По законам демонов

      - Вы ведь помните, что демонам доверять нельзя? - девочки замерли, медленно поднимая головы.       Мира покачала головой, не веря в то, что сейчас сказала командующая. Она и сама была в шоке от своих слов, но крепко укоренившаяся мысль о том, что зло пускать близко нельзя, не покидала сознание. Охотницы хотели довериться ему. Руми хотела ему довериться в первую очередь, но то и дело всплывающий образ раненой наставницы, чья жизнь сочилась сквозь раны, покидая с каждой секундой всё быстрее, не позволяли обрести покой.       - Стоп, - брюнетка нервно усмехнулась, крутя в руках выбившуюся прядь волос. - Погоди, мы только что заключили с ними договор, - непонимающе рассуждала Зои.       Руми непоколебимо прошла к спальному мешку, расправленном на полу, и села, спокойно смотря на шокированных подруг.       - Серьёзно хочешь работать на два фронта? - Мира подошла ближе, шёпотом упрекая: - Только что ты призывала к обратному.       Тяжело держать натиск недовольного гневного взгляда подруги, но ради всеобщего блага стоит потерпеть.       - Джину не будет помогать нам просто так. Вы верите в то, что демону хочется бороться за жизнь? Его дом в аду. Он много лет провёл в обществе демонов и Гви-Ма. С чего бы ему хотелось что-то менять? Другие демоны же так не думают, продолжая уничтожать всё живое.       - Почему ты так думаешь? Почему не хочешь довериться ему? Он ведь сказал, что ему слишком нравятся некоторые люди. Ради них он может поступиться принципами демонов, - Зои устроилась на спальнике напротив Руми.       Приятно, когда конфликт интересов остаётся хорошим и не переходит в ссору. Даже в таком подвешенном состоянии, толком ничего не понимая и видя, как лидер меняет свои решения каждую минуту, девочки всё равно решали вопрос тихо, без гнева и осуждений. По крайней мере пока. Мира и Зои прекрасно понимают риск сотрудничества с врагами. Падение генерального штаба тому доказательство. Но может в этот раз всё нужно сделать наоборот?       - Потому что это война, Зои. Может, раньше нам внушали, что есть охотницы и демоны, но теперь всё совсем не так. Наши солдаты, охотници и охотницы перешли на сторону зла, а правая рука Гви-Ма вдруг стала защищать нас. Ничего не мешает ему поменять сторону. Джину играет по своим правилам, и наша задача — не ввязываться в его игру, потому что мы там пешки. Нам необходимо иметь независимый от него план действий.       Поразительно, что девушки не могли понять такой политической тонкости. Больше удивляла Мира, которая никогда не была за нравственность и мораль, а теперь яростно утверждала обратное. Неприятная мысль о том, что она верит Руми меньше, чем Зои, уколола меж рёбер.       - И что ты предлагаешь? Продолжать всех подозревать, искать двойное дно и никому не доверять? Ты ведь понимаешь, что долго с такой тактикой мы не протянем. Нам нужна помощь и информация, которой он владеет, - громкость многих потерь и невысказанной обиды нарастала.       - Наша главная задача — найти западный штаб, собрать остатки сопротивления и продолжать бороться, а не разбираться, кто хороший, а кто плохой, - не понимая почему, голос слабо задрожал. Как и всё тело — покрылось мурашками, а сердце снова заколотило по груди.       - Мы будем использовать демонов ради достижения цели. А что потом? Бросим их? Возьмём в плен? Убьём? Руми, мы же за добро. Сейчас мы рассуждаем, как демоны, - с неестественной яростью говорила Зои.       Нет. Держись, Руми. В них говорит боль и страх. Ты была готова убить себя от отчаяния. Не позволяй себе срываться на них. От этого они не станут считать тебя лучше остальных демонов. Словно мантра, успокаивал внутренний голос разрывающуюся рану внутри, которая болела. Всегда было неприятно подавлять гнев, которого становилось всё больше, но пример Селин не давал поступать иначе.       - Нельзя доверять им, - ослабшим голосом произнесла Руми, чувствуя, как всё тело стало покалывать, будто от маленьких разрядов тока, энергия которых стремилась дальше, наружу.       - Почему?! Назови хоть одну причину помимо известной поговорки! - крикнула Мира, будто освобождая что-то тёмное и запретное глубоко внутри командующей.       - Потому что нам нельзя рисковать! - потеряла самообладание Руми, впервые повышая голос рядом с подругами.       - Нет! Селин делала так! И к чему это привело? К развалу сопротивления и её смерти! - невыносимая жалость ощущалась от в её словах. - Очнись, Руми, - почти умоляла Мира. - Нельзя всё время полагаться только на себя и всех подозревать. Нужно позволить Джину нам помочь.       - Да?! Что-то я не заметила в твоих действиях желания принять помощь десять минут назад, когда он был здесь, - надоело смотреть на напарницу снизу. Руми гневно встала.       - Тогда мы ничего не знали!       - Сейчас мы тоже ничего не знаем. Только то, что он нам сказал. Это верх айсберга. Не может он изложить всю подноготную на демонов за пару предложений. Поверить не могу, что вы купились на его слёзный рассказ о любви к человечеству.       - Откуда в тебе столько злобы и холодности? - с ужасом тихо спросила Зои, заставляя задыхаться от осознания проявления в себе тёмной стороны.       Эти качества годами презирались во всех действиях Манхи, Юны и Селин. Руми просто терпеть не могла лицемерие от генералов, но даже не осознавала, как поступала так же. Умалчивала о своей природе, делала вид, что всё в порядке, когда другие искренне делились проблемами, болью и решали всё вместе. Знала об ужасной, жестокой изнанке сопротивления и держала всё в тайне, говоря другим, что только что на собрании совета не обсуждала с другими, как уничтожить целый город, направив туда бомбы, только ради смерти большинства демонов, наплевав на своих заложников. Охотница ненавидела всё это притворство, но демон слушался и продолжал врать.       - Не нужно переводить разговор в разбор моей личности...       Перед глазами темнело, мышцы тряслись, а дыхание учащалось. Хотелось всё это остановить, вынуть изнутри годами сдерживаемый гнев и не позволить себе взорваться. Но с каждым ударом сердца казалось, что это не просто эмоция, это сила — та самая неконтролируемая энергия, дар. Разум будто отделился от тела. Мысли продолжали жалить и сдерживать хозяйку, но сила не терпела диктаторства.       - Може всё-таки стоит, раз уж мы так мало знаем о тебе? - уже не могла остановиться Зои.       Слова самой спокойной и доброй из троих охотниц пробили дно, запуская необратимый процесс.       - Зачем ты это делаешь?       - Чтобы ты уже наконец-то показала, кем являешься, Руми! Хватит скрываться за каменной маской, будто копия Селин!       - Хватит! - глаза зажмурились, а руки прижались к груди в попытках удержать, то, что рвётся наружу.       Будто из всего тела вырвалась волна энергии, настолько сильная, что её проявление можно было увидеть в колебании сияющим фиолетовым, хонмуне. С потолка посыпалась штукатурка, а на стенах появились глубокие трещины. Наверху послышались возгласы демонов и стук приближающихся шагов.       Силы покинули Руми так же быстро, как и наполнили. Мощный взрыв породил жуткую слабость, головокружение и звон в ушах. Как в прошлый раз. Девушка упала на колени, но тело не удержалось и голова, будто весила тонну, ударилась о бетонный пол.       - Что случилось? - Джину резко открыл дверь, с ходу пытаясь разобраться во всей суматохе. - Господи, это что, опять шоу?       В этот раз он не подошёл к девушкам сразу. Он не так безнадёжен. Непонятно откуда брались силы на шутки, даже в мыслях, ведь тело было явно истощено. Уперевшись о руки, командующая попыталась встать, но это слабо получалось.        Осмотрев весь зал, Джину, наверное, пришло осознание и связь с оглушающим ударом. Сзади него толпились остальные члены команды, сверкая своими глазами, хищно прикрытыми, выражая готовность к бою. Из-за широких плеч показался ненавистный Эбби, чьё слово определённо имело вес, раз он так смело себя вёл.       - Нас могли заметить. Нужно уходить. Сейчас, - приказал командующий, и демоны взялись за дело.       Вновь сильные руки обвили тело и оторвали обессилевшую охотницу от пола, прижимая к тяжело дышащей груди. То ли от истощения, то ли от некой симпатии, рядом с ним казалось гораздо безопаснее, спокойнее, тише... Глаза медленно закрылись, так и не позволив осознать «трагедию» ситуации.