пыталась быть вежливой, только и всего!..       Джину даже не обернулся.       — Вот как? Буду иметь ввиду.       Нет, это просто какое-то издевательство! Не мог же он в самом деле заниматься всем этим из чистых побуждений? Руми разрывалась между убеждением, что ни один демон не способен на хорошие поступки, и реальностью, в которой один из них мало того, что спас её от раскрытия перед подругами в опасный момент, так ещё и не пытался использовать знание об её истинной сущности против неё, а, наоборот, хотел понять и… помочь?       После этой стычки подоконник оставался пустым. Ночные приглашения по-прежнему передавали демонические звери, но с недовольным пыхтением, будто Руми и без того чувствовала себя недостаточно виноватой.       Она и не подозревала, что уже угодила в ловушку. Заронив в её уверенность очередное зерно сомнения, Джину оставалось только подождать, когда оно пустит корни и созреет в нужное ему решение.